Глава 5.
— Раз уж мы решили поговорить по душам, скажи: почему ты стал таким? Но не говори, что выбора не было.
— Выбор есть всегда. И я свой сделал добровольно.
***
Арина сорвалась с места в тот же миг, как Скворцов закончил фразу. Не заблокировав ноутбук, не взяв с собой ни сумку, ни хотя бы телефон. Пролетела по длинному коридору, свернула к лестнице и поднялась на второй этаж, по дороге чуть не сбив человека, лица которого не успела рассмотреть — лишь бросила извинение через плечо. В кабинет оперов ворвалась без стука и вздохнула, держась за стену.
— Что? — Приблизившись к столу, остановилась рядом и посмотрела на экран компьютера, будто там крупными буквами был написан ответ.
В этот момент оперативники просматривали запись с камеры видеонаблюдения, которую, скорее всего, добыл Вьюгин, сидевший по другую сторону стола с напряжённым, но при этом и немного довольным видом. Бросив на Арину короткий взгляд, Скворцов зажал мышкой ползунок и отмотал запись буквально секунд на десять. На экране в верхнем углу мелькнула жертва, а следом за ней на небольшой скорости проехал тёмный внедорожник с тонированными стёклами и заляпанными номерами.
— Там дальше слепая зона и подворотня, больше ни на одной камере наша жертва не засветилась, — сказал Серёжа, когда отрывок закончился. — Но это точно то, что нам надо.
— Я туда уже съездил, — заговорил Вьюгин, посмотрев на Арину. — Темно, конечно, да и снега навалило, но я там несколько капель крови на стене нашёл. Эксперты сейчас там работают, надеемся на скорые результаты.
Гордеева кивнула и снова перевела взгляд на экран. Присмотревшись ко времени на записи, сделала в уме приблизительные подсчёты.
— Одиннадцать двадцать восемь... Примерно за час до начала эфира, то есть потенциально у нас есть время и место убийства. А машина?
— Засветилась на нескольких камерах, — ответил ей Скворцов, — до места, где труп нашли, окольными путями ехала, но всё же попалась. С номерами проблема — не видно, но хоть марка есть. Так что найдём.
— Ладно, это уже что-то, — на выдохе произнесла Гордеева, дослушав до конца. У них действительно появился шанс, хотя она и не сильно верила, что марка позволит им быстро найти преступников и заложников. Наверняка таких автомобилей по городу катается не меньше сотни, а ведь он может числиться вообще за пределами Питера или даже области. От подобных мыслей вера в успех уходила в минимум. — Что это вообще за машина?
— Джип Либерти две тысячи седьмого, — ответил ей Егор, а Серёжа в дополнение открыл ещё одну вкладку браузера, демонстрируя модель во всей красе. — Автомобиль старый, но состояние вроде как неплохое. Мы запрос в ГИБДД отправили, пока ждём список владельцев.
Тяжело вздохнув, Гордеева кивнула.
— Будем надеяться, что машину не снимали с учёта.
Время тянулось слишком медленно. В ожидании результатов опера ещё раз пересмотрели записи с камер и доложили обо всём Коробицыну, а Арина успела сбегать в свой кабинет и сделать то, что в спешке не стала перед уходом: выключила ноутбук и взяла вещи. Свою часть работы она уже выполнила, к сожалению, безрезультатно, и теперь собиралась подключиться к оперативникам. Благо, что-то всё же раскопать удалось.
Близилась полночь. Скворцов раз в несколько минут обновлял базу в ожидании ответа на запрос, но в ГИБДД не спешили. Арина задумалась о том, сколько вообще таких Джипов может быть на город в хорошем состоянии. Десять, двадцать или может даже целая сотня — она не так хорошо разбиралась в машинах, чтобы понимать, насколько ценен и хорош Либерти, чтобы поддерживать его на протяжение почти двадцати лет.
Майор сидел у себя за столом, монотонно щёлкая автоматической ручкой, а Окунев устроился на месте, которое выделили Марине с Ваней. В кабинете царила напряжённая атмосфера, из звуков лишь щелчки и тихое гудение компьютера. За полчаса никто не произнёс ни слова, общаясь исключительно вопросительными взглядами: Николай Степанович периодически смотрел на Скворцова, когда тот обновлял базу с запросом, а тот молчаливо качал головой — ничего. Гордеева замечала, как майор дёргался, порываясь что-то сказать или сделать, но останавливал себя. Возможно понимал, что криками делу не поможешь, да и без этого все держатся на последних нервных клетках.
Тишину разорвали стук в дверь и одновременное с ним бормотание Серёжи:
— Ну наконец-то.
В кабинет, не дожидаясь разрешение, быстро вошёл Артём. Взгляд спокойный, хотя руки заметно подрагивают, а в них планшетка с бумагами.
