Глава 29
Ваня
В пятницу с утра пришло оповещение на электронную почту о том, что я успешно прошел отборочные на олимпиаду и допускаюсь к первому ее туру, который состоится на следующей неделе. В школе при встрече с Павликом по его лицу я сразу понял, что он тоже получил такое уведомление.
— Ну что ж? Маленькая, но победа, верно? — Корчагин довольно потирал ладони.
— Ага, — улыбнулся я, садясь за парту.
Павлик начал планировать наши встречи по подготовке к олимпиаде и, к моему удивлению, на выходных предложил еще раз позаниматься на турниках.
— Я каждый день тренировался. Тридцать подходов того базового подтягивания у меня уже выходит, — с гордостью признался он.
Я одобрительно похлопал парня по плечу и в очередной раз покосился на парту в соседнем ряду. Малыгиной в классе еще не было, а мне не терпелось ее увидеть.
Алиса появилась в кабинете перед самым звонком: красивая, свежая, с распущенными блестящими волосами, в короткой юбке в складку и обтягивающей белой кофте. Я завис, когда увидел ее, настолько потрясающе она выглядела.
Поймав мой взгляд, девушка слегка растянула рот в улыбке и коротко кивнула мне в знак приветствия. Я ответил тем же.
В столовой после третьего урока я решил сесть рядом с Малыгиной и Одинцовой. Павлик, который повсюду таскался за мной, испуганно зашипел мне в спину:
— Вань, ты куда идешь?
— Пошли, к девчонкам подсядем, — беззаботно бросил я.
— Эм… Я… — Павлик начал заикаться, но я не остановился, и в конце концов он тоже направился за стол к нашим одноклассницам.
— Приятного аппетита, — хриплым голосом произнес он, медленно опускаясь на стул.
Девочки поблагодарили его и равнодушно уставились в свои тарелки.
Я бегло глянул на Павлика. Тот, дрожа всем делом, смотрел на Наташку, которая была к нему близко как никогда. Парня реально колбасило!
— Как дела на танцах? — начал я диалог, обращаясь к Одинцовой.
— Отлично, я теперь перехожу в продвинутую группу, — с готовностью отозвалась она.
— Круто. Слушай, Наташ, дай мне дружеский совет. Нужно женское мнение, — начал я. — Мне нравится одна девушка. Но, кажется, я для нее недостаточно хорош. Как мне завоевать ее внимание?
— Ты серьезно? — Одинцова удивленно вскинула брови и недоверчиво покосилась на меня.
— Совершенно серьезно, — отпивая чай, ответил я и бросил взгляд в сторону Малыгиной, щеки которой по обыкновению пылали.
— Ну, это, конечно, зависит от конкретной ситуации, — неуверенно начала Наташа. — Но, мне кажется, девушку можно заполучить, если действовать не по шаблону. Сделать что-то неожиданное, небанальное, удивить ее. В большинстве своем мужчины — совсем не романтики. А нам, девушкам, приятно ощущать себя принцессами. Нам нравится, когда для парня важны наши чувства, наши переживания. Короче, нужно сделать что-то жутко романтичное: организовать ужин на крыше, спеть серенаду под окнами… Ну, я не знаю, что-то в этом роде… Скажи, Алис?
Алиса смущенно закивала.
— Отличный совет, спасибо, — отозвался я.
— А кто эта девушка? — Одинцова с любопытством подалась вперед.
— Моя одноклассница, — спокойно ответил я.
От неожиданности Павлик поперхнулся супом и закашлялся. Жаль, я не догадался достать телефон, чтобы запечатлеть выражение лиц моих собеседников. На них смешалось удивление, недоумение и заинтересованность. Уморительная картина.
— То есть это кто-то из нашего класса? — почему-то шепотом спросила Наташа.
— Ага, — непринужденно кивнул я, зачерпнув суп ложкой.
Глаза Одинцовой забегали по мне. Ее просто разрывало от любопытства.
— Если ты мне скажешь, кто она, я смогу тебе дать более конкретные советы. Ну, исходя из характера девушки, — вкрадчиво произнесла она.
— Было бы здорово, — прожевав еду, кивнул я и, сделав очередной глоток из стакана, добавил. — Это Алиса.
Повисла пауза. Павлик повернулся ко мне и буравил недоверчивым взглядом. Одинцова выглядела так, будто ее неожиданно окатили ледяной водой. Малыгина смотрела на меня во все глаза как-то испуганно, слегка приподняв брови.
— Ну так что, Наташ, в случае с Алисой твой совет про романтические подвиги актуален? — как ни в чем не бывало поинтересовался я.
Одинцова медленно повернулась к подруге и вопросительно уставилась на нее, словно требуя объяснений. У Малыгиной же был такой вид, будто в тарелке салата, стоящей перед ней, она узрела смысл жизни. Настолько внимательным и сосредоточенным был ее взгляд.
— Думаю, да, — наконец хрипло отозвалась Наташа. — Алиса у нас еще та мечтательница.
Я кивнул и перевел тему в более безопасное русло, стараясь больше не шокировать ребят своими откровениями.
