38 глава
Pov Хиро
Три грёбанные недели я не виделся с Джо. Каждый день я надеялся на то, что она позвонит мне, скажет, что хочет чтобы я вернулся. Каждую секунду я проверял свой телефон. Я выглядел действительно жалко, ожидая от неё хоть какой-то вести. Моя новая подруга Ребекка пыталась меня всячески поддержать, предлагая разные методы. Но я видел лишь один метод. Алкоголь. Я заливал своё долбанное горе алкоголем.
В первые дни было ужасно паршиво.
В первый день, я каждую минуту думал о ней, об этой нелепой блондинке. С каждым глотком обжигающего алкоголя, я вспоминал какие-нибудь едва заметные мелочи. Никогда не думал, что буду скучать по таким мелочам, как её серые глаза, приоткрытые пухлые губы, светлые волосы, пахнущие персиком. Чёрт, я действительно глубоко повяз. Именно в эти первые дни, я хотел её, как никогда. Я жаждал её. Хотел сорваться, переступить через свою долбанную гордость, и начать всё с чистого листа. Но она сама решила всё оборвать. До сих пор не понимаю, как она так легко согласилась на то, чтобы я уехал. Немыслимо. Может я ошибался, когда решил, что она действительно полюбила такого психа, как я? Если я действительно ошибся, это окончательно меня добьёт. Хотя, а что вообще чувствую я? Любовь? Нет. Моя падшая душа не способна любить, никогда никого не полюбит. Тогда почему когда я с Джо, всё меняется? Я чувствую такое неописуемое чувство, что хочется блевать. Я грёбанный эгоист.
На второй день, я отвергал всё. Готов был разрушить всё на своём пути. Мои родители не могли понять причину моего гнева, и были, мягко говоря, в шоке. Я не мог им ничего рассказать, потому что сам всё отрицал. Как же это глупо. Убиваюсь по какой-то невинной девчонке. Я бы мог в любой момент поехать в клуб, и удовлетворить свои потребности. Но мне постоянно что-то мешало. Только Джо я и мечтал увидеть под собой. Мечтал о том, как она открывает дверь, что-то верещит, потом стаскивает с себя одежду и усаживается на меня сверху. Я бы почувствовал влагу, лёгкий холодок, и её дрожащее от возбуждения тело. Она бы долго скользила по мне, что-то шепча и водила бы своими пальцами по моему лицу и груди. Наконец, чуть приподнявшись, она бы мягкими толчками нанизывалась и принималась плавно на меня опускаться, отчаянно вереща от удовольствия. Чёрт, моя рука всё чаще стала опускаться на межножье из-за того, сколько раз я это представлял. Я схожу с ума.
На третий день я почувствовал себя пустым. Впервые я почувствовал, каково было тем девчонкам, с которыми я просто обрывал связь. Я просто уходил, не задумываясь о последствиях. Теперь мне пришлось прочувствовать всё на собственной шкуре. Это, наверно, и есть моё наказание. Одна мысль о том, что этот ублюдок Том её касается, обнимает, целует, и мне сразу сносит крышу. Очень жалею о том, что тогда не убил его. Но, как бы я этого не хотел, ради Джо, я бы этого не сделал. Она бы тогда ко мне вообще не подошла. Думаю, она даже сейчас ко мне и на метр подходить не хочет.
В остальные дни, я почти не задумывался о Джо. Мне было всё равно. Я почти всю жизнь был один, и привык к этому, поэтому постепенно привыкать заново, было не так уж и сложно. Иногда в нашей жизни бывают большие потери, и с этим следует смириться. На самом деле, я пытался. Сначала всё было хорошо, я действительно стал безразличен к ней. Но позже, всё опять пошло прахом. От родителей я узнал, что мама Джо собирается к нам на ужин. Я даже не надеялся на то, что она возьмёт с собой свою дочь. Да, признаю, я был бы не против увидеть её здесь, но эти надежды всё равно оставались для меня ложными. Весь день я решил провести с романом «Тэсс из рода д'Эрбервиллей». Всегда скрывал от людей то, что увлекаюсь классикой. Наше поколение просто не понимает смысл старых потёртых книг.
Я настолько окунулся в омут этого безжалостного романа, что даже не заметил, как время летело со скоростью света. Внезапно дверь в мою комнату открывается, и мой рот сам по себе раскрывается от удивления.
