Глава 34
Курмакаев сидел за своим столом и смотрел на Андрияненко. Девушка держалась хорошо, не психовала и не впадала в истерику. Она методично докладывала о том, что сделано по розыску Лапина.
– Банковские карты всех членов семьи Лапина на контроле. Как только ими воспользуются, то мы получим сигнал.
– Я бы не рассчитывал на такую удачу, но сделать это все равно было нужно. Что еще?
– Сегодня утром в город из области приехала сестра жены Лапина. Остановилась в гостинице. У меня там работает один знакомый. Надежный человек. Все ее контакты и передвижения под контролем. Но она уже несколько часов сидит в номере. Ждет…
– Хорошо, только в гостиницу надо отправить сотрудника полиции. Я сделаю это. Что еще?
– Все, Александр Васильевич. Вы не знаете, где Лазутчикова и Симоненко?
– Если мы не знаем, значит, нам знать не нужно. Свободна.
Андрияненко вышла в коридор и столкнулась с Аверьяновым. Стас начал было рассказывать, что, по его мнению, можно сделать еще в плане розыска Лапина, но тут дверь кабинета распахнулась, и в коридор, натягивая на ходу куртку, выбежал Курмакаев.
– Оба за мной, быстро!
***
Бойцы ОМОНА оцепили квартал, натянув ленту и поставив поперек проезжей части машины. Люди волновались, и кое-кого приходилось уводить силой. Через несколько минут возле офиса банка было уже безлюдно. Слышался только голос мужчины, назвавшимся Анатолием.
– У меня на счету 15 миллионов! Я их всю жизнь копил! Я требую, чтобы мне вернули их до полудня! Слышите?
Андрияненко подлетела к ограждению, бросила мотоцикл и, сорвав с головы шлем, сунула первому же омоновцу свое удостоверение. Симоненко увидел Лизу и бросился навстречу, боясь, что та наделает сгоряча глупостей.
– Где она? – выпалила Андрияненко, увидев капитана.
– Стой! Да стой ты! – Симоненко обхватил Лизу руками и стал оттаскивать в сторону к ограждениям.
Но Андрияненко вдруг стала показывать на окно рукой. Там что-то происходило, и Симоненко тоже повернулся к банку.
– У меня здесь все в керосине! – кричал мужчина в черной рубашке. – Если мне не отдадут мои деньги, я себя сожгу! Попробуете задержать, обмануть – сожгу на хрен!
Ира стояла напротив Анатолия и смотрела на его руку. Ей было жаль, что в последний момент она не успела добежать до него. Еще бы на шаг поближе, и можно было бы попытаться схватить этого ненормального за руку, в которой он держит зажигалку. Но и уходить нельзя. Надо его разговорить, отвлечь, убедить отказаться от этой затеи и попытаться решить проблему другим способом, без огня и жертв.
– Анатолий, – позвала Ира.
– Уходи отсюда, – буркнул, глянув на живот женщины, которая почему-то стояла перед ним и не двигалась.
– Только с тобой, – покачала головой Ира.
– Ну, как знаешь, – отмахнулся мужчина, которому было не до этой беременной дуры.
Андрияненко и Симоненко подошли к двери банка, и Анатолий их тут же увидел, поднимая повыше руку с пляшущим огоньком зажигалки.
– Стоять! – крикнул он двум ребятам.
– Пусти, мы только женщину выведем! – Лиза показала на Иру. – Видишь, она же беременная.
– Гнилая разводка ментовская, – сплюнув на пол, ответил со злостью мужчина. – Женщину вашу я не держу, пусть проваливает! А сунетесь за ней, сразу подожгусь! Ясно?!
Андрияненко зарычала и попыталась вырваться из рук Симоненко и броситься внутрь.
– Я не убийца! – кричал в запале Анатолий. – Я не вор! Мне не надо чужого! Я хочу, чтобы эти твари банковские отдали мне мои деньги!
– Не убийца? Точно? – спросила Ира, сознательно привлекая к себе внимание Анатолия. – А о последствиях для других ты подумал?
– Да иди ты! – огрызнулся он.
