Глава 32
Марселла О'Кеннет
Серьезно?
Стриптиз на коленях у Кристофера?
Алексис не могла придумать что-то пооригинальней?
Меня разрывало от смеха. Патерсон с вызовом вскинула бровь, на что я лишь закатила глаза и потянулась за своей бутылкой с пивом. В горле до сих пор першило после того коктейля. Эта была... Пина Колада, кажется?
Дерьмовая Пина Колада.
Потому что в ней не должен ощущаться осадок кокосовой стружки. Хотя, что еще можно было ожидать от Лекси? Не просто же так она всучила Лилианне эту дрянь. Видимо, хотела, чтобы та выплюнула его, испачкав свое белое платье, но вот незадача. Я опередила ее и выпила его залпом.
Не стоило.
Сделав пару глотков «Патрона», я скривилась – противный ком продолжал давить на трахею. В голове путалось и конечности становились такими тяжелыми, будто на них привесили гири. Я растерянно посмотрела на жестяную банку в своих руках – она покрылась капельками испарины из-за конденсата.
Сколько я выпила?
Две... Три...
Черт.
Такое чувство будто целый пивной кег.
Подавшись вперед, я поставила пиво на столик и отодвинула его подальше. Хватит на сегодня выпивки. В желудке пекло и этот дискомфорт постепенно охватывал все внутренности. Странный жар сосредотачивался внизу живота, но я не могла понять его природу. Никогда такого не чувствовала...
— Танцуй! Танцуй! Танцуй! — громко скандировала толпа.
Я вскинула голову и прищурилась.
Мы все еще находились в лобби дома Алексис среди одноклассников и остальных ребят из Янг Розмари на пару лет младше от нас. Из сабвуферов продолжал греметь ритмичный рок, приглушенный свет заполнял тенями маленькое пространство, вместившее в себя больше двух дюжин парней и девушек.
Все это я уже видела, но вроде бы и нет.
Я заторможенно окинула взглядом бейсмент. Эти белые ковры на мраморном полу казались знакомыми. Как и дорогие вазы на столиках, сейчас доверху заполненные фантиками от конфет и обертками сладких батончиков – пьяные подростки использовали их в качестве урн. В воздухе вкусно пахло пиццей и жаренными колбасками – еда располагалась повсюду, пару тарелок стояло даже на каминной площадке. У арочного проема в столовую валялось пару пустых бутылок из-под виски в ряд. Я могла поклясться, что помнила, как Рей и Колин играли в боулинг с помощью них.
Дежавю. Я испытывала дежавю и не могла понять, происходило все на самом деле или мне казалось. Это ощущение вязкой дымкой окутывало сознание. Такое бывает, когда просыпаешься от яркого сна и не можешь понять Явь он или просто видение.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вернуться в реальность. С каждым разом сознание будто выныривало из чего-то вязкого и тягучего – еще пару мгновений и оно вовсе не отзовется на мой зов.
Вечеринка. Игра. Стриптиз.
В кресле напротив нас сидела довольная Алексис. Позади нее расположилась компания гребанного Майлза. Встретившись со мной взглядом, он подмигнул, а его дружки грязно загоготали. Луна старалась сохранять безразличный вид, но вызов в ее глазах был очевиден даже для младенца.
Не знаю как, но эти суки точно все спланировали.
Аластр напрягся. Его рука на моем животе окаменела и превратилась в стальные оковы. Он с такой силой прижал меня к себе, словно боялся, что я исчезну или... соглашусь на это глупое действие. Бес не хотел, чтобы я танцевала с Кристофером.
Наверняка, он все еще продолжал ревновать меня к нему.
— Ну? Чего вы медлите? — капризно надулась Лекси. Ребята поддержали ее дружным гулом. — Марси, ты струсила? Или... то-о-о-о-очно... — Патерсон с улыбкой повернулась к Лилианне. — Наша маленькая принцесса настолько не уверена в себе, что устроит истерику из-за простого танца двух лучших друзей?
Сука.
Лили подарила ей приторно ласковый взгляд. Она повела плечом, сбросив с него темные каштановые волосы, и отпила немного выпивки из своей бутылки «Патрона». Стэн обнимал ее одной рукой за талию, а второй нервно теребил пачку сигарет.
