Глава 25
Гектор стоял перед небольшим выцветшим пластмассовым столом прямо на поверхности которого была маркером нарисована схема района Этна. Полые квадратики были домами, длинная полоса, пересекающая весь стол - стена, а маленькие крестики - позиции. Свет тусклой лампы покачивался вместе, казалось, со всем трухлявым домом. Ливень нещадно колотил по крыше, в углах она протекала и струи грязной воды спокойно падали на пол и потом исчезали в сквозных дырах. Зеленые распухшие обои отливали черным, люди стоящие вокруг, и не решающиеся прислониться к ним спинами, молчали. Все внимание было приковано к Гектору. Он спокойно, не обращая внимания на запах плесени, рассказывал о том, что нужно будет пройтись по жилым домам, нельзя допустить, чтобы отчаявшиеся оставались ждать смерти. Рассказывал как ведет себя толпа, как им следует направить ее, предупреждал, что успокоить ее все равно не выйдет. По крайней мере не им.
Многие из Красного Кита, что собрались здесь, впервые видели ноги Гектора. Они слушали внимательно, но глаза все равно были не на импровизированной схеме - они цеплялись лишь за белоснежный каркас. Он выглядел неестественно безупречно на фоне прогнивших досок и торчащей отовсюду тины. Тонкие ноги, крепко зафиксированные стальными скобами, казались безжизненными и все же, создавалось полное впечатление, что это именно они двигают весь каркас, а не наоборот. Как ни странно, вид одних только этих ног воодушевлял Красного Кита, люди вокруг упивались своим молчаливым пониманием: Атлантида и вправду существует.
- Сейчас мы расходимся по точкам и ждем закрытия врат. Главное - подогнать всех людей к ним, не дать людям отчаяться и запереться в домах. Необходимо чтобы все поняли, что происходит и пошли стоять возле врат, когда они откроются у нас может быть не так много времени... - Гектор вдруг смолк, пальцы его, указывая, смазали часть нарисованной схемы. Он нагнулся над столом и невольно поморщился. Аккуратно, не слишком громко, вздохнув, он наконец добавил. - Я желаю нам всем удачи.
Девушка, стоящая совсем рядом хотела было что-то сказать, она успела приподнять руку, растопырить пальцы, но входная дверь распахнулась.
- Начинается! - Сара резко кивнула Гектору и тут же снова ушла на улицу.
Люди вокруг сорвались, кто-то прямо на ходу прятал свое оружие в одежде. За стенами они могли встретить сопротивление и к нему нужно было быть готовыми. Времени на рассуждение более не осталось и сердце Гектора пропустило удар. В одно лишь мгновение дом опустел. Все уже знали что делать и знали также, что медлить нельзя.
Гектор сам спустил свое кресло с крыльца. Понимал, что сейчас на него все равно никто не посмотрит. Люди вокруг завороженно смотрели на то, как в дали от них, сквозь пелену падающей воды, отворачивается Парламент: створки с глухим гулом начали сходиться. Кто-то истошно закричал. Кто-то побежал, надеясь успеть проскочить, но лишь запинался и с сильным всплеском, теряющимся в общем страхе, падал в воду. Глаза Тимея мелко дрожали, видя как врата медленно смыкаются, словно чертова крышка гроба. Да, он здесь. Со смертниками.
Гектор поставил свое кресло и, упиревшись о него руками, неожиданно понял, что задыхается. Шершавое пение разошедшегося дождя сливалось в писк. Он больше не хотел смотреть на проклятые врата. Струи ливня текли по волосам, не приятно приклеивая их к коже. Вода попадала в рот и глаза. Он не должен был жертвовать собой так.
Тяжело осознавать, что ты более ничего не можешь сделать. Тяжело доверять, отпускать поводья.
Если ничего не выйдет, то он лишь умрет вместе с остальными здесь. Как обычный человек Пика Нотоса. Его железные ноги утянут его на дно. Подлодки не успеют приплыть за ними. Они умрут а он даже ничего не может сделать.
И как он только решился на такое.
Гектор сильнее склонился над креслом, шум вокруг словно перестал существовать. Некоторые лампы вокруг погасли. Мрак подобрался слишком близко, осталось лишь закрыть глаза и он будет уже здесь. А ведь он даже не сказал ничего семье. Не сказал, что уплывает на Пик Нотоса, не сказал, что может не вернуться. Боже, да он даже не думал, что может не вернуться. Только сейчас, когда повернуть назад возможности не было, он почувствовал отчаяние. Хорошо, что все уже ушли. Иначе, что бы они подумали о своем лидере..?