— Джо? — начинаю разговор я. — Ты что здесь делаешь?
— Спустись, пожалуйста. Тебя родители зовут ужинать, — проигнорировав мой вопрос, вижу как её взгляд устремляется на мою книгу, и ухмыляюсь. Не такие уж мы и разные, моя дорогая Джо.
Выхожу из комнаты, и следую по лестнице сразу за Джо. Кидаю свой взгляд на её чёрное обтягивающее платье, и в штанах становится жутко тесно. Чёрт. Если она ходила в таком платье к Тому, я клянусь, придушу его сразу. Мне еле-еле хватает сил, чтобы не прижать её к стене на этой долбанной лестнице.
Когда мы наконец спускаемся, я застаю маму.
— Мам, зачем мне здесь сидеть? — взглядом умоляю мать отпустить меня с этого ужина и замечаю, как Джо кидает на меня взгляды. Замечательно.
— Просто поешь, будь культурным хоть раз в жизни, — стебёт меня мать, и я слышу смешок блондинки. Вот чертовка. Направляю на неё взгляд, и она заливается краской. Как же я скучал по этому.
Всё оставшееся время мы просто едим. Наши мамы бормочут что-то о своём, а я всматриваюсь в такие забытые черты Джо. Она выглядит безумно сексуально. Почему именно сегодня она решила надеть это шикарное платье, а не обычную растянутую футболку с джинсами? Точно подразнить меня решила. В мои мысли лезут всякие пошлости, но я их сразу прогоняю, потому что замечаю, что я чересчур долго смотрю на Джо.
— Сейчас принесу десерт, — сообщает нам моя мать, уходя на кухню.
Быстро достаю свой телефон из кармана, и начинаю печатать сексуальной блондинке.
«Ничего не хочешь объяснить?» — отправляю я, следя за её реакцией. Она выгибает бровь, и сразу же принимается печатать.
«Нет, и не надо мне писать.» — приходит мне ответ, и я начинаю ухмыляться. Да я уверен, что за эти проклятые три недели, она хотела со мной поговорить.
«Кто-то не отвечает за свои слова. Я знал, что ты придёшь.» — от части вру я, отправляя сообщение. Реакция Джо бесценна. Вижу, как к щекам начал подступать румянец. Она злится.
«Не надейся, я здесь только ради матери. Наш уговор всё ещё в силе.» — её ответ вызывает у меня чувство ярости, и я крепко сжимаю свой телефон. Ладно, один-один, моя дорогая Джо. Я посмотрю как ты громко запоёшь, когда я..
— Ну что, а вот и десерт, — прерывает меня мама с моих пошлых мыслей, зайдя на кухню с большим подносом чего-то вкусного. Неожиданно споткнувшись, мама опрокидывает всё содержимое подноса на мою одежду. Сказать, что я в шоке - ничего не сказать. Да и у других лицо не лучше. — О боже, сынок, прости меня!
Мать хватает салфетки, пытаясь оттереть пятно, но она делает только хуже, размазывая пятно по всей рубашке. Слышу смешок Джо.
— Я пойду застираю рубашку.
Моя мама согласно кивает, и я направляюсь в ванную. Вот моя мама, конечно, учудила. Зато хотя бы разрядили тухлую обстановку. Я уже не мог пялится на Джо, всё время просто сидев за столом. Когда я наконец захожу в ванную, снимаю рубашку и начинаю её застирывать. Остатки чего-то, больше похожего на пирожное, чересчур сильно прилипли к моей любимой рубашке. Вот блин. Я ещё и переодеться не взял.
— Хиро? — дверь распахивается, и на пороге стоит Джо. Моя улыбка становится всё шире и шире. — О боже, прости! — она пытается развернуться и уйти, но я хватаю её за запястье, прижимая к холодной раковине.
Не понимаю, что мной движет, но мне очень нравится.
— Что ты делаешь? — направляю свой взгляд на её полуоткрытые губы, и уже не могу ждать. С силой впиваюсь в её сладкие губы, и неожиданно издаю стон.
***
Pov Джо
Его губы страстно впиваются в мои, и я издаю лёгкий стон. Мне действительно не хватало этих ощущений. Как же я скучала по ним.
