Напарники

PovМелани

Мы не дождались Трэвиса дома, из-за чего Филип начинал нервничать. Несмотря на это, мы вдвоём отправились в часовню, нарядившись в их традиционные белые костюмы.

Люди уже собрались, когда мы пришли. Также распределившись по группам, они о чем-то болтали, пытаясь скоротать время до начала службы.

—Мелани! — услышав, как меня окликнул женский голос, я обернулась, увидев Джиану.
Она стояла в кругу женщин, которые в данный момент все смотрели на меня.

—Что им от меня надо? — полушепотом спросила я, помахав рукой в ответ.

—Если ты подружишься с ними, то окажешься в курсе всех местных сплетен.

—А мне это надо? — я удивленно посмотрела на Моргена.

—Это надо нам, — он слегка подтолкнул меня в их направлении.

Женщины приветствовали меня улыбками.
Джиана, которая была с дочкой на руках, представила меня всем присутствующим.

—Это Лора, Шарлотта, Сидни и Хэйзэл, — женщина по очереди указывала на стоящих рядом подруг. Или сестер, как они называют себя.

Хэйзэл была самой молодой из них, может быть в возрасте тридцати лет. Стоя в своём белоснежном платье, она счастливо поглаживала свой округлившийся живот.

—Поздравляю! Какой срок? — спросила я, стараясь расположить их к себе.

—Уже шестой месяц. Это наш четвертый малыш, — мне пришлось приложить усилия, чтобы не показать выражение шока на лице. —Не волнуйся, у вас тоже обязательно всё получится.

—Да, мы сейчас как раз над этим усердно работаем, — мой ответ заставил компанию скромно посмеяться.

—Знаешь, мы сегодня после службы собираемся у меня дома, — сказала Джиана. —Присоединяйся к нам, если Филип не будет против.

Я обернулась, ища глазами Моргена, но он куда-то растворился в толпе.

—Уверена, он будет очень рад, если я найду здесь друзей.

—Мы больше, чем друзья. Мы семья, — Джиана положила свободную руку на моё предплечье, нежно поглаживая.

Раздался звон колокола, призывая всех занять свои места для молитвы. Люди выстроились в ряды, опускаясь на колени перед появившимся на выступе Таваресом. Только тогда я наконец смогла увидеть Филипа, и направилась к нему.

—Как успехи? — прошептал он, опускаясь на колени.

—Они пригласили меня сегодня на какую-то встречу.

—Я пойду с тобой.

—Там будут только женщины. Так что не думаю, что стоит.

Наш разговор был прерван внезапно появившимся и запыхавшимся Трэвисом. Он был одет в свою повседневную одежду, которая выглядела более мятой, чем обычно, и значительно выделялся среди толпы в белоснежных костюмах.

—Где ты был? — нервно спросил Филип, оглянувшись оценить, сколько людей вокруг обратили внимание на внешний вид Трэвиса.

—Это долгая история, — парень судорожно искал глазами кого-то в зале, и я заметила, как пересеклись их взгляды с нашей соседкой, которую я видела утром. Девушка сразу же опустила взгляд.
Что бы не сделал Трэвис, я очень надеюсь, что это не станет причиной наших проблем.

Время на службе тянулось нескончаемо долго. После десяти минут у меня отнимались колени, а после получаса я чувствовала, как моя поясница готова сломаться от неудобной позы. Однако сколько бы я не открывала глаза, все люди сидели неподвижно. За исключением только мам с маленькими детьми, которые периодически начинали плакать. Если честно, я прекрасно понимала этих детей. Мне тоже очень хотелось плакать в этой мрачной атмосфере душного помещения.

Всё закончилось спустя сорок минут от начала. Поднявшись на ноги, я чувствовала ноющую боль в коленях. Люди начали постепенно покидать часовню. Мы втроем вышли на свежий морозный воздух.

—Я буду всё время находиться через дом от дома Карменов. Ровно в десять позвоню в дверной звонок, — сказал Филип, напоминая, что сейчас мне предстоит увлекательное времяпровождение со взрослыми женщинами.

