Академия Карлайл

Упав в его объятия, я снова сделала ему больно, сама того не желая. Его рука мягко легла на затылок, а губы ласково, но уверенно, накрыли мои. Джек, словно я — его единственное спасение, прижимал меня к себе как можно крепче. Я почувствовала, как по нервам пробежала волна электрических разрядов, пробуждая во мне новые ощущения. Я буквально растворилась в его руках. В них было так тепло и уютно, что не хотелось выбираться.

— У меня нет подарка... — Джек виновато опустил глаза, будто стыдился.

— Ты жив, и это главное! — Я взяла его руку и прикоснулась ею к своей щеке, прикрыв глаза.

— Кстати! — Джек попытался подняться на кровати, и я поправила подушку сзади. — Ты должна мне желание! — Он сузил глаза, хитро улыбнувшись, я же непонимающе уставилась на него.

— Когда мы играли, я думал, ты хочешь улизнуть от выпивки и сказал, что ты должна мне! — Он по-детски улыбнулся.

— Джек Старк! — Я коснулась пальцем переносицы и закрыла глаза, улыбаясь. — Ты неисправим! — Скрестив руки на груди, я присела на постель. — И что ты хочешь?

— Хочу еще ощутить вкус твоих губ... — Он театрально прикрыл глаза и вытянул губы.

— Да уж. — Я сморщила нос. — Романтик из тебя отвратительный.

Я приблизилась к нему, чтобы снова поцеловать, как услышала за спиной звук открывающейся двери.

— И что здесь происходит?

Обернувшись, я увидела врача Джека. Я тут же подпрыгнула с кровати, смущенно опуская глаза. Кажется, мне сейчас очень сильно влетит... Меня вообще не должно быть здесь.

— Не ругайте ее. — Джек снова попытался привстать, чтобы принять сидячее положение. — Мне намного лучше. — Только отчаянные попытки Джека двигаться, не причиняя боли телу, провалились с треском. Врач явно не поверил его словам. — Честно! Она меня лечит! И вообще... — Джек спустил одну ногу с кровати, чем заставил меня и доктора сразу же подбежать к нему. — Я готов ехать домой!

— Ага, сейчас! — Врач запрокинул его ногу обратно на постель, с укором поглядывая на меня. — Вас не для этого с того света вытаскивали, чтобы вы бежали туда снова! А вы, юная леди, должны поехать домой!

— Да, конечно... — Я опустила глаза.

— Можно нам еще пять минут? — Джек взял меня за руку, но пристально смотрел на доктора.

— Девушка и так тут уже живет! С момента, как вас привезли из Манчестера, она слонялась тут, как призрак! Почти силой увозили на ночь! — Врач продолжал наступать, просматривая показатели на приборах. Судя по выражению лица, показатели не так уж и удовлетворяли доктора. — Ладно, даю пять минут. Но если к моему приходу вы не покинете палату...

— Спасибо! — перебила я, улыбаясь во все зубы.

Врач усмехнулся и вышел из палаты.

— А теперь давай-ка рассказывай, почему ты торчала тут сутками? — Джек перевел взгляд на меня.

Все пять минут, что дал нам врач, мы спорили. Джек отчитывал меня, как ребенка, который проказничал и не слушался родителей. Какой же он несносный! Только и знает, что командовать! Ну, ничего... Выйдешь ты отсюда, Старк! Мало не покажется тебе!

— А знаешь что! — Я сузила глаза, поджав губы. — Я позвоню отцу и он заберет меня! И завтра не приеду! Ясно тебе? Будешь умолять — не приеду! — Я достала телефон из заднего кармана джинсов. — Me cabreas![1] — буркнула я себе под нос.

— Ну, ну, все! — Джек улыбнулся и потянул меня за руку на кровать. — Я просто переживаю за тебя... — Он поцеловал меня в висок. — Не хочется тебя отпускать, но ты должна ехать домой и поспать. Хорошо поспать! Поняла меня?

