Месть Гарфилда / 加菲猫复仇记

Ю Бо сидел дома и никуда не выходил, потому что его лицо было расцарапано. Травма была не настолько серьёзной, просто царапины находились в очень неудачном месте. Все, кто видел его, спрашивали, не женщина ли это с ним сделала, и Ю Бо это очень раздражало.

Он нашёл несколько женщин, которые составляли ему компанию дома. Там же, в рабочем кабинете, решались все рабочие вопросы. Сегодня он внезапно устал от компании этих женщин. В памяти сразу всплыл образ симпатичного мальчика, которого он видел рядом с Ли Чжэньжанем несколько дней тому. Он даже не знал имени Ли Чжэньжо, просто попросил кого-то найти ему красивого мальчика.

С самого начала Ю Бо выглядел свирепым, но с этими царапинами на лице его внешний вид стал ещё более свирепым.

Мальчик, крепко зажмурившись и не произнося ни слова, лежал на кровати.

Ю Бо был недоволен, поэтому отвесил ему пощёчину и велел широко открыть глаза. Если бы мальчишка осмелился моргнуть, он бы отвесил ему ещё одну пощёчину.

После, когда Ю Бо наигрался, он перевернулся и слез с мальчика, лёг рядом и через некоторое время уснул.

Он не понял, когда именно заснул. Ему начали сниться кошмары, как будто большой камень давил ему на грудь, мешая ровно дышать. Ю Бо изо всех сил пытался проснуться. Когда он открыл глаза, то увидел в темноте что-то, сидящее на его груди и смотрящее на него светящимися глазами.

Его глаза расширились от ужаса, и когда он понял, что это кот, то не смог сдержать крик.

Ю Бо ещё не полностью проснулся. Он махнул рукой, чтобы отбросить сидящего на груди кота, но его рука промахнулась, ничего не задев.

Когда он снова внимательно посмотрел туда, где был кот, то понял, что кот, только что сидевший у него на груди, исчез. И только внезапно пропавшее чувство давление давало понять, что кто-то всё же на его груди сидел.

Ю Бо почувствовал, что он начал бояться кошек. Он даже не осмеливался встать и поискать кота, просто криком позвал своих людей.

— В доме кот, — сказал он, — я хочу, чтобы вы нашли его.

Несколько его подчинённых переглянулись, думая, что у Ю Бо уже ум за разум зашёл. Кто-то сказал:

— Откуда здесь взяться коту? Вам приснился кошмар?

Ю Бо сердито швырнул подушку на землю.

— Я же сказал тебе искать! В чём проблема?!

Тогда несколько человек включили свет и обыскали каждый угол комнаты в поисках кота, о котором говорил Ю Бо, но ничего не нашли.

Кто-то подошёл к окну и открыл шторы. Он увидел щель в окне и спросил:

— Босс, вы держите окна открытыми по ночам? Может, он сбежал через окно?

Ю Бо сам этого не знал. Он протянул руку и ущипнул себя за лоб. Ему всегда казалось, что с котом было что-то не так. Хоть сейчас было темно, и он не мог ясно разглядеть кота, но в глубине души чувствовал, что это тот самый кот, что расцарапал ему лицо в прошлый раз. Внезапно появился и так же внезапно исчез.

Он вздрогнул и сказал:

— Я хочу сменить комнату!

Даже сменив комнату, Ю Бо всё равно плохо спал в ту ночь. Ему снились кошмары один за другим. Самым ужасным был тот, в котором ему снился кот, сидящий на подоконнике и смотрящий на него. Как только он сел, кот набросился на его лицо, мгновенно его разбудив.

Несколько дней спустя Ли Чжэньжань позвонил Ю Бо и попросил его встретиться и поговорить.

Сначала Ю Бо не воспринимал это всерьёз и планировал сразу отказать, но Ли Чжэньжань сказал ему:

— Вам больше не нужна эта линия контрабандных автомобилей в Наньхае?

Ю Бо был застигнут врасплох.

— Что ты сказал? — спросил он.

Ли Чжэньжань улыбнулся и сказал:

— Господин Ю, давайте встретимся и поговорим.

Состояние Ли Цзянлиня не становилось лучше, а, напротив, ухудшалось со временем.

Ли Чжэньтай сидел у кровати и читал ему план приобретения четырёх мебельных фабрик, который Ю Бо дал ему.

Ли Цзянлинь лежал на кровати с закрытыми глазами. Его губы были сухими и шелушились, а лицо было необычно красным из-за лихорадки. Неизвестно, слышал ли он, что говорил ему Ли Чжэньтай.

Прочитав, Ли Чжэньтай отложил план и сказал Ли Цзянлиню:

— Отец, я думаю, что этот проект сотрудничества очень ценен, что ты думаешь?

Ли Цзянлинь с трудом открыл глаза и посмотрел на него. Ли Чжэньтай положил перед Ли Цзянлинем гарантийный контракт и протянул ему ручку.

