Глава 34
— Итак, здесь ты живёшь, — я прокрутилась вокруг себя, осматривая высокие потолки апартаментов. Однокомнатная квартира казалась очень просторной, но при этом довольно уютной.
— Как тебе? – Адам закрыл за собой дверь и одной рукой обнял меня со спины, располагая ладонь у меня на животе и опуская подбородок на макушку.
— Тут намного больше места, чем я думала, ещё и не так пусто, — я вновь обвела глазами помещение, с увлечением рассматривая небольшой кусочек комнаты, который было видно из коридора. У стены стоял высокий стеллаж по всей её длине, на котором аккуратными рядами стояли книги, разложенные по цветам, на стенах висели какие-то фотографии и что-то похожее на грамоты и дипломы. Я мысленно усмехнулась. Что ещё могло быть на стенах у Адама –то, что в очередной раз напомнит ему о том, какой он умный, успешный и привлекательный
— Да, преподаватели тоже могут себе позволить что-то вроде такого, — он коснулся губами моего уха, крепче прижимая меня к себе. Я прикрыла глаза и опустила ладонь на его руку. – Пойдем на кухню, ещё немного и я съем тебя.
Я улыбнулась и через силу отстранилась, мужчина повел меня налево. Передо мной предстала совсем небольшая кухня с длинным окном. Через всё помещение протянулся барный стол, рядом с которым стояли высокие кожаные барные стулья. Адам отпустил пакет и начал увлеченно доставать оттуда продукты.
— Так значит... Готовлю я? — я подняла брови и облокотилась на стол.
— Единственное место женщины на кухне — это стол. За столом или на нём решать тебе, — он поднял глаза и лукаво улыбнулся.
— Адам! – я прыснула и покачала головой. Неужели он думал, что это так остроумно? – Значит, тебе моя помощь не нужна?
— Возможно, с тобой я справлюсь быстрее.
— Значит, я готовлю тесто, — я небрежно заколола волосы на затылке и подошла ближе. — Где у тебя...
— С вероятностью сто процентов я не отвечу, исследуй всё сама.
Я покачала головой и начала свое путешествие по шкафам и ящикам. Всё необходимое было найдено довольно скоро, я со спокойной душой раздала указания Адаму, который прорывался взять руководство на себя, и принялась замешивать тесто.
— Расскажи мне о своей семье, — внезапно попросила я, аккуратно приминая тесто руками. Мы совсем не говорили об этом – его детстве, юношестве, он с интересом спрашивал о нём меня, но от него я подобных рассказов не слышала. Я неуверенно взглянула на него, казалось, его лицо перекосилось и на нём появилась гримаса недовольства, которую он почти тут же скрыл.
— Обычная семья... Мама, папа, брат... Когда он кхм... умер, в семье всё пошло наперекосяк, я переехал к бабушке с дедушкой, они меня и воспитывали, — он безразлично пожал плечами, продолжая старательно нарезать помидор.
— И с родителями ты... не общался?
— Я был им не нужен. Они про меня даже не вспоминали, честно, я даже не знаю, что с ними сейчас.
— И не хочешь узнать?
— Зачем? – он недоумённо вскинул бровь.
Я покачала головой и бесшумно вздохнула.
— А в какой школе ты учился?
— Да в самой обычной в пригороде. Драки, местные разборки, бесконечные игры в футбол — ничего похожего на пансионат при Оксфорде, — Адам поднял на меня глаза и лукаво усмехнулся.
Я закатила глаза.
— То, что я жила в пансионате при Оксфорде, никак не определяет мою личность, — я покачала головой и скрестила руки на груди, самодовольно поглядывая на мужчину.
— Никак не определяет мою личность, — повторил он излишне писклявым и высоким голосом, видимо подражая моей манере разговора. — Ты выглядишь как человек, который отпочковался от этого места.
— Это не так, ты просто слишком многого обо мне не знаешь, — поддразнивающе протянула я.
— Ну и что же, например, я не знаю? Почему вообще ты там не осталась? Ты столько лет там проучилась и в итоге выбрала всего лишь Манчестер и всего лишь городской университет, хотя в Оксфорде ты могла рассчитывать на стипендию.
— Да я просто закрутила роман с одним горячим учителем и мне сказали, что в университете меня видеть не хотят, потому что они боятся за других преподавателей-мужчин, — я несколько раз кивнула и со всей серьезностью встретила недоуменный взгляд Адама.
