Наркоман [L.S]

♣

Сегодня выпал первый снег. В комнате было очень холодно. Гарри проснулся в десять часов утра, что, в принципе, поздно для него. Но это не удивительно.

Он потянулся и открыл глаза. Они светились счастьем и стали ярко-зелеными в дневном свете. Мальчик взглянул на любимого : тот мирно спал рядом, крепко обняв за талию Гарри. Сейчас Луи был еще прекрасней, чем обычно. Хотя не было еще такого момента, когда Луи не был бы прекрасным.

Румянец играл на его щеках. Стайлс провел длинным пальцем по виску Лу, по скуле и по губам. Боже, он... он...

Наркотик?

Нет, Зейн был наркотиком. А Луи ― лекарство. Лекарство, которое нужно принимать не переставая, регулярно. Три раза в день, семь дней в неделю. Иначе жизнь не будет иметь смысла.

Гарри наклонился и оставил мокрый поцелуй на щеке парня. "Спи сладко". ― подумал он и осторожно убрал крепкую руку со своей талии.

Умывшись, надев свитер и мешковатые штаны, парнишка закрыл дверь в спальню и вошел на кухню. Не на секунду события прошлой ночи не покидали его головы. Луи был таким потрясающим, что у Гарри до сих пор кружится голова. Он вспоминал, как после волшебного секса Луи обнимал его и целовал плечи, спину, ключицы. Гарри до сих пор чувствует покалывание от прикосновий этих нежных губ.

Кудрявый вздохнул и счастливо улыбнулся. Нет, чтобы не сказал Луи когда проснется, мальчик все равно будет знать, что он испытывал вчера и какое удовольствие получил. Это не будет покидать его.

В глубине души Стайлс знал, что Томлинсон будет считать себя виновным, когда проснется. Он постарается избегать Гарри и не смотреть ему в глаза, но все равно, ликующий огонек победы не погаснет в душе мальчика.

Так и случилось. Томмо даже не вышел из комнаты. Гарри пришлось принести ему завтрак в постель. Парень испепеляющим взглядом рассматривал тарелку, но не поднимал взгляда на Гарри.

― Луи. ― нерешительно начал парнишка. ― Ты не хочешь поговорить?

Парень промолчал, взяв кусочек хлеба и пережевывая его. Мальчик взволновано приподнимался на носочки.

― Лу, мы должны.

― Единственное, что мы должны сделать ― забыть о произошедшем. ― резко отрезал Томлинсон.

Все-таки, как бы Гарри не был готов к такому повороту событий, ему стало больно. Он буквально вцепился взглядом в нейтральное и холодное лицо Луи и сжал свою же руку.

― Нет! ― воскликнул он. ― Для меня это многое значит!

Наконец-то Томлинсон взглянул на собеседника.

― Для меня тоже. Это значит, что вышел из себя. Опять. И такого больше не повторится.

Гарри поспешно смахнул слезы с глаз.

― Луи, ты был не в себе сначала. Но потом ты... мы...

― Замолчи! ― рыкнул парень, скидывая с колен поднос с едой.

Стайлс закрыл лицо руками. Черт, почему так больно?!

― Да пошел ты, Томлинсон! Я дам голову на отсечение, если Стефанни полюбит тебя хотя бы на тысячную долю того, как люблю тебя я! Что ты сейчас чувствуешь? Отвращение? Ненависть? Посмотрим, что ты будешь чувствовать, когда останешься совсем один!

Огромная волна эмоций поглотила Луи и он вскочил. Гарри увидел в его глазах всеполгащающую ярость. От испуга мальчик закрыл лицо руками, но это его не спасло. Через секунду он почувствовал мощный удар в бок и пошатнулся. Он сделал несколько шагов назад и оступился. Сердце Томлинсона екнуло за секунду до ужасного.

― Гарри! ― воскликнул он.

Голова мальчика ударилась об угол кровати и он упал на пол: бесчувственный и истекающий кровью.

•°•°•°•°•

{__Outbreak _}

― Блять, Томлинсон! Ты совсем идиот или мне кажется?!

― Я не знал, куда звонить, Лиам!

― В таких случаях нужно звонить в скорую, придурок!

― Боже... он умирает. Умирает! Гарри, пожалуйста, посмотри на меня. Гарри...

― Не трогай его! Я сейчас!

Топот ног. Осторожное прикосновение и поглаживание.

― Пожалуйста, Гарри, прости меня. Только проснись, ладно? Я сделаю все, что пожелаешь. ― минута тишины. ― Где ты, блять?! Он не перестает истекать кровью!