—Ты хочешь, чтобы я провела с ними два часа?

—Думаешь, мало?

—Фил, я не выдержу даже часа в компании мамочек, которые говорят только о своих «ангелочках», — прошептала я сквозь зубы, наклонившись поближе к нему.

—Голубка, ты ведь журналист, — Фил приподнял моё лицо за подбородок. —Ты знаешь, как направлять разговор в нужное русло. Я верю, что ты справишься.

Как я могла противостоять обаянию Филипа, который смотрел на меня взглядом, наполненным надеждой? Но в очередной раз поймала себя на мысли, что сомневаюсь, насколько он искренний со мной. Что, если он говорит это только потому, что ему это выгодно прямо сейчас?

Когда через двадцать минут мы сидели в гостиной Джианы и пили чай с миндальным печеньем, а на фоне играл старый патефон, я вдруг словно ощутила себя в эпохе двадцатых годов прошлого века. Картина называется «Домохозяйки собрались попить чай и посплетничать». Мне была такая ситуация даже на руку. Надеюсь, в такой неформальной атмосфере они смогут проболтаться. Главное, не проговориться самой.

—Мой Николас уже научился ползать, такой быстрый, весь в отца, — сказала Сидни с легкой улыбкой.

—А мои такие непоседливые, иногда не знаю, как с ними справиться. Помогает только изоляция, — продолжила тему детей Шарлотта.

—Изоляция? — повторила я, чтобы тоже создать видимость своего участия в разговоре.

—Да. Например, мой младший очень боится темноты. Когда он проказничает, муж закрывает его в кладовой без света.

О. Мой. Бог. Я чуть не подавилась своим чаем. Она это серьезно?

—Это правильно. Они должны понимать последствия своих поступков, — поддержала Шарлотту Лора.

—А сколько вашему младшему ребенку? — уточнила я, стараясь звучать как можно менее шокированной.

—Уже два с половиной, — гордо ответила молодая мама. Действительно, в два с половиной года уже пора быть посерьезнее.

—Девочки, нам лучше сменить тему нашего разговора. Думаю, Мелани не очень приятно, — Джиана вмешалась в их дискуссию.

—Ах, Мелани, — начала Шарлотта, — Извини нас. Конечно, мы знаем вашу проблему.

—Не беспокойтесь. Я в порядке, — ответила я, улыбнувшись. —Это совсем не больная тема для меня.

Как только я это сказала, мне захотелось ударить себя по губам. Я только что сама дала им волю развивать эту тему.

—Скажи, а как давно вы уже пытаетесь завести малыша? — спросила Хейзел, поглаживая свой живот. Интересно, она хоть когда-нибудь перестает его гладить?

—Эм... Год... Два года. Да, два года уже.

—Бедняжка, — она погладила меня по плечу, сочувственно склонив голову. Её ладонь потянулась к моей, взяла меня за запястье и накрыла моей ладонью свой живот. —Кто гладит животик, в скором времени становится мамой.

—Не знала такого, — ответила я, задержав руку на её животе ещё на пару секунд, и убрав. Я человек не суеверный, но лучше воздержусь.

—Ещё нужно отпить из чашки беременной, — добавила Шарлотта.

—Точно. Давай, Мелани, — Хейзел протянула мне свою наполовину наполненную чашку с чаем. —Сделай пару глотков.

—Мне кажется, это лишнее, —  моя брезгливость не позволит мне выпить из чужой кружки или есть чужой вилкой.

—Давай, — женщина буквально впихнула мне в руку свою чашку. —Это работает. Проверено уже не один раз.

Преодолев чувство отвращения, я сделала крошечный глоток.

—Спасибо, что вы так добры, — к горлу подступило чувство тошноты, которое я с трудом смогла подавить. —Меня поражает такое дружелюбное и заботливое отношение всех друг к другу в этом городке.

—Конечно. Мы ведь семья, —Джиана улыбнулась мне. —Мы всегда готовы помочь. Сегодня мы тебе — завтра ты нам.

