Безмолвное падение

Все следующие дни были наполнены сладостным предвкушением. После прекрасного вечера, который подарил мне Адам, я не могла думать ни о чем, кроме следующего настоящего свидания. Всю неделю мне приходилось довольствоваться лишь встречами на парах и редкими совместными поездками до работы. Сегодня литературы вообще не было, как не было у меня и свободной минутки, чтобы зайти к Адаму во время перерыва. После конкурса с подачи Адама я решила отправить работу в пару разных издательств, оставалось лишь кое-что дописать, чем я и занималась всё свободное время.

Работа в департаменте вечером тянулась медленнее обычного. Я старалась выполнять всё как можно быстрее в надежде на то, что это ускорит течение времени, в итоге все задачи были выполнены довольно быстро, а до приезда Адама всё ещё оставалось много времени. Я с опаской достала из нижнего ящика стола толстый блокнот, в котором свернутыми лежали материалы дел убитых девушек, а также дело отца. Я уже пожалела от том, что принесла материалы в участок, но время и желание рассматривать их появлялось только здесь. Глаза вновь пробежались по тексту и заметкам. Общая картина на первый взгляд казалась знакомой и наталкивала меня на определенные мысли, и в то же время пазлы будто должны были лежать по-другому. За долгие месяцы расследование не приблизилось ни к чему более-менее осязаемому, и это пугало ещё больше. Если подозреваемыми были лица, связанные с университетом, найти убийцу среди них казалось вполне посильной задачей. Заметки были разрозненные и небрежные, я с трудом могла их разобрать. Слово «Цветы» было обведено несколько раз, от него устремлялась стрелка к надписи «спектр/радуга». Пока все три букета шли аккурат либо по цветам радуги, либо по цветовому кругу. Любовь к порядку и последовательности была очевидной, но не было ли здесь ещё какого-то скрытого смысла? Я сразу вспомнила нашумевший сериал про Лектора, где в первых же сериях он собирал мозаику из людей. Что было смыслом здесь? Метод убийства был жестокий, он явно хотел показать своё превосходство и их беспомощность. Собирает свой собственный сад? Мысли путались, я не могла поймать ни одну из них. Что всё это значило?

Я закрыла блокнот и притянула к себе папку-аналог красной папки Эллен, в которой я писала все личные догадки и теории, которые тоже никак не вязались в одну. Внятных подозреваемых на листе бумаги не было, имя Эллен к списку я добавить не решалась, слишком уж безумной казалась мысль о том, что мачеха может быть в этом замешана. Я могла подозревать всех, но не её. Если бы она этого и хотела, то сделала бы более открытым, очевидным способом, ничего ни от кого не скрывая – как было в её характере. Тогда кто мог на это пойти? Кто-то близкий, кто мог бы получить от его смерти какую-то выгоду. Корыстные мотивы, связанные с обогащением, я сразу отметала – после его смерти мне досталось почти всё, к Эллен перешёл только домик, который сейчас занимала я, и определённая сумма денег. Бабушке с дедушкой тоже досталась крупная сумма на счету, но они отказались от неё в мою пользу. А больше у него не было ничего, кроме должности. Начальник штаба городской полиции. Человек, у которого слишком много врагов. Но версию с местью они тоже почти не рассматривали – точнее рассматривали, но совсем не в том масштабе, который ожидала я. Сейчас я всё сильнее верила в то, что это была месть, но не от кучки наркоманов. За этим явно стоял кто-то больше, значимее, и Эллен сама в это верила. Я быстро устала от бесцельных размышлений и, оставив бумаги на столе в свернутом и закрытом виде, решила прогуляться до кафетерия, пусть кофе там и не отличался отменным качеством. Взяв в качестве закуски большой шоколадный батончик, я поспешила вернуться в кабинет.

— Ты расследуешь эти убийства? – мрачные, почти черные глаза Рика угрожающе сверкнули, как только я появилась в кабинете. Я недоуменно подняла брови – видеть его здесь, да ещё и когда в кабинете было пусто, казалось странным. Мужчина стоял около стола, опустив тяжелую ладонь на разбросанные бумаги. Ноздри часто раздувались, вторая рука лежала на бедре. Он выглядел крайне разъярённым.

— И тебе привет. Не учили не копаться в чужих вещах? – я опустила стакан кофе на тумбочку и подошла ближе. Я старалась держаться ровно, но мне было не по себе – случилось то, чего я так отчаянно боялась, это нашли.

— Я спрошу ещё раз. Ты расследуешь эти дела? – холод его голоса окутал меня, по телу пробежала дрожь. Рик был серьёзен и напряжён, его глаза почти не двигались и мрачно, не открывались смотрели на меня.

— Нет, Рик, их расследуешь ты, так как только стал детективом, – я собрала все бумажки в одну стопку и попыталась отодвинуть ящик стола, чтобы засунуть их внутрь, но Рик захлопнул его, заставив меня вздрогнуть, а мои пальцы отскочить от гладкого дерева. – Портим казенное имущество? – я улыбнулась, надеясь на то, что это снимет напряжение, но мужчина оставался таким же непробиваемым.

