⚖ Соприкосновение ⚖
— Как мне с этим разобраться? — спросил Чимин.
— Как я уже сказал, в последние дни ты ведёшь себя странно. Я вижу в твоих глазах подавляемую фрустрацию*, которой обычно нет у таких, как ты. Кроме того, твои единственные сильные стороны – честность и откровенность, но и они слабы. Можешь начать с этого, — указал Намджун.
__________________
*Фрустрация – психическое состояние, возникающее в ситуации реальной или предполагаемой невозможности удовлетворения тех или иных потребностей, или, проще говоря, в ситуации несоответствия желаний имеющимся возможностям. Такая ситуация может рассматриваться как до некоторой степени травмирующая.
Намджун практически ничего не знал о ситуации, но его комментарий затронул ключевые проблемы Чимина. Одной из проблем был Намджун, который стоял перед ним, а другой – ситуация его сестры.
Однако, последняя была столкновением такого масштаба, что разрешить его в одиночку было невозможно. Кроме того, технически это было даже не его дело. Он колебался между тем, чтобы рассказать всё Намджуну, и беспокойством, что это может поставить сестру в ещё более затруднительное положение. Чимин заговорил, прежде, чем сам это осознал:
— Старший адвокат, как видите...
— Не говори мне, — Намджун прервал его на полуслове.
— Почему нет?
— Я чувствую, что захочу прислушаться к твоей просьбе. Я не хочу ещё больше тем для размышления.
— ...
— Что ж, на этом моя безвозмездная помощь закончена.
Намджун уже почти отвернулся, намереваясь оставить Чимина в слабо освещённом углу. Разочарованный тем, что видит перед собой только спину старшего адвоката, Чимин потянул Намджуна за рукав. Медленно его руки спустились ниже. Они прошлись по крепкому запястью, прежде чем слегка сжать мягкую ладонь. Намджун вздрогнул. Он собирался оттолкнуть юношу, когда Чимин крепко схватил его за руку.
— Что ты, делаешь, Четырёхлетний опыт? — резко спросил Намджун.
Чимин на мгновение остановился, затем медленно наклонился к Намджуну. Он склонил голову к груди другого мужчины и прижался к ней лбом.
— Слышали ли вы поговорку, что величайшая слабость – это боязнь показать свою слабость? — спросил Чимин.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Изъян в вашей жизни образовался именно тогда, когда вы испугались, что я стану изъяном в вашей жизни.
Намджун не ответил. Чимин подошёл ближе, сильнее прижимаясь к груди старшего адвоката. Намджун резко вдохнул, и Чимин почувствовал, как поднялась и опустилась его грудь. Юноша молча закрыл глаза.
Чимин чувствовал себя одиноким, переживая свои трудности, но вот магическим образом перед ним появился Намджун. Возможно, именно его искал юноша.
— Пак Чимин, — сказал Намджун низким голосом.
Чимину нравился этот низкий рокочущий тембр, когда руководитель звал его по имени. Казалось, что он слышал, как громко бьётся сердце другого мужчины, что ему также нравилось. Намджун может не верить, но ему понравилось даже то, как дёрнулась рука старшего адвоката от незнания, стоит ли повернуться и обнять юношу.
Когда юноша поймал себя на этой мысли, его изначальное намерение успокоить своё сердце в объятиях другого мужчины пошло крахом. Чимин чувствовал, как его сердце начинает биться сильнее. Когда Намджун оттолкнул его, он только ахнул, не понимая, что делать.
Намджун сделал несколько шагов назад, увеличив дистанцию между ними, пристально смотря на Чимина. Постепенно выражение лица Намджуна становилось всё сложнее. Он выглядел немного робким и слегка сердитым.
— Тебя только что бросила девушка, в которую ты был влюблён 20 лет? — спросил Намджун.
Это было настолько неожиданно, что Чимин в замешательстве опустил голову.
— Нет, но я ходил на свидание вслепую.
Кроме того, Чимин никогда раньше ни в кого не влюблялся.
— Может, тебя жестоко обманули? Ты растратил всё наследство, которое оставил тебе отец?
