Академия Карлайл

— Так чего же мы медлим? — Джек резко схватил меня и закинул на плечо.

— Джек, пусти! — Я засмеялась.

Пока мы шли до парковки, я била по спине Джека, чтобы он отпустил меня. Но он крепче обхватил меня и хлопнул ладонью по ягодицам.

— Будь умницей и лежи смирно.

В таком положении мы дошли до парковки. Спрыгнув с его плеча, я достала ключи от машины и открыла свою «старушку». Сев за руль, ясно дала понять, что поведу я.

Как только машина немного прогрелась, я тронулась с места. Предрождественское настроение давало о себе знать, потому что я почти сразу забыла о проблемах и включила музыку на весь салон.

— Ты можешь не гнать так? — Джек держался за ручку, вжимая видимую только ему педаль тормоза. Это так смешно выглядит.

— Ты не доверяешь мне? — Я откинулась на спинку кресла, держась за руль одной рукой.

— Нет, просто не могу быть спокойным, если что-то не под моим контролем.

— Джек, там нет тормоза. — Я едва смогла сдержать смешок.

— Я знаю! — Он повернулся ко мне, и я засмеялась. — Ничего смешного!

— Ладно, трусиха. Больше не гоню. — Я снизила скорость. — Тем более мы почти приехали.

Так странно... Парень, который ездит на байке на больших скоростях, боится быть пассажиром в машине...

Доехав до места, я остановилась, припарковавшись у обочины. Джек взял меня за руку, и мы пошли по тропинке, ведущей к озеру. Приятно оказаться там, где ощущаешь абсолютное спокойствие...

Я первая вышла к озеру, открывая для себя красивые виды: небольшие слои снега лежали на земле и на деревьях. Как ни странно, озеро было незамерзшим, лишь у самого берега виднелся едва схватившийся лед.

— Как ты вообще нашел это место? — Я обернулась к Джеку, обнимая его.

— Я нашел его как раз тогда, когда мы поругались с Робом. Я был таким разъяренным и гнал такой скоростью, что очнулся уже, когда на спидометре было около ста десяти миль в час[1]. — Он крепче сжал мое плечо. — И решил, что стоит прогуляться, проветрить мозги. Вот и и забрел сюда...

— Тебе нужно научиться сдерживать вспыльчивость. — Я развернулась к Джеку спиной, а он, проигнорировав мои слова, обнял сзади, закинув руки на меня через шею.

— Я доверяю тебе. — Он уткнулся подбородком о мою голову.

— Что? — Я слегка дернулась, чтобы развернуться к нему, но не дал этого сделать, держа меня в таком положении.

— Когда мы ехали сюда, я не боялся. — Он вдохнул запах моих волос. — Просто это состояние, когда не ты контролируешь ситуацию на дороге, преследует каждого водителя любого транспорта. Ты же тоже слегка нервничаешь, когда едешь сзади со мной на байке?

— Немного... — Я усмехнулась. А ведь он прав...

Мы стояли еще около пятнадцати минут, обсуждая всякие мелочи. Завтра последний день в Академии в этом году. Было решено, что сначала Рождество каждый из нас отмечает в кругу семьи, а вечером собирается большая компания в снятом домике на окраине Лондона. Черт, я еще Амелии обещала, что мы съездим за подарками вместе.

А еще завтра мой последний визит к психологу. И последний он только в этом году. Сколько мне посещать его после каникул, я не представляю... Хочется уже поскорее прекратить это. Я так зациклилась на том, что он может не допустить меня, что не могу ни о чем думать. Может, это и был план психолога, чтобы я забылась именно таким способом? Я действительно последние два дня думаю только о том, что обязана получить допуск, ни разу не вспомнив о Шелби...

Вернувшись обратно в Академию, Джек предложил провести вечер на крыше за просмотром какого-нибудь фильма и поеданием пиццы. Идеальный вечер... Я зашла в свою комнату, чтобы переодеться и предупредить Амелию, что сегодня меня ждать не нужно, но ее и самой не было в комнате.