Я кивнула, и мы попрощались. Джек до последнего держал меня за руку, пока она не выскользнула из его ладони. Закрыв дверь в палату, я мимолетно улыбнулась, касаясь губ пальцами. Пока я ждала папу у больницы, думала о том, что счастлива. Сейчас, в эту минуту, я точно счастлива. Наконец меня не терзают муки совести о чувствах к парням, мы выбрались (хотя нет, нас нашли и вытащили), Джек жив и пришел в себя...

Омрачает только факт побега этого... Болтона. Я сразу же вспомнила, что говорил о нем Шелби. Какое-то вещество, способное на нечто ужасное. Обязательно стоит рассказать отцу. Он должен это знать.

— Анастейша! — Я подняла голову и увидела папу. — До тебя не докричаться!

— Извини...

Я направилась к машине и села на переднее сиденье.

— С днем рождения, солнышко! — Папа обхватил меня за плечо и поцеловал в висок.

— Спасибо. — Я улыбнулась, скрывая усталость.

Совсем не так представляла свое восемнадцатилетие. Совсем не так...

— Джек очнулся, — заговорила я после небольшой паузы и немного повернулась к нему.

— Это же очень здорово! — Отец улыбнулся уголками губ, посмотрев на меня лишь на секунду, и снова повернул голову на дорогу.

— Но я боюсь... — Закусив губу, я пыталась подобрать слова. — Я боюсь, что мы все можем снова оказаться в этом аду. Мне все время кажется, что за мной кто-то следит.

— Детка, ты же знаешь, что я сделаю все для твоей безопасности. — Папа повернулся ко мне, когда мы остановились на светофоре. — Я бы сильно удивился и обеспокоился, если бы ты не боялась. Это нормально. В скором времени с вами со всеми будет работать психолог, он поможет вам это пережить с минимальными потрясениями.

— Это правда обязательно? — Конечно, я понимала, что это обязательно, но почему-то это вырвалось само собой. Наверное, я просто боюсь снова вспоминать это.

— Мои агенты тоже будут проходить терапию. — Папа нажал на педаль газа, и мы двинулись с места. — Конечно, не такую, как вы.

— Пап, я должна тебе кое-что рассказать. — Я хрустнула несколько раз пальцами на руках. — Шелби говорил об этом человеке, который сбежал... — Я посмотрела на отца, папа в ожидании ответа вскинул бровь...

Этот кусочек сам собой всплыл в памяти:

— О, этот человек — гений! — В голосе Шелби были слышны ноты восхищения. — И мы не террористы, Анастейша! Мы просто хотим сделать этот мир лучше! Очистить от ненужных людей. Мэттью изобрел идеальное вещество, которое избавляет мир от слабых людей...

Повторив максимально точно, что сказал Зак Шелби, я увидела, что папа не удивился моим словам. Но он явно злился: отец крепче сжал руль одной рукой, а второй рукой потирал лоб.

— Я знаю, Роберт мне рассказал. — Отец взглянул на меня. — Не думай об этом, милая.

— Но что это? — Я хотела знать правду. Только зачем она мне, особенно сейчас?

— У нас есть основания полагать, что это будет теракт не в привычном для всех проявлении. Это будет биооружие. — Папа держался, но я видела, что у него буквально закрываются глаза. Он точно несколько суток на ногах.

— Как вспышка какой-то болезни? — Папа лишь кивнул в ответ. — Останови машину. — Я коснулась его плеча, а он непонимающе на меня посмотрел. — Ты валишься с ног, поэтому машину поведу я.

Как ни странно, папа не стал возражать, молча остановился и вышел из машины. Я перелезла на водительское сиденье, повернула ключ зажигания и, услышав приятный звук двигателя, невольно улыбнулась. Так вот вы какие — служебные внедорожники...