Ира видела, как дрожала рука Анатолия, как он нервничал, потому что не знал, как будет действовать полиция. И он не боялся смерти, он боялся, что ему помешают совершить задуманное. Кажется, этот Анатолий не очень верил в то, что его послушают и выполнят его требования. Слишком нервничает. Хотя, как еще должен вести себя человек, решившийся фактически на суицид.
– Эй, вы там! Пока я не получу свои деньги, не суйтесь! У вас час!
Курмакаев стоял у ограждения. И с неодобрением смотрел на своих сотрудников, видя, что они готовы броситься внутрь на помощь Лазутчиковой и могут все испортить.
– Андрияненко! Симоненко! Ко мне! Быстро!
Нехотя оба его сотрудника возвращаются к ограждению. Андрияненко начала тихо объяснять подполковнику.
– Александр Васильевич, главное, вырвать зажигалку, дальше мы его вытащим…
– Я зайду через служебный вход и вытащу Лазутчикову, – добавил Симоненко.
– Давайте без кавалерийских наскоков. Все нужно просчитать до долей секунды. Пострадать не должен никто! Ясно?
От машины быстрым шагом подошел Аверьянов с блокнотом и телефоном в руке.
– Есть, Александр Васильевич, – сказал он торопливо. – По номеру машины пробили его. Зовут Анатолий Сергеевич Лентин, 52 года, частный предприниматель. Почти разорился во время сноса незаконной застройки. У него осталась одна точка, вот, наверное, и пошел ва-банк.
– Давайте-ка за дело, – приказал Курмакаев, – хватит тут прохлаждаться и зубами скрипеть. Симоненко, пробей рабочие связи. Андрияненко, проверь квартиру. Аверьянов, свяжись с руководством банка, выясни, можно ли выдать деньги этому идиоту. – Мажорка и Валера невольно переглядываются – ни один не хочет уезжать. – Чего ждем? Выполняйте!
Посмотрев на Андрияненко и Симоненко, Курмакаев добавил уже мягче.
– Я ее не оставлю.
Сержант открыл дверь и доложил Симоненко.
– Доставили, товарищ капитан. Разрешите ввести?
***
В кабинет вошли двое мужчин, лет сорока. Один крупный, лобастый, все время вытирал лицо и шею большим носовым платком. Второй черноволосый, с тонкими чертами лица. Оба были партнерами и ближайшими помощниками Лентина в его бизнесе.
– Так, меня зовут капитан Симоненко, – представился Валера, разрешив доставленным сесть на стулья перед его столом. – Вас как зовут?
– Я Лева, – кивнул лобастый и снова принялсявытираться платком.
– Завен, – отозвался второй и сразу же спросил: – А что, собственно, произошло, что с Анатолием?
– Чуть позже я вам отвечу, – поднял ладонь Симоненко, – а пока давайте отвечать на мои вопросы. Быстро, четко, конкретно и правдиво. От этого зависит, случится беда с вашим начальником или нет. Вопрос первый: у Лентина финансовые трудности были в последнее время?
– Ну, это как посмотреть, – отдуваясь, заявил Лева. – Мы банкротимся через месяц, и каждый в самостоятельное плавание. Но Толя себе работу уже подыскал – завскладом. Вроде все ровно…
– Тогда, может, у него возникли проблемы личного характера?
Лева и Завен переглянулись, пожимая плечами, но Симоненко поторопил их, повысив голос.
– Ну? Быстрее, граждане! Каждая минута дорога, а вы в переглядки играете. Вопрос – ответ, вопрос – ответ!
– Толя мужик хороший, – заговорил Завен. – Но о личном не рассказывает. Неделю назад напился, а с чего, почему?
– У него есть семья?
– Вроде есть у него какая-то баба, – сразу же ответил Завен, – но кто такая, где живет, мы не знаем. Не распространялся он на эти темы.
– М-да, не много же вы мне полезного рассказали, – покачал Симоненко головой. – Вот что мужики! Остаетесь здесь. Вы не задержаны. Но ваша помощь может понадобиться в любой момент.
– А как вы думаете… Он правда себя сжечь собрался? – осторожно спросил Лева.
– Большая просьба: телефоны держите под рукой, – вместо ответа сказал Симоненко.