⚖ Напряжение ⚖
Вероятно, Намджун был слегка пьян, потому как усмехнулся и охотно ответил:
— Это прописано в приложении к моему контракту.
— Вау, должно быть это дело рук адвоката Сон. Не знаю, была ли она предусмотрительна или просто хорошо вас знала.
Намджун не ответил, но Чимин чувствовал, как старший согласился с обоими вариантами. Холодный ветерок окружил двух мужчин, пока они наслаждались свежим воздухом в тишине. Намджун прислонился спиной к перилам и оперся на них локтями. С каждым выдохом клуб дыма появлялся, а после чего исчезал. Чимин, прищурившись, тщетно пытался проследить за ним глазами.
Каждый момент, когда он был рядом с Намджуном, ощущался, словно сцена из романа.
Они были поглощены спокойствием, когда Намджун внезапно вырвался из этого момента.
— Почему ты снова пошёл за мной? Мы были вместе весь день. Давай разойдёмся. Меня уже тошнит от этого.
— Мне всегда интересно проводить с вами время. Никогда раньше не встречал кого-либо, похожего на вас.
В конце концов, отвечая на заданный вопрос, Чимин сказал то, что услышал от секретаря Тэ. Намджун посмеялся над нелепым ответом юноши. После чего он свободной рукой ткнул пальцем в грудь Чимина. Его длинный палец вонзился в рубашку юноши словно стрела, а затем медленно поднялся.
Чимин решил, что на этом физический контакт закончился, но Намджун снова дотронулся до груди юноши. В этот раз он не убрал палец, а медленно провёл вверх, дразня его кадык. Но и на этом всё не закончилось. Вернувшись в начальную точку, Намджун медленно повёл его вниз. Неторопливый путь вниз, минуя солнечное сплетение и постепенно опускаясь к пряжке, казался невыносимо эротичным.
Впервые Чимин почувствовал угрозу со стороны представителя своего пола. Намджун вызывал это чувство каждый раз, когда они встречались.
Чимин нервно сглотнул. Когда рука старшего коснулась его живота, юноша схватил её.
Несмотря на то, что их кожа соприкоснулась, Намджун не злился. Когда он зажал сигарету, казалось, что его это забавляет. Он схватил Чимина за шею, притягивая ближе.
— Старший адвокат.
Изумлённый Чимин попытался позвать старшего адвоката, но всё было напрасно. Намджун притянул худое тело молодого человека, пока тот не приблизился; затем, когда они были достаточно близко друг к другу, он потушил сигарету и выпустил дым в лицо юноши. Чимин закашлялся и сощурился, его взгляд сфокусировался на Намджуне.
— Вы планируете убить меня пассивным курением?
— Это займёт слишком много времени. Да и слишком рискованно. Я бы не стал использовать такой метод.
— Вы, случайно, не пьяны? Похоже, вы много пили.
— Сегодня я выпил немного больше обычного.
— Почему? Ваши аргументы были хороши...
Намджун прервал Чимина на полуслове:
— Из-за тебя у меня болит голова.
— Я вас не понимаю. Почему?. Я сделал что-то не так?
— Ты продолжаешь меня бесить.
— ...
— В последнее время мои головные боли и бессонница усугубились. Это всё твоя вина.
Чимин не мог вспомнить, чтобы раздражал старшего адвоката на работе или наедине. Другими словами, Намджун придирался к нему без причины.
Но странно, Чимин не был от этого расстроен. Ранее существовавшие эмоции, которые обычно опытный старший адвокат скрывал, вероятно, трансформировались в другую форму. Чимин не мог знать наверняка, что это были за чувства, но он осознавал их существование.
Ладонь, обхватившая шею Чимина, шевельнулась. Намджун провёл своей рукой по мягкой коже юноши, массируя её. В местах их соприкосновения, естественным образом ощущалось тепло. Казалось, от этого нагрелось всё тело Чимина.
Они были так близко друг к другу, что Чимин чувствовал запах алкоголя, смешанный с пряным ароматом никотина в чужом дыхании. Одеколон, которым часто пользовался старший адвокат, ощущался в верхних нотах.