Как только мы тронулись с места, я услышала сопение справа от себя. Папа почти сразу провалился в сон. Хотя тут и удивляться нечему: он не спал около двух, а может, и трех суток. Организм затребовал свое. Каким бы сильным, властным, стойким он ни был, он все же человек, у которого есть обыкновенные потребности. У дома нас ждала мама, укутавшись в плед со стаканом вина. Увидев меня за рулем их служебного автомобиля, она ухмыльнулась.

— Пап, — я слегка затрясла его за плечо, — мы дома.

Я вышла из машины и, взяв сумку с заднего сидения, пошла к дому.

— С днем рождения, милая. — Мама улыбнулась и поцеловала меня в лоб.

Войдя в дом, я увидела кучу шариков. Мягкий и приглушенный свет от фонариков гирлянд приятно освещал гостиную. А на столе в столовой стоял торт со свечками. На секунду я вспомнила день, когда мне исполнялось пять или шесть лет. Мама с папой тогда создали сказку вокруг меня, что захотелось вернуться именно туда, когда я не пережила всего, что произошло за последние полгода. Вернуться в то время, когда большой трагедией была разбитая коленка. Вернуться в то время, когда проблемы взрослых совсем не касались меня... Я обернулась к родителям, которые стояли у входа в столовую, обнявшись. Они оба пытались отвлечь меня от последних событий, за что я очень благодарна. Мне действительно необходимо было хотя бы на секунду забыть этот ужас.

— Спасибо... — Я подошла к ним и обняла их обоих. — Мы можем только не отмечать сейчас? — Я отстранилась от них. — В смысле, не в ближайшие дни.

— Конечно, детка. — Мама улыбнулась и погладила меня по волосам. — Но ужин точно будет, только мы втроем. Идет?

— Согласна.

***

Проснувшись утром, я обнаружила на туалетом столике цветы с запиской:

                                                                                                                       «Ты первая девушка, о которой хочется заботиться. Спасибо, что ты со мной. 

Д.»

Закусив губу, я улыбнулась.

Спустившись вниз, я обнаружила родителей на кухне. Мама готовила завтрак, обсуждая с отцом что-то по работе. Горячие тосты и кофе — никогда не думала, что этого будет достаточно для радости. После всех событий я дала себе обещание, что буду обращать внимание на мелочи, которые помогают чувствовать себя нормальным человеком.

— Пап, отвезешь меня в больницу? — Откусив кусочек тоста, я заговорила с набитым ртом, запивая вкусным кофе с молоком.

— Сколько раз тебе говорить, не разговаривай с полным ртом. — Папа отпил кофе, смотря в экран телефона. — Отвезу. Только если ты помнишь, что вечером ты полностью наша.

— Я помню. — Я залпом выпила остатки горячего напитка, спускаясь со стула у барной стойки. — Могу идти собираться?

— У тебя есть пять минут.

Мне больше и не надо. Достав первые попавшиеся вещи из шкафа, я оделась и собрала волосы в хвост. На улице родители уже ждали меня в машине.

В субботу утром пробок почти нет, поэтому мы довольно быстро доехали до больницы. Попрощавшись с родителями, я почти бегом зашла в помещение и поднялась на этаж, где находилась палата Джека. Я лишь на мгновение замешкалась у двери, думая, стоит ли стучаться. Но открыла дверь, и крики в палате оглушили меня:

— С днем рождения!

В палате у постели Джека стояли Амелия с Робертом и Том. Видимо, они меня ждали. И как они поняли, что я точно приду сегодня к Джеку, да еще и утром?

— Какие вы шумные... — Я скривила лицо от их крика. — Спасибо, ребят. Не ожидала, что вы здесь.

— Жаль, что при таких обстоятельствах... — Амелия подошла ко мне и обняла.

— Моя сестренка теперь совсем большая! — Следом подошел Роберт и заключил меня в тиски своих объятий, отрывая от земли.

— Надеюсь, что теперь ты отделаешься от меня со своей опекой. — Я сузила глаза и улыбнулась.

— Не дождешься!

