глава 3
«Вᴏᴋᴩуᴦ цᴀᴩиᴛ ᴛьʍᴀ, ᴀ ʙ нᴇбᴇ ɜᴀжиᴦᴀюᴛᴄя ʍиᴩиᴀды ɜʙᴇɜд. Бᴧижᴇ ᴋ ᴨᴏᴧунᴏчи нᴇбᴏ ʙ ᴏднᴏʍ ʍᴇᴄᴛᴇ ᴄʙᴇᴛᴧᴇᴇᴛ, бᴧᴇднᴏᴇ ɜᴀᴩᴇʙᴏ ᴨᴏᴄᴛᴇᴨᴇннᴏ ᴩᴀɜᴦᴏᴩᴀᴇᴛᴄя. Чᴇᴩᴇɜ нᴇᴄᴋᴏᴧьᴋᴏ ʍинуᴛ ᴨᴏяʙᴧяᴇᴛᴄя ᴨᴏᴧнᴀя ᴧунᴀ, нᴀ ᴋᴏᴛᴏᴩᴏй дᴀжᴇ ᴄ ɜᴇʍᴧи ʙидны ᴄᴛᴩᴀнныᴇ ᴩиᴄунᴋи, ᴄᴏɜдᴀнныᴇ ᴩᴇᴧьᴇɸᴏʍ ᴇᴇ ᴨᴏʙᴇᴩхнᴏᴄᴛи. Кᴛᴏ ʙидиᴛ ᴛᴀʍ ᴧицᴏ чᴇᴧᴏʙᴇᴋᴀ, ᴋᴛᴏ диᴋᴏʙинных жиʙᴏᴛных иᴧи ᴇщᴇ чᴛᴏ-ᴛᴏ нᴇᴏбычнᴏᴇ. Нᴏчью ᴏбычнᴏ нᴀᴄᴛᴏᴧьᴋᴏ ᴛихᴏ, чᴛᴏ ᴩᴇдᴋиᴇ ᴏᴛдᴀᴧᴇнныᴇ ɜʙуᴋи — ᴦᴏᴧᴏᴄᴀ ᴧюдᴇй, ᴄᴏбᴀчий ᴧᴀй, ᴄᴋᴩиᴨ дʙᴇᴩᴇй, ɯуʍ ᴏдинᴏᴋᴏᴦᴏ ᴀʙᴛᴏʍᴏбиᴧя — ϶ᴛᴏ ʙᴄё ᴄᴧыɯнᴏ ᴛᴀᴋ, будᴛᴏ ʙᴄё ϶ᴛᴏ ᴄᴏʙᴄᴇʍ ᴩядᴏʍ, ᴀ ʍужчинᴀ ᴄᴧыɯиᴛ, ᴋᴀᴋ дыɯиᴛ ᴇᴦᴏ ʍᴀᴧᴇньᴋᴀя ᴨᴩинцᴇᴄᴄᴀ».
Она тихо сопела на его коленях, лунный свет падал ей на лицо. Зейн пристально смотрел на свою невесту, не отводя своего взгляда. Мужчина поглаживал ее по волосам, она наверняка устала за этот день, пережила столько всего. Зейн никогда не даст ее в обиду. Он дал себе клятву, что ни одно живое или потустороннее существо не коснется ни ее тела, ни ее души. Она только его. Этого брака не был в его планах, он не думал, что может все так сложится. У него были чувства к дочери его лучшего друга, он внушал себе, что это глупо, что нужно покончить со всем этим, но каждый раз замечая ее мерцающие детские глазки, она была для него ребёнком. Находясь рядом с ней, он чувствовал себя живым. Еще в самом детстве она над ним подшучивала, Зейн дарил ей ее любимые сладости втайне от отца, ведь он запрещал есть ей много сладкого, но мужчина не хотел видеть ее мокрые от слез глаза. Только ему она доверяла свои секреты, только он знал, что Ясмин боится громких звуков, криков, драк. Ему удалось это заметить — на протяжении двух лет он внимательно наблюдал за реакцией маленькой девочки: от одного крика отца ее глаза становились мокрыми. Кадир не из тех отцов, какие дают своей дочери свободы, нет. За эти двадцать лет он ещё ни разу не пустил ее погулять с подружками со двора. Ее сопровождал исключительно Джаффар, ее личный водитель. Все детство она провела с книжками, учила языки и многое другое, что даже самому взрослому не дано, поэтому в ней зародилась такая любовь к чтению.