Блейк смотрелась шикарно в этом обтягивающем белом платье на руках Кристофера – точно королева на своем троне. Чего мне только стоило заставить ее надеть его. Это было одновременно местью и подарком Крису. Ведь когда он разденет девушку, поймет, что под низом нет абсолютно ничего. На голое тело... он должен сказать мне «спасибо»
Если бы не страх перед Змеем, уверена, вокруг Лили уже бы собралась толпа поклонников... и поклонниц.
Такую сексуальную киску упустить было бы ошибкой.
Я заерзала бедрами, ощутив между ними неуместную пульсацию. Господи. Когда я успела напиться? Пару минут назад же все было хорошо.
— Не уверена? — наигранно протянула Блейк. — Алексис, боже, ты иногда бываешь так глупа. Я Кристофера даже к тебе не ревную, ведь это он рядом со мной, а не я с ним.
Я была готова аплодировать Лили. Или это Кристофер помогал ей чувствовать себя более раскрепощенной, или она просто взрослела, но сейчас в ней сложно было узнать ту зажатую девочку, которая стеснительно поглядывала за капитаном «Змеев» во время матчей. Блейк расцветала; взаимная любовь в каждом из нас раскрывала лучшие стороны.
Патерсон развела руками. Было видно, что ответ Лилианны взбесил ее – девушка покрылась пятнами злости – но она постаралась скрыть это.
— Отлично, тогда не будем медлить? — после слов Лекси двое незнакомых мне парней начали отодвигать журнальный столик. — Кристофер? Марселла? Ваш выход.
Я нахмурилась, глядя как они установили в центре стул, а Патерсон достала свой айфон и начала просматривать в нем что-то. По всей видимости, она искала подходящую песню.
Стриптиз на Кристофере. На самом деле, это самое безобидное из всего, что происходило между нами в прошлом. Я знала вкус его поцелуя, ощущала его обнаженные объятия...
Однако, это все было до появления Лилианны и Аластра в наших жизнях – до отношений с ними. Раньше мне ничего не стоило потереться своей задницей о его пах или полезть с языком в рот, но теперь все усложнялось.
Бес.
Я не хотела терять наше перемирие. Я не хотела, чтобы ему было больно. Я не хотела потерять Лилианну или испортить отношения с самим Кристофером из-за ревности Блейк. Как бы обидно это не было, но я знала, что он мог отказаться от меня ради нее. И, честно, я была рада, что мою подругу любили настолько сильно.
Надеюсь, такой выбор нам обоим никогда не представится, потому что меня это разобьет. Крис всегда был частью моей жизни. Лишиться его – равносильно смерти родителей.
— А разве действие Марселлы не должно касаться только ее? — отмер Крис. Он достал сигарету, прикурил и нервно затянулся. — У меня были другие планы.
— Змей, боишься, что мы все узнаем, что у тебя стоит на блондиночку О'Кеннет? — поддел его Майлз. Стэн впился в него убийственным взглядом. — Не парься, приятель, тебя все здесь понимают. На такую крошку стояк просто железобетонный. Если хочешь, мы поменяемся местами. Только не обещаю, что потом не захочу трахнуть ее узкую щелочку.
В гостиной повисла гробовая тишина. Никто не посмел испустить даже смешок.
— Еще слово, мерзкий ублюдок, — прошипел Стэн.
Аластр поднял с пола одну из пустых банок пива и метнул ее в Пресли. Тот не успел увернуться и получил по голове. Сила удара была настолько мощной, что Майлз оступился – Коул и Редж помогли ему не упасть – а потом громко рассмеялся. Судя по его расфокусированному взгляду, этот придурок был накурен в дерьмо.
Гребанный наркоман.
— Ладно-ладно, — Пресли пожал плечами. — Киска Марселлы зарезервирована Бесом. Когда она тебе надоест, дашь мне попользоваться? Я покажу ей, что такое настоящий секс. У меня член размером с биту, детка.
— А мозги с перепелиное яйцо, — едко выплюнула я.