Ну, конечно... Я и не сомневалась, что он так ответит. Я все еще испытывала легкую неловкость, находясь рядом с Томасом и Джеком. Странное чувство. Всякий раз, когда Джек притягивал меня к себе, я сразу смотрела на Тома, пытаясь понять, что он думает. Но в его глазах лишь видела полное равнодушие. Не то что бы это меня задело, нет, просто я не понимала, либо он хорошо скрывал, что ему не особо приятно, либо действительно спокойно и достойно воспринял наш разрыв. Хотелось бы верить, что точно второе...

Все мы пытались отвлечься и говорить на темы, которые совсем не должны затрагивать случившееся с нами, но каким-то образом каждая из них, так или иначе, сводилась именно к этому. Даже невинные размышления Амелии о моем дне рождения свелись именно к этому.

— Ну, нет! — Я замахала руками в знак протеста. — Мой день рождения мы отмечать не будем! Я-то уж точно не горю желанием повторять такое «рандеву»!

— Но мы все равно оторвемся! — Амелия, закинула ногу на ногу, пристально посмотрев мне в глаза. — Хочешь ты этого или нет! Если мы будем зацикливаться на том, что случилось, мы никогда не сможем прийти в норму и забыть! Мы всякий раз будем оглядываться и бояться!

— Она права. — Джек взял меня за руку. — Конечно, мы это сделаем не сегодня! Без меня это не состоится!

— Ладно! — Я закатила глаза. — Уговорили!

Мы еще какое-то время провели в палате Джека, после чего первым засобирался Томас. Попрощавшись со всеми, он попросил меня выйти вместе с ним. Я непонимающе посмотрела на Джека, будто спрашивая разрешения у него, но тут же отвела взгляд и первая направилась к выходу. С чего я вообще решила, что должна спрашивать разрешение?..

— У меня не было времени подготовиться... — Он запустил руку в волосы на затылке. — Черт, я чувствую себя глупо... — Шумно выдохнув, он достал из кармана маленькую коробочку и вручил мне. — Это тебе...

Открыв подарок, я раскрыла рот от удивления. Внутри лежал браслет из серебра с маленькими подвесками в виде звездочек. Это так мило, так приятно, и... так неожиданно.

— Томас... — Я подняла на него глаза. — Я не...

— Можешь и примешь. — Он мягко улыбнулся и коснулся моей руки. — Всегда помни, что я твой друг, чтобы ни случилось. Поняла? — Я лишь кивнула в ответ. — Ты как-то говорила, что хотела бы украшение на ногу...

— Спасибо, Том. — Я, взглянув еще раз на подарок, закрыла коробочку и обняла его.

Попрощавшись с Томасом, я хотела вернуться в палату, как из нее уже выходили Амелия с Робертом. Еще раз поздравив меня, они ушли. Я вошла к Джеку и присела на край его постели.

— Спасибо за цветы. — Я чмокнула его в щеку. — Как ты себя чувствуешь?

— Готов хоть прямо сейчас валить отсюда. — Он прижал меня к плечу. — Больница утомляет больше, чем занятия в Академии. О чем ты говорила с Купером?

Я молча открыла коробочку с подарком и показала ему. Джек свел брови к переносице, явно подавляя в себе чувства ревности, но не сказал ни слова, лишь громко фыркнул. Я ухмыльнулась, закрыла коробку и убрала в сумку.

Весь день я провела в больнице, не желая оставлять Джека одного. Мы вспоминали наши первые встречи, оба высказывали свое негодование по отношению к друг другу и смеялись от того, как нелепо, глупо и по-детски это выглядит сейчас. Я даже не обратила внимания, как пролетело время и родители уже приехали за мной.

— Мне нужно ехать, я обещала родителям. — Я уткнулась носом ему в шею, вдыхая запах.

— Будь хорошей девочкой и слушайся маму с папой! — Джек хитро улыбнулся, а после залился звонким смехом, скорчив лицо от боли и прижав руку к ребру.