Рискнув предположить, что, возможно, я не вернусь сегодня в комнату, я взяла зарядку от телефона и планшета и кинула в рюкзак пижаму. Ну так, на всякий случай... Я почувствовала, как мои щеки загорелись от одной только мысли провести ночь с Джеком. Не отключиться и очнуться, а уснуть с ним и проснуться с ним... Закусив губу, я попыталась сдержать дурацкую улыбку.

Собрав все необходимое, я спустилась вниз. У входа в корпус меня ждал Джек. Не знаю почему, но я очень нервничала, поэтому всю дорогу до комнаты на крыше шла молча, лишь изредка поддакивала Джеку. Я даже не запомнила, о чем он говорил.

Открыв дверь, Джек пропустил меня вперед. Кинув рюкзак на кровать, я сняла куртку и смущенно опустила глаза. Джек понял, что я немного смущаюсь, поэтому заговорил первым:

— Ты пока располагайся, выбери фильм, а я схожу за пиццей. Идет? — Он улыбнулся, наклоняя голову набок, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Хорошо. — Наконец, я осмелилась поднять на него взгляд.

Он подошел ближе, поцеловал в висок и вышел из комнаты, закрыв дверь. Первый раз я в этой комнате, потому что мне хочется тут быть, а не вынужденно... Мне срочно нужно привести мысли в порядок. Мне нужно в душ... Определенно.

Я открыла шкаф, чтобы взять полотенце, как воспоминания нахлынули, пробегаясь картинками перед глазами: в этом шкафу мы прятались с Джеком от Роберта. Я прикрыла глаза, и правая рука коснулась левого плеча, по спине пробежались мурашки, и я отчетливо вспомнила, как Джек придерживал меня за талию, чтобы я не упала...

Встряхнув головой, я освободилась от видений. Взяв полотенце, я вошла в ванную комнату и включила воду, коснувшись струи пальцами. Боже, спасибо тому, кто придумал душ... Тело мгновенно расслабилось. Мысли перемешались в один клубок, один эпизод сменял другой... Мне даже на мгновение показалось, что я размышляю вслух.

Я выключила воду и встала на теплый коврик. Протерла запотевшее от пара зеркало и посмотрела на свое отражение: на меня смотрела другая Анастейша, совсем не та девчонка, что смотрела еще в школе. Во взгляде пропала детская наивность и, возможно, какой-то озорной огонек и даже легкая беспечность, а появились уверенность, смелость и сила. Я улыбнулась самой себе и завернулась в полотенце.

Открыв дверь, я взвизгнула, прижав руки к груди. Я настолько погрузилась в свои мысли, что даже не слышала, как вернулся Джек. Он пристально смотрел на меня, громко сглотнув. Я едва сдержала смешок, потому что всегда самоуверенный и властный плохиш Джек Старк сейчас лишь отчаянно пытался казаться хозяином ситуации.

— Я никогда не говорил тебе, но... — Он резко встал с кресла у письменного стола и подошел ко мне. — Ты очень красива.

Я стушевалась под его взглядом, прижимая руки к груди еще крепче. Джек легким прикосновением провел пальцем по щеке, заправляя влажную прядь волос за ухо.

— У тебя есть пять минут, чтобы выбрать фильм, иначе я включу то, что тебе совсем не понравится. — Он вскинул брови и скрылся за дверью ванной комнаты.

Я шумно выдохнула и быстро начала переодеваться, достав пижаму из рюкзака. Чувствую себя девчонкой из подростковых мелодрам. Включив первую попавшую комедию, я развернула монитор к кровати и плюхнулась на постель. Джек вышел через несколько минут, чем заставил меня снова смутиться: по голому торсу стекали маленькие капли воды, перекатываясь по аккуратным и небольшим кубикам пресса. Я оторвала взгляд, уткнувшись в телефон, делая вид, что смотрю на что-то очень и очень важное. Видя мое смущение, он ухмыльнулся и надел футболку.

Джек включил фильм и прилег рядом, положив коробку пиццы на мои ноги. Взяв кусочек из коробки, он передал мне. Все как я люблю: много мяса, острый соус и вкуснейший острый перчик.

На самом деле, еда помогла мне расслабиться. Доев второй кусок, я отодвинула от себя коробку и легла Джеку на плечо, погружаясь в сюжет фильма. Но фильм в голове звучал лишь фоном. Я снова и снова возвращалась к Шелби и тому, что он сделал. А еще меня разрывали мысли о Болтоне и его «оружии»...

