Глава 6.
— Зло всегда остаётся злом.
— Ну да. А добро остаётся добром, сколько бы крови ни было пролито. Классная логика.
***
— Я вообще не знаю, где она может быть! Раньше хоть просто на звонки не отвечала, а сейчас вообще телефон отключила!
Глядя на меряющего шагами кабинет Рыжова, Арина думала о том, как бы его не хватил инфаркт от переживания. Последний раз она видела Диму настолько взволнованным, когда его родственница не отвечала на звонки несколько часов. В тот раз всё обошлось: женщина пошла в театр, поставила телефон на беззвучный режим и попросту забыла об этом. Но сейчас было совершенно иначе.
— Я звонил Марине несколько раз, но она трубку не брала. — Сообщил Рыжов, появившись на пороге опорника. — Потом прислала сообщение...
Он достал из кармана телефон и продемонстрировал Арине смску от дочери:
«Пап, я пока не могу говорить. У нас тут очень серьёзное дело, убийство с похищением. Я тебе потом всё объясню».
Поначалу он даже не придал этому значения — мало ли какие ещё дела Марине придётся расследовать. Нужно набираться опыта, учиться вести себя в особо стрессовых ситуациях и не принимать всё слишком близко к сердцу, даже если страдают те, с кем ты работаешь плечом к плечу. Но мнение быстро поменялось, когда сердце почуяло неладное. Он не разговаривал с дочерью два дня, и для них это было вполне нормально, да ещё и проблемы с будущей семьёй появились: Влад буйствует, Смыслов постоянно возмущается и пытается устроить разборки на пустом месте. Но тут Рыжов отвлёкся от всего и решил позвонить Марина, чтобы узнать, всё ли хорошо. На молчание забеспокоился, но сообщение немного развеяло тревогу. Дима с облегчением выдохнул и позволил себе вернуться к прерванному занятию — разруливание проблем в семье Надежды Александровны. Но прошло не так много времени, прежде чем внутренний голос снова ожил и потребовал убедиться, что с Мариной точно всё нормально. Тем более, судя по её же словам, дело очень серьёзное, и лучше бы без должной подготовки вообще туда не лезть.
Немного подумав, Гордеева тяжело вздохнула. Была у неё мысль, которая вертелась вокруг вчерашних событий, когда Солнцева поделилась с ней планами на вечер после работы. Конечно, это скорее всего ещё больше заставит Диму волноваться, но пока у Арины другие варианты не появились.
— Слушай, — она немного потянула и продолжила, — Марина вчера собиралась на встречу с Комоловым. Может он в курсе её местонахождения?
Нахмурившись, он бросил на Арину недовольный и даже в какой-то степени злой взгляд. Она бы посмеялась, но разве что мысленно. В отличие от Рыжова, все в полиции прекрасно знали, что отношения Джокера с Мариной — банальный спектакль, где Солнцева играет навязанную роль влюблённой в бандита девушки. Играет плохо, потому что никакой влюблённостью ни во взгляде, ни в действиях и не пахнет. Иногда пытается вести себя мило, но верится с трудом. По крайней мере Арине. Да и Комолов наверняка понимает, что та испытывает разве что раздражение, но ни капли чего-то светлого. А вот сам Джокер, если и играет интерес, то весьма профессионально, будто окончил актёрские курсы или же просто набрался опыта за последние лет десять. Хотя Арина всё равно считала, что у них взаимное использование друг друга, которое вряд ли вообще к чему-то приведёт. Дима же всего этого не знал и не видел, потому сейчас выглядел так, словно Марина не просто ходит с Комоловым на свидания, но ещё и спит. Будь всё так на самом деле, Рыжов бы, наверное, совсем с катушек съехал.
— Они просто пошли в кино, — поспешила успокоить его Арина. — Дальше у них вряд ли зайдёт.
— А если он её насильно?.. — возмутился Дима, но не договорил, опасаясь продолжения своих слов.
Гордеева же только покачала головой.
— Ты сам прекрасно понимаешь, что нет.
Она не знала всего, что сейчас творится в его голове, но была уверена: сказанное — мысли вслух от тревоги за дочь. На самом же деле никто из них не считал, что Комолов станет к чему-то принуждать Марину, тем более интимному.
Долго думать над предположением Арины Рыжов не стал. Выхватив телефон из кармана, тут же набрал номер Джокера, очень надеясь, что тот ответит и поможет ответить на вопрос: где, чёрт побери, сейчас Марина? Длинные гудки тянулись как поезда и казались чересчур продолжительными. Когда включился автоответчик, отправляя Диму на голосовую почту, он сбросил вызов и попытался снова. Затем ещё раз и ещё. На пятом «абонент не может...» Рыжов разозлился только сильнее, чувствуя внутри клокочущее состояние на грани с паникой.
— Может спит, — пробормотал он, стараясь найти объяснение молчанию Комолова, который не в состоянии ответить на звонок либо в пьяном угаре, либо глубоком сне. Третьего будто не дано. — А если и он пропал? — задался вопросом Дима, но тут же отмёл эту мысль. — Или они где-то вдвоём скрываются? Натворили что-то и теперь прячутся как подростки.
— Ну это вполне возможно, — на выдохе ответила Гордеева, кивая. — Или у них есть ещё какие-то причины, чтобы не отвечать. Дим, они молодые, отношения только начинаются...
— Эти их «отношения» начались в сентябре — мне тогда Петя и сообщил, что они встречаются, — а сейчас уже декабрь.