Кадир вышел на улицу, придерживаясь за стенку, увидев как она спит на коленях Зейна, он улыбнулся.
— Нога не затекла? — усмехнулся Кадир, садясь напротив. Зейн улыбнулся, смотря на своего лучшего друга теплым взглядом. Он откинул голову назад, а его рука поглаживала ее через плед, которым была накрыта девушка.
— Я готов сидеть так вечно, — Кадир усмехнулся, задумчиво цокнув.
— Неужели и правда любишь ее?
— Ты сам знаешь ответ на вопрос, — широко улыбнувшись, ответил Зейн.
— Я никогда не чувствовал себя так, как сейчас. Я хочу, чтобы она была счастлива со мной, не хочу, чтобы мучилась, разделяя со мной одну кровать, — Кадир опешил от ответа своего друга и рассмеялся, но ничего не ответил. Ясмин что-то промямлила во сне.
— Хочу, чтобы пингвины переехали жить в Сефер, — она спрятала свою голову в коленях мужчины. Кадир и Зейн посмотрели друг на друга, пытаясь сдерживать свой смех.
— Хах, пингвинов хочешь. Будут тебе пингвины, — Зейн с усмешкой глянул на Кадира, тот выгнул бровь.
— Зейн, где же ты пингвинов достанешь? Горе ты мое, — Кадир пытался остановить свой смех, Зейн посмотрел на полную луну и сказал:
— Если она хочет, то достану. — он перевел взгляд на Кадира. Они болтали ещё где-то около получаса.
— Я отнесу ее в комнату, на улице уже холодает, — Кадир одобрительно кивнул, Зейн встал, аккуратно обхватил ее за спину и под коленями, с лёгкостью поднял ее, прижимая к себе так, что ее голова покоилась на его сильной, размеренно вздымающейся груди — его сердце стучало так быстро, будто так и норовило выпрыгнуть. Он поднимался по лестнице, дверь в ее комнату была открыта: Зулейка убиралась в шкафу девушки, витая в своих отвлеченных мыслях. Когда они зашли, кормилица Ясмин опешила, прикрывая рот одной рукой. Зейн аккуратно уложил Ясмин на кровать, поставил рядом с ней ее верблюда. Мужчина в замешательстве рассматривал ее платье, но не решался снять его сам, думая что Ясмин не сможет смотреть ему в глаза после таких известий. Зейн встал с кровати и обратился Зулейке.
— Поменяете ей одежду, — он улыбнулся, замечая удивленное лицо кормилицы. Зейн покинул комнату.
Утро. Наверное, самое прекрасное время суток, когда просыпается природа, когда начинают щебетать птички. Сквозь тонкие шторы просачивались лучи солнца, падающие на лицо мирно спящей девицы. Жмурясь, она взяла подушку и накрыла ею свою голову, не прошло и пары минут, как она услышала стук, лениво повернулась на спину и сонно крикнула:
— Войдите, — в комнату вошла Синди. Ясмин увидела ее из-под прищура глаз.
— Ну сколько можно спать? Ты хоть время видела? — Ясмин приподнялась на локтях, взяв с тумбочки телефон:
— 8:19. Синди, у тебя дома часы сломались, мой отец даже не встаёт в такое время.
— Синди закатила глаза на слова подруги и отошла от ее кровати, достав телефон и включив радио, начала пританцовывать и повторять слова, которые доносились из телефона.
— Итак, наше утро начинается с пам-пам-парам! С новостей Марокко — Сефер, сегодня ровно в 22:00 на набережной состоится концерт гитариста с Бразилии, Рио-де-Жанейро!