— Ана! — Джек наклонил голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — Ты спишь? Я зову тебя уже третий раз!

— Я просто задумалась. — Я лишь на секунду посмотрела на него и отвела глаза.

— Так. — Он привстал, заставляя и меня подняться с его плеча, и сел напротив. — Что ты задумала на этот раз?

— Н-ничего... — И как он понял вообще? — С чего ты взял, что я что-то задумала?

— Я знаю этот взгляд! — Он приподнял слегка мой подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Именно такой взгляд был, когда ты выпала из окна кабинета Кроуфорда!

Я закатила глаза и рассказала, что думаю (тем более мне и самой хотелось поделиться с ним). Мне безумно хотелось узнать, что за вещество изобрел Болтон и насколько оно опасно для Лондона, а может, и для всего мира.

— Ты точно ненормальная! — Он встал с кровати и начал ходить по комнате. — Ты сама ищешь себе приключения на одно место, а потом задаешься вопросом, почему ты попадаешь во всякие передряги?

— Тебе самому не интересно? — Я встала на колени на кровати и подползла к нему ближе, взявшись за спинку кровати руками.

— Мне? — Джек посмотрел на меня с удивлением вперемешку со злостью. — Мне-то уж точно нет! — Он поднял край футболки и указал на шрам от пули.

Я закусила губу и опустила глаза. И почему он снова прав? Я шумно выдохнула и опустилась на подушку. Джек закатил глаза и прилег рядом.

— Я больше не хочу находить тебя раненую в лесу. — Джек убрал прядь с моего лица. — Я не хочу больше видеть, как тебя бьют, как издеваются, как ломают тебя... — Его глаза бегали по моему лицу, а голос слегка дрожал. На секунду он показался мне уязвимым, и таким делаю его я... — Ты должна максимально подальше держаться от всего этого. Хорошо?

Я кивнула, закусив губу. Джек провел пальцем по щеке, а затем накрыл мои губы своими. От неожиданности я ахнула, позволяя ему проникнуть языком в рот. Он придвинулся ближе, обхватывая шею ладонью.

Мы так много и часто целовались, но этот поцелуй... Он какой-то новый. Я задышала чаще и тяжелее в тот же миг, как Джек спустил свои губы на шею. Его горячее дыхание обжигало кожу, заставляя сжиматься все внутренности. Я обхватила его волосы на затылке и сжала их, издав чуть слышный стон. Он запустил руку под майку, медленно водя огненной ладонью по животу, ребрам, поднимаясь выше к груди, но не касаясь ее. Я чувствовала, как он улыбается мне в шею, прикусывая кожу.

Внизу все заныло, будто все тело свело и парализовало. Я руками обхватила его плечи и с каждым поцелуем надавливала все сильнее, оставляя следы от ногтей. Он будто издевался надо мной, заставлял мучиться от мурашек по всему телу и истомы и жара в животе.

Джек снова коснулся моих губ и одновременно слегка сжал ладонью грудь. Он не торопился. Долгая прелюдия, его поцелуи. Я оказалась прижатой телом к постели. Он приподнял майку от пижамы и коснулся губами соска, обводя ареолу языком и глядя в мои глаза. Мне становилось жарко от его взгляда, от его языка и от новых ощущений. То же самое он повторил и с правой грудью. Было страшно и хотелось еще одновременно. Снова этот взгляд. Внутренней стороной бедра я почувствовала его эрекцию. Мысли путались, я хотела что-то сделать, сделать ему приятно, но тело не слушалось, я только извивалось под ним, словно змея. Сквозь пальцы я сжимала простыню и не в силах была остановить себя и свое тело.