{____Dip ____}

05/02/1994." Нет, мам, пожалуйста. Прошу, не бросай меня. Как бы тебе не было трудно; когда вырасту, я буду помогать тебе, обещаю".

16/04/1994. "Сегодня ты плакала, я видел. Это все из-за меня, верно? Ты не хочешь бросать меня, я знаю. Но папа сказал, что у вас нет выбора. Что это значит? "

07/05/1994 " Кажется, я понял, что значит "нет выбора". Это когда ты не пытаешься найти выход ".

10/05/1994 " Здесь много детей, мам. Таких же маленьких, как я. Некоторые из них ни разу не видели своих мам, а я видел тебя. Мне повезло."

14/05/1994 " Я не видел тебя уже несколько дней, мам. Я так скучаю. Вернись за мной. Я буду очень тебя ждать".

{ outbreak__}

― Скажите, он будет в порядке?

― Ну что ты молчишь?! Говори!

― Тише, Лу! Простите его, мистер Эртон.

― Ничего, я все понимаю. Случай тяжелый. Пока ничего сказать не могу. Мальчик сильно пострадал и...

― Это мы итак знаем!

― Луи!

― Мистер Томлинсон, я могу дать вам успокоительное.

― Я успокоюсь, когда вы скажете мне, что он идет на поправку.

{__Dip__}

30/10/ 1999 " Привет, мам. Я смотрю на тебя через окно, а ты на меня. Ты скучаешь, я знаю. Я тоже по тебе очень скучаю. Когда-нибудь ты заберешь меня и я буду видеть тебя каждый день ".

16/04/2000 " Знаешь, когда меня перевели из дома малютки к детям по старше, я думал, что они окажутся дружелюбнее. Миссис Джозефер забоится обо мне, но я все равно люблю тебя больше всех на свете ".

18/04/2000 "Я больше так не могу, мам. Ты должна забрать меня сейчас. Здесь мне тяжело ".

25/05/2000 " Ты больше не придешь, я понял.
Я написал тебе письмо, которое ты никогда не прочитаешь. Это хорошо, потому что я еще не знаю всех букв.
Но я хотел бы попросить прощенья за то, что доставил тебе так много горя. Я действительно люблю тебя ".

{__Outbreak__}

* Скрип двери*

― Эй, мистер, вам сюда нельзя. Мистер Томлинсон велел никого не пускать.

― Мистер Томлинсон не узнает, верно? Я не надолго.

― Вы близкий родственник?

― Нет.

― Назовитесь, пожалуйста.

― Сколько он уже в коме?

― Ответьте! ― *возмущение*.

― Сколько. Он. Уже. В коме?

― Неделю. ― * нервный вздох *.

*Длительное молчание*

― Как меня зовут ― не ваше дело. Мне пора.

•°•°•°•°•

О Боже, какая жуткая боль.

Каждая клеточка организма готова взорваться.

Тело выворачивает.

Свет противен.

В висках стучит.

Что это, черт возьми?!

Гарри тихо простонал и попытался пошевелить рукой. Что-то ее сжимало сильнее, чем ослабевший Стайлс мог бы выдержать. Он хныкнул несколько раз, не в силах позвать на помощь.

В глазах все еще расплывался потолок и звук медицинского аппарата резал слух.

Пожалуйста, на помощь! Кто-нибудь! Выключите это!

― М-м... ― послышалось где-то рядом.

Мальчик почувствовал глобальное облегчение, когда с его живота поднялась голова парня. Хватка расслабилась и кудрявый смог расслабленно выдохнуть.

― Гарольд? ― удивленно прошептал Луи.

Мальчик взглянул на него и попытался сфокусировать зрение, но ничего не вышло.

― Боже, Гарри! ― Томмо вновь взял ладонь мальчика в руку и начал покрывать ее поцелуями.

Кудрявый зажмурился и хныкнул. Игла будто приелась к его вене и было отвратительно чувствовать ее внутри себя.

― Я сейчас, малыш! Я только позову доктора и вернусь! ― Томлинсон вскочил и в эту же секунду вылетел из палаты.

И опять мальчик испытал ощущение похожее на то, когда в человеке медленно ломаются одна кость за другой. На лбу его выступил пот, а слабые руки изо всех сил сжали больничную простынь.

Теперь понятно. Не забота Луи, не любовь к матери, даже не воля Господа вернула Гарри к жизни. А гребанная, мать его, ломка.