- Ты че удумал, жгут? Все уж разбежались... ай как врата стонут. - Билл прихрамывая спустился с крыльца и, встав рядом с Гектором, поковырялся в ухе мизинцем. Он брезгливо помотал дряхлыми ногами в холодной воде, словно думая, что от такого движения они станут суше.
- Я... просто... - Гектору было тяжело говорить, его тихие слова не доходили до старика.
- Ты либо дурак либо тоже жену мою трахнуть хочешь. - Старик поправил кепку и упер руки в бока.
- Ах-а, нет, сэр, боюсь с такими красотками шанса у меня не много. - Сухой смех и легкая, отчаянная улыбка. Билл не увидел ее.
- Ну так пиздуй уже, Гектор, нече у моего крыльца жопу мять. - Билл резко помахал руками перед собой, словно отгоняя надоедливую псину. Кожа на его руках тряслась волнами. - Скоро она придет... до-о-олго же я ждал эту шалаву.
- И в правду, очень долго, Билл. - Гектор мягко улыбнулся. Билл снова упер руки в бока и ссутулившись смотрел в черный горизонт. Расстёгнутая сырая рубашка, подпрыгивая на ветру хлестала его провисший бок.
Давно, еще пять лет назад, когда Гектор впервые попал в Пик Нотоса, когда у него еще не существовало никакой сети и тем более Красного Кита, Билл Лоик - безумец, что считал себя мужем бури, приютил его. Дал какое-никакое жилье, помог освоиться, познакомил с нужными людьми. Если бы не Билл, Гектор не смог бы стать таким хорошим лидером для Палачей и Красного Кита. Гектор смотрел на высохшего, уставшего брюзгу и с силой кусал губы. Он прекрасно понимал: Билл Лоик никуда не пойдет. Он останется со своей женой.
- Ну так, что стоишь то? - Билл снова повернулся, на лице его искреннее негодование.
- Провожаю тебя к твоей невесте. - Гектор улыбнулся, наконец-то выпрямившись. В глазах закололо.
- Хм-ф... - Билл Лоик улыбнулся ему, вода текла по складкам морщин. - Спасибо, пацан. Знаю я, что ты со всем справишься, удача тебе не нужна, но все же следи за хвостом, люди в районе Этна хоть и хорошие, но все же бесноватые... ну ты сам все прекрасно знаешь.
- Да... да, знаю. Все пройдет хорошо. Как и всегда. - Гектор потер мокрые глаза сырым рукавом, не прекращая улыбаться старому другу.
- Как и всегда, да. - Билл медленно развернулся, совершенно не торопясь, вернулся на крыльцо и, по привычке, поискав по карманам сигареты, недовольно сел в кресло-качалку.
Он, как и всегда, с полным упоением смотрел в даль. Разрывающие мир молнии и страшные груды облаков. Этот вид успокаивал старика. Лампа на козырьке дома мигала то подсвечивая окружающие плесень, капли дождя, прогнившие перилла, и ссутулившегося Билла Лоика, то вновь погружая пространство в безмолвно идеальный мрак. Гектор провел рукой по лбу, убирая мокрые локоны и скопившиеся ручьи.
"Прощай, старый друг."
- Гектор... - Сара неуверенно приближалась к Гектору, она не сразу заметила, что тот не шел за ней и теперь ощущала вину.
- Да... нам пора взяться за дело. - Он обернулся и потолкал свое кресло к вратам, Сара же теперь решила, что будет ходить исключительно позади него: чтобы точно не потерять.
***
Бэрия стояла за углом дома не далеко от врат, буквально в семистах метрах от них. Сквозь туман усиливающегося дождя была видна тьма сомкнутых створок. Прожектора пускали по земле и летящим каплям столбы света. Вокруг стояли люди, они окружили как сами врата, так и будку с консолью. Черные массивные силуэты, вооруженные автоматами. Много массивных машин стояли полукругом по линии открытия врат, а перед ними на спех сооруженные ограждения. Тут были и водоналивные блоки, и простые барьеры, и желтые ленты. Зачем они так сильно охраняют врата изнутри? Боятся, что люди, живущие внутри Пика Нотоса, поднимут бунт, едва завидев как захлопнуться врата? Полина подняла голову к верху. Дождь тут же покрыл стекла очков каплями и их пришлось снять.
Над головой окна-гирлянды, извиваясь и поднимаясь все выше и выше, все еще горели. Люди определенно уже увидели, что произошло. Но выйдет ли хоть кто-нибудь? Станет ли противится ледяному сердцу руки власти?
