Глава 15.
Захлопнув дверь кабинета, Ворон быстрым шагом покинул РОВД, не обращая внимания на боль в колене. Все проблемы и мелочи, подобные возрастным недугам и старым травмам, казались совершенно незначительными по сравнению с тем, что происходило сейчас. Саша находился в опасности, и никто не знал о его местонахождении. Так ещё и... Вениамин держал в руке папку, которую передал Шрам. Он пока не заглядывал внутрь — не до того было, — но что-то подсказывало, что содержимое нужно изучить, причём очень срочно.
И оно ему вряд ли понравится.
Когда Ворон вышел на улицу, в свете фонарей вновь кружились хлопья снега. Крупные и частые, как в тот вечер, когда Саша попал в беду.
— Поехали обратно в офис, — бросил он сидевшему за рулём Питону, подходя к машине. Остановившись на несколько секунд, окинул взглядом территорию перед РОВД, пытаясь отыскать Шрама. Но того уже и след простыл.
«Значит за пацанами поехал».
Перед тем как вернуться в кабинет Завьялова, Вениамин приказал Шраму предупредить своих людей о происходящем, а заодно и установить слежку за полицией, чтобы знать о каждом их шаге. У них с подполковником хоть и общая цель, но полноценного доверия как не было, так и не появилось.
Ворон сел на заднее сиденье, чувствуя, как стало ещё хуже, стоило лишь осознать, что прошло уже больше суток, а он даже не знал, что у его сына такие серьёзные неприятности. Он вообще не знал, что Саша его сын, чёрт возьми! Любил как родного, хоть никогда в открытую этого не демонстрировал, но ни разу за эти годы даже не почувствовал, что Саша гораздо ближе, что все думали. Злило и одновременно огорчало, что такая ценная правда всплыла лишь сейчас.
Уже по дороге в офис, держа папку на коленях, Вениамин углубился в размышления, касающиеся их с Джокером родства. Тест настоящий — в этом не было никаких сомнений, но всё же в истории существовала одна весомая несостыковка. Сашина мать. Когда Ворон женился на Лене, мальчику было уже тринадцать, а знакомство состоялось за год до свадьбы. Он просто не мог не узнать мать своего ребенка, да и она вряд ли бы стала молчать.
— Может Лена вообще ему не мать? — тихо пробормотал Вениамин под нос, озвучивая единственную мысль, пришедшую в голову.
Только вот подтвердить догадки было уже невозможно... Нетрезвый водитель, скорая, четыре часа на операционном столе. Они остались одни — Вениамин без жены, Саша без матери. А теперь оказалось, что всё куда сложнее.
— Вениамин Сергеевич, какие новости? — спросил Питон, бросив взгляд в зеркало заднего вида. В голосе отчётливо прозвучали напряжение и тревога. Он ничего не знал, не считая быстро прозвучавшей фразы «Джокера похитили», когда Ворон пулей вылетел из офиса и приказал ехать в РОВД, подрагивающими руками сжимая трость.
Подняв голову, Вениамин посмотрел на него несколько секунд и тяжело вздохнул, проводя рукой по голове.
Словно рубильник щёлкнул, перевернув и изменив абсолютно всё. И вот, перед ним уже не водитель и подчинённый, а ещё и друг сына, за которого Саша впрягся, лишь бы Колыма на тот свет не отправил. Не только Питон, но и Шрам, перешедший Саше по наследству от Валерика. Ганс, убивший того, кого следовало бы оставить в живых — и ведь Вениамин только недавно узнал, что стрелял Ганс, а не Саша. А ведь он, паразит такой, даже отрицать не стал, когда Ворон его обвинениями покрыл. Понимал, что Гансу сильнее прилетит за убийство относительно нужного человека.
— Какой-то урод хочет, чтобы менты выпустили на свободу одного очень плохого и опасного человека. И в качестве... гарантии, что его требование будет выполнено, похитил Сашу и Марину Солнцеву. Сашу, чтобы я не препятствовал. Ну а девчонку, чтобы менты не отказались. Она же всё-таки их человек.
Думая о том, что один из его главных врагов выйдет на свободу, Ворон понимал, что уже сейчас нужно думать о том, как обезопасить себя и свою семью. Потому что не было ни единого сомнения, что стоит Шпагину почувствовать вкус свободы, как первым делом он расправится с Вениамином и близкими ему людьми.
Больше Питон ничего не спрашивал, хотя Вениамин подозревал, что вопросов осталось ещё предостаточно. Но он был благодарен за тишину до самого офиса, потому что не хотел сейчас об этом говорить. Да и не знал, сколько сможет рассказать, прежде чем сорвётся на нервной почве. Ворон посмотрел на руки, сжимающие трость, и папку под ними. Открыть её и углубиться в изучение тянуло прямо сейчас, но он хотел добраться до кабинета и уже там, в тишине и при свете настольной лампы узнать обо всём, что Саша хранил в своей комнате и чем поделился только со Шрамом.
