Восьмая

Врачи запрещали Тайлеру покидать больничную палату и пытались удерживать его насильно. Но он знал, что его любимые девочки возвращаются домой. Так сильно хотел скорее их увидеть. Так что доктору оставалось надеяться, что к вечеру истекающего кровью Тайлера не вернут назад. Он пообещал пролежать все Рождество на диване и не брать в руки ничего тяжелее бокала, но единственное, чего он хотел — взять Дарлен и не отпускать её больше никогда.

Дарлен с дочерью и отцом уже приехали в забронированный Тайлером домик и ожидали гостей. Мистер Уилсон старался не тревожить их своими расспросами, хотя в глубине души ему было совсем не до празднования. Он переживал. Их связь с Дарлен за шесть лет стала крепче, но теперь он снова почувствовал, что она не станет рассказывать ему правду. Ева вместе с Адрианом с предвкушением рождественского чуда осматривали окрестности по пути. Ева всегда была очень счастлива встретиться с сестрой и племянницей, ведь они не так уж и много времени проводили вместе в течении года.

У Евы и Адриана жизнь кипела: работа, общие занятия спортом и постоянные походы в рестораны и кино. Они буквально выросли вместе, несмотря ни на что, и теперь их любовь стала крепкой. Осталось проехать не так уж долго, но Ева настояла на том, чтобы остановиться у одного из торговых центров.

Адриан направился за кое-какими продуктами, а Ева рассматривала прилавки с детскими игрушками. Незаметно для самой себя, девушка погладила низ живота и улыбнулась. Черт, она не должна была выдавать себя до ужина.

Оглянувшись назад, Ева быстро пронесла к кассе маленькие детские носочки, которые хотела преподнести своей семье этим вечером. Оплатив покупку, Ева задумчиво вернулась к полке с игрушками для девочек. Адриан постоянно был рядом, и девушке никак не удавалось купить что-то подобное, поэтому она оттягивала момент с подарком для Дианы до последнего, чтобы был повод купить необходимое для своего сюрприза.

—Адриан уже знает?—послышалось позади, отчего Ева настороженно обернулась.—Или у вас семейное — скрывать беременности?

—Детектив,—Ева не сдержалась улыбки и кинулась в объятия мужчине. Несмотря на их сложный разрыв с Дарлен, в подростковых воспоминаниях этот мужчина мелькал в лучшем свете. Джейкоб всегда защищал их и хотел быть частью семьи.

—Ну, ты была бы удивлена моим образом жизни сейчас. Так что твоё прозвище совсем не к месту. Ты так выросла, Ева. Какой срок?

—С чего ты взял?—её щеки покраснели.

—Видел, как ты покупала вещи для новорожденных и с глупой улыбкой держалась за живот. Готовишь сюрприз?

—Вроде того. А ты? Надеюсь, ты не сорвешь его своим внезапным появлением? Не знаю, в каких отношениях ты с Дарлен и...

—Я знаю, что она моя дочь, Ева. Я не сержусь на вас за то, что вы скрывали правду,—сдержанно ответил Реймонд.

—А ты постарел,—так же не здороваясь, вмешался Адриан,—я уже шёл не с самыми лучшими мыслями, когда увидел, как моя жена флиртует с каким-то стариком.

—Брось, тебе бы я надрал зад за несколько минут. Как жизнь?

—У нас все отлично, у меня впереди тяжёлый проект, а Ева получает новую работу. Слышал, ты стал значимой персоной в своём городе.

—У меня мало времени. Могли бы передать кое-что для Дарлен? Для Дианы сюрприз уже готов.

—Надеюсь, это никому не испортит праздник, Джейкоб?—недовольно спросил Адриан МакМартин, приобнимая Еву за талию. —У нас здесь своя жизнь, ты же понимаешь?