После уроков я поджидал Малыгину, хотел вновь проводить ее до дома. Но вместо раздевалки девушка направилась в библиотеку, и я последовал за ней. Алиса медленно шла мимо высоких шкафов с книгами. Она знала, что я иду за ней, но почему-то не оборачивалась и никак не реагировала.
Наконец она повернула налево, в довольно узкий проход между книжными полками. Осторожно провела рукой по корешкам книг, читая их названия одними губами. Я остановился в метре от Алисы и с удовольствием наблюдал за ее прекрасным одухотворенным лицом.
— Вечно ты заставляешь меня краснеть, Вань , — совершенно спокойно сказала она, по-прежнему изучая книги.
— Я не планировал тебя смущать, — отозвался я. — Это для Павлика. Он просто в Одинцову влюблен. А теперь, благодаря мне, получил руководство к действию. Можно сказать, из первых уст.
— Да ты хитрец, — лицо Алисы озарила улыбка.
— Есть немного. Но то, что я сказал, чистая правда. Ты мне очень нравишься, — произнес я и сделал шаг в ее сторону.
Она не отступила. Подняла на меня большие янтарные глаза, и в них я увидел необъятную глубину. В них мне открылся целый мир, в котором было все: понимание, нежность, доброта и трепет. Ее глаза были доказательством существования Бога, ведь создать что-то настолько прекрасное было под силу лишь Всевышнему.
— Ты мне тоже нравишься, но… — услышал я ее тихий голос.
Мне было все труднее сдерживать себя. Я сделал еще шаг навстречу, и она оказалось настолько близко, что я почувствовал тепло, исходящее от ее тела.
Носа коснулся тонкий аромат духов с ноткой горечи в конце. От ее присутствия рядом и запаха закружилась голова. Я подался вперед и, чуть наклонившись, коснулся своим лбом ее лба.
Алиса замерла. Я медленно запустил одну руку в ее густые волосы, а второй приобнял за спину, притягивая к себе. Она была такой легкой и воздушной, что я боялся ненароком сломать ее.
Горячее дыхание Алисы обожгло щеку, и сексуальное напряжение в моем теле усилилось. Я был готов поцеловать ее, хотя и обещал, что не сделаю этого, пока она сама не попросит. Но мне было плевать. Голова совсем не работала. В тот момент я существовал исключительно на уровне ощущений.
Однако неожиданно девушка мягко выскользнула из моих рук и отстранилась.
— Я не могу, Вань прости, — сказала она и направилась к выходу.
Я глубоко вдохнул и с шумом выдохнул, стараясь успокоиться. Какой облом! Я пару раз ударил себя по щекам, пытаясь прийти в себя. Затем распрямил спину и покинул библиотеку.
Когда я вышел из школы, Алиса находилась неподалеку от ворот и, переступая с ноги на ногу, смотрела вдаль. Я встал рядом с ней, достал сигареты и затянулся. Мы молчали.
— Ваня , не обижайся, — наконец подала голос она. — Просто сейчас все сложно, в голове такая путаница. Это связано с…
Алиса не успела закончить фразу. Ее взгляд метнулся вправо, и, проследив за ним, я увидел, как из соседнего двора выезжает намытая до блеска белая Audi.
Машина остановилась в метрах десяти от нас. Водительская дверь распахнулась, и из автомобиля вылез высокий, немного худощавый парень. Все в его виде говорило о наличии денег: дорогие наручные часы, качественные кожаные ботинки, идеально сидящий пиджак.
Сначала я подумал, что это просто проезжающий мимо мажор. Но через секунду, когда Алиса двинулась к нему навстречу, до меня дошло, что парень приехал за ней.
Он по-хозяйски притянул Малыгину к себе, запечатлев на ее губах короткий поцелуй. Затем смерил меня пренебрежительным взглядом и, обогнув машину, распахнул пассажирскую дверь перед Алисой. Девушка забралась на переднее сидение.
Парень сел за руль, шикарная тачка тронулась с места и через несколько секунд скрылась за поворотом.
От увиденного мои кишки скрутило в три погибели. Настроение опустилось до нуля. Пепел, мрачным довеском застывший на конце сигареты, упал на асфальт и разлетелся на сотни серых песчинок.
Какой же я тупорез! Как я позволил себе всерьез поверить в то, что у меня есть шансы с такой девчонкой, как Алиса? Ответ один: я обезумел, чокнулся, рехнулся.
Она дочь одного из богатейших людей города, умница и красавица. Я беспризорник, детдомовское отрепье, человек с сомнительным прошлым и не менее сомнительным будущим. Вот это парочка, зашибись!
Надо быть реалистом и признать, что этот лощенный хмырь на аудюхе подходит ей гораздо больше, чем я. С ума сойти! Она ведь все время твердила мне про какого-то парня, а я пропускал это мимо ушей. Думал, блефует. Слышал только то, что хотел слышать.
Я тряхнул головой, поправил рюкзак и потащился в детдом, пообещав себе впредь не раскисать от одного вида Малыгиной. Мужик я или не мужик в конце концов?!