—Вы живете в Вайтвуде всю свою жизнь? — спросила я.

—Да, — все женщины одновременно закивали головой. Значит, все они точно знают, что произошло здесь десять лет назад. Но как мне об этом их спросить?

—Наверно, чудесно, когда все живущие рядом люди знают друг друга. В городе, откуда я родом, соседи даже не здороваются.

—В Вайтвуде мы всем городом отмечаем дни рождения и свадьбы. Делим счастье и горе. У нас всё общее. У нас нет тайн.

Насчет последнего я очень сомневаюсь.

Вечер продолжался в том же русле. Сначала обсуждались рецепты, потом дети, советы по дому, и снова дети. Большую часть времени я молчала, потому что мне просто было нечего сказать. Однако я всем видом показывала свою заинтересованность. Это помогло расположить моих новых «подружек». Никогда бы не подумала, что буду сидеть в обществе взрослых женщин и обсуждать, как лучше жарить блины.

Боковым зрением я заметила, как со второго этажа спустился старший сын Джианы и скрылся за углом.

—Извините, я могу воспользоваться уборной? — спросила я, приподнимаясь с дивана. За полтора часа мои ноги так затекли, что сначала даже подкосились.

—Конечно. Прямо по коридору и налево, — ответила Джиана. —Маркус, проводи Мелани, пожалуйста, — крикнула она своему сыну.

Парень, внешне очень похожий на мужа Джианы, появился в дверном проеме, посмотрел на меня, развернулся и молча пошел вдоль по коридору. Я пошла за ним.

—Маркус, спасибо, — сказала я. Однако в ответ не услышала ни слова. Может, попробовать его разговорить? Он, наверняка, знает что-то об исчезновении своей сестры. —В каком ты уже классе?

Вместо слов мальчик показал на пальцах. Он в восьмом классе. После этого, он что-то ещё хотел объяснить мне на языке жестов. Я редко чувствую себя совершенно беспомощной, но сейчас как раз такая ситуация. Я абсолютно не знаю языка жестов. Заметив, что я его не понимаю, Маркус показал на свои губы и дал понять, что он не говорит.

—Ты не можешь говорить, но ты слышишь, что говорю я?

Он кивнул головой в знак согласия. После этого указал рукой на дверь ванной комнаты и ушел.

Это определенно было для меня потрясением. Ведь Филип рассчитывал пообщаться с ним, чтобы разузнать о пропавшей Элизе.

Когда я вернулась в гостиную, то рой женских голосов прервал дверной звонок. Мой взгляд упал на настенные часы. Ровно десять вечера.

—Наверное, Филип пришел за мной, — пояснила я.

—Понимаю. Мой муж тоже не любит, когда меня долго нет дома. Мне уже пора, — сказала Лора. За ней стали собираться и другие.

—Спасибо всем за такой душевный вечер, — прощалась я, надевая пальто.

—Мы были рады познакомиться с тобой поближе. Обращайся к нам в любое время! — Джиана крепко обняла меня на прощание.

Филип действительно ждал меня на улице. Вид был у него немного уставшим, но сосредоточенным. Мы попрощались со всеми и направились к машине.

—Ну что, есть новости? — спросил он, как только мы оказались в машине.

—Сын Джоаны немой. Ты не сможешь с ним пообщаться, только если не знаешь языка жестов.

—Что-нибудь ещё? —он сложил руки на руль, слушая меня внимательно и даже не трогаясь с места.

—Могу рассказать тебе лучший рецепт блинов. Хочешь? — с усмешкой произнесла я, но лицо парня осталось невозмутимым.

—Ты провела там почти два часа. И это всё, что ты узнала? — его тон был, мягко говоря, раздраженным.

—А что ты хотел? Я не могу спросить их в лоб «А куда у вас пропадают молодые девушки?». Все их разговоры были только о детях и о том, как вести домашнее хозяйство. Они даже заставили меня отпить из чужой кружки. Что за мерзость...

Филип никак не реагировал на мои слова. Молча завел машину и поехал в сторону дома.