—Вполне. Поэтому я и не хотел, чтобы Дарлен чувствовала себя неловко. Отдайте ей это, когда она сможет побыть одна,—Джейкоб протянул небольшую коробочку в руки Евы, и та, тяжело вздохнув, вложила её в сумочку.

—Нам пора,—Ева определилась с выбором подарка и взяла Адриана за руку, —Это мог бы быть наш семейный совместный праздник. Такой же, как и прошлые пять лет. Не пропадай, Реймонд.

—Счастливого Рождества,—задумчиво ответил он и направился в сторону выхода.

Дальнейшая дорога проходила в неловком молчании. Ева думала о том, в каком состоянии она обнаружит сестру. Когда Адриан тащил тяжёлые пакеты, Ева настороженно наблюдала за каждым его действием. Она боялась, что Адриан сообщит о встрече с Реймондом Тайлеру, который всем своим видом показывал свою озлобленность на судьбу.

—Как доехали? На улице так холодно,—Дарлен поцеловала сестру и крепко её обняла.

—Отлично. Что за люди там в холле?

—Реймонд нанял аниматоров и отправил целую кучу шаров и десять коробок подарков для Дианы,—злобно перебил Тайлер, пытаясь доковылять к терассе. Конечно же запретить ему курить никто не смог.

Дарлен уже сомневалась, что из этого получится семейный праздник, но ради Дианы терпела такое неуважение.

—Где моя маленькая принцесса?—выхватив коробку из рук Евы, Адриан гордо протянул её девочке.

—Я так скучала!—малышка буквально запрыгнула в его объятия, смеясь от щекоток.

—Он будет замечательным отцом, Ева, вы стали дополнением друг друга, я это вижу,—прошептала Дарлен, продолжая обнимать младшую сестру. Теперь за неё не надо было так беспокоиться и опекать.

—Да, будет,—со счастливой улыбкой ответила Ева, но в этот же момент осознала, что сестра посмотрела на неё с удивлением.

—Ты? Уже?—Дарлен едва ли удалось сдерживать свои эмоции.

—Т-ш,—Еве пришлось утащить сестру на кухню, чтобы та не выдала её сюрприз,—Оставь удивление до ужина.

Дарлен было очень тяжело сдерживать свои вопросы, но в тот момент в гостиной появился и отец. В течении нескольких часов они готовили, сервировали стол и слушали новогодний плейлист, который Ева собрала специально для сегодняшнего вечера. Диана была перевозбуждена избытком внимания и подарков. Лишь Тайлер своим поведением и грустным лицом портил все веселье.

После нескольких бокалов шампанского, когда всем уже было достаточно хорошо, Ева решила, что момент действительно подходящий.

—Мне очень приятно находиться здесь, когда вся моя семья в сборе. Я часто скучаю за вами в Нью-Йорке и жду, когда смогу отдалиться от работы. И у нас с Адрианом для вас уже готов сюрприз, который нашу с ним жизнь точно перевернёт с ног на голову,—её голос дрожал, но, глядя на изумление в лице Адриана, Ева едва ли могла сдержать усмешку.
Девушка достала небольшую коробочку и Диана непременно согласилась её открыть.

—Для меня носочки слишком маленькие,—детский хохот раздался за столом, и все застыли.

—Я беременна. Уже пять недель. Я держалась до последнего, чтобы оставить это до праздника.

—Я с-стану папой?—Адриан с идиотской улыбкой притянул к себе носочек, восторженно показывая его всем за столом.

—Я только почувствовал свою молодость, а теперь буду дедом вдвойне, какая радость,—Эдвард Уилсон залпом выпил содержимое бокала и принялся расцеловывать дочь.

—Мне нужен братик! Ева, ты подаришь мне братика?

—Придётся подождать, малышка.

Вечер явно удался. После полуночи Эдвард направился укладывать внучку. Дарлен любовалась отношениями сестры и была за неё искренне счастлива. Тайлер попытался быть спокойнее, но не мог не заметить то, как любимая от него отдалилась. Он едва ли сдерживал злость, а ноющая боль в теле будто собиралась лишить его рассудка.