Джек поднялся и снял футболку, кинув ее куда-то на пол. Его хищная улыбка обезоруживала. Я смотрела на него как завороженная, перебирая в голове десятки вариантов, что будет дальше. Он, не отрывая от меня взгляда, коснулся губами колена левой ноги и стал подниматься выше по внутренней части бедра. Каждый его поцелуй отдавался по телу электрическими разрядами. Мне казалось, будто комната сужается. Он дал мне время передохнуть, а затем прильнул к губам, мягко отодвигая ткань шорт и трусиков в сторону, касаясь пальцами клитора. От этих прикосновений я вздрогнула и стала сводить ноги. Джек вскинул бровь в удивлении и ухмыльнулся. А я смущенно опустила глаза, пытаясь сдержать нервную улыбку. Я совсем не ожидала, что буду такой мокрой и что буду хотеть этого так сильно. Хотеть этой близости.

Но еще больше я не ожидала, что Джек, смотря прямо мне в глаза, оближет мокрый палец от моих выделений. Черт! Я чувствовала, как щеки горят от смущения. Он сводил меня с ума...

— Ты прекрасна. — Джек коснулся губами мочки уха и снова мягко поцеловал мои губы, запуская пальцы под белье. Я застонала. — Не смущайся себя такой.

С каждой секундой Джек спускался все ниже, целуя сантиметр за сантиметром оголенной кожи. Дойдя до низа живота, Джек поцеловал внутреннюю часть бедра и коснулся языком плоти. Я пискнула от новых ощущений. Он давал время привыкнуть. Мои ладони сжимали простыню, а тело извивалось от желания.

Он медленно набирал темп, вырисовывая языком невидимые узоры. Джек обхватил мои ноги и зафиксировал в своих руках, чтобы я не дергалась, и продолжил сводить меня с ума. Мне хотелось свести ноги и прекратить это, но одновременно хотелось продолжения. От новых ощущений и его близости мне сносило голову. Из моих губ то и дело были слышны стоны.

Мое тело натянулось как струна, и Джек понял, что я уже на грани. Он ускорился. Через мгновение я кончила. Ощущение, словно меня уносило куда-то в небо и вернуло обратно, разбив тело на миллионы осколков. Странные... Но такие приятные эти новые ощущения. Тело обмякло в его руках. Закрыв лицо руками, я пыталась привести дыхание в норму. Мои щеки пылали от стыда и новых ощущений, а низ живота постепенно расслаблялся. Джек поднялся и облизнул губы.

— Ты как? — Он прилег рядом, целуя пальцы на моей руке.

— Я...Мне... Это... — Я не могла собрать и двух слов и спросить что-то внятное. — А как же ты?..

— Ана... — Он чуть слышно засмеялся. — Я хочу тебя с той самой минуты, как первый раз поцеловал в спортзале. Меня никто так не заводил, как ты. — Джек провел рукой по моим волосам. — Но ты пока не готова. — Подобное заявление заставило меня посмотреть на него с вызовом. Я даже недовольно фыркнула. — Ты боишься. — Он улыбнулся и чмокнул в губы. — Мы сделаем это, когда ты точно будешь готова к близости.

Я пыталась возразить, но не могла найти адекватных доводов против его слов. Что он сделал со мной? Я начала заикаться, что-то мямлила, не в состоянии воспроизвести свои мысли. Будто он контролировал мои тело и разум, а не я сама. Я опустила майку и направилась в ванну. Сейчас мне просто необходим душ. Ледяной, приводящий в чувства душ. Но все мысли вновь и вновь крутились вокруг него, а щеки каждый раз вспыхивали лишь от мысли о том, что было между нами.

Вода кусала холодной струей разгоряченное тело, но это помогало. Я наконец поняла смысл слов Джека. Он не хотел, чтобы наш первый секс случился тогда, когда я была перевозбуждена и не знала, что может принести мне удовольствие. Я должна этого захотеть. Я действительно пока еще не готова... Это так странно. Я шла сюда с мыслями, что сегодня точно будет мой первый секс, но Джек не воспользовался ситуацией, за что я очень благодарна ему.

Выйдя из душа, я наблюдала, как Джек копается в телефоне, что-то печатая. Увидев меня, он встал с кровати, поцеловал меня в щеку и вошел в ванну. Ему-то уж точно нужно остыть.

Я убрала все лишнее с кровати, расстелив постель, и нырнула под одеяло. Приятная ткань коснулась тела. Через несколько секунд я начала проваливаться в дремоту. Сквозь сон я почувствовала руку Джека на животе и как он притягивает меня ближе, зарываясь лицом в волосы.

