Глава 33
Андрияненко стояла посреди двора и смотрела на открытый люк. Ее душили злость и обида на себя саму. Ведь все было просто и понятно. Не требовалось каких-то особых усилий, и вот все сорвалось. И из-за чего? Повелись на петарды, как дети. А Лапин ушел. Нет, остановила себя Лиза. Не как дети. Просто нервы у всех были напряжены до такой степени, что каждый ожидал нападения, каких-то непредвиденных событий. И любой громкий неожиданный звук мог вызвать такую реакцию. Нужна секунда, всего секунда, чтобы готовый к этому Лапин скрылся. А он был готов. Эта ловушка существовала давно и была готова сработать. Наверное, есть и другие, подобные.
– Так, всем спокойно! – резко говорил Курмакаев, глядя на своих понурых сотрудников. – Объявлена операция «Перехват». Оперативки разосланы по всем отделениям. Он не уедет из города без семьи, а все вместе они не проскользнут незамеченными. Ему есть что терять – и это нам на руку.
– Его обязательно надо взять живым, – со злостью процедила сквозь зубы Андрияненко. – Это очень нужно!
– Александр Васильевич, – спросила Лазутчикова, – может быть, лучше, если мы сами проведем задержание?
– Задержание проведет спецподразделение, – с нажимом ответил Курмакаев. – Это их специфика. Мы уже отконвоировали Лапина. Вот результат. Но мы первыми будем его допрашивать. Это я гарантирую.
– Не забудь, я тоже участвую, – подал голос Игнатьев.
– Гражданские на допрос не допускаются, – холодно ответил Курмакаев.
– А ты сделаешь исключение, – с угрозой заявил Игнатьев. – Чисто по-дружески. Для меня.
Курмакаев бросил на Игнатьева тяжелый взгляд. Андрияненко увидела, как они с Игнатьевым смотрят друг на друга, и решила вмешаться, чтобы немного разрядить обстановку.
– Александр Васильевич, мы договорились, что действуем вместе. Обратной дороги нет.
Курмакаев перевел взгляд на Андрияненко. Было видно, что подполковник с трудом держит себя в руках.
– Будут новости – сообщу, – резко сказал Курмакаев и пошел со двора.
Игнатьев посмотрел ему вслед и покачал головой.
– Насколько раньше все было просто. Заплатил менту, и он твой. И никаких вопросов. Во времена наступили!
***
Генерал Корнилов сидел за своим рабочим столом в кабинете и, откинувшись на спинку кресла, внимательно слушал доклад Симоненко.
– …в результате подполковник инициировал план «Перехват» по поиску и аресту Михаила Лапина.
– Хорошо, – кивнул генерал. – Но когда задержат Лапина, вы должны допросить его первым.
– Товарищ генерал, я прошу разрешения возглавить операцию по его задержанию.
– Не разрешаю – отрезал Корнилов.
– Это дело конторы, – упрямо продолжил настаивать Симоненко. – А подполковник Курмакаев допускает к нему сотрудников своего отдела…
– Товарищ подполковник, – строго заявил генерал, – обязательно ответит за все свои ошибки.
– Но я могу их предотвратить.
– И поставить под угрозу все дело? Нет, – генерал отрицательно качнул головой. – Ты не должен светиться. Сидеть и ждать приказа – вот твоя задача. Не слишком сложно, по-моему.
Симоненко чувствовал недовольство своего начальника, хотя прямо ему никто претензий не предъявлял. Глядя, как Корнилов снова уткнулся в бумаги на его столе, он чувствовал это недовольство особенно.
– Разрешите идти?
Генерал оторвался от бумаг, снова внимательно посмотрел на Симоненко и вдруг спросил: – Как там Лазутчикова? Готовится стать мамочкой?
– Не могу знать, товарищ генерал, – без всяких эмоций холодно отозвался Симоненко. – Вне службы мы не общаемся.
– Если хоть кто-то в отделе узнает, что ты наш сотрудник, то можешь попрощаться с погонами. Обратной дороги не будет. Понял?
– Так точно.
– Вот теперь свободен, – кивнул на дверь генерал и снова уткнулся в бумаги.
***
Остановив машину возле отделения банка «Маяк-кредит», Симоненко с удивлением посмотрел на здание, потом на свои часы. Несколько человек стояли у входа, видно было через окна, что в банке тоже много людей, суета.
– Вот не везет. Обычно в это время здесь никого. Ладно, пойдем, – сказал он Ире и вылез из машины.
То, что в банке происходит что-то необычное, и Валера, и Ира поняли с первого взгляда. Толпились клиенты, недовольно ворча, какие-то люди в гражданском выносили коробки с документами. Потом появился еще один с погонами майора полиции.
– Русским языком сказано – расходимся! Сегодня банк работать не будет, расходимся.
Из толпы людей слышались возгласы, чтобы людям объяснили, что происходит. Кто-то продолжал требовать выдачи денег, ссылаясь на обстоятельства и невозможность ждать. Симоненко остановил одного из мужчин с коробкой и сунул под нос свое удостоверение.
– Капитан полиции Симоненко. Что у вас тут происходит?
– Разбираемся, – коротко бросил мужчина и попытался пройти мимо, но Симоненко снова поймал его за рукав.
– Вы откуда? УБЭП?
– Да, – снова ответил мужчина и вышел с коробкой на улицу к стоявшей у входа машине.
Еще один сотрудник полиции выводил менеджера филиала. В группе клиентов поднялся сильный гул, но менеджер шел, опустив глаза и стиснув зубы.
– У меня перевод завис – кто-нибудь этим занимается?
– А я хочу закрыть вклад!
– Все вклады были застрахованы, когда нам вернут наши деньги?
– Убедительная просьба, всем расходиться по домам! – громче всех кричал майор в полицейской форме. – Банк не работает.
В суете никто не заметил, как в банк вошел невысокий мужчина в черной рубашке с небольшой канистрой в руках. Симоненко взял Иру за руку и повел через толпу, стараясь, чтобы женщину не толкали, к майору.
– Послушайте, – Валерий снова предъявил служебное удостоверение. – У меня заложен дом. Деньги в этом отделении, в ячейке. Я просто хочу их забрать. Это займет десять минут.
– Отделение закрыто, – запротестовал майор и снова принялся покрикивать на посетителей.
Ира стала дергать Валеру за руку, чтобы уйти и на сегодня дела с деньгами прекратить. Ведь все равно бесполезно. Но Симоненко, видимо, решил все же добиться своего и решительно двинулся к майору, который пошел к выходу. И тут Ира обратила внимание на мужчину в черной рубашке. Напряженный взгляд, пот на лбу крупными бисеринками. И тут мужчина вдруг открыл канистру и поднял ее над головой.
– Валера! – закричала Ира и бросилась к мужчине, но поняла, что опоздала.
В операционном зале запахло керосином. Люди закрутили головами, кто-то закричал, увидев, как мужчина в черной рубашке выливает себе на голову и грудь керосин из канистры. Толпа с криками бросилась из банка, повалив рекламный щит и несколько кресел. Ира попыталась протолкнуться к мужчине, но сразу поняла, что не успеет схватить его за руку. Вот уже в руке незнакомца появилась зажигалка. Щелчок, и загорелся язычок пламени.