Джек Пауло Рафаэль Эрнандес! — Ясмин резко очнулась, чуть ли не упав на пол от визга подруги.
— А, что? — Ясмин потерла глаза, пытаясь вспомнить, что говорила только что ее подруга. Синди подошла к подруге, потянув ее за руку, чтобы та встала с кровати.
— Ну! Хватит спать, сегодня в десять вечера состоится концерт Джека! Мы должны туда пойти, — Ясмин кивнула.
— Если ты перестанешь меня так трясти, то я пойду с тобой хоть до конца света, — Синди резко отпустила подругу, от чего та упала на кровать, заливаясь громким смехом.
Застегивая замок на шикарном платье Ясмин, Синди, хихикая, говорит, смотря в отражение зеркала:
— Не думала, что ты захочешь стать женой Зейна, — Синди усмехнулась и продолжила:
— Это что-то типа «I need someone older», — Ясмин закатила глаза на комментарий подруги. Синди рассмеялась, поправляя прическу подруги. Образ Ясмин состоял из нежного, свободного платья салатового цвета, с прической она не стала заморачиваться, сделала свободную, легкую косичку.
— Ясмин, ну что ты как ребенок с этими косами. Вылезай из детства, как ни как двадцать лет уже, — Ясмин проигнорировала жалобу подруги и взяла свою маленькую сумочку. Девушки спустились на первый этаж, Кадир беседовал с кем-то по телефону, а служанки прибирались. Кадир сбросил звонок и перевел взгляд на девочек, улыбнулся.
— Добро утро, пап, — она подбежала к отцу, обнимая его. Синди вежливо улыбнулась:
— Доброе утро, господин Кадир.
— Доброе, девочки. Ясми, дочка, Зейн звонил, спрашивал тебя и велел, чтобы ты была готова, вы поедете в ювелирный, — Синди усмехнулась. Ясмин с упреком посмотрела на подругу.
— Ну это же не до поздна. Можешь ехать, я приезжала только чтобы предупредить лично, — подмигнула Синди, Ясмин улыбнулась, в дом вбежала Лейла.
— Господин Зейн прибыл, — она поклонилась и отошла от двери. Зейн вошёл, оглядев всех своим обыкновенно проницательным взглядом темнеющих глаз.
— Доброе утро, — Синди прохихикала, смотря на Ясмин.
— Доброе, Зейн, оставайся, выпей кофе, — мужчина перевел взгляд на Ясмин, осматривая ее с ног до головы — их взгляды встретились. Зейн хмыкнул, сдержанно поджав губы, и произнес, переведя взгляд на Кадира:
—Спасибо, друг, не в этот раз, — отец Ясмин улыбнулся, мужчина подошел к девушке, подав ей руку, Ясмин без раздумий вложила в нее свою ладонь.
Они покинули дом. Кадир и Синди переглянулись:
— У них будут красивые дети. Я буду тетей, а вы дедом, — Кадир посмеялся.
Они молча ехали, первая тишину нарушила Ясмин:
— Как дела? — она перевела взгляд на его профиль, Зейн хмыкнул.
— Прекрасно, а как дела у вас, Ясмин? — он направил на нее свой ехидный взгляд, отчего девушка закатила глаза. Мужчина просмеялся и сказал:
— Сложно будет с таким мужем, как я, со мной ты поменяешь свой цвет кожи на красный, — глаза Ясмин округлились, а лицо и правда обрело красный оттенок.
— Не преувеличивай, — Зейн посмотрел на нее снизу вверх, усмехаясь над ней перевел свой взгляд на дорогу. Через некоторое время они доехали, девушка специально вышла сама быстрее мужчины, на что Зейн покачал головой. Захлопывая за собой дверь, взял девушку за руку — они вошли в ювелирный. Их поприветствовал мужчина:
— Здравствуйте, мы рады вас видеть, господин Зейн, верно, а рядом с вами ваша дочь, верно? — Ясмин удивилась, она хотела прямо сейчас убежать куда подальше, а Зейн пытался сдержать свой смех. Консультант спустился на корточки перед девушкой и сказал смотря то на Ясмин, то на Зейна.