— Спокойной ночи, солнышко...

***

Проснулась я от того, что что-то щекотало мне щеку. Открыв глаза, я увидела лицо Джека. Он аккуратно, почти неощутимо касался пальцем моего лица.

— Ты такая милая, когда спишь. — Джек чмокнул меня в нос. — Даже не верится, что ты можешь быть занозой в заднице!

— И тебе доброе утро, незаноза в заднице, — фыркнула я и слегка хлопнула его по плечу. — Который час?

— Почти десять. — Джек откинулся на подушку, потянув меня на себя.

— Что? — Я уперлась руками в его грудь. — У меня же психолог через двадцать минут!

Я вскочила с кровати и спешно начала собираться. Собрав на скорую руку волосы в хвост, я натянула джинсы.

— А ты чего не собираешься? — Застегнув ремень на джинсах, я села в кресло, надевая носки и ботинки.

— А мне никуда не нужно. — Он так сладко потянулся в постели, что я не могла отделаться от зависти.

— Предатель! — Схватив куртку, я подошла к нему и быстро поцеловала. — Увидимся позже!

Захлопнув дверь, я надела куртку и побежала к психологу.

Сегодня наша встреча прошла куда более позитивно. Мистер Деккер разговорил меня, расспрашивая о детстве. Я рассказывала ему о самых ярких воспоминаниях. Но не вспоминать злосчастные двое суток не получилось: Деккер заставил в подробностях вспоминать все, что случилось. Каждую минуту, каждый удар, каждый крик. Кажется, я извела всю коробку с салфетками. Психолог давал возможность отдохнуть, чтобы я успокаивалась, но через время начинал снова и снова вытягивать из меня каждую минуту. Но это помогало. Мне стало в разы легче. Он убеждал меня, что эта ужасная ситуация сделает меня сильнее. И я ему верила. Хотя бы потому, что я бы точно не смогла так бойко и уверенно спорить с Дональдом вчера.

На этом Деккер решил закончить наш сеанс. Психолог обрадовал меня, что я хорошо справляюсь и если так дальше пойдет, то в следующем семестре мы встретимся пару раз. Попрощавшись с врачом, я вышла, окрыленная такими новостями.

В комнате меня ждал «допрос с пристрастиями». Амелии было слишком любопытно, как я провела ночь. Она кружила вокруг меня, ставя на стол свежесваренный кофе, какие-то сладости и бутерброды, и задавала тысячу вопросов. Вспоминая каждую секунду вчерашнего вечера, я почувствовала уже знакомую истому внизу живота. Кажется, пора прекращать...

— Оу, сколько благородства. — Амелия засмеялась и закатила глаза. — А он иногда бывает милашкой.

— Все, больше не хочу это обсуждать. — Я отпила из стакана кофе. — Давай собираться, не хочу находиться здесь ни минуты лишней.

Мы начали собирать вещи, чтобы отправиться на каникулы домой. Приятное чувство, когда ты можешь быть свободным почти на три недели и не думать об учебе. Собрав все вещи, мы выкатили наши чемоданы на улицу, где нас ждали Роберт с Джеком.

Было решено, что все поедем на моей машине. Зачем-то парням нужно будет вернуться в Академию вечером. В отличие от Амелии, я даже и не пыталась выяснить, зачем. Я точно решила, что не хочу знать правду. Всю дорогу Джек с Робертом обсуждали план завтрашнего вечера: что еще нужно купить, во сколько собраться, количество людей и алкоголя и еще тысячу и один пункт из списка.

Пусть Рождество — это семейный праздник, но молодежь все больше и больше хочет проводить время в компании друзей, поэтому родители были совсем не против, чтобы их дети провели Рождественскую ночь не с ними. Только Кортезы и Васкесы выдвинули условия, что я и Роберт должны начать этот вечер дома, в кругу семьи. Мы были более чем согласны.

Мы довезли Амелию до дома, а после Роб поехал в сторону моего дома, чтобы оставить там меня и вещи, а самим на моей машине отправиться по своим делам. Если бы не надоедливое нытье Роберта, что его машина в ремонте, я бы ни за что не согласилась отдать в его руки свою малышку. Не то чтобы я не доверяла брату, просто я пахала на эту машину как проклятая, когда училась в школе: подрабатывала почтальоном, откладывала карманные деньги и училась на «отлично». Конечно, большую часть суммы вложили родители, но я старалась, очень старалась, чтобы ее получить!