Они практически не разговаривали, а уж тем более никакого физического контакта и не было.
Он дожидался, когда все отправятся спать, чтобы остаться наедине. Он получил обещанный праздник, но чувствовал, как теряет связь с ней.

—Я могу поболтать с сестрой наедине?—Ева словно почувствовала нависающее напряжение над этими двумя, поэтому утащила Дарлен в свою комнату.

—Спасибо, что дала мне время побыть с собой. Прости, что я такая несобранная.

—Джейкоб следил за нами, чтобы кое-что тебе передать. Держи, это для тебя. Это звучит дико, но детектив первее вас узнал о беременности.

Ева принялась рассуждать о предстоящих изменениях и желании переехать в другую квартиру, совсем не замечая слезы на лице сестры.
Дарлен открыла футляр, внутри которого лежал кулон с цепочкой из белого золота. Кулон был похож на небольшую капельку слезы, светлоголубого цвета, как её глаза. И в самом футляре была небольшая записка.

«Счастливого Рождества. Ты оставила на моей щеке свою слезу, которую я решил тебе вернуть. Я больше никогда не хочу стать причиной твоих слез. Я всегда буду ждать вас.»

—Ещё меня беспокоит наваждение Адриана о незапланированном отцовстве. У него было так много планов, а теперь...Дэри?
Ева погладила старшую сестру по спине, осознавая, что этот подарок все же причинил ей боль.

—Я не могла выбросить его из головы все это время.

—Ты столько раз убегала от него. Столько раз он бежал от этой любви. Ради Дианы вы могли бы попытаться...

—Тайлера это разобьёт. Я не могу с ним так поступить. Я должна продолжать убеждать себя в ненависти. Джейкоб бросил меня.

—В его голове, вероятно, были мысли о том, что так будет лучше для тебя. Прошло много времени. Тогда его боль была даже больше, чем наша.

—Ты всегда была мудрее меня. Иногда я виню себя, что позволила себе не сказать ему о Диане.

—Значит, так было суждено. Вы должны были прожить года порознь, чтобы все осознать.

—Он чужой человек, Ева, но...

—Но не для твоего сердца. Не для маленькой девочки, которая так сладко спит наверху. Не возвращайся как женщина. Позволь им двоим узнать друг друга.

—Тайлер чувствует это. Он зол.

—Ты его ничем не обязывала, Дэри! Ты всегда показывала стену между вами. Он даже при нас не скрывал, что осознает твое отношение к нему.

Они ещё несколько минут поговорили о том, что тревожит Еву, прежде чем вернуться к мужчинам.
Тайлер вёл себя довольно холодно, но это только радовало Дарлен. Ей уже от усталости очень хотелось спать, прижаться к дочери и расслабиться под её сопение.

—Ты не ляжешь со мной в одну постель, Дарлен?—хватаясь за свою ногу, жалобно спросил Тайлер.

—Дай мне время,—глядя ему в глаза, просила девушка.

—Я не могу! Чем дальше ты от меня отталкиваешься, тем ближе становится он! Ты позволила ему крутить своими деньгами и задаривать вас. Скажи мне, любимая, у вас было что-то за эти дни? Ты уже решила к нему сбежать?

—Прекрати давить на меня, Тайлер! Я не узнаю человека, которого так восхваляла. Ты стал жестоким ко мне. Но жестокость к Диане проявить я тебе не позволю,—со злостью ответила Дарлен, пытаясь его осадить.

—Ты же знаешь, что я не причиню ей вреда!

Тайлер был явно пьян, рассуждая о своих чувствах так громко, что даже Диана проснулась.
Она заметила, что телефон мамы светится от входящего звонка и со страхом подняла вызов.