— Как мило, папочка принес свою дочку купить ей всяких драгоценных побрякушек, признаюсь, моя дочь такая же. Какая у вас милая коса, а платье такое шикарное, — Зейн смотрел на них свысока с улыбкой на лице, наблюдая за реакцией Ясмин. Девушка была готова убить этого консультанта.
— «Боже мой! Как стыдно. Надо было слушать Синди».
— Да, доченька, иди выбирай себе колечки, потом я куплю тебе, как и обещал, самое большое и вкусное мороженое, — Ясмин повернулась к Зейну, делая несмелый шаг к нему.
— «Господи, Я убью тебя!» — она съязвила, решила подыграть, смело взяв мужчину под руку и потянув его на себя:
— Ура, папочка! Смотри какие красивые колечки, давай посмотрим! — Зейн довольно усмехнулся, консультант подошел к витрине, достав комплект колец, Ясмин внимательно рассматривала кольца. Ее взгляд бросился на кольцо с камешком в виде сердца.
— Пап, смотри какое красивое, — Зейн, до этого рассматривавший колье, взглянул на девушку, он улыбнулся и подошел к ней сзади, поднял ее косичку и застегнул колье на ее шее. Оно мерцало на ней, оно так ей подходило.
Ясмин вздрогнула от появившегося груза на своей шее, посмотрев на себя в зеркало, она сказала с милой улыбкой:
— Папа! Оно такое красивое, спасибо, — она повернулась к нему лицом, Зейн перевёл взгляд на девичью ладонь, нежно огладил ее, заставляя свою маленькую лгунью заплыть стыдливым румянцем, в тоже время делая вид, что с педантичной придирчивостью рассматривает блестящее кольцо.
— Берем. Что-то хочешь еще? Доченька, — он усмехнулся, делая акцент на последнем слове.
Ясмин покачала головой, снимая с шеи колье и пряча смущенный взор под густыми вздрагивающими ресницами. Продавец посмеялся и сказал, упаковывая и колечко вместе с ним:
— Моя бы дочка зацеловала бы меня до смерти, — Зейн посмотрел на Ясмин, девушка пыталась не растеряться еще больше и ответила:
— Я его дома поцелую, — Зейн выгнул брови, точно бросая ей вызов, и снова взял ее за руку.
— Она у меня стеснительная. Еще добавьте те серьги, которые я вам показал, и браслет. Продавец кивнул. Зейн же наклонился к уху своей невесты и прошептал, обжигая своим дыханием:
— Точно поцелуешь? — на его лице красовалась дьявольская ухмылка — сегодня, видимо, у него было очень хорошее настроение. Ясмин покраснела, нахмурив брови и пальцами сдавливая его горячую ладонь, отчего его оскал становился только шире.
— В щеку! — Зейн рассмеялся и подошел к кассе, взял пакеты и все оплатил.
— Будем ждать вас еще. До свидания!
Ясмин помахала продавцу, а Зейн кивнул и сгреб в охапку Ясмин вместе с пакетами. Они покинули ювелирный, девушка выдохнула и высказалась:
— Что за концерт ты там устроил?! Какая дочка, какой папа? Какой поцелуй, я что так похожа на ребенка?! — Зейн открыл багаж машины, поставив туда пакеты, после открыл девушке дверь сказав:
— Ты с таким удовольствием говорила мне «Папочка», что я не смел возразить консультанту, да и твоя косичка все говорила, — Ясмин закатила глаза, складывая руки на груди. Зейн закрыл за ней дверь и сам сел за руль, заводя машину.
— Мне никогда в жизни не было так стыдно, — говорила девушка, смотря в окно.
— Ничего, доченька, хочешь мороженое?
— Да ну тебя!
На часах была половина шестого, за это время Зейн отвез Ясмин в ресторан, приняв с ней утреннюю трапезу, а после они кормили голубей окрошкой.
— Зейн, сегодня в десять вечера на набережной будет концерт Джека. Зейн взглянул на Ясмин и кивнул.