Доехав до дома, Роберт выгрузил мои вещи из багажника и покатил все в дом. Джек стоял вплотную ко мне, прижав к машине:

— И чем займешься? — Он улыбнулся и просунул руки мне под куртку.

— Разберу вещи, приму ванну и буду ждать Амелию. — Я положила руку на его плечо. —Уж не знаю, как у нее это получилось, но она уломала меня на увлекательное путешествие по магазинам. — Я показала ему кавычки.

Джек повернул голову в сторону дома и резко отошел от меня, как ошпаренный. Боковым зрением я увидела папу, выходящего из дома вместе с Робертом. Я издала смешок и покосилась на Джека.

— Кажется, теперь я знаю, чего ты боишься! — заговорила я шепотом ему в плечо. — Привет, папочка! — Я потянулась, чтобы поцеловать его в щеку.

— Мистер Кортез! — Джек протянул руку в знак приветствия.

— Старк... — Папа ответил на жест, но, судя по выражению лица Джека, он сжал его ладонь чуть крепче обычного. — Как здоровье? — Он не отрывал от него взгляда, не отпуская руку Джека. Не знаю почему, но мне стало так смешно, и я прикрыла рот рукой, чтобы не выдать себя окончательно.

— Спасибо, все в порядке! — Джек будто остолбенел. — С наступающим вас! — Да, иногда меня забавляет, как из дерзкого и самодовольного парня он превращается в мальчика, который боится любого шороха.

— Может, перекусите чего? — Папа отпустил его руку и завел машину с автозапуска. Джек явно испытал облегчение. — Что ж ты гостей держишь на улице? — Наконец, папа заметил и меня.

— Эти гости уже уезжают. — Я с улыбкой посмотрела на Джека и перевела взгляд на Роберта. — А если кое-кто не уедет в ближайшие пару минут, то про машину мою может забыть! — прокричала я, чтобы дорогой братец услышал.

Папа, улыбнувшись, закатил глаза и сел в машину. Попрощавшись с нами, отец уехал.

— Старк, давай быстрее! — Роберт начинал уже злиться, что они никак не могут уехать, хотя он подошел к нам всего секунду назад.

— Будь хорошим мальчиком и слушайся Бобби! — Я поцеловала Джека в щеку и направилась в дом.

Парни сели в машину и тоже уехали. Я вошла в дом, кинув куртку на диван в гостиной. Мама с тетей что-то творили на кухне. Я наблюдала за тетей Леей и никак не могла поверить, что такой ангел, как она, может быть циничной стервой. Но я не стала любить ее меньше. Отказавшись от помощи, две дорогих мне женщины отправили меня в комнату отдыхать. Честно говоря, меня так вымотали последние дни учебы, что я, не успев приземлиться на подушку, задремала.

Проснувшись через пару часов, я набрала ванну и включила музыку. Горячая вода и пена приятно обволакивали кожу, расслабляя каждую клеточку тела. Я прикрыла глаза и откинула голову на бортик ванны. Музыка ласкала слух, унося меня во вчерашний вечер. В сознании сразу же всплыл Джек: его горячие губы, сильные, уверенные и крепкие руки на моем теле...

Я одернула руку с груди, как только поняла, что делаю. Я свела ноги, пытаясь унять нарастающее возбуждение. Почему же мне так стыдно? Я чувствовала, как горят щеки, и это совсем не от горячей воды.

Я выбралась из ванны и позвонила Амелии, чтобы как можно скорее отправиться по магазинам. Мне нужно отвлечься, иначе я сойду с ума.

Через полчаса за мной заехала Амелия, и мы поехали тратить деньги. Накануне Рождества в Лондоне огромные пробки, иногда даже тянутся километрами, так что проще передвигаться либо на метро, либо вообще пешком. Мы оставили машину у какого-то торгового центра и ходили за покупками пешком.

