⚖ Косвенно ⚖
— Пла... К-кто, кто плакал?
— Может, мне следует начать с того, что назову твой день рождения? — саркастично спросил Намджун.
— Что вы видели?
— Не знаю... Моего сотрудника, сидящего на углу улицы ночью и поедающего рамён?
— Как вы?.. — недолго думая, Чимин попытался возразить, но остановился.
Должно быть, Намджун с самого начала видел насквозь его жалкую ложь. Если добавить в уравнение факт того, что Намджун видел его плачущим, то, что случилось на следующий день, приобретает смысл. Намджун вернулся за ним на парковку, потому что беспокоился.
Чимин предположил, что Намджун мог заподозрить, что его что-то расстроило и что он плакал по его опухшим векам и красным глазам. Но, кажется, истинная причина беспокойства его наставника крылась в другом. Ему было интересно, действительно ли Ким Намджун способен заботиться о других.
— Ты плакал, свернувшись в углу, точно так же, как когда умер твой отец. Знаешь ли ты, как я был раздражён в тот день из-за тебя? Я не спал всю ночь.
Речи, слетающие с этих красных губ, были не о настоящем, а о прошлом. Глаза Чимина, растерянного от непонимания, о чём говорит Намджун, расширились, когда он это осознал.
Мало того, что это было много лет назад, но это был всего лишь короткий момент, что он даже не был уверен, помнит ли его старший.
— Вы это помните?
— Ты продолжаешь привлекать мой взгляд. Нет, я продолжаю украдкой смотреть на тебя, потому что беспокоюсь, что ты где-то спрячешься и будешь плакать.
— ...
— Мысль, что в моей голове крутится что-то кроме работы, сильно меня раздражает. Это сводит меня с ума.
Наконец, Чимин собрал последние кусочки головоломки воедино. Намджун всё помнил, именно поэтому, когда он вместе с Михи пришёл посмотреть на его судебное заседание, они продолжали пересекаться взглядами. Намджун узнал Чимина.
Двое мужчин яростно обменивались взглядами друг с другом. Намджун некоторое время смотрел на светлое лицо юноши, затем, не в силах больше терпеть, закусил губу и ослабил узел своего галстука. Его дыхание стало немного резче, а лицо порозовело. Он схватил конец своего галстука из мягкого материала и протянул его Чимину.
— Поцелуй это.
Глаза Чимина округлились. Смущение разлилось по его лицу, как чернила по воде.
— Ч-что теперь, так внезапно?
— Поцелуй галстук.
— Почему из всего возможного галстук... даже не ваши губы? Разве это не трусливо?
— Заткнись и делай. Это приказ.
Чимин почему-то чувствовал раздражение, но не более того. Намджун сказал, что не хочет, поэтому Чимин не мог продолжать спрашивать, почему тот не может ясно выразить свои эмоции. Более того, юноша не знал, как он сам относится к старшему, хотя был уверен, что его чувства ещё более непонятны и неопределённы, чем у Намджуна – у него не было права настаивать.
После небольших сомнений Чимин принял решение и глубоко выдохнул. Его покрасневшие щеки дрогнули от пристального взгляда старшего, сосредоточенного на его губах. Затем Чимин взял кончик галстука и потёр о губы, словно вытирая рот.
Намджун наблюдал за всем от начала до конца, затем, как только Чимин оторвал губы от ткани, он прикоснулся своими красными губами к тому месту, где касался младший. И, словно этого было недостаточно, он высунул язык и провёл им по ткани. Заворожённый картиной, Чимин беспомощно наблюдал, не в силах сопротивляться и реагировать.
Целуя галстук, Намджун слегка наклонил голову. Он перевёл взгляд на Чимина. В тот момент, когда их глаза встретились, голова Чимина закружилась, а его подбородок задрожал.
Их чувствительная кожа даже не соприкоснулась, тем не менее оба выдохнули одновременно.
Чимин никогда в жизни не ощущал такого смущения. Он не мог придумать, что сказать.
— Пак Чимин — сказал Намджун своим глубоким голосом, пока Чимин переводил дыхание
Впервые Намджун назвал юношу полным именем.
Чимин не знал почему. Он слышал и видел своё имя каждый день, но лишь по причине того, что его произнёс Намджун, он ощутил сильный, странный разряд. По спине пробежали мурашки. Он не мог точно понять причину, поэтому только ошеломлённо таращился.