Аластр был на грани. Он стиснул кулаки и начал дергать коленом, отчего я подлетала, сидя на нем. Рей, Колин, Крис и остальные футболисты были начеку, готовые в любую минуту поддержать своего брата. Атмосфера в гостиной накалилась, как воздух перед грозой.
Я буквально кожей ощущала скапливающееся напряжение.
Этого они и добивались. Рассорить нас. Разделяй и властвуй, да? Аластр достанется Луне, когда тот приревнует меня и уйдет. А Алексис мгновенно приберет к рукам Криса, стоит Лилианне обидеться и порвать с ним.
Они все спланировали.
С одной стороны, мы могли отказаться, но и это сыграет им на руку. Когда еще им представится шанс унизить короля и его свиту? Черта с два я дам этим стервам одержать победу!
Отклонившись на грудь Аластра, я чуть повернула голову и коснулась губами его уха.
— Помнишь, что я тебе говорила тогда в лесу? В ночь Сэди Хокинс он тоже был там, но ее я провела с тобой, Ал, — Бес не шелохнулся, однако его рука чуть расслабилась, а дыхание выровнялось. — Ты хотел станцевать с Луной?
Аластр фыркнул. Я едва сдержала рвущуюся улыбку. Как я могла упустить возможность подразнить его?
— Терпение – добродетель. Посмотри на меня? Кто знает, может, после этого я позволю тебе снять с меня трусики? — я потерлась носом о его щеку, ощущая направленные на нас взгляды. Плевать. — Ты же приехал на своей машине? Мне всегда было интересно, каково это заняться сексом в Мустанге.
Прежде чем подняться, я вздохнула полные легкие аромата его кожи. Веки тут же закрылись, и умиротворение пронзило каждую клеточку моего тела.
— Все это время я буду представлять тебя. Только тебя, Аластр.
Бес тяжело выдохнул и медленно кивнул; ему нелегко далось это. Я даже представить не могла, каким образом парень смог обуздать свою ревность. Ведь поменяйся мы местами, я бы ни за что не позволила Луне и ему подобное.
Получив одобрение, я соскользнула с его колен и встала на ноги. Только мои шпильки коснулись пола, мир покачнулся. Проклятье. Голова стала такой тяжелой, набитой ватой и абсолютно бесполезной. Окружающие звуки – посвистывания и возбужденные вопли – превратились в дальнее эхо, как через длинный тоннель.
Я слишком много выпила.
Что-то явно было не так...
Кристофер занял место на стуле в центре. Он докуривал сигарету, стряхивая пепел прямо на светлых ковер, и все время смотрел на Лилианну. Я тоже перевела взгляд на подругу. С виду она казалась расслабленной. Алкоголь сделал свое дело – ее щеки розовели ярким румянцем – да и Блейк никогда не ревновала нас. Точнее, я никогда этого не замечала.
Когда мы встретились взглядами, я подмигнула ей, заверив, что все порядке и не о чем переживать, а потом сняла обувь и начала шагать к Стэну. Кристофер фыркнул от смеха и соблазнительно мне улыбнулся, похлопав себя по бедрам. Мы оба принялись играть на публику. Наверное, из меня бы вышла не плохая актриса – я попыталась придать своему взгляду блеск желания.
Алексис, наконец, выбрала трек – она бросила телефон на пол рядом с собой. Из колонок заиграла медленна, волнующая Shut Up and Listen в исполнении Nicholas Bonnin. Приятный трепет мурашками охватил мое тело. Сердце замерло, когда я посмотрела в красивые синие глаза Кристофера.
— Заткнись и танцуй, Марселла, — рассмеялась Луна, парадируя строки песни.
Врезать бы ей хорошенько.
Однако, вместо этого я приблизилась к Стэну, расставила ноги по сторонам его бедер и оседлала.
— Тряхнем стариной? — прощебетала я, положив руки на его плечи. — Сколько раз мы так проделывали раньше?
Кристофер хохотнул.
— Уйму, — прошептал он. — Смотри не заведись, детка. Перед таким краса-а-а-авчиком, как я, трудно устоять.
— Только после тебя, засранец, — закатила я глаза и сильнее, чем нужно, впилась ногтями в его кожу.