А еще Амелия вспомнила, что я дала ей обещание подобрать мне наряд на мой день рождения. Но раз он не состоится, то на Рождество я должна выглядеть хорошо: именно так Амелия аргументировала свое желание приодеть меня. Отпираться и уговаривать ее оставить эту затею было бессмысленно.

Мы зашли в магазин, в котором глаза разбегались от количества платьев. Одно красивее другого. Я плюхнулась на диванчик, поставив пакеты с покупками. Амелия кружилась вокруг манекенов и вешалок, будто это ей придавало много сил. Наконец она выбрала несколько вариантов и отправила меня в примерочную.

Спустя шестое или седьмое платье Амелия всплеснула руками от восторга:

— Это то, что нам нужно! — Она взяла меня за плечи и крутанула на триста шестьдесят градусов.

Повернувшись к зеркалу, я улыбнулась. Платье действительно было роскошным: половина была в серебре, переливаясь на свету, а вторая половина была отделана под пиджак. Да, моя подруга определенно выбрала самое лучше платье для меня.

Пока я переодевалась, Амелия подобрала образ и для себя. На первый взгляд платье казалось простоватым, но именно это и придавало наряду особый шарм: полностью черное платье с открытыми плечами со шнуровкой на спине подчеркивало слаженную фигуру Амелии, а завязочки на руках ниже плеч добавляли кокетства. Только я хотела расплатиться за покупку, как Амелия остановила меня, сказав, что это ее подарок мне на день рождения.

— Можем доехать до мастерской на Грейт-Портленд-Стрит? — Кинув пакеты в машину на заднее сидение, я села в автомобиль.

— Да, а что там? — Амелия завела двигатель.

— Подарок для Джека. — Я улыбнулась подруге и посмотрела в зеркало на козырьке.

Как только прогрелась машина, мы тронулись с места и, следуя навигатору, прибыли в мастерскую. То, что я приготовила для Джека, вышло даже лучше, чем я представляла. Думаю, он будет очень рад такому подарку. Его шлем совсем износился: были кое-где заметные царапины, местами стерт рисунок и застежки стали слабее. Конечно, я не забыла про себя. Себе я тоже заказала шлем. Не то чтобы мне не нравился тот шлем, просто я хотела свой, а не какой-то там запасной, который лежит под сиденьем байка. Забрав подарок, я купила еще коробку, чтобы красиво упаковать.

Приехала домой я ближе к полуночи. Поднявшись в свою комнату, я кинула пакеты в угол, не желая все распаковывать. Походы по магазинам меня очень утомляют. А вот с Амелией совсем другая история: с каждым помеченным ею магазином она была энергичнее и энергичнее. Совсем не понимаю эту страсть в ней.

Я приняла душ и сразу же легла спать. Завтра нас всех ожидает куча дел. Нужно хорошенько выспаться, чтобы в разгар вечеринки просто не вырубиться.

***

Утром весь дом стоял на ушах. Кто-то украшал гостиную, кто-то занимался на кухне. Все были при деле. Нам с Робертом доверили сервировку стола.

— Бобби, а ты знал про Лею и Дональда? — Я раскладывала тарелки на столе.

— Конечно. — Он даже не посмотрел на меня, продолжая аккуратно класть приборы. — Купер тоже доводил меня, пока не получил в челюсть на занятии. Долгие разборки в кабинете Кроуфорда закончились не в его пользу. Тогда я и узнал.

— А почему ты мне не сказал ничего? — Я схватила тарелки и слегка стукнула ими по столу.

— А зачем? — Он всплеснул руками. — Я был уверен, что он не будет снова лезть на рожон и доставать тебя! Но, видимо, решил, что выговора устного ему мало.

— Надеюсь, Кроуфорд примет верное решение...

Закончив в гостиной, мы помогли отцам украшать фасад дома.

Вечер был просто прекрасен. Только сейчас я поняла, какая мы семья... Пусть мы видимся не так часто (особенно когда я училась в школе), пусть наша семья имеет богатое и насыщенное прошлое, пусть мы не похожи на другие семьи, но мы очень дружны и открыты. Мои родители и родители Роба, перебивая друг друга, рассказывали истории во время учебы Академии.