Вениамин сверлил эту папку долгим, напряжённым взглядом и даже не заметил, как они добрались до места назначения. Лишь когда Питон открыл дверь, Ворон встрепенулся и поначалу посмотрел на него с заметным недоумением и лёгкой растерянностью.
— Сообщи, если Шрам позвонит, — произнёс он выходя из машины и опираясь на трость.
— Хорошо, Вениамин Сергеевич.
В кабинете горел свет — малахитового цвета торшер в углу меж двух кресел, где Ворон в основном читал книги за чашкой чая. Сейчас в одном из кресел сидела Василиса, хмуря брови и постукивая ноготками по подлокотнику. Увидев её, он мысленно чертыхнулся. Обещал ведь приехать за город вечером, но даже не предупредил о смене планов. Вениамину совсем не хотелось волновать Василису, но проблема была слишком серьёзной, чтобы утаивать её и делать вид, что всё в порядке.
— Я думал, ты на даче осталась, — на выдохе произнёс он, закрывая за собой дверь и направляясь к ней.
— Без тебя там как-то пусто, — ответила Василиса, надув губы.
Она выглядела не такой уж и недовольной, как Ворон ожидал, но всё же было заметно, что её что-то не устраивает. Он даже не предполагал — знал, что Василиса ждала и переживала, сидя у камина с телефоном в руках. Не стала звонить и выяснять, где запропастился, а сразу приехала в офис. Будто знала, что Ворон домой не вернётся. Или и правда знала?
— Меня кто-то сдал? — хмыкнув, он выдавил из себя вымученную улыбку.
Положив папку на столик, Ворон медленно сел в кресло, опираясь на трость. Из-за беготни колено вновь дало о себе знать, и Вениамин почувствовал себя Воландом, которому ведьма оставила своеобразный подарок.
— Сама догадалась, — ответила ему Василиса и грустной улыбкой. — Вовремя не приехал, не предупредил, вот я и решила, что ты в городе задержишься.
— Да. — Ворон задумчиво покачал головой, решая, как стоит рассказать Василисе о похищении Саши и всём, что происходит.
«Ещё ж и Лёне надо будет сообщить, куда брат делся», — подумал он, тяжело вздыхая.
Приносить плохие новости — дело обыденное, но всё ещё неприятное.
Не считая рабочих моментов и отношения Саши к Лёне, ставшего огромным таким нюансом, в семье их почти царила гармония. По крайней мере Вениамину казалось, что всё у них замечательно, а шероховатости можно разгладить спокойными, душевными разговорами. До тех пор, пока не выяснилось, что Саша со своими проблемами пошёл к психологу, а не к отчиму или близкому другу... Читая конфиденциальную информацию с сеансов, Вениамин с тяжестью в душе понял, почему Саша не предпочёл специалисту кого-то из них. Но после этого им всё же удалось поговорить и немного те самые шероховатости разгладить.
Только вот своего мнения о Лёне Саша так и не изменил. Лёня же смотрел на него грустными глазами, словно брошенный любимым хозяином щенок, боялся по имени назвать, но пытался как-то к Саше подступиться. Попытки успехом не увенчались, и в итоге Лёня то ли сдался, то ли решил сделать передышку, а потом попробовать ещё разок.
Теперь, когда выяснилось, что Саша и Лёня — кровные братья, Вениамин надеялся, что им всё же удастся наладить отношения.
А пока...
— Дорогая, я должен тебе кое-что сообщить, — начал Ворон, внимательно посмотрев на Василису.
Оценив тон голоса, она тут же напряглась, чуть придвинувшись к краю кресла. В глазах отразился свет торшера.
— У тебя какие-то проблемы в бизнесе?
— Нет. — Вениамин покачал головой. Для него сейчас любые проблемы бизнеса казались не такими уж и значительными. — Сашу похитили. Похититель требует выпустить из тюрьмы одного опасного человека.
Василиса вздрогнула, широко распахнув глаза, и ему был знаком этот взгляд. Ворон понимал — она подумала, что там какой-нибудь маньяк, террорист или серийный убийца. И она была почти права, если собрать воедино все преступления и прегрешения Шпагина. Страх и волнение в глазах Василисы становились всё отчётливее, и Ворон не придумал ничего лучше для отвлечения, как...
— Но с этим мы разберёмся. А пока мне понадобится твоя помощь. — Он перевёл взгляд на чёрную папку на столике. — Нужно всё это тщательно изучить. Мне кажется, что там есть очень важная для нас информация.
Чутьё подсказывало, что Саша, сам того не зная, своей редкой дотошностью и внимательностью сможет дать им подсказку.