Пока юноша был в недоумении, Намджун наклонился, слегка повернув голову. Чимин колебался, стоит ли ему закрыть глаза или оттолкнуть старшего, но прежде чем он успел что-либо решить, его веки медленно опустились.
Затем влажный язык Намджуна ненадолго коснулся губ Чимина.
Именно тогда.
Кто-то появился сзади.
— Адвокат Ким! Как насчёт того, чтобы позволить молодым развлекаться, а нам, как друзьям, уйти... Боже, я вас прервала?
Михи, выскочившая на террасу, увидела двоих почти обнявшихся людей и остановилась как вкопанная. Она глянулась, чтобы удостовериться, что Намджун наконец отпустил Чимина, заключённого в его объятиях. Они естественно разошлись в стороны. Чимин потёр своё ярко-красное лицо.
Должно быть, Михи почувствовала неоднозначную атмосферу на террасе, поскольку не горела желанием подходить ближе. После чего Намджун прямо сказал:
— Не пойми неправильно. Ничего не было.
— Я ничего не говорила. Просто такое зрелище для меня в новинку. Я никогда не думала, что увижу тебя с кем-то в обнимку. Адвокат Пак, если вам было некомфортно, сообщите о нём в полицию. Я буду вашим свидетелем.
Чимин переводил взгляд с одного на другого, затем отрицательно махнул рукой:
— Нет, мне всё понравилось.
После этих слов два старших адвоката странно на него посмотрели. Намджун нахмурился, будто спрашивая, о чём он вообще, а Михи выглядела удивлённой. Он подобрал слова, принимая во внимание чувства Намджуна, но слишком поздно задумался, что они могут звучать двусмысленно в зависимости от точки зрения, поэтому добавил:
— Я имел в виду, что мне не было некомфортно. Я привык к этому, ведь он делает так время от времени.
— Честное слово, Намджун так делает? Я не могу перестать удивляться.
— Четырёхлетний опыт. Лучше помалкивай, если собираешься нести чушь.
Намджун, не в силах больше терпеть его, схватил Чимина за плечи и оттолкнул, повернувшись лицом к Михи. Намджун буквально недавно называл Чимина по имени, но вот они вернулись к исходной точке. Чимин уставился на затылок старшего и прикусил губу. Ему хотелось растрепать уложенные волосы Намджуна и он сжал кулак.
Не зная о мыслях Чимина, Намджун притворился, что позади него никого нет, и подошёл к Михи.
— Пойдём. Что насчёт машины?
— Секретарь Тэ вызвал водителя. Мы можем взять твою. Слушай, кажется, я пришла не вовремя, учитывая настроение... Будет нормально так его оставить? Я начинаю чувствовать себя виноватой.
— Я же сказал, что ты не так поняла ситуацию.
— Всё равно. Уйти вот так – грубо по отношению к адвокату Паку. Разрешите ситуацию, а я пока пойду вперёд. Всем хороших выходных и увидимся в понедельник, работнички.
Она неловко улыбнулась, выглядя искренне извиняющейся, и помахала рукой, прежде чем уйти. Намджун некоторое время наблюдал, затем покачал головой, направившись к выходу. Чимин был немного расстроен из-за того, что тот даже ни разу не обернулся, после того как толкнул его на жёсткую конструкцию.
Прямо перед тем, как Намджун скрылся за углом, Чимин очнулся и поспешил за ним. Затем он поймал Намджуна за запястье, когда тот шёл к парковочному месту около входа. Обычно в момент соприкосновения Чимин сразу отпускал руку от удивления, но на этот раз он этого не сделал. Он специально схватил Намджуна.
— Подождите минутку, старший адвокат. У меня есть что вам сказать.
Намджун посмотрел вниз на запястье, за которое его поймали, и нахмурился.
— Ты несерьёзно относишься к словам своего руководителя?
— Наши губы соприкоснулись? — несмотря ни на что спросил Чимин.
— Нет — возразил Намджун.
— Но я уверен, ваш язык...
— Они не касались.
— Вы пытаетесь обмануть меня, потому что мои глаза были закрыты? Быть не может. Это бесчеловечно с вашей стороны.
— Я бесчеловечен. Это то, что ты намеревался мне сказать?
— Видите? Они действительно соприкоснулись, — энергично сказал Чимин, но затем понял, что это не самая важная вещь для обсуждения. Он попытался выглядеть спокойным и продолжил — Просто... Я говорю это вам на всякий случай. Если вы решите, что к вам это не имеет никакого отношения, можете просто забыть. Ну, я думаю, это скорее всего никак не повлияет на вашу жизнь в любом случае.