— Это божественная карма, Джек Старк! — Я щелкнула его по носу и поцеловала в губы. — Поправляйся скорее!

У входа в больницу стояла машина родителей. Мама сказала, что перед рестораном мы заедем к ним на работу. Я совсем не придала этому значения, поэтому включила музыку в наушниках и смотрела в окно на вечерний Лондон.

Вечерний город... Бесконечные огни улиц заполняют пустоту и темноту: фонари, неоновые вывески магазинов и кафе, мелькающие и пестрящие витрины, свет фар автомобилей, многообразие гирлянд на деревьях... Все это создавало особую сказку и магию... С каждой секундой улицы наполнялись людьми. Кто-то спешил на свидание, кто-то вышел на пробежку, кто-то планировал провести вечер в одиночестве со своими мыслями на прогулке... В вечернем городе можно раствориться и спрятаться от чьих-то глаз. Во всяком случае, мне очень хочется в это верить...

Подъехав к штаб-квартире, я думала, что они оставят меня в машине, но папа открыл мою дверь и подал руку, сказав, что я должна пойти с ними. Я непонимающе посмотрела на отца, но вложила свою руку в его и вылезла из машины. Пытаясь выяснить, зачем мне быть внутри, я начинала злиться, потому что они просто меня игнорировали. Что ж, ладно...

Зайдя в здание, мы сразу направились в подвал. Что они задумали? Почему я не могла остаться в машине? Зачем мы пришли сюда? Открыв дверь, папа пригласил меня войти первой. Я зашла в помещение, в котором освещение было довольно тусклым, но чем дальше я проходила внутрь, тем больше понимала, где мы...

— Это же... — Я обернулась к родителям с широко раскрытыми глазами.

— Да, малышка, это стрельбище. — Мама подошла к шкафу, сделанный из решеток, и ввела код, чтобы двери открылись. — Сегодня этот полигон полностью твой.

— Спасибо! — Не сдерживая эмоции, я подбежала сначала к папе, а потом к маме, поцеловав их. — Я могу выбрать любое?

Мама кивнула в знак согласия. Я не могла поверить своему счастью. Мне это было нужно... Мне, и правда, это было сейчас нужно. Наверное, я нуждалась в этом даже больше, чем в таких простых потребностях, как еда или вода. Я подошла ближе к шкафу, любуясь видами. Оружие здесь было на любой вкус. Проведя ноготками по пистолетам и винтовкам, я остановилась на Тульском Токареве[2].

Несмотря на свою внешнюю простоту и лаконичность, этот пистолет пользуется популярностью во всем мире вот уже несколько десятков лет. Оружие совсем не перегружено деталями, от чего приятно ложится в ладонь. Я нажала на защелку, и в руку мне выпал полный патронов магазин. Довольно ухмыльнувшись, я вставила обратно магазин и передернула затвор. Обхватив правой рукой рукоять пистолета, я прижала левую руку под магазин и прицелилась в мишень напротив.

Сделав глубокий вдох, на выдохе я нажала на спусковой крючок. Тут же по помещению прошелся оглушительный звук выстрела, а из-за акустики в комнате он прозвучал особенно громко. Через мгновение в нос ударил стойкий запах пороха. Я вдохнула глубже, и мне показалось, что от адреналина кровь по жилам побежала еще быстрее, а сердцебиение ускорилось в раза три. Приглядевшись к мишени, я разочарованно поджала губы: не достигла десятки.

На автомате я обернулась к маме. Он лишь вскинула бровь, скрестив руки на груди, показывая взглядом стрелять еще. Я же не стала заставлять ее ждать: корпусом развернулась к мишеням, прицелилась и сразу выпустила половину магазина. В этот раз пули достигли цели.

— Так-то лучше. — Мама подошла ближе и нажала на кнопку, механизм которой двигал мишень к стрелявшему, и выдернула из держателя лист плотной бумаги. — Я уж думала, Купер разучил тебя пользоваться оружием.