Мужчина занес нож над очередным переспелым томатом и долгим взглядом изучил моё невозмутимое лицо.
— Роман с горячим учителем? — в его вопросе таилась надежда на то, что я пошутила, но по моему спокойному хладнокровному лицу так не казалось. Я лишь слабо кивнула, наблюдая за тем, как Адам дальше меняется в лице.
— Так значит, я просто твой типаж, — из груди мужчины вылетел смешок, но по его глазам было понятно, что ему это не очень приятно.
Я часто закивала.
— Горячий преподаватель литературы — это именно то, за чем я охочусь всю жизнь, — смех сдерживать уже не получалось и я задорно улыбнулась, после чего несколько раз поцеловала Адама в лоб. — Я пошутила, никакого романа и никакого типажа.
— Ах вот как, — мужчина вмиг расслабился и покачал головой. В его глазах запылал огонек. Я, затаившись, наблюдала за его дальнейшими действиями. – Вот значит какая ты врушка, — весело протянул он, покачивая головой. Адам ладонью нырнул в бумажный пакет с мукой, зачерпнул белый порошок и после этого опустил пальцы мне на волосы, аккуратно растирая муку по голове.
— Что ты делаешь? – я взвизгнула и попыталась увести его руку, но второй рукой мужчина схватил меня и обнял сзади за шею.
— Я был готов тебе поверить, — он начал щекотать меня свободной рукой, я со смехом извивалась, стараясь вырваться из капкана его объятий, но все было тщетно – Адам был намного сильнее и держал очень крепко.
— Ты бы себя видел — такой растерянный и напуганный, словно маленький котёночек, — продолжала я в ответ на нарастающую щекотку.
— Да? Котеночек? Я покажу тебе котеночка, — Он поднял меня на руки, с легкостью закинул на плечо и стал кружиться по кухне.
— Адам, лучше так не делай, у меня очень слабый вестибулярный аппарат, — я уже задыхалась от смеха, перед глазами всё поплыло, но Адам даже не думал заканчивать. – Адам, ну пожалуйста, — протянула я из последних сил.
Мужчина резко остановился, усадил меня на стол и расставил руки по обе стороны от моих бедер.
— Шутница, — только и произнес он, после чего чувственно меня поцеловал. — Я с тобой еще закончу, — он вкрадчиво улыбнулся и спустил меня со стола, подводя обратно к миске с тестом. — Наберусь побольше сил после еды и закончу.
Я потрогала пылающие щеки и опустила руки обратно в миску с тестом. Минут через 20 пицца уже стояла в духовке. Адам под моим пытливым взглядом, закатив повыше рукава светло-голубой рубашки, старательно убирал беспорядок, который мы устроили.
— Ты точно не хочешь, чтобы я тебе помогла? — я убрала за уши выбившиеся из-под заколки локоны и обхватила себя обеими руками.
— Я точно не хочу, чтобы ты мне помогала.
Я с интересом в очередной раз оглядела кухню и взгляд мой зацепился за интересное устройство красного цвета.
— У тебя тут все это время было радио, и ты мне не говорил?
— Радио — это не то, чем может похвастаться состоятельный мужчина.
Я притянула к себе на вид раритетный старый приемник и повертела его в руках.
— Тяжелый... а он работает еще?
— Это колонка — подключи блютуз и заработает.
Я раздосадовано покачала головой и открыла в телефоне приложение с музыкой. Уже через пару минут по кухне разливались мягкие звуки и женский вокал заполнил помещение.
— Я же сказал, ты выглядишь именно так, как человек, который слушает Лану Дель Рей.
— И это комплимент или оскорбление? — усмехнулась я, скрестив руки перед собой.
— Это факты, и они неопровержимы, — мужчина положил тряпку в раковину, тщательно помыл руки, после чего также старательно насухо вытер их полотенцем.
Он подошел к подоконнику, возле которого я стояла, и за руки притянул меня к себе.
— Давай включим что-нибудь другое?
Я переключила композиции, и теперь вместо женского голоса, слегка похрипывая, из колонки стал доноситься мужской.
— Медленные танцы в темноте, — негромко повторил Адам название песни. – Это то, что нам подходит.
