Глав 5 - Камни под водой
Офис Кинга встретил его тишиной и пылью. Было уже за полночь, когда он вернулся от Элизабет. По дороге он пару раз ловил себя на мысли, что кто-то идёт по пятам, но каждый раз, обернувшись, видел только мокрый асфальт и отражения фонарей.
Он запер дверь и прислонился к стене. Сердце билось не от страха — скорее от возбуждения. Он чувствовал, что нащупал ниточку. Вопрос был в том, к чему она приведёт.
На столе всё ещё лежала копия дела Бейли. Кинг открыл её снова — теперь с другим настроем. Сначала — официальные отчёты. Потом — записи допросов. И в самом конце он заметил кое-что, что в прошлый раз пропустил: пожелтевшее письмо, вложенное в отдельный конверт без марки.
От руки, неуверенным, дрожащим почерком:
> «Если ты читаешь это — значит, я ошибся в расчётах. Она уже рядом. Она рисует нас, даже если мы мертвы. Прости, я не смог закончить. D.K. — ты всё ещё помнишь? Или уже нет?»
Кинг замер.
«D.K.» — его инициалы. Его собственная рука? Нет. Почерк чужой. Но откуда знали?
Он откинулся в кресле. Окно было приоткрыто — с улицы доносился плеск воды, будто ветер тащил капли с реки. И вдруг — еле слышный скрежет, словно кто-то провёл пальцем по стеклу.
Он подошёл к окну. Внизу — ничего. Только улица. Но когда он наклонился ближе — увидел на стекле… отпечаток ладони. Мокрый, свежий. Как будто кто-то только что стоял снаружи и смотрел на него снизу вверх.
Он резко закрыл окно, задёрнул шторы.
Сев обратно, он взял ручку и начал выписывать имена на отдельный лист:
Николас Бейли. Художник. Мёртв. Лично видел его — или призрак?
Элизабет Кроуфорд. Писала портрет без лица. Владеет частью правды.
Неизвестный автор письма. Знал его инициалы. Говорит об ошибке и "рисующей".
Последнее слово не давало покоя.
Рисует нас, даже если мы мертвы…
Внезапно в дверях раздался мягкий, осторожный стук.
Кинг напрягся.
— Кто там?
Ответа не последовало.
Он подошёл, снял цепочку и открыл дверь.
Никого.
На полу лежал плотный конверт без подписи.
Он взял его. Внутри — один только предмет: маленький, гладкий камень, покрытый тонкими линиями, похожими на карту. На обороте — выгравировано: «Скоро ты вспомнишь.»
---
Кинг зажёг настольную лампу и провёл пальцами по камню. В нём было что-то живое. Тёплое. Почти пульсирующее.
Он не знал, кто играл с ним.
Но он больше не чувствовал себя игроком. Он был фигурой.
А доска уже начала двигаться.