— Отец оставил после себя не так много. На свою долю я купил дом, добавив долю имущества моей матери и помощь сестры. Это чтобы обеспечить себе спокойную старость.
Как только Намджун услышал это, на его лице отобразилось полное замешательство.
— Тогда почему ты снова выглядишь так, словно собираешься заплакать?
— Я? Я вовсе не собирался плакать.
Чимин ощупал лицо рукой. Вопреки опасениям Намджуна, юноша не ощутил никакой влаги. Однако, зрение казалось немного размытым. Ему было больно, когда Намджун оттолкнул его и отшатнулся, как от чумы.
Буквально недавно, Чимин думал, что ему не важно, что думает о нём Намджун. Почему же сейчас он так расстроен? По-видимому, лицо отражало то, что было у юноши на душе.
После нескольких прикосновений к лицу, убедившись, что на пальцах ничего не остаётся, Чимин опустил руки.
— Это потому что вы меня оттолкнули. Вы можете подумать, что я морально слаб, но я тоже обижаюсь.
— Поэтому у тебя такое лицо? Думаешь, я в это поверю?
— Я не могу изменить правду.
— ...
— Почему я так себя веду? Я продолжаю думать о ваших чувствах. Вы и дальше собираетесь отвергать меня?
Всё это время по аркаде проходили люди, поэтому Намджун схватил Чимина за руку и потащил в более уединённое место.
Стоя в тени, двое мужчин всё ещё держались за руки. Отреагировав с запозданием, Чимин забеспокоился, что старший снова оттолкнёт его, даже несмотря на то, что в этот раз сам это инициировал. Он машинально попытался отпустить, но Намджун не дал ему это сделать, потянув за руку. Но не просто так. Пальцы Намджуна переплелись с пальцами юноши в замок.
— Что вы?.. — собирался спросить Чимин.
Намджун отпустил руку и положил свою на затылок Чимина. Другой рукой он обхватил юношу за спину, притягивая ближе к себе. Их тела были прижаты друг к другу. Пиджак Чимина тёрся о свитер Намджуна. И они оба слышали сердцебиение друг друга.
Чимин осознал, что Намджун обнял его по своей воле.
Всё это время Чимину было нужно именно это – моменты, когда другой человек успокаивает его своим теплом.
Начиная с того момента, когда он встретился с сестрой перед домом, Чимин чувствовал себя грустным и напуганным.
Может для кого-то это был пустяк, но для Чимина — нет. Его сестра была единственной семьёй, которая у него осталась. Её дети не могли заменить её саму. Когда он увидел следы удушения на её шее, испугался, что она столкнётся с ещё большей опасностью, и тогда юноша потеряет и её. Он не мог никому рассказать, поэтому его тревога только усиливалась.
— Вы тёплый.
В голосе слышался намёк на слёзы. Должно быть, Намджун заметил это, поскольку ещё сильнее прижал к себе юношу, почти раздавив его руками. Более того, он также запустил свои пальцы в мягкие волосы Чимина, нежно поглаживая их. Чимин ощутил давление на своё тело и вздохнул.
— Почему вы меня обнимаете? Я могу не так это понять.
— Потому что не хочу видеть твоё лицо.
Этот ответ был настолько в стиле Намджуна, что Чимин усмехнулся. Ему удалось поднять свои обмякшие руки, чтобы обнять старшего адвоката в ответ.
Чимин задавался вопросом, знал ли Намджун, что он всегда вёл себя с юношей искренне, несмотря на утверждения, что ему не нравится постоянная излишняя честность Чимина. В то время как юноша не скрывал свою искренность, Намджун всегда её прятал. Тепло, которое давало понять, что чувства Намджуна едва вырвались на поверхность, многое значило для Чимина, от чего он крепко сжал одежду старшего.
— Вы же не собираетесь снова меня оттолкнуть, правда? — спросил Чимин.
— Не собираюсь.
— Неужели солнце взошло с другой стороны?
— Нет.
— Вообще-то я знал это.
Намджун негромко усмехнулся и поцеловал гладкие волосы Чимина, заставив юношу застыть от удивления. Вздохнув, Намджун сокрушенным голосом сказал:
— Вот почему я пытался держать это в тайне. Ненавижу ввязываться в проигрышную игру.