— Если бы я выполняла все, что он говорит на занятиях, то, пожалуй, точно разучилась бы. — Я улыбнулась уголками губ.

Следующие пару часов я провела на стрельбище. Родители сделали шикарный подарок. Никакой учебный полигон не сравнится с этим... Кажется, я перепробовала все оружие, которое вообще есть в арсенале разведки, включая снайперскую винтовку. Это было просто умопомрачительно... Наверное, я отвела душу на год вперед.

Настрелявшись вдоволь, я положила оружие в шкаф и заблокировала дверцы. Через пару минут вошел отец и сказал, что нам пора ехать. Поблагодарив родителей еще раз, я вышла из комнаты. Через несколько метров от полигона я услышала какие-то крики, и ноги сами понесли туда.

Открыв дверь, я увидела, как несколько десятков агентов отрабатывают задержание и арест. Зрелище то еще... Не знаю, сколько я так простояла, разинув рот от восторга, но меня окликнули.

— Эй! — крикнул мужчина с планшетом в руках. — Вам нельзя здесь находиться!

— Простите...

— Сэр, добрый вечер! — Он посмотрел мне за спину, и я тоже сразу обернулась. За мной стоял папа.

— Как продвигается тренировка? — Папа обошел меня, поздоровавшись с ним. Кажется, на бейджике написано Уилл Капнер. — Детка, ты хочешь посмотреть? В Академии такого не увидишь!

— Если мистер... — Я прищурилась, чтобы не ошибиться с именем. Точно, Капнер. — Если мистер Капнер разрешит, я бы с удовольствием!

— Уилл, мы можем немного взглянуть?

— Конечно, мистер Кортез. — Он улыбнулся и перевел взгляд на меня. — Не знал, что у вас есть дочь.

Папа лишь ухмыльнулся и пригласил меня отойти в угол, где обзор открывался почти на всю площадку, но одновременно с этим здесь мы не мешали агентам.

Прозвучал звук сирены, и два агента сразу же включили фонарики на пистолете, аккуратно и почти беззвучно двинулись на поиски «преступника». Через минуту, может, две, человек, что играл роль злодея, был загнан в угол, где один из агентов вступил с ним в рукопашный бой, выбивая пистолет из его рук. После чего агент скрутил ему руки за спиной и надел наручники под прицелом пистолета.

— Это было... Круто! — Я сделала шаг вперед с желанием зааплодировать, но тут же осеклась.

— Да, в Академии учат задержанию в теории. Практику можно получить только на службе! — Папа подошел сзади и положил руку на плечо. — Давай оставим их?

Было видно, как все агенты стушевались и занервничали, когда папа вошел в комнату тренировок. Конечно, мне хотелось посмотреть еще, но смущать людей, заставляя делать ошибки, мне хотелось еще меньше, поэтому я согласилась с отцом, и мы вышли из помещения.

На первом этаже нас встретила мама, и мы направились к выходу. Сев в машину, мы поехали в уютный ресторанчик на Парк Лэйн.

Зайдя внутрь ресторана, я удивилась: для субботы в заведении мало людей, хотя место довольно распространенное и известное по Лондону. Мы сели за столик, официант сразу же принес нам меню и предложил напитки. Выбрав блюда, я сделала пару глотков вина из бокала.

Пока мы ждали ужин, мы разговаривали на разные отвлеченные темы, но я не могла не заметить, что родители постоянно переглядываются.

— Что-то случилось? — Я сделала еще глоток вина, поставив стакан на стол.

— Нет, с чего ты взяла? — Мама посмотрела на отца и сразу переключила внимание на меня.

— Ой, да брось! — Я откинулась на спинку стула. — Вы с папой переглядываетесь уже несколько минут. И если вы так же работаете на задании, то у меня для вас плохие новости, господа родители! — Я ехидно ухмыльнулась.