Чимин почувствовал, как голова пошла кругом, и оттолкнул руку Намджуна. После этого он протянул свои руки, заключив Намджуна между ними. Он ограничивал тело старшего во всех направлениях. Намджун, положивший руки на перила позади себя, взглянул на Чимина ледяным взглядом.
— Ты бунтуешь против меня? Уверен, что говорил тебе меня не трогать.
— Я делаю это потому, что вы лапали меня достаточно, чтобы я почувствовал угрозу. Я не иду против вас; это мой способ самообороны.
Чимин не мог понять старшего. Намджун приближался к нему, готовый к сделке, притворяясь недотрогой, но когда Чимин задавал вопросы, он отступал и изображал безразличие. Когда Чимин чувствовал, что с него достаточно, и решал забыть об этом недопонимании, Намджун сближался с ним снова, как раньше, и крутился вокруг.
Среди всех людей Ким Намджуну не было нужды стараться поддерживать хорошие отношения с очередным младшим адвокатом, как Чимин. Поэтому все те недоразумения были по неосторожности Намджуна и являлись его ответственностью без вины.
Правда ли Намджун не был заинтересован в Чимине? Старший отрицал это, но чем дольше Чимин об этом задумывался, тем больше убеждался в правдивости своих предположений.
Он немного колебался, затем собрался с духом.
— Андре Жид однажды сказал, что новых земель не откроешь, если не согласишься надолго потерять из виду берег.
Намджун неожиданно хорошо принял замечание.
— Какие новые земли ты хочешь открыть, Четырёхлетний опыт?
— Земли, которые уберегут меня от опасностей.
Услышав это, Намджун, должно быть, догадался, что Чимин от него хочет, поэтому спросил более спокойным тоном:
— С какими угрозами ты столкнулся?
— Прежде хочу прояснить. Вы скрываете какие-то непристойные чувства ко мне? Я искренне хочу знать, и не потому, что я пьян.
Удивительно, но Намджун не посмеялся над ним. Он спокойно встретился глазами с Чимином. Несмотря на нарастающее смущение, юноша заставил себя разбавить тишину в воздухе своим голосом:
— Ведь так?
Намджун пристально смотрел вниз, словно раздевал молодого человека догола, и затем ответил, подчёркивая каждое слово.
Его голос был глубоким и приглушённым.
— И что если так?
Глубокий монотонный голос Намджуна задержался в ушах Чимина.
От того юноша вздрогнул и нервно сглотнул.
Ответ Намджуна был лаконичен, но эти слова вновь и вновь всплывали в голове, пока полностью не заполнили мысли Чимина. Спокойный голос Намджуна заставил худое тело юноши напрячься сильнее, чем если бы старший кричал на него. Отбросив всю осторожность, он задал вопрос, но и представить не мог, что получит такой ответ из уст холодного и самодовольного Намджуна.
— Если так... — повторил Чимин, его лицо стало теплее. В отличие от обычной ситуации, было трудно смотреть прямо на красивое лицо перед ним.
Во рту Чимина пересохло, и сердце колотилось в груди.
— Если так, то... вместо того, чтобы держать это в себе, не могли бы вы просто поделиться этим со мной? У меня чрезвычайная ситуация.
Намджун, который до сих пор внимательно слушал, спросил:
— Ты гей?
— Никогда не задумывался об этом. Я просто считал себя натуралом.
— Ты не гей, не заинтересован во мне, я не привлекаю тебя и не любопытен в этом плане. Тем не менее ты говоришь мне, что у меня могут быть скрытые мотивы и что у тебя мало времени. Это забавно.
Чимин чувствовал, как горят его щеки, и прикусил нижнюю губу. Всё это время юноша ощущал на себе взгляд Намджуна. Не может быть, чтобы Намджун с его звериной интуицией и рассудительностью не заметил каждое мельчайшее изменение на лице Чимина.