— Николай Степанович, кровь в подворотне точно нашей жертвы. — С порога начал он и положил бумаги на стол Коробицына. — Также экспертиза показала, что удар по затылку оказался смертельным, значит убили её именно там. Сам удар был нанесён скорее всего арматурой и с большой силой, а судя по траектории, убийца был значительно выше жертвы. На месте убийства орудия нет, значит нападавший увёз его с собой.
Молча выслушав его, Николай Степанович кивнул.
— Спасибо. Хорошо, двигаемся потихоньку. Серёж, что там с запросом?
Скворцов повернул голову, оторвавшись от данных на экране.
— Да... Тёмных Джипов Либерти в городе двадцать семь. Два из них в ремонте, а ещё один уже как два дня числится в угоне. В заявлении указано, что у автомобиля есть небольшая вмятина на правом крыле и несколько небольших царапин на правой передней дверце.
Качнув головой, Коробицын хмурился, но взгляд у него стал уже более воодушевлённым. Смотря на них в молчании, Арина почувствовала, что ей и самой становится легче. Они сдвинулись с мёртвой точки, они смогут во всём разобраться. Пусть информации совсем мало, а похититель так и не предъявил никаких требований, ничего не потеряно.
— Надо Роману Евгеньевичу сообщить, — пробормотал майор под нос, а потом чуть встрепенулся и встал со стула, собирая документы со стола. Нельзя идти к начальству в упадническом настроении, иначе подумает, что дело гиблое. — Скворцов, распечатай мне информацию по машине и скриншоты с камер, где жертва и автомобиль засветились.
Серёжа после короткого кивка сделал пару манипуляций над клавиатурой и отправил всё необходимое в печать. Стоя у стола Коробицына, Артём взглянул на Николая Степановича.
— Я был у подполковника десять минут назад. Он следит за эфиром, но пока он не возобновлялся.
Покачав головой, тот что-то тихо и неразборчиво ответил. Подхватив распечатки, вышел из кабинета, оставляя за спиной гробовую тишину.
Несмотря на то, что на часах уже за полночь, Арина и Серёжа решили прямо сейчас съездить к человеку, чья машина была угнана. Ожидали, что им могут не открыть, или даже послать куда подальше — да, сам за помощью обратился, но время всё же очень позднее. Когда они подъехали к нужному дому, Арина почувствовала вибрацию в сумке.
— Серёжа, ты иди, я сейчас тоже подтянусь.
— Окей, только не задерживайся.
Гордеева кивнула и достала телефон из внутреннего кармашка. Ожидая увидеть номер Коробицына или Завьялова, она удивилась, когда на экране высветилось «Дима Рыжов». Она хотела ответить ему по-быстрому и сразу пойти в квартиру, чтобы не тратить слишком много времени, но умом понимала, что вряд ли он стал бы беспокоить её в такое позднее время без крайне серьёзного повода.
— Да, Дим?
— Арина, привет, — раздался немного взволнованный голос. — Скажи, пожалуйста, а что у вас там такое серьёзное происходит?
Гордеева нахмурилась, сразу сообразив, что до Рыжова успела дойти информацие об их текущем деле. И наверняка Марина проболталась. Конфиденциальная информация, но «папе можно, папа помочь сможет». Сейчас Арину это немного злило, хотя буквально год назад она и сама бегала к Диме за помощью чуть ли не по каждому поводу. Тяжело вздохнув, она опустила голову и проговорила:
— Слушай, я понимаю, что Марина с тобой всем делится, но дело и правда очень серьёзное, и без разрешения Завьялова я не могу распространяться.
В трубке раздался громкий вздох, и Гордеева поняла, что Дима по-настоящему взволнован. И он подтвердил это в следующий же момент.
— Арина, я всё понимаю, но и ты меня пойми. Я просто хочу, чтобы с моим ребёнком всё было в порядке. Понимаю, вы все силы бросили на расследование, но Марины слишком мало опыта для такого. Если уж она в этом участвует, то пусть не бегает по городу одна.
Подняв голову, она сдвинула брови ближе к переносице, мысленно задаваясь вопросами. Неужели Солнцева всё же в тайне занимается этим делом? Или она обманула отца? Марина, конечно, может обманывать и действовать по собственной инициативе, но зачем ей говорить отцу, что она занимается серьёзным расследованием, если на самом деле её к нему не подключали? Мысли пронеслись в голове за считанные секунды, и в итоге Арина ответила, решив всё же немного успокоить Рыжова:
— Дим, Марину не подключали к расследованию. Как раз из-за её неопытности. Насколько знаю, у неё сегодня выходной, так что...
— Погоди, — остановил её Дима, в голосе которого проскользнули нотки недоверия и подступающей тревоги. — Но она мне написала, что сейчас на работе и занимается расследованием убийства и похищения.
Тут уж и сама Гордеева забеспокоилась. Ложь Марины пошла в обратном направлении, хотя раньше она старалась скрывать опасность от отца и не волновать его, если ей не требовалась его помощь. Что же теперь изменилось?