— Ана... — Папа залился смехом, чем привлек к нам внимание нескольких посетителей ресторанчика. — Ты даже дерзишь, как мать!

— Так, и? — Я вскинула бровь.

— Ладно, раскусила. — Мама опустила руку вниз и достала небольшой пакет из-под стола. — Стрельбище — не основной наш подарок. — Она протянула пакетик.

Я переводила взгляд то на маму, то на папу, пытаясь прочитать в их глазах хоть малейшую подсказку. Но сейчас они собрались и даже не пытались мне намекнуть. Заглянув в пакет, я увидела на дне коробку. Я снова посмотрела на них. Мама лишь взглядом показала, чтобы я достала содержимое пакета.

Достав коробку, я вскрыла небольшой кусочек скотча с подарочной упаковки и достала «начинку». Непримечательная и полностью черная коробка не выдавала ничего, что могло хотя бы намекнуть на то, что внутри. Я потрясла коробку: тяжеленькая...

Открыв коробочку, я не сдержала своего восторга. Внутри лежал новенький Браунинг[3]. Я широко улыбнулась и потерла переносицу, зажевав губу, чтобы не запищать от радости.

— В связи с последними событиями мы бы хотели, чтобы ты смогла за себя постоять, когда нас нет рядом. — Папа накрыл ладонью мою руку. — Но не обольщайся! Пока не сдашь в Академии экзамен на ношение оружия, подарок будет лежать дома.

— А когда этот экзамен? — Я не оторвала свой взгляд от пистолета.

— В конце семестра. — Мама повернула голову, увидев официанта с подносом, и я сразу же закрыла коробку, чтобы не вызывать подозрений.

— Спасибо! — Я встала со стула и по очереди поцеловала маму с папой. — Это лучший подарок в жизни! — Я села обратно и, проводив взглядом официанта, снова открыла подарок, чтобы поглазеть еще раз. — Кажется, я поняла! Вы водили на стрельбище, чтобы убедиться, что не растеряла навыков?

— И как ты догадалась? — Мама разрезала стейк ножом и вилкой положила в рот небольшой кусочек мяса.

— Ткнула пальцем в небо. — Закрыв коробку, я убрала подарок в пакет.

— Точное попадание, милая. — Мама чуть слышно засмеялась.

Около двух часов мы еще ужинали в ресторане. Родители расспрашивали меня об учебе в Академии и моих успехах. Не скрывая гордости, я рассказала, что одна из лучших в классе. Но пришлось еще рассказать, что Купер-старший постоянно меня задирает, необоснованно пытается завалить или же почти каждое занятие ищет ошибки. Родители переглянулись. Почему-то я была уверена, что они знают причину его поведения. Но как бы я ни пыталась узнать, они не говорили мне.

Не обошли и тему моих отношений. Но я была благодарна маме за то, что каким-то образом она подготовила папу к этому разговору. Пусть я и не хотела этого признавать до последнего, но он действительно очень ревностно относится к тому, что его дочь выросла и интересует парней.

— Джек может сразу копать себе могилу, если ты хоть слезинку проронишь из-за него! — Папа довольно резко и агрессивно стал расправляться с блюдом в тарелке. — Я не посмотрю, что он сын моего начальника, можешь ему так и передать!

— Обязательно предупрежу. — Я ухмыльнулась, посмотрев на маму.

И только я хотела посмотреть на свой телефон, как мой взгляд привлек вырез маминого платья. Мне показалось, что я заметила красное пятно, похожее на свет лазера. Я резко обернулась на окно и снова на маму, но уже ничего не было. Вскочив с места, я выбежала на улицу, осматривая окна высотки напротив. Нет! Нет! Нет!

— Детка, что с тобой? — Следом за мной выбежал папа, накидывая куртку мне на плечи.

— Мне... Я... — Я продолжала оглядываться. — Мне показалось, что... — Я металась и не знала, что мне делать: то ли успокоиться, то ли искать то, что видела. Но отец заставил меня остановиться, схватив за плечи. — Мне показалось, что в маму светил лазер от винтов...