— Хиро, остановись, — шепчу я ему прямо в губы, но продолжаю его целовать.
— Я не могу, — его руки блуждают по моему телу, тем самым передавая мне какой-то электрический разряд. — Я так скучал по тебе.
Снова издаю стон, и начинаю жутко краснеть. Не хочу вот так просто нырнуть с ним в этот омут страсти. Не хочу его прощать, но сердце говорит обратное.
— Прости меня, я такой мудак, — улыбаюсь сквозь сладкий поцелуй. Как же я люблю его. Он спускается все ниже, явно оставляя на шее и ключицах яркие засосы. — Пусть этот придурок увидит, что ты принадлежишь только мне. Это ведь так?
— Так, — отвечаю я, и он ухмыляется. Я не могу ему врать, тем более, он сам знает ответ.
— Ты специально надела это сексуальное платье, чтобы подразнить меня, я знаю это, — он опускает лямку платья вместе с бретелькой лифчика, продолжая свою нежную атаку. — Ты бы знала, как я хочу тебя. С каждым днём этих трёх ужасных недель, я хотел тебя всё больше и больше.
Его слова заставляют расцвести что-то ниже живота, и я таю. Даже сейчас, когда мы не в лучших отношениях, я готова отдаться ему полностью. Пусть это случится. Я тоже его хочу, причём ещё с первого дня, на чёртовом занятии по математике. Даже если буду завтра об этом жалеть, я буду знать, что это случилось с тем человеком, которого люблю по-настоящему.
— Пошли к тебе в комнату, — шепчу я ему прямо в губы, и он отрывается.
— Что?
— Ты слышал.
— Ты уверена?
— Да, пошли, — он снова показывает свою коварную ухмылку и, быстро меня чмокнув, подхватывает меня на руки.
— Хочешь сделать это, когда наши мамы сидят внизу? — забыв про рубашку, он относит меня к себе в спальню, мягко положив на кровать. — Ты чертовски испорченная девчонка, Джо.
— У меня были хорошие учителя, — ухмыляюсь я, а Хиро продолжает меня целовать. При мысли о нашем уединении, моё тело покрывается мурашками.
— Ты такая сладкая, и такая моя, — о боже, его слова начинают на меня очень странно действовать. Он расстёгивает молнию на моём платье, и начинает медленно его стягивать.
— Хиро.. — тихо и возбужденно тяну я, кусая губами края подушки. Я схожу с ума от этих чувств, сравнимых со сладким пленом. Хочется всегда чувствовать его рядом, всегда, всегда, всегда и быть лишь с ним одним, произнося, будто в бреду лишь одно нежное-нежное имя, потому что другие — чужие, не мои, никто мне кроме него не нужен.
Мои глаза следят за его движениями. Когда он полностью снимает с меня платье, ему открывается вид на моё нижнее бельё, которое он не раз видел. Я замолкаю и смотрю на его до боли желанные губы. Вытягиваюсь чуть вперёд, касаясь его лица руками, и нежно целую, чувственно и медленно. Он отвечает, не смея мне отказать. Дневная злость и ревность уступает место разгоревшейся в наших сердцах страсти, и нам плевать на всё вокруг. Я тяну его за собой, вытягиваясь, лишь бы не лишать его ласк. Он покорно следует за мной. Я притягиваю его ближе к себе, как удав, оплетая его шею руками, углубляю поцелуй, чтобы чувствовать друг друга без остатка, потому что иначе нельзя. Касаюсь спиной холодной кровати, притягивая парня за собой. Я чуть отстраняюсь от его губ и поднимаю на него свои глаза. По его глазам вижу, что он волнуется.
Когда Хиро заводит руки за мою спину, я выгибаюсь, чтобы ему было легче снять лифчик. Ловкое движение его пальцев и ткань больше не является между нами преградой. Он начинает опускаться всё ниже, а мое дыхание становится более учащённым. Я начинаю нервно хвататься за простыни.
— Не волнуйся, я буду с тобой очень нежен, — я действительно хочу ему верить. Он целует меня в губы, возвращаясь на прежнее место.
Приподняв мои бёдра, Хиро снимает с меня нижнюю часть белья.