Ничего, кроме веселья я не ощутила. Между нами не возникла какая-то искра, и не произошло того волшебства, что было с Аластром. Я ощущала промежностью твердый пах Кристофера, однако он – всего лишь последствия шикарной задницы Лилианны, что еще секунду назад ерзала на нем. Мы просто друзья; ни разу не возникало соблазна узнать каково это... быть рядом с ним и ощущать его в себе.
Ни разу.
Поймав волну песни, я прогнула поясницу и запрокинула голову назад, таким образом, чтобы сексуально выпятить грудь. Кристоферу пришлось обнять меня за спину, дабы удержать нас обоих. Плотно прижавшись киской к его члену, я отдалилась бедрами, а потом снова прильнула к нему, уже не ощущая прежней твердости.
Что и требовалось доказать. Мы наслаждались этим просто как очередной шалостью.
Продолжая извиваться и танцевать, я отыскала среди парней в гостиной Аластра. Он сидел в кресле, пил... и смотрел. Внимание его пронзительных серых глаз заставляло кожу покалывать. Всякий раз, когда я делала слишком интимное движение, Бес краснел и стискивал банку из-под пива в ладони. Вскоре ее корпус повредился, и она приняла очертания его пальцев.
Меня это позабавило.
Пусть смотрит, пусть ревнует. Пусть осознает последствия своих поступков, ведь если Аластр продолжит вести себя как последний козел... я уйду от него. Я не позволю вытирать об себя ноги и пользоваться, несмотря на всю любовь к нему. Пусть смотрит и знает, что от повторения этого, но только с другим парнем, его отделяет один неверный шаг.
Все в его руках.
— На тебе слишком много одежды, Марселла! — выкрикнул кто-то.
— Я хочу твое платье, детка! — поддержали освистываниями его приятели.
Песня заволокла все мое сознание. Она была такая красивая... Чувственная и соблазнительная, подходящая больше не для стриптиза, а секса. Нежного, ласкового. Как наш первый раз с Аластром. В той парной он был со мной чутким, заботливым и трепетным. Я не могла знать наверняка, но отчег-то была уверена, что эту его сторону знала только я.
И мне хотелось повторить. Злой секс шикарен, однако я так хотела теплоты. Я хотела его любви.
Господи, я так хотела любви.
— Расстегни через платье мой лифчик, — прошептала я над ухом Кристофера.
— Марселла, — он бросил взволнованный взгляд на Лилианну. Подруга, не мигая, как и Аластр, следила за нами, но в отличие от него, она хотя бы продолжала улыбаться. — Я люблю ее.
— Я знаю, — кивнула я.
Накрыв ладонями руки Стэна, я подняла их вверх от моих ягодиц, к пояснице и остановилась, когда достигла застежки бюстгалтера.
— Мы просто играем. Все в порядке.
Крис нерешительно забегал глазами по моему лицу. Он покачал головой и, когда я уже подумала, что все придется делать самой, парень справился с моим лифчиком. Соски блаженно заныли. Я закатила глаза, ощущая приятную пульсацию в теле. Взгляды Беса, его запах, что до сих пор щекотал мои легкие, теплые руки...
Боже.
На знаю, что со мной происходило. Все кружилось. Я словно воспарила над землей. Превратилась в отголоски пара в том домике у бассейна два года назад, наполненного стонами удовольствия и ароматами наших тел. Я бы все отдала за возможность прожить ту ночь заново.
Без боли.
Без обид.
Просто два трепетных и любящих сердца.
Просто подростки, впервые познающие друг друга.
Мне так его не хватало.
Под оглушительные свисты, я вытянула шлейки своего бюстгалтера, а потом и его самого. Отбросив вещь в сторону Аластра, я на миг обернулась и заметила, как он сжал в кулаке красную ткань. Ох, это было так горячо. Бес расплылся в улыбке и поднес лифчик к лицу. Я представила на месте этой вещицы свои красные трусики.
Между ног стало влажно. Танцуя на Кристофере, я заводилась от мысли, как потом Аластр будет наказывать меня в своем Мустанге. Кожа запылала. Жар прилил к щекам, потом опустился все ниже и ниже... Сердце загрохотало.
Я так соскучилась по нему.