Дима продолжал хмуриться, но постепенно будто бы всё же успокаивался. Изначально даже не рассчитывая, но всё же надеясь, что разговор о романе Марины с Комоловым сыграет свою роль и в положительном ключе, Арина уловила перемены в настроении Рыжова и решилась продолжать:
— Ладно, хорошо, они уже три месяца встречаются. Но... Марина на него не жалуется, значит всё нормально. Комолов её по театрам и кино водит, в рестораны, цветы дарит. Может и пыль в глаза пускает, как ты и говорил, но если её это устраивает, ты всё равно ничего не сможешь с этим поделать. Не думай о плохом, Дим. Даже если они сейчас вместе, это не значит, что всё плохо.
Смотря перед собой и слушая Арину, он монотонно качал головой. Не уверенная в том, что Рыжов услышал всё сказанное, она решила ещё немного подбодрить его, но Дима кивнул уже более осознанно и перевёл взгляд в её сторону.
— Да, может ты и права. Может я и волнуюсь, только потому что Марина с Джокером. Просто... вот это вот... внутреннее какое-то... Как будто и правда беда какая-то. Ещё и снегопад такой вчера был сильный, столько аварий на дорогах. А вдруг они в аварию попали, а Марина соврала про работу, потому что волновать не хотела?
Арина бы могла согласиться с предположением Рыжова, но был в этом один нюанс, который его перечёркивал: Марину не посвящали в текущее дело. Конечно, есть вероятность, что кто-то из коллег сообщил Солнцевой о том, что происходит в отделе, просто чтобы держать в курсе, а та просто ухватилась за информацию как за подходящее оправдание молчанию и отсутствию. Сомнительный вариант — Рыжов наверняка связался бы с кем-то ещё, да хоть с той же Гордеевой, и выяснил правду, — но всё же.
— Мы можем это выяснить. — Арина за минуту включила ноутбук и открыла базу. — Сначала поищем машину Комолова в списках зарегистрированных аварий в городе за последние сутки, а затем их имена по больницам.
Она увидела, как во взгляде Димы мелькнула надежда, и сдержанно улыбнулась. Это действительно могло сработать. Запустив поиск автомобиля, Гордеева откинулась на спинку кресла и стала ждать результатов. За первые несколько минут пришло сообщение от Серёжи, которого она оставила разбираться в одиночестве с владельцем угнанного автомобиля, попавшего в руки убийцы и похитителя. Тот сообщил, что обзавёлся ещё парочкой фотографий машины и парочкой деталей, о которых хозяин забыл упомянуть в заявлении об угоне. Надежда становилась всё ярче и отчётливее, и Арина воспряла духом. Когда же пришли результаты сначала поисков по авариям, а потом и по больницам, Гордеева даже не знала, как стоит реагировать. Ни Марины, ни Джокера в больницах не было, в аварию они не попадали — большой плюс. Но минус в том, что зацепок для их поиска больше не было.
— Можно съездить к Комолову на квартиру, там поискать, — предложила она вариант. — Шрамову позвонить, Воронову. Наверняка хоть кто-то из них сможет подсказать, как его найти. — Тут Арина нахмурилась и покачала головой. — А вообще, надо бы и у подружек Марининых её поискать. Или может у них какая-то информация есть, где её искать. Дим, не отчаивайся, всё...
Она прервалась, когда услышала вибрацию телефона. На экране высветился номер Коробицына, и Гордеева тут же ответила:
— Слушаю, товарищ майор.
— Срочно к Завьялову! У нас тут в эфире движение началось.
Переглянувшись с Димой, она даже не задумалась о том, чтобы отправить его дожидаться вестей дома или оставить в кабинете. Они вместе дошли до кабинета подполковника и вошли. Поначалу на Рыжова никто даже не обратил внимания, а когда Николай Степанович всё же засёк его у дверей, то лишь махнул рукой, подзывая ближе.
«Наверное, решил в будущем заручиться через него помощью Геры», — подумала Арина и подошла к Завьялову, держащему в руках телефон с прямым эфиром.
Она посмотрела на экран и нахмурилась. Картинка на экране почти не изменилась, только на фоне появилась третья фигура. Одетая во всё тёмное, явно принадлежавшая мужчине. Арина не могла определить ничего особо детального, лишь то, что мужчина был высоким и стройным — пусть одежда и была мешковатой, ей удалось скрыть не все детали. Мужчина просто прохаживался из стороны в сторону, будто не имея никакой цели. В какой-то момент он подошёл к столу, на котором была закреплена камера, и взял с него телефон. Затем повернулся к камере спиной, а Гордеевой удалось заметить, что он стянул перчатку с правой руки. Какое-то время ничего не происходило, и если бы связанная женщина не пыталась шевелить руками, то можно было бы подумать, что картинка зависла. Но тут похититель повернулся к камере и положил телефон обратно на стол, и в этот же момент пискнул телефон Рыжова. Он тут же быстрым нервным движением достал его из кармана, надеясь, что это Марина дала о себе знать. Руки подрагивали, пока он деактивировал экран блокировки и листал уведомления. Голос сел, когда Дима тихо произнёс:
— Это от Джокера. «Рыжов, мне некогда с тобой разговаривать. Давай когда-нибудь потом». — Он посмотрел на присутствующих, затем медленно перевёл взгляд на эфир, где в кадре снова были только два персонажа: похищенные люди. Одновременные манипуляции с телефонами вызывали отрицание и неподдельный страх. — Это же совпадение, я надеюсь?
Скворцов свёл брови к переносице, на пару секунд отведя взгляд от экрана.
— Совпадение. Или наш похититель — это Джокер.