— Чёрт, ты такая влажная, — издаю стон, а на моё лицо будто выливают ведро красной краски. Парень оставляет поцелуй на моём плоском животе, но его рука опускается всё ниже к самому чувствительному месту. Я чувствую нежное покалывание – и неожиданно Хиро пропускает разряд через все мое тело.
— Боже, — выдыхаю я.
— Всё в порядке? — интересуется он, и я киваю. Провожу ладонью по его щеке. Пальцы чувствуют идеально ровные скулы. Боже, он хорош. Хорош, чёрт побери. С каждым разом, Хиро всё больше сводит меня с ума, заставляя желать его всем телом без остатка. Теперь когда он дотрагивается языком до самого чувствительно места, я пытаюсь прикрыть свой рот рукой, чтобы наши мамы не услышали моих громких стонов.
— Чёрт, Хиро, я не могу больше ждать, — взмолилась я.
— Как же я счастлив, что наши мнения совпадают, — прошептал он, впиваясь в мои губы. Я услышала, как что-то зашуршало, очень похожее на фольгу, и страх на мгновение сковал мои лёгкие, но когда Хиро прошептал мне на ухо, что всё будет хорошо, я успокоилась.
— Моя дорогая Джо, — нежно проговорил Хиро, после чего я почувствовала давление между ног. — Доверься мне.
И я действительно доверилась. Доверилась целиком и полностью.
Удобно устроившись между моих ног, Хиро взял меня за руку, переплетая наши пальцы, снова нежно меня поцеловал и резко вошёл, хрипло выдохнув. Во мне будто что-то скоропостижно порвалось, и я вскрикнула, закусив от боли губу, боясь, что могу прокусить её до крови. Но Хиро не позволил мне это сделать, заняв мои губы поцелуем. Я почувствовала, как пару слезинок скатилось по моим щекам. Оторвавшись от моих губ, Хиро с сожалением посмотрел на меня.
— Боже, Джо, ты такая узкая и влажная, что это просто сносит мне крышу. Мне остановиться?
Я отрицательно качаю головой, но в подсознании понимаю, что это действительно больно так, как это описывают. Хиро снова вошёл в меня, но уже не так резко, и я очень благодарна ему за это. Вместо дискомфорта пришло что-то новое: что-то приятное, что-то такое, от чего я не смогла сдержать стона. Это ощущение проходилось по телу, словно заряд электрического тока. Я застонала, когда Хиро укусил меня за шею, снова толкнувшись вперёд.
— Боже, — выдохнула я, явно оставляя на его спине яркие следы от ногтей. Я не думала, что это может быть настолько приятно.
— Это всего лишь я, — ухмыльнулся Хиро, проведя дорожку из поцелуев до моего уха. Я зарылась в его шелковистые волосы, мягко оттягивая их. — С тобой так хорошо, детка.
Снова толчок.
— Хиро, я больше не могу, — прохныкала я, целуя его в щеку.
— Что ты не можешь? — он прекрасно знал, но хотел, чтобы я призналась сама. — Признай, что теперь ты принадлежишь мне, и тогда я, может быть, выполню твою просьбу.
— Это обязательно? — выдохнула я, потянув его за волосы.
— Да, — прошептал он мне на ухо. — Я хочу чтобы ты поняла, что принадлежишь только мне. Никакой сопляк вроде Тома не сможет тебя у меня отнять. Если он ещё хоть на метр к тебе подойдёт, я ему голову проломлю. Скажи, что ты моя, и принадлежишь только мне.
— Боже, Хиро, — простонала я, проведя ногтями по его спине.
— Скажи.
— Я только твоя, и принадлежу только тебе, — выдохнула я. — Теперь я полностью твоя. Я стала твоей, как только ты в первый раз поцеловал меня. А теперь, черт возьми, заставь меня кончить.
— Черт, Джо, боюсь, я больше не выпущу тебя из своей спальни. Ты нужна мне, — процедил Хиро, после чего укусил мою мочку уха, что окончательно довело меня. Громко вскрикнув, я почувствовала, как в моей теле что-то взорвалось, лишая меня рассудка. Закрыв глаза, я крепко прижалась к Хиро, пока мое тело сотрясала дрожь. Парень застыл во мне, хрипло дыша мне в шею, после чего вышел, заставив меня открыть глаза. Наши взгляды встретились, и он поцеловал меня в лоб.
— Я люблю тебя.