Он опустил руку мне на спину и аккуратно погладил ее пальцами. Вторая ладонь легла чуть ниже поясницы и с уверенностью притянула меня ближе. Я легко закинула руки ему на шею и, особо не сжимая их, медленно начала раскачиваться в такт песне. Его руки плавно переместились ко мне на бедра, ладони повторяли каждое моё движение. Мои серые глаза встретились с его ледяными голубыми. Теплый свет кухонный лампы играл в них словно блики солнца на утреннем море. Как обычно я не могла точно понять, что в них таилось. Я всегда могла лишь примерно понимать, какую из ограниченного спектра показываемых ими эмоций испытывает Адам, однако знать точно, что происходит в его душе, его глаза мне не подсказывали. Одна из его ладоней крепко сжала мою талию и привлекла меня ближе, хотя казалось, что ближе уже некуда. Я прислонилась своей щекой к его щеке, мужчина опустил голову. Я чувствовала его размеренное дыхание, тепло приятно обдавало шею. Он сжимал мою талию и изредка касался губами оголенных участков кожи на моей шее и плечах. Я еле дышала. Мне казалось, что если я хоть немного пошевелюсь, всё тихое и теплое счастье, разгорающееся у меня внутри, вмиг разрушится. Я отчаянно пыталась сдерживать мысли о том, что я чувствую себя с ним в полной безопасности. Адам лишь одни своим присутствием отвлекал меня от всех мрачных мыслей, от всех переживаний, которые только могли быть в жизни. Он умело компенсировал всю боль, отчаяние и растерянность, которую я испытывала. Я повернула голову, желая украдкой взглянуть в его глаза, но мужчина сосредоточенно смотрел куда-то позади меня. Мне очень хотелось знать, что сейчас занимает его мысли и чем он сейчас так сильно увлечён. Мне очень хотелось думать о том, что в его голове сейчас была только одна. Мужчина держал меня крепко, не давая мне даже отойти на полшага. Однако я, желая наконец встретиться с ним взглядом, все-таки отстранилась, чем и заставила Адама поднять глаза. Он мягко улыбнулся и тыльной стороны ладони погладил меня по щеке, после чего, прижав мою голову к своей груди, опустил подбородок мне на макушку. Мы оба двигались совсем не смело, почти топтались на одном месте, но нам обоим это было совсем не важно. Когда включилась другая, более задорная и ритмичная песня, мы отпрянули друг от друга одновременно.
— Бачату я танцевать не умею, — Адам покачал головой.
Я лишь усмехнулась.
— А жаль, я бы хотела показать тебе свои навыки.
Он подхватил меня на руки и посадил на подоконник. Мужчина навис надо мной и наклонился совсем-совсем близко. Я ожидала нежного поцелуя, но вместо этого только услышала шепот.
— Если бы я знал, Вивиан Льюис, что вы так вскружите мне голову... — он не закончил фразу, так как кухню неожиданно прорезал громкий писк. Мы оба устремили взгляд на духовку. Адам, схватив полотенце, быстро открыл её, и изнутри повалил серый дым. Мужчина достал противень и опустил его на подставку. Пицца казалась слегка подгоревшей.
— Ну что, румяная корочка, — он отряхнул руки и усмехнулся. — Все не так плохо, голодными мы точно не останемся, а на десерт у нас есть ты.
Адам отскочил от подоконника и начал выгонять дым в открытое окно. Я съежилась — ветер на улице уже оказался морозным и по-зимнему колючим.
— Иди сюда, малыш, — мужчина поманил меня за стол, я еле скрыла улыбку. Подобное обращение от него я слышала впервые. Я спрыгнула с подоконника и проследовала к столу. Адам накрыл меня объятиями и сжал руки вокруг талии, всем своим телом передавая мне своё тепло.
— А я думала, ты позвал меня ужинать, — промурлыкала я, приподнимаясь на носочки и несколько раз касаясь губами его солоноватых губ.
— Я сказал, что в случае чего я съем тебя, да? – мужчина поцеловал меня в шею аккуратно прикусывая тонкое полотно кожи, отчего на нем словно мелкий бусины проступили мурашки.
Я звонко рассмеялась и вырвалась из объятий Адама, опускаясь за стол.
— Ты говорил что-то про десерт. Ещё не время, — я облизнула губы и долго посмотрела на молодого человека, даже не пытаясь скрыть задорные огоньки в глазах.
— Что, если я не соблюдал правила и всегда получал сладкое до еды?
— Не забывай, откуда я родом. Правонарушитель и потомственная полицейская — это крайне опасная смесь...