Оказывается, папа с мамой подняли чуть ли не всю Академию на уши, когда узнали об «Улье», затягивая в свое расследование Лею. Даже Старка-старшего, и того втянули в свои игры. Но в итоге оказалось, что дедушка с Кроуфордом устроили им эту «игру» с самого начала.

— Я еще тогда, когда обнаружила документы на экзамене Джереми, думала, что что-то тут не так. — Мама сделала глоток вина. — Ну не может быть так, что информация о секретном подразделении, которое закрыто под семью печатями, может так просто попасть в руки обычной студентки.

— Да... И это развело нас по разные стороны... — Папа грустно улыбнулся. — Ну, не будем о плохом. — Он поднял бокал вина и посмотрел на большой снимок в рамке на стене. — С Рождеством, отец...

Я смотрела на него не моргая: боялась, что слезы, которые скопились от слов папы, потекут ручьем. Но меня спас звонок в дверь.

— Я открою. — Я тут же скинула салфетку с ног и кинула на стол.

Смахнув слезинки с глаз, я открыла дверь. На пороге стояли Джек с Амелией. Их улыбки тут же стерлись с лица, как только увидели мои немного покрасневшие и влажные глаза.

— Почему ты плачешь? — Джек схватил меня за плечи и повел спиной обратно в дом.

— Все хорошо, просто папа растрогал меня. — Я улыбнулась и поцеловала его. — Проходите!

— О, у нас гости! — Дядя Макс, увидев ребят, встал со стула и направился к нам. — Присоединяйтесь!

Роберт остановил отца, ссылаясь на то, что мы уже опаздываем и торопимся. Роберт помог мне надеть пальто и мы, попрощавшись с семьей, вышли на улицу и сели в машину Амелии.

Добравшись до места, мы отнесли все пакеты с продуктами в дом. Через несколько минут стали подъезжать другие ребята. Мы с Амелией почти никого не знали. Это все были друзья Роберта и Джека. Атмосфера праздника сразу окутала всех присутствующих, все помогали друг другу накрывать на стол и готовиться к вечеринке.

Закончив с приготовлениями, мы с Амелией побежали наверх, чтобы переодеться. Следом за нами поднялись еще несколько девчонок, чтобы привести себя в порядок.

Спустившись вниз, я искала глазами Джека, но увидела, что в дом входит Томас с какой-то девушкой. Я видела ее в Академии пару раз, кажется, она учится на третьем курсе «Улья». Он улыбнулся мне, помогая своей спутнице снять верхнюю одежду.

— Давайте быстрее! — Роберт встретил нас у лестницы. — Карли, извини, я украду твоего парня на важное дело.

Роберт рукой толкнул Томаса ближе к веранде и повел нас Амелией туда же, накинув нам на плечи чьи-то куртки. Выйдя на маленькую террасу, я увидела, как Роберт что-то поджигает и бежит к нам. То, что он поджег, зашипело, и я поняла, что это салют.

— И пусть ты наотрез отказалась праздновать свой день рождения, мы не могли упустить шанса поздравить тебя по-человечески. — Роберт потянул меня на себя, чтобы обнять.

Через секунду выстрелил первый залп. Искры вырисовывались в рисунки на небе, сменяя друг друга. Я смотрела на эту красоту, не в силах оторваться.

— Ты просто умопомрачительно выглядишь... — зашептал на ухо Джек, став сзади меня.

Я подставила щеку навстречу его поцелую. У меня самые лучшие друзья на свете. Несмотря на большое количество людей в доме, они уделили немного времени только мне. Мне одной... Я пищала от восторга.

Как только салют закончился, я увидела, что многие из дома смотрели в окно на фейерверк. Поблагодарив ребят за сюрприз, я хотела зайти в дом, как Джек остановил меня, пропуская остальных внутрь.

— Я хочу, чтобы ты носила это всегда. — Джек вытащил из кармана маленькую бархатную коробочку.

Открыв ее, я раскрыла глаза шире. Внутри лежала аккуратная тоненькая цепочка с кулоном в виде кошечки на месяце.

— Пусть и с опозданием, но... — Джек потянул меня на себя. — С днем рождения, золотко! — Он поцеловал меня в губы.

[1]. Примерно 175-180 км.