Чимин посчитал, что это означает — вес их чувств друг к другу был не одинаков. Юноша не мог этого отрицать. Происходящее опиралось на Намджуна. Но на удивление, психологически именно Чимин сильнее зависел от него.
Юноша в некоторой степени понял, что имел в виду Намджун, но подумал, что сейчас самый подходящий момент попросить чёткий ответ. Чимин вступил медленно и осторожно:
— Если я с этого момента почувствую себя одиноко, не могли бы вы...
— Не спрашивай. Я тебе не отвечу.
— ... остаться рядом со мной?
Юноша быстро выпалил остаток вопроса после того, как Намджун прервал его. Чимин сжал губы. В то же время, Намджун вздохнул. Юноша ждал некоторое время, но ответа не было. Почувствовав небольшую тревогу, Чимин добавил:
— Вы уже раскрыли свои карты и не сможете забрать их обратно. Вы можете повернуть вспять судебное разбирательство, но не можете отвернуться от меня. Я в тупике.
— Нет, ты никогда не был в тупике. Ты просто ребёнок, который ведёт себя так, будто рушится мир из-за маленькой и незначительной неудачи. Уверен, это не будет такой большой проблемой, если ты хорошо подумаешь.
Слова Намджуна расстроили Чимина и он оттолкнулся от старшего. Их взгляды встретились.
— Вы закончили? — огрызнулся Чимин.
— Планирую. Но перед этим я кое-что сделаю.. Всё это время я хотел поцеловать тебя и сдерживался слишком долго.
Намджун дёрнул за галстук Чимина, неловко свисающий поверх рубашки, и прижал Чимина к стене. Даже если бы люди увидели их, юноша был полностью скрыт за спиной Намджуна. Старший наклонился. Этот раз отличался от прошлого в баре. Их губы, соприкоснулись, и Чимин всё это видел широко открытыми глазами.
Их губы встретились, затем разъединились. Несколько раз их кожа легко, но чувственно соприкасалась.
Юноша задержал дыхание, пытаясь снизить напряжение, достигшее предела. Он хотел что-то сказать, но в тот момент, когда он приоткрыл свои губы, Намджун жадно набросился на них.
— Старший адвокат, нг-х!
Чимин был поражён той страстью, с которой их губы встретились, но всего на мгновение. Юноша взялся за плечи Намджуна для равновесия. После чего наклонил голову в противоположную Намджуну сторону, чтобы их губы могли сильнее слиться друг с другом. Их мягкая кожа не раз страстно сливалась воедино. Намджун попробовал на вкус и верхнюю, и нижнюю губу Чимина.
Затем он медленно проскользнул языком сквозь приоткрытые губы юноши.
— Нг-х, м-мф...
Их страстная плоть переплеталась, заполняя пространство между языками друг друга. Слюна смешивалась с каждым соприкосновением их языков.
Спина Чимина стукнула о закрытые на ночь ставни магазина. Он чувствовал, что поддаётся гравитации, поэтому притянул руки Намджуна ближе к себе, завлекая другого мужчину в более тёмный и более уединённый угол.
Заставив юношу прислониться к стене, Намджун продолжил изучать блестящие губы молодого человека. Чимин не привык к таким поцелуям – он сопротивлялся, и ему не хватало воздуха. Но даже несмотря на это, Намджун отказывался его отпускать, жадно набрасываясь на него снова и снова.
— Нг-х, я не могу...д-дышать!
В попытках оттолкнуть от себя Намджуна, Чимин цеплялся за него, умоляя отпустить. Намджун наслаждался мягкостью губ Чимина, возбуждающим ощущением его языка и непередаваемой сладостью молодого человека, прежде чем окончательно отстраниться. Их лица всё ещё оставались близко друг к другу.
Рваные вздохи слетали с губ у обоих. Намджун легонько чмокнул подбородок Чимина, чтобы не тратить зря время, что они были отдельно друг от друга.
— У тебя слюни потекут, если оставишь рот открытым, как сейчас.
Чимин, пытающийся выровнять неравномерное дыхание, стыдливо закрыл рот. После чего прищурился и бросил взгляд на Намджуна.