— Что? — Папа посмотрел мне в глаза, пытаясь найти хоть каплю сомнения.

— Папа, я видела! Луч был такой же, как от винтовки у вас на стрельбище!

— Пойдем-ка в тепло...

Оглядевшись, папа все также держал меня за плечи и вел в помещение ресторана. Настроение улетучилось мгновенно. Тем более другие посетители продолжали иногда озираться на меня, как на полоумную.

Папа, расплатившись за ужин, помог надеть маме и мне верхнюю одежду и открыл дверь из ресторана. Весь путь до машины я оглядывалась по сторонам. Чувство, что меня преследуют, вновь увеличивалось в геометрической прогрессией. Папа тоже смотрел по сторонам.

— Ты уверена, что видела именно это? — Мама, пристегнув ремень безопасности, повернулась ко мне.

— Я... Я не знаю... — Я опустила глаза, ковыряя кожу вокруг ногтя. — Я видела маленький лучик, но он сразу исчез.

— Дочка... — Мама протянула руку и дотронулась до колена. — Все будет хорошо!

Родители сомневались в том, что я видела. Честно говоря, я и сама уже не была так уверена, как пятнадцать минут назад. Возможно, сказывается стресс и страх. Мне действительно могло померещиться. Но папа не оставил это совсем без внимания: он отправил пару агентов проверить здание напротив.

В кармане пальто я почувствовала, как завибрировал телефон:

«Как провела вечер?»

На экране появилось сообщение от Джека. Улыбнувшись, я разблокировала телефон и начала набирать сообщение:

«Все в порядке, почти».

Ответ не заставил себя долго ждать.

«Что значит твое «почти»?»

Закусив губу, я продумывала ответ, чтобы не заставлять его нервничать:

«Сначала все было просто превосходно: я настрелялась вдоволь на стрельбище, наблюдала за тренировками агентов, потом мы поехали поужинать. Родители подарили мне Браунинг! Представляешь? Я была на седьмом месяце от счастья! Лучший подарок в моей жизни! Но потом мне показалось, что в маму кто-то целится из снайперской винтовки... Я так испугалась! Но свет лазера исчез через секунду. Мне кажется, я схожу с ума...»

Несколько минут телефон «молчал». Я проверяла каждую секунду, не пришел ли ответ от Джека. Но ответа так и не было. Может... Может он думает, что я психически нездорова, и решил держаться от меня подальше? Боже, о чем я вообще думаю...

Я успокаивала себя тем, что, возможно, он сейчас на процедурах. Почти у самого дома он наконец ответил:

«Не думай об этом, ладно? Ко мне приходил отец и все рассказал. Они во всем разберутся, а ты не смей даже лезть в это. Уяснила?»

Вот как он это делает? Откуда у него такая способность: бесить людей, даже не находясь рядом?

«А ты не командуй!»

Отправив сообщение, я убрала телефон в карман и вышла из машины. Заметив в окне свет от лампы, я остановилась. Паника тут же бесцеремонно вторгалась в мое сознание, и я попятилась назад, уткнувшись спиной в отца.

— Чего трусишь? — За спиной я услышала смех. — Пошли в дом, кое-кто тебя ждет.

Я повернулась в маме и, получив одобрение, медленным и неуверенным шагом направилась в дом. Открыв дверь, я сначала заглянула и огляделась. Не заметив опасности, я вошла вглубь дома.

— Ну, наконец-то! — Из гостиной я услышала мужской голос.

Я сразу же пошла на голос и не сразу поверила своим глазам.

— Аксель!

[1]. Бесишь!

[2]. Тульский Токарев (ТТ) — общее название пистолетов, выполненные по конструкции Федора Васильевича Токарева. (первый армейский самозарядный пистолет СССР).

[3]. Браунинг (Browning High Power) — общее название различных пистолетов конструкции Джона Мозеса Браунинга.