- Это правда... - Цицка сделал несколько шагов вперед, выглядывал из-за здания, чтобы картина бесчинства открылась полнее, но Тамерлан, грубо схватив его за локоть, оттянул назад. - Это правда... но как же так?
- Людей слишком много для оставшихся территорий и ресурсов. Парламент решил избавиться от этой проблемы... слишком радикально. - Элайа единственная стояла под зонтом, она, рассуждая, сминала пальцами свой подбородок. - Полиция существует отдельно от Парламента, а значит, мы не обязаны им подчиняться, верно? - Вопрос адресовался Тамерлану, тот строго свел брови.
- Все Комиссары и Генерал становятся частью Парламента автоматически, после назначения, но это не значит, что они обязаны участвовать в политической жизни и поддерживать одну из партий. - Тамерлан посмотрел на Полину, та выжидающе наблюдала за ними, никак не комментируя. Ждала их решения. Помогать или нет. Тамерлан улыбнулся и покачал головой. - Мы, как Комиссары, раздаем приказы исходя из собственных решений. Политики и их наемники являются обычными людьми и в данный момент они нарушают закон.
- Какой закон запрещает геноцид? - Самров спросил это без тени сарказма, чем внезапно выбесил Элайу.
- Да любой, кретин. - Она закатила глаза. - Угроза человеческим жизням на лицо. Мы должны вмешаться.
- Но разве нас не сместят за такое... - Цицка поморщился, снова неловко выглядывая из-за здания.
- За такое обращение с людьми будут судить уже тех, кто согласился на такое. Причастных политиков. Партию, что стоит за этим. - Тамерлан сложил руки на груди. - Будем разбираться уже после. - Он выдержал паузу, приподнял подбородок. - Если воля нашего государства: геноцид, то я и сам более не захочу быть Комиссаром.
Все остальные невольно выпрямились. Смолкли, пережевывая мысль. Самров громко чмокнул губами и заговорил неожиданно громко:
- Да, ты прав, друг. Мы все Комиссарами стали не для того, чтобы жопы лизать, да на смерть смотреть. - Он решительно кивнул, впервые посмотрел в глаза Бэрии, та хмуро кивнула.
Тамерлан одобрительно улыбнулся, обводя взглядом остальных. Мокрые, решительные, сердитые. Все стояли, понимая, что никто из них не имеет права отвернуться. Торжество морали и принципов. Тамерлан повернулся к Бэрии.
- И что же от нас нужно?
- Всего лишь открыть врата, господа Комиссары. - Бэрия облегченно расправила плечи и, сделав пару шагов, кивнула в сторону небольшой будки, что была едва заметна на фоне стальных черных стен.
***
Сухой бетон похрустывал под ногами. Вокруг спящие вертолеты, ящики, бочки и погрузчики. Очень темно, вокруг осколки. Она специально разбила прожектора.
Один, два, три, четыре...
Мачете прорубило воздух, резкое движение свистнуло в воздухе. С лезвия отлетели багровые капли.
Четвертая медленно обходила амбар по периметру. Шаги ее Тени эхом гуляли в дали. Повсюду чудились притаившиеся наемники. Она могла поклясться, что слышит их дрожащее, испуганное дыхание. Как пальцы безумно перебирают оружие в руках. Ждут подходящего момента и прекрасно знают: он не наступит.
Девять трупов. Сильвия была уверенна, что в пылу битвы видела гораздо больше людей. И ее это раздражало. Одно дело сражаться. Другое добивать.
Здесь.
Сильвия замерла, прикрыла глаза. За спиной послышался выстрел, он слился с оглушающим громом. Тень нашла еще одного.
Десятый. Последний ли?
Дикий, отчаянный крик. Несколько быстрых выстрелов. Лишь один добрался до цели. Пуля, попав в черный наплечник, отрикошетила в сторону. Сильвия плавным, резким движением подняла руку. Кисть, скользнув по бедру, зацепила пистолет. Один выстрел.
Одиннадцатый.
Отчаялся и выбежал из-за погрузчика. Она так и так бы его нашла, но он решил выскочить. Смело и глупо. Она убрала пистолет и кончиками пальцев погладила наплечник. На нем осталась крохотная выемка.
Теперь, наверное, все. Она убрала мачете, потянулась и пошла к выходу. Распахнутая дверь мерцала и шипела от непогоды, Сильвия не стала выходить, лишь выглянула, поманив сидящего в машине Чайку. Тот спокойно курил в машине, прильнув к крохотной щелке бокового стекла. Заметив ее, он отрешенно выдохнул и кивнул. Теперь осталось сбросить трупы с утеса и их работа закончена.
