Глава 4
............
«Когда Руби стояла у края утеса, Кэл наблюдал за ней, почти не дыша. Он привык к её молчаливой силе, к тому, как её взгляд всегда скользит поверх мира, как если бы она была за пределами этого мира. Но сегодня в её позе было что-то особенное — напряжённость, которая не могла быть скрыта. Она не смотрела вниз, в пропасть. Она смотрела в пустоту, которая была где-то внутри неё, в том месте, куда не может заглянуть никто, даже она сама.
— Ты когда-нибудь задумывалась, как мы пришли сюда? — спросила она вдруг, не поворачиваясь к нему.Кэл не ответил сразу. Он знал, что этот вопрос был не про утёс, не про путь, который они проделали за последние дни. Это был вопрос о жизни, о том, как они оба оказались в этом моменте, здесь, на грани, когда каждое движение может стать решающим.— Не думаю, что я готов был бы услышать твой ответ, — сказал он тихо.Она кивнула, словно ожидая этого. Руби всегда была такой: не требовала, чтобы её слушали, но сама слушала очень внимательно. Когда она говорила о себе, она не ждала сочувствия, не искала оправданий. Она просто делилась. И, возможно, это было тем, что пугало Кэла больше всего. Она говорила так, как будто её прошлое было её частью, частью её силы, а не слабости. Это было непостижимо для него.Она вздохнула, словно выдыхая что-то тяжёлое, и, наконец, заговорила.— Я была рядом с этим краем однажды. Не здесь, конечно, но... всё равно там. На грани. И я пыталась уйти. Просто исчезнуть, чтобы не мучиться больше.Кэл почувствовал, как что-то болезненно сжалось в его груди. Он знал, что Руби не из тех, кто открывает свои ранки. Она всегда была сильной, но, как оказалось, её сила — это не отсутствие боли. Её сила была в том, что она научилась жить с этой болью, не убегая от неё.— Ты хочешь сказать, что... ты пыталась...? — спросил он, не веря, что слышит её.Она кивнула, не отворачиваясь.— Да. Я пыталась. Это было несколько лет назад. Мне казалось, что мир слишком тяжёл для меня. Я была в плену своей собственной истории, своего одиночества. Я постоянно сражалась с тем, чего не могла победить, с тем, что никогда не могла бы контролировать.Руби замолчала на мгновение, как будто переживала этот момент снова, пытаясь найти в себе силы, чтобы продолжить. Кэл заметил, как её руки слегка дрожат, несмотря на её спокойствие. Он никогда не видел её такой — уязвимой, хрупкой, живой.— Я пыталась убежать от всего, что было внутри меня. От тех моментов, когда я чувствовала, что не могу дышать. Когда каждый новый день становился невыносимым, и я думала, что всё заканчивается. Я думала, что нет выхода.Кэл заметил, как её голос стал тише, почти шепотом. Он знал, что для Руби это не было легко — делиться таким. Для неё всегда было важно показывать свою силу, даже когда её внутренний мир рушился.— Но я осталась. Почему? Потому что мне повстречался человек, который... который не дал мне уйти. Не словами, а своим присутствием. Я не знаю, как это случилось, но он помог мне увидеть, что жизнь не такая уж страшная, если ты перестаёшь бояться самого себя. Если ты позволяешь себе быть слабым.Руби снова замолчала, и Кэл почувствовал, как её слова начинают давить на его грудь, заставляя его задуматься о своём собственном пути. Он часто забывал, что она прошла через этот ад, прежде чем стала тем, кем он её видел. Он видел только её силу, но не знал, какой ценой она была добыта.— А ты? — спросила Руби, повернувшись к нему и прямо встретив его взгляд. — Почему ты не можешь двигаться дальше?Её вопрос был как удар по его голове. Он не ожидал, что она спросит это прямо сейчас, не на этот момент. Он взглянул в её глаза и почувствовал, как холодок пробежал по коже. Он знал, что она спрашивает не о его страхах, не о его физических силах. Она спрашивает о чём-то более важном — о том, почему он, как и она, остановился, но не смог выбраться.— Я не знаю, — наконец, ответил он, ощущая тяжесть в голосе. — Может быть, я... не знаю, как. Может, я просто не могу вернуться. Это как... как будто я всё время стою на месте и не могу сделать шаг.Она снова посмотрела в даль, как будто что-то искала там, в этом безбрежном горизонте. В её глазах не было сожаления, только понимание.— Потому что ты боишься, что если сделаешь шаг, ты потеряешь всё, что ещё держишь. Но ты не можешь стоять на месте, Кэл. Ты не можешь быть застывшим. Ты не можешь убежать от того, что есть. Ты не можешь спрятаться от себя.Её слова были как зеркальное отражение. В тот момент Кэл понял, что Руби не просто спаслась от своего прошлого. Она научилась быть честной с собой. Она выбрала жизнь, не потому, что она была проще или лучше, а потому, что она осознала: только в жизни можно найти смысл. Даже если этот смысл будет скрыт за болью, сомнениями и страхами.Кэл всё ещё не мог понять, как она это сделала. Он не знал, как она смогла выбрать жизнь после всего, что было с ней. Но одно было ясно: она была живой, по-настоящему живой, и её способность двигаться дальше была её величайшей силой. Её зеркало было тем, в чём он не мог найти отражения — потому что он всё ещё замер. И, возможно, для него это было тем самым моментом, когда он должен был наконец сделать свой шаг.»
............