Ребята вокруг нас веселились. Рей с Колином громко смеялись, раз за разом, отпуская грязные комментарии. Неожиданно Майлз наклонился и шепнул что-то Алексис. Луна проследила за ними, с усмешкой глянула на Блейк, и покачала головой, словно в предвкушении чего-то. Пресли кивнул своим дружкам, а потом все они втроем начали подниматься на второй этаж.
Когда последний из них скрылся из вида, я отвернулась.
Странно...
На мгновение я заподозрила что-то неладное, но эта мысль быстро ускользнула. В моей голове царил хаос. Я ничего не осознавала. Мое тело все жарче и жарче начало льнуть к Стэну. Я с трудом сдерживала стон, когда касалась своей грудью его.
Внутри пульсировало. Желание все усиливалось и усиливалось. Я буквально сгорала изнутри. Господи, это было так... больно. Я закрыла глаза и отдалась во власть своим инстинктам, плохо понимая, что вообще происходит.
Аластр.
Я люблю его. Я хочу его. Плевать на наши ссоры. Только он делал меня счастливой, как я могла отказаться от этого? Как я могла отказаться от него и этих поцелуев... Мои губы неожиданно пересохли. Со стоном я провела по ним языком, слизывая вкус Аластра.
Я вся была пропитана им. В ту ночь он не оставил ни одного дюйма плоти без поцелуя. Особенно между ног. Да, о Боже. Я вспомнила, как последний раз он касался меня там языком, и вздрогнула. Киска покалывала электрическими разрядами. Клитор набух и молил о прикосновении.
Развернувшись, я присела в позе обратной наездницы и широко развела колени. Платье скользнуло шелком по оголенной коже, но показалось таким грубым. Соски заныли – трение к ним добавляло приятных ощущений. Выгнув поясницу, я уперлась ладонями в колени Аластра подо мной и начала тереться киской о его член.
Все сильнее и сильнее, сильнее и сильнее.
Господи.
Мое дыхание участилось. Я настолько вошла во вкус, что не почувствовала, как парень напрягся и начала отстраняться. Почему ему не нравилось, когда я касалась его? Почему Аластр не заводился? Я перестала быть сексуальной для него?
Проклятье. Голова раскалывалась. Веки налились свинцом, а зрение затуманилось. Я видела сквозь дымку, как тогда в парной. Пот струйкой стекал по моей спине и животу. Я так сильно напрягала ноги, что мышцы на них гудели. Мне было больно от желания. Я промокла насквозь – теперь скользящая влага начала просачиваться на бедра.
— Аластр, — прошептала я, пребывая в эйфории.
По почему он до сих пор не обнимал меня?
Повернув голову, я положила ее ему на плечо и расплылась в счастливой улыбке. Он рядом. Не оставил меня, как тогда, а до сих пор со мной. Сейчас все произошедшее казалось просто сном. Я очнулась. Наконец, я очнулась и избавилась от тяжести на своем сердце.
Мы не расставались на эти два года. Конечно, нет, разве он мог отпустить меня, если любил? Глупости. Аластр не отказывался от меня. Не было промокших подушек от слез, не было нашей ненависти...
Посмотри в мои глаза. Никогда не лги.
Эта песня была единственным, что я слышала так же отчетливо, как и собственное дыхание. Она словно сочилась изнутри... от моего сердца. Именно оно исполняло эти строки сейчас. Я была преисполнена такой большой любовью, что каждая клеточка моего тела трепетала.
Мне нужно, чтобы ты сказала мне правду...
— Я люблю тебя, — в глазах стояли слезы. — Я так сильно люблю тебя, слышишь. С самого нашего детства...
— Марселла, — попытался перебить Аластр.
Неужели он заговорил? Ради меня? Боже, его голос... Почему он такой знакомый?
— Нет, прошу, послушай, — я собственнически хватила его за голову, наклоняя к себе. — Я люблю тебя, Аластр. В той парной. В нашем детстве. В столовой. Я люблю тебя каждым стуком сердца и продолжу это делать, даже если оно прекратит биться.