— Это я уже решу сам для себя.
— В следующее воскресенье я иду на свидание вслепую.
В этот момент бровь Намджуна дёрнулась, не в силах скрыть его беспокойство.
Они смотрели друг на друга, так что Чимин мог заметить эту перемену. Однако Намджун не подтвердил и не опроверг, насколько потрясён он был, и просто позволил тишине течь спокойным ручьём. Немного забеспокоившись, Чимин попытался сохранить самообладание и продолжил:
— Всё должно пройти без проблем, и, если она не плохой человек, я, скорее всего, буду плыть по течению, обручусь, а потом женюсь. Сестра сказала, что её муж хочет иметь связи с этой семьёй, предложил кандидатуру и сказал, что это нужно для всех. Плюс, я слушаю мою сестру. Иначе говоря, у меня не так много времени.
Чимин был осторожен, пытаясь оценить чувства Намджуна. До сих пор Чимин никогда не рассматривал возможность сексуального влечения к представителям своего пола. Он собрал всю свою храбрость ради единственной возможности развития этих отношений. Он порой понимал Намджуна, когда тот чувствовал внутренний конфликт из-за него. Только по этой причине он думал, что это правильное решение.
Внутри он хотел, чтобы Намджун остановил его, но между ними ничего не было, поэтому он не мог заставить себя просить напрямую. Однако, если у Намджуна было хоть малейшее желание задержать Чимина, даже если чувства не сформировались так сразу, это должно было произойти сейчас. У Чимина заканчивалось время. Он был уверен, чтобы добиться прогресса, было достаточно силы воли, но если они продолжат оценивать друг друга и упустят момент, другой возможности может не представиться. Всё это он пытался донести до собеседника глазами.
Намджун молча смотрел на Чимина. Однако его ответ был довольно не спешен:
— Почему ты говоришь мне, что у тебя нет времени?
В тот же момент напряжённые плечи Чимина расслабились и обмякли.
— Это всё, что вы хотите сказать?
— А мне нужно сказать что-то ещё?
— Забудьте, если не понимаете.
— Извини конечно, но понял я очень хорошо.
Благодаря жёсткому и холодному тону Намджуна, Чимин вздрогнул, а затем медленно моргнул. В том же тоне Намджун сухо добавил:
— Собери себя в кучу и иди на это своё свидание. Если того хочет твой зять, уверен, это поможет твоей паршивой карьере. О, думаю, это помогло бы и нашей компании тоже. Всего наилучшего.
Намджун вырвал своё запястье из хватки юноши и ушёл. Он скрылся из поля зрения, а Чимин остался размышлять над неоднозначным ответом, который был ни ободрением, ни поздравлением, ни насмешкой. Чимин поклонился, провожая его, но было слишком поздно, Намджун уже не видел.
Намджун шёл уверенно, теперь уже полностью выйдя из коридора.
Он увидел свою машину, припаркованную на углу. Водитель от компании, который стоял рядом, открыл дверь заднего сидения. Намджун поравнялся с капотом своей машины и уже собирался сесть на заднее сидение, но остановился и посмотрел на вход в бар. Как и ожидалось, Чимина там не было.
Затем он нервно ударил рукой по корпусу машины:
— Блядь.
«В следующее воскресенье я иду на свидание вслепую.»
Когда он услышал это, он должен был признать, что кипящая в нем ярость была сильнее, чем когда он увидел улыбку Чимина с опухшими глазами.
Намджун был невероятно уязвим для таких чувств. Он никогда раньше ни к кому не относился по-собственнически, поэтому понятия не имел, как взять себя в руки. Кроме того, больше всего на свете он ненавидел неспособность контролировать себя. Поэтому активировались его защитные механизмы.
С некоторым промедлением он сел в машину. Водитель закрыл за ним дверь, и пока тот шёл к водительскому сидению, Намджун удобно откинулся на спинку кресла и погрузился в свои мысли. Поневоле он размышлял о словах Чимина.
«Вы боитесь, что я вам понравлюсь?»
Он взглянул на галстук, к которому они прикасались губами, и заскрежетал зубами. После этого он раздражённо сдёрнул галстук, швырнув его на пассажирское сидение, и закрыл глаза, в попытке избавиться от всех своих бесполезных мыслей.
Но что бы он ни делал, голос Чимина не исчезал и продолжал докучать ему.
После очередной встречи с Пак Чимином всё перемешалось и запуталось.