Чимин попытался собраться, сделав несколько глубоких вдохов. Чуть погодя, он ответил:
— Как минимум, я уважаю вас в профессиональном плане. Иногда удивляюсь, как вы можете быть таким эгоцентричным, но при этом постоянно выигрывать. Хотел бы я научиться этому у вас, и иногда я вам завидую.
«Иногда вы выглядите немного одиноким, у вас есть хорошие стороны, но другие люди об этом не знают, а иногда вы заставляете моё сердце биться чаще», — подумал Чимин, но пока оставил эти мысли не сказанными.
Юноша испытывал двойственные чувства к Намджуну. Старший адвокат был достоин уважения, но в то же время получать от него стрелы пренебрежения было обычным делом. Чимин считал Намджуна плохим человеком, но хотел быть ближе к нему. И, самое важное, Чимин нуждался в Намджуне.
Ничего страшного, если Намджун не сможет оказать значительную помощь ему и его сестре. Он просто хотел человека, на которого мог бы опереться в моменты усталости. Люди говорят, что любовь тебя не прокормит. Чимин знал это. Деньги и существенная сила обеспечивают еду на твоём столе. Сердце – будь то проявлением любви, дружбы или чего-то ещё – было бессильно. Тем не менее были моменты, когда он нуждался в психологическом комфорте и поддержке.
Сейчас был как раз такой момент.
Впервые за много лет Чимин испытал этот порыв – это влечение к Намджуну. Однако другой мужчина продолжал посылать ему неоднозначные сигналы, что заставляло Чимина сомневаться, сможет ли он переступить границу первым.
— Должны были быть причины, почему вы прижали меня к стене и трогали. Вы всё ещё не нашли ответ? Абсурд. Наверное, вы его уже знаете, но не хотите признавать.
Намджун, который всё это время молчал, невозмутимо возразил:
— Кто тебя трогал? Вероятно, я просто проходил мимо тебя.
Зашёл так далеко, но всё ещё закрывает на это глаза. В конце концов Чимин сорвался:
— Кто «проходит мимо» другого, при этом потирая грудь и шею?
— У тебя есть доказательства?
Очевидно, у Чимина их не было. Даже если были бы записи с камер наблюдения, Намджун мог сказать, что просто стряхнул пыль с одежды Чимина, и люди ему поверят. Но, как ранее говорил Намджун, жертва может испытывать странные ощущения, когда к ней односторонне прикасаются. Чимина всегда охватывали своеобразные чувства всякий раз, когда старший вёл себя подобным образом.
— Хорошо. Допустим, у меня их нет. Тогда почему вы продолжаете испытывать меня?
— Потому что ты слишком скверный, чтобы проглотить целиком.
— Вы поэтому подливаете масла в огонь? Уверены, что я полностью готов?
— Не будь таким любопытным. Ответ не придёт, если я тоже начну об этом задумываться. Забыть об этом и уйти для тебя же лучше.
Услышав это, Чимин почувствовал, как разрозненные кусочки в его голове сливаются в единую ясную картину. Должно быть, Намджун забыл об этом, но он сам говорил, что Чимин достаточно приличный адвокат. Поскольку речь шла о нём самом, Чимин не мог быть объективным, но он был довольно опытен в наблюдении и суждениях, чтобы понять ситуацию.
— Вы боитесь, что я вам понравлюсь? — спросил Чимин.
Он не был уверен, было ли это потому, что он попал в яблочко или потому, что это звучало слишком абсурдно. Но, в отличие от прежнего спокойного поведения, лицо Намджуна внезапно напряглось, и он поджал губы. Руки Чимина дрожали, поскольку он чувствовал, как его внутренности закипают. Намджун не упустил момент: он сбросил с себя Чимина и повернул его, заставив худое тело юноши прижаться к перилам террасы.
Спина Чимина больно ударилась о твёрдую конструкцию, и он оказался на месте, где до этого стоял Намджун. Юноша взглянул вверх на старшего с некоторой обидой в глазах.
— Угх! Это больно. Даже если я парень, я всё ещё чувствую боль, знаете ли.
— Почему ты плакал тогда? — спросил Намджун.
Чимин и представить не мог, что Намджун затронет эту тему, поэтому запнулся.