Бес напрягся. Мой шепот был таким тихим, что едва ли он мог услышать его, но я устала молчать. Я устала предавать саму себе и отвергать то, о чем страдала душа. Если он не уходил тогда, значит я могла признаться в своих чувствах. Он не отвергнет. Он не сделает мне больно, иначе я просто не выдержу.
Я больше не смогу так.
Молчание... Оно отняло его у меня. Если Аластр продолжит скрываться в нем, как в своем убежище, мы никогда не сможем быть вместе. Он не впустит меня в него. Ни за что. Никогда. Я не стою ничего в его жизни, да?
Не зная, что творю, я повернула голову и поймала своими губами его. Однако, не успела я углубить наш поцелуй, как Аластр подскочил. Я запуталась в ногах и потеряла равновесие, но парень вовремя успел меня удержать.
— Какого! Марселла, блять! — зашипел Бес.
Или...
Мне было так плохо. Я пару раз моргнула, но пелена никак не хотела уходить из глаз. Я видела Аластра перед собой. Он был везде. Со всех сторон, куда бы я ни посмотрела, его серые глаза ласкали меня взглядами. Дом Алексис был заполнен десятками клонов Ван дер Вудсона.
— Марселла! — меня начали встряхивать за плечи, пока я пребывала в растерянности. — Гребанное дерьмо, ты когда успела так напиться?! Черт!
Почему он так говорит? Разве он не помнил про мое признание в любви?
Что происходит?
Я переступила с ноги на ногу и попытался выбраться из хватки парня. Неожиданно откуда-то начал доноситься громкий свист и улюлюканье. Моя голова взрывалась от звуков. То тут, то там они вспыхивали как звон китайского колокольчика над дверьми забегаловок. Всхлипнув, я ощутила не сладкий привкус лаванды, а сигареты.
Аластр не курит. Он не...
Мои глаза распахнулись от ужаса. На плечи обрушилась тяжесть осознания. Я внутренне сжалась, желудок скрутило, и он подскочил к горлу.
— К-крис, — прошептала я.
Переведя взгляд за его спину, я посмотрела на Лилианну. Лучше бы я этого не делала. Она плакала. Боже, что я натворила? Клянусь, еще мгновение назад Кристофер не был Кристофером! Клянусь, я ощущала Аластра.
Нет. Нет. Нет.
Не обращая внимания на тупые оклики ребят в гостиной, я развернулась в сторону Беса. Он все еще сидел на том же месте, так же сжимал мой лифчик в кулаке, но... теперь я его потеряла. Как и тогда два года назад в парной. Тот же взгляд только сейчас более жестокий и беспощадный. В сердце будто лезвие вонзили.
Мне захотелось свернуться в калачик от боли, пронзившей изнутри.
Еще секунду назад я парила в блаженстве, а сейчас ненавидела себя больше всего на свете. Я не могла спутать его с Кристофером. Я не хотела обижать Лилианну. Я не хотела целовать Стэна.
Господи, что со мной не так?
— Вот, что значат подруги, — торжественно фыркнула Алексис. — Уверена, Лилианна, за твоей спиной они трахаются. Ну, или наша Марси просто мечтает о нем. Шлюшка О'Кеннет в деле, как и ее мамочка. Им только дай ощутить член.
Нет. Это неправда.
— Марселла, с тобой все в порядке? Марси? — допытывался Стэн.
Лилианна поднялась с кресла и бросилась к выходу из гостиной. Кристофер обеспокоенно глянул на меня, потом обернулся к ней и, когда любовь перевесила, развернулся и ринулся за Блейк. Я проследила за его удаляющейся спиной, и по щекам хлынули обжигающие слезы.
Меня всегда бросали.
На душе стало так горько. Внутри еще теплился огонек того, что произошло. Признание, умиротворение, что настигло меня в его объятиях – все было настоящим. Я, правда, любила его. Аластра. Но всякий раз сближаясь или он, или я все портили. Только надежда наполняла мое сердце, она оказывалась мнимой.
Просто пылью. Ничем. Мое лекарство всегда оказывалось плацебо. Пустышкой.
Возбуждение и неполученная разрядка разрывали. Я заколотилась, крупная дрожь прокатилась по спине. Все эти взгляды, весь этот смех и оцепенение Аластра – меня словно лавиной накрыло. Не в силах выдерживать это унижение, я развернулась и, шатаясь, зашагала прочь.