— Хочешь поехать со мной? — осмелилась спросить девушка, Зейн хмыкнул.
— Я и так поеду с тобой, — девушка ущипнула его за бок, Зейн рассмеялся, после чего они сели в машину и отправились к ней домой.
Дома у Ясмин как всегда было тихо, все занимались своими делами, отец из-за своей болезни стал чаще отдыхать, это к лучшему. Ясмин сразу по приходу домой побежала в свою комнату, чтобы поменять свою одежду и, конечно же, свою глупую причёску, а Зейн ушел в кабинет к Кадиру. Ясмин прихорашивалась где-то два с половиной часа, она даже нанесла макияж — раньше не любила, но сейчас почему-то ей захотелось. Уложила волосы и надела свое короткое синее платье, а к ним свои белые каблуки. К этому времени Зейн ожидал ее в гостиной. Ясмин спустилась на первый этаж, мужчина поднял на нее свой взгляд и не мог оторвать его ни на секунду, отец же на тот момент спал. Зейн поперхнулся, похлопав себя по груди. Ясмин улыбнулась и встала перед ним.
— Ты безупречна, — он поцеловал ее тыльную сторону ладони. Девушка смутилась.
— Нам нужно уже выезжать, набережная не так близко, — сказала Ясмин, Зейн же кивнул. Они покинули дом и сели в машину, дорога заняла у них около часу. Когда они припарковали машину, глаза Ясмин округлились.
— Столько людей пришло. Какой Джек молодец! — Зейн сопроводил ее с машины и закрыв за ней дверь, держа ее за руку, они пошли к сцене. Вот-вот уже начнётся. Синди стояла очень близко к сцене в отличии от них, поэтому она не сумела увидеть Ясмин. На сцену неожиданно вышел Джек: все ликовали, свистели. Ясмин прыгала на месте, Зейн же усмехнулся ее ребяческим выходкам.
— Дорогой Сефер, я рад, что вы все собрались здесь и сейчас со мной. Я исполню все свои песни именно для вас, — зал закричал от радости, девушки пытались быть ближе к Джеку, Ясмин пыталась нормально все увидеть, для этого немного отошла от Зейна. Джек начал исполнять на гитаре свою песню. Она была прекрасна, о Аллах, как же было приятно ушам слышать их, Ясмин вслушалась в мелодию, пока все остальные танцевали и хлопали, поддаваясь увлекающей в вихрь движений стихии музыки.
Песня за песней уходили так быстро, что Ясмин даже не успевала ими насладиться — единственное, что грело ей душу то, что она сможет услышать их еще и еще. Дома, на улице, везде. Он исполнит их для нее. Ясмин огляделась, пытаясь найти глазами Зейна, но не смогла, проходила через всю толпу извиняясь.
—Простите… Ох извините!
Вот она увидела его на своем прежнем месте, рядом с ним стояли две молодые девушки, но они были старше Ясмин — это было заметно. Подтятнутая грудь, была заметна ложбинка через топ, который еле держался у нее на теле лишь бы не разорваться, а у другой было все то же самое, даже лучше. Зейн смотрел в телефон, не обращая на них внимания, но они не оставляли его в покое. Ясмин будто ударило током, злость переполняла ее. Брови нахмурились, а сердце билось быстрее и быстрее. Ясмин подбежала к Зейну, перед этим окликивая его. Он поднял глаза, машинально взглянув на нее, Ясмин без раздумий взяла его лицо и притянула к себе, впиваясь в мужские губы. Телефон мужчины выпал из его рук от неожиданности, он был удивлён столь вызывающим поступком своей невесты. Все внимание переключилось со сцены на них, даже Джек заметил их поцелуй и приостановил свою песню. Зейн прикрыл глаза и, по-собственнически обвивая ее тонкую талию своей рукой, прижал ее к себе, немного наклоняя ее назад, углубляя этот провокационный, но слишком желанный поцелуй.
Как же неумело она пыталась его целовать, мысли тотчас покинули ее юную головку, выжигая в сознании лишь одну отчетливую мысль.
«Я люблю Зейна».