Чайка не торопясь, совершенно не боясь ливня, дошел до входа амбара и, по-хозяйски оперся локтем о бочку с топливом. Он поправил фуражку, с ее гладкого козырька соскользнули крупные капли. Чайка даже не пытался осмотреться: слишком темно, глазам сначала требовалось привыкнуть.
- Ну чтож, никогда не думал, что опять начну таскать трупы. - Он побарабанил пальцами по бочке, цокнул губами.
- Разберемся с этим и поедем к вратам, вдруг там нужна помощь. - Сильвия села рядом с трупом. На лице мужчины застыл посмертный страх, она провела по нему ладонью, смазывая кровь со лба и закрывая глаза.
- Тут еще много работы, не думаю, что работники аэродрома обрадуются крови в амбаре.
- Предлагаешь заняться тут уборкой?
- Это часть нашей работы, поверь мне. Лучше сделать свою часть до конца и качественно, чем сломя голову бежать помогать другим справляться с их задачей. - Чайка наконец отпрянул от бочки, в темноте он едва различал окружение и даже вздрогнул, когда к ним приблизилась Тень. - Больше доверия остальным, уверен, они справятся.
- Первый, Третий и Дерья. - Сильвия поморщилась под маской. - Слишком много ответственности для них.
- Э-эй, не знаю, что за Третий, но сомневаться в двух других не надо.
- Ты едва их знаешь.
- Убийца и Комиссар. - Чайка пожал плечами и сел рядом с мертвецом, он поддел пухлыми руками его плечи и кивнул Сильвии на его ноги. Она послушно схватилась за них. - Смесь двух начал и концов. Не думаю, что у тебя получилось бы лучше.
Сильвия промолчала. Они одновременно подняли тело и медленно потащили его к выходу на площадку. С той стороны доносился дикий рев волн, разбивающихся об утес.
- Чайка, почему ты вообще здесь? - Сильвия приостановилась, глянув на Тень. Та, перекинув сразу два трупа через плечи, словно мешки, спокойно последовала за ними.
- В смысле почему? Я шофер, мне заплатили.
- Так просто?
- Ну, я очень хороший шофер.
***
Сердце дико колотилось и пропускало удар каждый раз когда небеса развергались громом. Черные тени, пятна, видимые лишь в свете грозы извилисто взлетали вверх по пожарной лестнице Парламента. Впереди - Каи, потом Кастер, следом Дерья и уже за ним две Тени. Они сливались со мраком ночи, утопали в океане ливня. Они были у всех на виду, но никто их не мог увидеть. Дерья уже несколько раз встретился глазами с камерами, висящими здесь, и каждый раз говорил себе: все хорошо, Гектор сказал, что уже позаботился.
Каи шел первым и он же первым остановился. Дерья, борясь с отдышкой, посмотрел вниз. Высоко. Стальные перила и перекладины, он невольно вспомнил тот злополучный день, когда он почти поймал Первого. Рука полностью зажила, но сейчас, словно в преддверии шторма, она ныла так же, как и спина. Каи несколько раз постучал по металлической двери тридцатого этажа. Они все замерли, выжидая. Если им никто не откроет, придется ломать дверь.
Ужасный гром. Черное небо было на столько близко, что казалось, оно вот вот рухнет на Пик Нотоса. Темная вата кучерявилась прямо над головой. Тяжелые небеса словно разучились летать, они неумело низились и изгибались.
Железный щелчок и Каи исчез в темноте дверных створок, Кастер за ним следом. Дерье потребовалась очередная решимость граничащая с отчаянием, чтобы последовать. Как только они войдут - сбежать уже не получится. Вдохнув, словно перед прыжком в воду, Дерья опустился в задверье.
Темно и тихо. Кто-то аккуратно взял его под локоть и повел вперед. Тяжелые шаги Теней позади и стальная дверь захлопнулась.
- Здесь почти нет охраны, но почти, не значит, что нет совсем. - Глухо знакомый женский голос. Аккуратный и учтивый. Это была одна из секретарей, Дерья признал ее еще до того, как они вышли на свет.
- Понятно. Тебя видели? - Голос Каи оказался совсем рядом, слева. Это он его вел.
- Нет. Вы знаете куда идти? - Легкая тревога и ее голос дрогнул. - Я... я не смогу вас проводить.
- Ничего страшного, мы справимся. - Дерья поспешил успокоить ее. - Я знаю, где находится кабинет.
- Хорошо, если так... - Ослепляющая полоса света и стали видны благородные волосы цвета серебра, собранные в пышную косу. Секретарша держала в руке свои туфли, вероятно, боясь быть слишком громкой. Она выглянула в коридор и, помотав головой в разные стороны, наконец вышла и позвала за собой остальных.