Не знаю куда.
Просто шла. Мне нужно было освежиться. Все тело горело. Я плакала и продолжала брести, мысленно возвращаясь в то утро после ночи Сэди Хокинс. История повторяется. Снова и снова. Я так же тогда была разбита и подавлена. Я ненавидела весь этот гребанный мир. Почему мы делали друг другу больно?
Разве... разве когда любят отпускают? Лгут? Молчат? Наказывают ненавистью?
Жарко.
Коснувшись шеи, я стерла бисер пота. По моему телу пробегали жгучие мурашки. Между ног все влажнело и пульсировало, словно я наелась гребанного афродизиака. Пол раскачивался. Стены сжимались вокруг меня все теснее и теснее. Сердце барабанило о грудь; я ощущала его где-то под кожей.
Я не могла так напиться. На многих вечеринках раньше я перебирала с алкоголем, но такого никогда не было. Это что-то другое. Что-то похожее на действие наркотика? Но, когда я могла его принять? Я же...
Проклятье.
Коктейль Алексис. Она что-то подмешала Лилианне, но вместо нее выпила я.
Боже, как жарко.
Толкнув перед собой дверь, я ввалилась в душное, наполненное тусклым светом помещение. Это оказалось домашней парной с джакузи в центре. Особо не оглядываясь по сторонам, я заскользила босыми ногами по мокрому кафелю. В носу жгло от запаха хлорки. На ходу, расстегнув свое платье, я спустила его вниз, переступила через него и оставила лежать на полу.
Из одежды мое тело прикрыли только тонкие полосочки стрингов.
Жарко.
Не могу больше. Мне хотелось кожу содрать. Между ног так ныло. Это не было простым возбуждением, а какой-то адской похотью. Я хотела Аластра. Боже, я просто хотела избавиться от этой пульсации внутри.
Я слышала пару раз об этой дряни. Наркотик для изнасилований. Несколько лет назад в Чикаго был бум на него. Отец представлял интересы жертв в суде. У них и у меня сейчас были схожие симптомы: уступчивость, возбуждение, за редкими случаями галлюцинации. Под действием него девушка сговорчива, не составит труда воспользоваться ею.
Уверена, это дело рук Майлза. Он употреблял. Ему не составляло труда достать это дерьмо. Осадок в коктейле... Алексис. Эта вечеринка. Пресли с его дружками наверху. Надеюсь, Кристофер не оставит Лили. Хотя, она не успела сделать и глотка. Что они бы сделали с ней?
Боже, сколько эта сука добавила в Пина Коладу?
Моя нога соскользнула с плитки, и я упала в воду. Выставив руки перед собой, я начала барахтаться. Нащупав бортик и ухватившись за него, я подняла голову и глотнула воздуха. Пузырьки приятно щекотали обнаженную грудь. Я закатила глаза; еще немного и я смогу получить желанную разрядку.
Проклятье.
Так плохо.
Внезапно в парной раздались шаги. Подняв тяжелую голову, я уставилась в ту сторону, где доносилось хлюпанье ботинок. Аластр приближался ко мне. Он глянул на красное платье на полу, покачал головой и продолжил заполнять собой это маленькое пространство.
Аластр.
Мой Аластр?
Нет-нет-нет.
Пожалуйста, он сейчас может оказаться кем угодно. Тем же самым Майлзом. Или Кристофером. Или Реем...
Я обессиленно присела на керамическую скамью джакузи. Воздух был просто раскаленным. Мои легкие отказывались его принимать. Каждый дюйм плоти стал гиперчувствительным. Или это я была такой горячей, или вода в джакузи вскипала, но лучше мне не становилось. Наоборот. Я чувствовала будто еще немного, если не получу желаемого, сгорю.
А мой призрак продолжил наступать, каждым своим шагом заводя мое сердце на новый ритм. Я заторможенно прикрыла глаза, стараясь просто дышать – это было единенное, что в моих силах.
Сегодня я призналась в любви Аластру, но эти слова так и не достигли его ушей. Разве это не было знаком? История повторялась.
Как я могла знать, что в этот раз у нее будет другой конец?