— Ты совершаешь огромную ошибку, Вивиан. Эллен тебе доверилась. Если это как-то выйдет за пределы департамента, а особенно попадет в руки журналистишке, который так и вьётся вокруг тебя...

Я расплылась в насмешливой улыбке. Теперь вещи точно встали на свои места – у меня было ощущение, что в его словах, его реакциях было что-то личное, и теперь наконец поняла что.

— Так ты ревнуешь?

— Мир не крутится вокруг тебя, Вивиан, — процедил он сквозь зубы и отвёл отрешённый взгляд.

— Нет. Он крутится вокруг тебя, твоего эго, твоих желаний, как и любого другого мужчины, — я медленно кивнула.

Мужчина повёл бровью, плотная ткань брюк смялась под его напряжёнными пальцами, покои на бедре.

— Твой бойфренд достаточно либерален для тебя?

— Какой такой бойфренд? – я скрестила руки перед собой.

— Этот щупленький очкастый ботаник. Правда я не понимаю, как у тебя так сильно испортился вкус на мужчин.

— Какой ты жалкий, Рик, господи, – я покачала головой и несмотря на то, что только что зашла в кабинет, захотела тут же его покинуть. Я открыла дверь, но не вышла – остановилась в проходе, выжидающе глядя на Рика.

— Стой, стой. Извини, — он виновато покачал головой.

— Ты можешь уходить, — я усмехнулась и выгнула бровь, отчего мужчина ещё заметнее растерялся.

Он мялся – никак не мог сдвинуться с места или сказать что-либо внятное, но я никуда не торопилась. Не сейчас.

— Я вообще-то... Я хотел спросить... Не хочешь ли ты...?

— Нет. Ты можешь уходить. Я тебя попросила.

— Ты изменилась, Вивиан. Далеко не в лучшую сторону, — он подошёл ближе и произнёс это твёрдо, без тени колебания, что заставило меня удивиться. Я выдавила усмешку и покачала головой.

— Тебя не устраивает то, что я перестала быть словно пластилин в твоих руках?

Рик еле слышно, почти бесшумно вздохнул. В его карих глазах на данный момент не читалось ничего, кроме горечи, перемешанной с разочарованием. Я и правда так сильно изменилась? От смышленой, наивной и преданной девчонки, которой он меня помнил, не осталось ничего, кроме обертки. Более проницательная, смелая и по-кошачьи хитрая личность сейчас скрывалась под ней. Или же мужчина не мог смириться с тем, что обновленная версия меня держит его на чересчур сильном отдалении. Я вновь пристально посмотрела на Рика, всем видом выражая то, что ему здесь не особо рады, и мужчина наконец сделал шаг за порог, раздосадовано покачивая головой. Я плюхнулась на стул и тяжело вздохнула. Раздражение, которое во время беседы заполнило меня от и до, перебивало предвкушение от скорой встречи с Адамом.

На телефон пришло долгожданное СМС — Адам ждал около входа в департамент. Я подскочила, оставив недопитый кофе, накинула пальто, взяла сумку и поспешила к выходу из участка, напрочь позабыв про наличие лифта. Ноги несли меня сами, казалось, я совсем не прилагала никаких усилий, чтобы перелететь через ступени. Я быстро оказалась у выхода и с улыбкой поглядела на Адама, который терпеливо ждал моего появления, облокотившись на машину. Автомобиль был идеально чист, несмотря на не самую приглядную погоду, так же безупречно выглядел и его водитель. Серое пальто, наспех завязанный чёрный шарф. Причёска сегодня была совсем не как обычно – пшеничного цвета волосы не были зачёсаны назад, а свисали по бокам ото лба. В его руках, как и в прошлый раз были цветы — букет коротких белых роз в белой упаковке.

— Привет, радость, — мужчина широко улыбнулся и привлек меня к себе, отрывая меня от земли и несколько раз касаясь губами моих губ. От него повеяло холодом, я попыталась отстраниться, но Адам настойчивее прижал меня к себе за спину и поцеловал более страстно, чувственно, яростно. Я всё же отстранилась, облизывая покусанные губы и с улыбкой покачала головой.

— Привет, — прошептала я и обняла его за шею. Мужчина носом уткнулся в ворот моего пальто, я покрылась мурашками от прикосновения его холодной кожи. – Отпусти, мне холодно. Ну отпусти, Адам, пожалуйста, — я засмеялась, и молодой человек не думая разжал руки.

— Это тебе, — он протянул мне розы.

Я с улыбкой приняла букет и покачала головой.

— Как долго я буду получать от тебя цветы? – я улыбнулась.

— Пока все цветочные магазины не будут опустошены, — он просиял ответной улыбкой и обнял меня за плечи, зарываясь носом в мои волосы. – Я так рад, что мы наконец выберемся.