—Дэри, прости, что так поздно. Я хотел узнать, понравился ли Диане подарок. Может...может, ты позволишь мне увидеть её?

—Это я,—храбро перебила Диана, пытаясь понять его неразборчивые слова.

—Принцесса, ты бы не могла позвать свою маму? Боюсь, она рассердится, если узнает, что мы говорим без её разрешения.

—Я уже взрослая и сама решаю с кем мне говорить, понятно? Но мама не может подойти. Она ругается с Тайлером. Он почему-то очень злится и кричит на маму.

После услышаного Джейкоб сжал телефон со всей силы и хотел бросить его об стену, но со страхом продолжал слушать Диану. Он слышал крики на фоне и не мог поверить в то, что услышал.

—Ты моя, Дарлен! Мы выбьем чушь из твоей головы, которую он тебе внушил! Он тоже стал психопатом, верно? Ты не доверишь ему нашу дочь!

—Заткнись, Тайлер, ты так никогда не напивался. Диана только моя дочь, а ты должен проваливать в комнату и отсыпаться. Ты не имеешь права повышать на меня голос.

—Дарлен, ты должна понять, что я не оставлю вас! Я люблю вас больше жизни!—его пьяный крик заставил проснуться и Эдварда Уилсона, который поспешил спуститься к ним.

Тайлер Скотт сам не заметил, как сильно схватил её запястья.

—Убери свои руки! Мне больно!—Дарлен со всей дури оттолкнула Тайлера от себя.

—Мамочка, он сделал тебе больно?

Буквально все замолчали, когда босоногая девочка выбежала в холл. Она отключила вызов, но Джейкоб успел это услышать. В его голове прокручивались самые страшные события, которых он никак не мог ожидать. Разве Тайлер смог бы причинить ей боль? Обвинять её в том, в чем она не виновата? Джейкоб Реймонд винил сейчас только самого себя.

—Прости, солнышко, папа очень любит маму и не хотел делать ей больно.

—Ты не папа!—Диана громко крикнула, заслоняя собой мать и разъяренного Тайлера.
По щекам Дарлен покатились слезы от обиды. Она была уверена в Тайлере на все сто и винила себя за мысли о Джейкобе, но такого она точно не могла ожидать.

—Девочки, собирайтесь, мы едем домой!—Эдвард Уилсон со всей силы оттолкнул Скотта в сторону, отчего тот ударился своей больной ногой об стену. Тайлер обхватил свою голову руками, осознавая, что натворил. Своим пьяным бредом и грубым поведением он только сильнее их от себя оттолкнул. Раньше он никогда не позволял себе даже повышать на них голос. А теперь... Тайлер понимал, что таким образом лишь приблизил Реймонда к ним и дал повод винить во всем себя.

—Ещё раз коснешься моей дочери против её воли — я сломаю тебе все пальцы.

Голос Эдварда разнесся эхом в его голове. Тайлер чувствовал себя по-настоящему жалким.
Диана была взволнована, но быстро уснула в машине, пока Дарлен гладила её волосы.
Дарлен Уилсон была убеждена, что её дочь будет воспитана в отсутствии криков и ссор, ведь такие громкие скандалы считала недопустимым. Она чувствовала, что теперь настолько зла, что хочет подчиниться своему влечению к Джейкобу.
Эдвард аккуратно пронес Диану в комнату и уложил в постель, а затем вернулся к Дарлен.

—Скажи, дочь, ты любишь его?

На мгновение Дарлен испугалась, что отцу стали понятны вновь появившиеся чувства к Джейкобу, но быстро пришла в себя.

—Я не люблю Тайлера, папа. Я была ему благодарна, уважала его. Но он не смог себя контролировать.

—Джейкоб звонил тебе несколько раз. Ты оставила свой телефон у меня в машине.