Мраморный пол и стены, украшенные светлым драгоценным металлом. Каждые три метра из стен торчали изукрашенные пилястры а между ними висели картины в вычурных рамках. Светлый коридор напоминал музей, но он был лишь солью, что скапливается на берегах мертвых морей. Черные тени пугливо озирались по сторонам наконечниками оружий. Повсюду были камеры, но их огни угасли. Лишь на время.
Секретарша аккуратно кивнула сразу всем и пошла к лифту. Она сделала уже много и теперь ей пора вернуться на ресепшен. Каи не смотрел в ее сторону, он медленно, совершенно бесшумно шел по изгибающемуся коридору. Дерья ускорил шаг, чтобы поравняться с ним и, словно внезапно заметив пистолет в своих вытянутых руках, удивился. Он не дрожал. Страх и мандраж отошли в сторону, все шло хорошо. Они проникли в Парламент удивительно легко. Каи медленно повернулся к Дерье.
- Куда сейчас?
- Дальше должна быть лестница, нужно спуститься на один этаж. Потом направо, вперед и налево. - Дерья говорил быстро и тихо, его неуверенность растворялась в шуршании его голоса. Он понимал, что мог ошибиться, но сейчас предпочитал думать, что память ему не изменяет.
Они медленно плыли по коридору, взгляд невольно цеплялся за шедевры в рамках, коими было увешено пространство. Картины были настоящими, мазки изящными разводами поблескивали в свете ламп. Шаги впереди, прямо за углом. Каи резко побежал вперед, послышался звук удара. Булькающий крик, заглушенный прижатой рукой.
Дерья подбежал и увидел лежащего на полу охранника, Каи склонился над ним, словно падальщик: продолжал зажимать рот. Кровь, сочась из горла, запускала по белому мрамору скромную лужицу крови. Она медленно разрасталась. Каи, заглядывая черной бездной в глаза умирающего, прислонил указательный палец к губам и охранник навсегда потерял сознание.
- Нужно торопиться. - Кастер тревожно оглядывался, совершенно не обращая внимания на мертвеца. - Однажды кто-нибудь наткнется на него.
- Да. - Каи встал и тут же вновь поднял пистолет к верху. Дерья заметил, что в руках у него также был зажат и крупный нож, острие его смотрело вниз и роняло багровые капли.
Дерья аккуратно выдохнул, боясь шуметь еще больше. Они двигались медленно, вслушиваясь в каждый шорох. Опять шаги. И опять труп. На этот раз его убрал Кастер, он выстрелил. Свистящие звуки, которые издавали пистолеты Атлантиды были громкими, но все же, они совершенно не были похожи на выстрелы. Это было на руку.
***
Кабинет Стива Рейнхарта заметно выделялся на фоне остальных. Деревянная дверь была больше, а рядом была серебряная табличка с гравировкой его фамилии. Они точно не могли ошибиться. Она была почти в самом конце коридора, однако дальше путь вновь разветвлялся, так же как и позади. Слишком много пересечений было поблизости, а также лифт. Много путей отступления, да, но так же много маршрутов и для охраны.
- Я покараулю снаружи. - Кастер говорил шепотом. На полусогнутых ногах он прошел мимо заветного кабинета. Каи кивнул и глянул на Дерью.
- Я оставлю Тень тут. Пойдем. - Каи коснулся дверной ручки и Дерья тут же накрыл ладонью его ладонь. Вполне однозначный жест. Каи убрал свою кисть, приподнял ее и ей же позволительно указал на ручку. - Только аккуратно. - Мгновенное молчание и шепот оказался неожиданно близко к уху. - Не говори с ним.
- Мое право. - Дерья раздраженно дернул бровью, чуть оборачиваясь. Каи коротко помотал головой.
- Ладно... но будь осторожен.
Дерья обрывисто вздохнул и согнул колени, сжимая блестящую резную скобу-ручку. Каи зашел ему за спину. Было дикое желание попросить его остаться снаружи. Месть и торжество правосудия, было в этом что-то интимное. Каи там не место, но с ним будет безопаснее, он понимал это слишком хорошо. Резкое движение.
Дверь оказалась не заперта. Свет внутри был приглушен. Стив, стоящий у своего стола, медленно обернулся на звук. Свечение монитора оставляло на его плечах синеватый контур. В руках кружка кофе испускала едва видимый пар.
- Здраствуйте, Комиссар. - Он остро улыбнулся, но улыбка эта моментально спала, едва он заметил Первого. - Здраствуй, убийца.