— Стой, я забыла шарф, я сейчас, — я отстранилась и побежала обратно ко входу в здание. Каково было моё удивление увидеть выходящего из него Рика с моим шарфом в руках.

— Ты забыла в кафетерии, — он безучастно протянул мне шарф, поглядывая прямиком за моё плечо на припаркованную около входа машину. В его глазах показался интерес.

— Щупленький ботаник, говоришь? – я насмешливо улыбнулась, резко развернулась и прошагала обратно к Адаму.

— Что, я уже не способен тебя согреть? – мужчина усмехнулся и за талию притянул меня к себе, долго целуя в волосы. Я расслабилась и прикрыла глаза. – Садись давай, мы уже опаздываем.

Я с радостью опустилась в салон, убирая вещи назад, и с предвкушением посмотрела на Адама. Он не говорил ничего про место, и я мне было безумно интересно узнать, что он решил придумать.

— Куда мы едем? – поинтересовалась я, пристёгиваясь.

— В кино, — Адам завёл машину.

— Кино? — изумленно переспросила я. — Если ты вдруг решил арендовать весь зал...

— Тебя таким не удивишь? – мужчина усмехнулся и покачал головой. – Сегодня всего лишь кино, солнце. В следующий раз придумаю что-то интереснее.

Я тепло улыбнулась и покачала головой. Мне было совершенно не важно, куда мы отправимся.

— Чего ты так задержался на работе?

— Между прочим я проверял ваши работы.

— Я могу не волноваться об оценке? – я усмехнулась и закусила губу.

— Что? Нет, моя дорогая, автомат в семестре я тебе не поставлю.

— И какая тогда от всего этого польза?

— Какая корысть, мисс Льюис, я даже не ожидал от вас.

Я прыснула и покачала головой. Адам перехватил мою ладонь и неожиданно поднёс к лицу, нежно касаясь её губами. Я расплылась в мягкой улыбке, лицо залило краской. Я прислонилась макушкой к окну и не скрывая улыбки посмотрела на Адама. Он прыснул и покачал головой. Дорога повела нас обратно в сторону университета и в целом заняла не более пятнадцати минут. Когда мы остановились около огромного здания современного культурного центра, я с опаской огляделась по сторонам. Здесь было слишком небезопасно – кто-либо из толпы студентов мог заглянуть сюда после вечерних пар.

— Тут три минуты до университета. Ты не боишься, что нас увидят?

— Я не собираюсь тебя скрывать, — он опустил ладони на моё лицо и нежно поцеловал в лоб. Тепло разлилось по моему телу, не от его действия, а от его высказывания, я опустила холодные пальцы на его руки. Мужчина слабо улыбнулся. – Пойдём.

Он вышел первый и по привычке открыл для меня дверь. Как только я вышла, Адам притянул меня ближе и обхватил руками мои плечи, я в миг обмякла под его ладонями. Я не могла это контролировать, хотя очень хотела – такое поведение было непростительно легкомысленным, но я не могла справиться с чувствами. Каждый раз, когда он был рядом, каждый раз, когда он касался меня, меня захлёстывала необъяснимая волна спокойствия и беззаботности. Казалось, он одно его присутствие могло исправить всё, что угодно

— На что мы вообще идём? – негромко спросила я и убрала подмёрзшие ладони в карманы пальто. Его рука скользнула за моей, наши пальцы переплелись.

— Ну вот, — он указал на красочную афишу и нахмурился. Выбор был невелик — боевик, французский фильм про любовь на языке оригинала и старая американская классика в виде триллера «Крик». Я видела, Адама ассортимент явно не впечатлил.

— Мы не идём на боевик, — я твёрдо кивнула.

— Французский я не знаю, — Адам нерешительно развел руками.

Я нахмурилась и скрестила руки перед собой.

— И что остаётся? Крик? Сколько раз ты его смотрел?

— Мой любимый ужастик.

— Это? Ужастик? – я усмехнулась.

— Что тебе не нравится, поколение «Заклятия»? – он закинул руку мне на плечо и с ухмылкой покачал головой.

— У Крэйвена есть более интересные фильмы. Тот же «Кошмар на улице Вязов».

— Ты хочешь сказать, тебе никогда не нравился Билли Лумис?

— У меня ммм... Совсем другой типаж, — протянула я и лукаво улыбнулась.

Мужчина улыбнулся и потянулся, чтобы меня поцеловать, но я резко отпрянула, с интересом наблюдая за его растерянной реакцией.

— А что, твой типаж — это милые брюнетки-отличницы? – я закинула руки ему на шею и улыбнулась.

Он покачал головой.

— А как это соотносится с тобой?

Я шутливо пихнула его в бок, Адам рассмеялся и крепко меня обнял.

— Никаких типажей, мисс Льюис. Если он у меня когда-то и был, ты точно разорвала все шаблоны...