Дарлен кивнула и отправилась отдыхать в свою постель. Ей было невыносимо злобно, что она позволила себе выслушивать его пьяный бред. И она знала, что больше не подпустит к себе Тайлера.
Но продолжала убеждать себя в том, что это не повод поддаваться искушению.
Она пролистала кучу взволнованных сообщений, отправив лишь одно.
«Мы в порядке и дома с отцом, не за что переживать".

Но было уже слишком поздно. Пока Дарлен спала в своём доме в Гейнсвилле, потерявший рассудок от злости Джейкоб уже снова прилетел сюда в поисках Тайлера.
Он нашёл его едва ли способным разговаривать среди бутылок.

—Как ты сделал ей больно?—рычал Реймонд, хватая Тайлера за плечо.

—Дал понять, что я знаю о вас,—невнятно пробубнел Скотт,—Случайно схватил её за запястье. Знаю, я мудак. Я просто не могу отпустить её к тебе.

—Ты жалок, Скотт,—отшвырнув едва стоящего на ногах Тайлера, Джейкоб сдерживал в себе порывы сломать ему обе руки, но этим ничего бы не исправил. Тайлер должен был протрезветь и осознать, что именно он сам испортил весь праздник.
Реймонду даже жалко было его бить, поэтому он просто отправился в ближайший отель.

Рано утром Эдвард Уилсон готовил завтрак для дочери и внучки, когда в его дверь постучались. Увидев на пороге Реймонда, Эдвард нисколько не удивился.

—Мне надо увидеть Дарлен. Как она?

—Она спит. Зачем ты сюда заявился?

—Хочу отвезти их к себе. Домой.

—Их дом рядом со мной. Я не позволю ни одному ублюдку делить самое ценное в моей жизни между собой. В себе бы для начала разобрались.

—Она ведь моя дочь, Эдвард.

—Мне тебя не жаль. В свое время я тоже потерял свою дочь. И виню себя за это по сей день.

—Но тебе же дали шанс! И не один! А я прошу лишь один.

—Не знаю, чего хочет Дарлен, но я не верю тебе, Реймонд. Из-за тебя на них могли напасть.

—Отрубишь мне руку, если ещё раз кто-то посмеет к ним приблизиться.

—Как многословно,—присоединилась Дарлен, спускаясь по лестнице,—Нам приятно, что ты переживаешь, но отправляйся в свое логово сам.

—Буквально на пару дней, Дэри. Давай попробуем провести время вместе?

—Нет. Моя дочь испытала достаточно стресса за эти дни. Мы проведём время с семьёй. Наверху спят Адриан и Ева с Дианой, не надо устраивать очередной семейный скандал. Сейчас не время для твоей проснувшейся заботы.

—Мои люди останутся здесь. Тайлер не подойдёт к этому дому ни на шаг.

—Я сама себя способна защитить, Реймонд.

—Тайлер сделал тебе больно. Почему он все ещё должен оставаться живым? —сжав скулы, спросил Джейкоб, словно игнорируя пронизывающий взгляд отца Дарлен.

—Я сообщу тебе, если нам что-то понадобится. А сейчас мне надо убедиться, что с Дианой все в порядке после случившегося. Не хочу, чтобы кто-либо из вас нанёс ей вред. Уезжай, Джейкоб.

—Я позвоню завтра.

—Спасибо,—Дарлен опустила глаза и готова была сдаться, бежать вслед за ним.

Весь день она мучилась с собственными мыслями, то и дело поглядывая на чемодан.
Эдвард все, конечно же, замечал, как и Ева с Адрианом. Они хотели предложить побыть с малышкой пару дней, чтобы дать Дарлен время все обдумать, но она бы вряд ли согласилась.
Они проводили время вместе, приготовили пиццы, пока Диана играла со своими новыми игрушками, и рассуждали о беременности Евы.
Ближе к вечеру Диана улеглась на кровать мамы с планшетом в руках, пока та занималась уборкой, чтобы отвлечься.

—Милая, как ты?—Эдвард присел на край кровати, приобнимая внучку, но обращался к дочери.

—Я в порядке. В полном порядке.

Нависло неловкое молчание. Эдвард понимал, что дочь борется с самой собой внутри и совершенно не понимал, поступает ли правильно.

—Я посмотрел, что дорога занимает больше трех часов. Хочешь, я отвезу вас?

—Не знаю, пап. Я боюсь облажаться.

—Мы оба знаем, что я не был там, где был тебе так нужен. Я был плохим отцом для тебя и я не хочу, чтобы Джейкоб, будучи одиноким стариком, тоже видел такой взгляд своей дочери, как и я когда-то. Твоя мать меня до безумия любила, а я был трусом. Но ты не должна повторять наших ошибок, дочь. Ты ведь хочешь этого, так? Плевать на Тайлера. Уверен, он будет извиняться и умолять тебя простить его. Но ты не должна прощать из-за чувства вины. Ты хочешь ехать, так езжай. Как только почувствуешь первые сомнения, то я сразу же приеду и заберу вас. У вас обеих всегда будет куда вернуться. Я буду защищать вас до конца своих дней.

—На пару дней, пап,—не позволяя себе расплакаться от таких слов, Дарлен впервые так искренне обняла отца. Он упустил очень много лет, но сейчас старался как мог поступать для её блага.
Диана с удивлением смотрела на вмиг изменившееся лицо мамы.

—Мы вернёмся в тот дом? Мама, у нас будут самые настоящие приключения?

—Только ты и я,—уже не так уверено произнесла Дарлен,—посмотрим, сможет ли он стать нашим другом, ладно? Если тебе хоть что-то не понравится, то мы сразу же вернёмся домой. Это всего лишь на пару дней.

Диана восторженно захлопала в ладоши, впихивая любимые книги в рюкзачок.
Адриан хотел высказать свое мнение, но Ева, толкнув его локтем в живот, поцеловала сестру на прощание.
Ева была счастлива видеть сестру такой и очень надеялась, что этот шанс Дарлен даёт ему не зря. Сложно было представить, что монстр сможет быть любящим отцом, но Дарлен была готова к любому исходу.

ДАРЛЕН

Я чувствовала, как сильно бьётся моё сердце.
Вероятно, лучше было бы позволить отцу отвезти нас с Дианой. Но я боялась кому-то показать свои чувства. Я убеждала себя, что они верят в это. В то, что я делаю это на благо дочери. Пока Диана воспринимала все это как чудесное приключение, я же мчалась навстречу своим тайным желаниям, опасаясь, что встречу его с другой женщиной, когда вот так приеду.
Ещё утром я была убеждена, что смогу держаться на расстоянии, а теперь нахожусь в нескольких милях от его замка.
Я знаю, что ему уже доложили о моем приезде под его ворота.
Я с опаской смотрю на дочь и боюсь взглянуть на него.
Ворота открылись, и я оставила машину у входа.
Держась за руки, мы с Дианой вошли в особняк и услышали радостные возгласы Элизабет.

—Где Джейкоб?

—Он вернулся очень расстроенным и сразу же уехал. Я уже написала ему, Дэри. Надеюсь, он в порядке. Кажется, он вряд ли мне поверил. Я верила, что ты вернёшься. Диана, пора тебе увидеть и твою комнату. Она уже готова.

Пока Элизабет уводила мою дочь, я направлялась к той комнате, которая всегда была предназначена для меня.
Лорел сразу же передала ключ мне прямо в руки.
Я открыла окно, чтобы свежий морозный ветер проникнул в комнату, смешиваясь с ароматом свежих роз. По всей видимости, они здесь не так давно.
Я любила запах цветов, но в этой оранжерее было слишком много различных запахов, отчего мой рассудок словно дурманился.
Я сидела на краю кровати и закрывала глаза, пытаясь добраться до глубины своего сердца, которого отчаянно благодарило меня.