— Отец, это гарантийный контракт. Пожалуйста, подпиши его для начала.

Держа ручку в руке, Ли Цзянлинь долгое время не двигался с места. Ли Чжэньтай сел рядом с кроватью, поставил стакан с соломинкой перед ним и дал ему сделать глоток воды.

Затем Ли Чжэньтай сказал:

— Это инвестиция, и она ко всему прочему поможет третьему брату решить проблему. Когда это сотрудничество окажется успешным, третьему брату не придётся прятаться, он сможет вернуться, чтобы навестить тебя. Я также позвоню второму брату и скажу ему, чтобы он не злился на тебя, хорошо?

Ли Цзянлинь моргнул, по-видимому, неспособный разглядеть конкретное содержание контракта.

Ли Чжэньтай уважительно сказал:

— Я тебе это прочту.

Возможно, Ли Цзянлинь устал. Он покачал головой, сжал ручку и дрожащей рукой поставил подпись внизу контракта. Затем закрыл глаза, лёг на спину и уронил ручку на пол.

Ли Чжэньтай с удовлетворением посмотрела на подпись на контракте и сказал Ли Цзянлиню:

— Отец, пожалуйста, хорошо отдохни. Я попрошу доктора Лю прийти и прописать тебе жаропонижающее.

Сказав это, Ли Чжэньтай взял контракт и вышел.

Как только он вышел, сразу попросил медсестёр и врача зайти и позаботится о Ли Цзянлине, а затем заметил Чжу Кая, сидящего на подлокотнике дивана и смотрящего в свой телефон.

Увидев, что он вышел, Чжу Кай поднял голову, посмотрел на него. Заметив контракт в его руке, он сказал:

— Обман удался? Поздравляю?

Ли Чжэньтай, не скрывая улыбки, подошёл к Чжу Каю.

— Разве ты его не ненавидишь? Я помогаю тебе отомстить.

Чжу Кай непонимающе взглянул на него:

— Кто сказал тебе, что я его ненавижу?

— Если ты не ненавидишь его, почему ты помог мне взять образец крови четвёртого брата, чтобы сделать тест на отцовство? — спросил Ли Чжэньтай. — Ты ведь прекрасно знал, что последствия сильно ударят по нему.

— Не желать, чтобы ему было хорошо, вовсе не то же самое, что ненавидеть его, — сказал Чжу Кай. — Но ты, единственный сын, оставшийся рядом с ним, в итоге получил «Юньлинь», и всё равно портишь жизнь своему старику и вещи своей семьи. Тебе не кажется, что у тебя что-то с головой не в порядке?

На лице Ли Чжэньтая на мгновение отразилась злость.

— Он до сих пор не составил завещания, никто не знает, кому в итоге достанется «Юньлинь». Ты веришь, что он отдаст «Юньлинь» мне? Он ждёт второго брата, чтобы изменить своё решение!

Самая большая доля «Юньлинь» всё ещё находилась в руках Ли Цзянлиня. У него было больше акций, чем у трёх братьев вместе взятых. Если бы по завещанию Ли Цзянлиня акции, которые находились в его руках, перешли Ли Чжэньжаню, это действительно был бы последний раз, когда Ли Чжэньтай контролировал «Юньлинь».

Чжу Кай внезапно ступил на диван обеими ногами, обнял колени и спросил Ли Чжэньтая:

— Он скоро умрёт?

Услышав это, Ли Чжэньтай смягчил выражение лица и сказал:

— О чём ты говоришь? Отец проживёт долгую жизнь.

С этими словами он взял пальто, висевшее за дверью.

— Я хочу вернуться в компанию и подготовиться к завтрашнему совету директоров.

Чжу Кай прижался к дивану и не двигался. После того, как Ли Чжэньтай открыл дверь и вышел, Чжу Кай заметил матушку Ван, стоящую в столовой.

Она смотрела на них со слезами на глазах. Наконец она поспешила к дивану, взяла трубку и позвонила Ли Чжэньжаню.

К сожалению, звонок не прошёл, поэтому она поспешила набрать ещё один номер. На этот раз она звонила сыну.

Ожидая соединения, она продолжала тихо бормотать:

— Дети, как вы могли так поступить?

Чжу Кай заметил, как из её глаз полились слёзы.

На следующий день состоялось заседания правления «Юньлинь».

Ли Чжэньтай был в приподнятом настроении. Он стоял перед зеркалом в полный рост в туалете кабинета и поправлял галстук.

Снаружи помощник Гао Ци помогал ему организовать материалы сегодняшней встречи.

Так называемая компания Ю Бо, по сути, была подставной компанией, которую Ли Чжэньтай попросил Юэ Цзыцзя создать в партнёрстве с Ю Бо от её имени, намереваясь занять средства под гарантию «Юньлиня». Будь у него достаточно времени, Ли Чжэньтай даже хотел потихоньку поглотить «Юньлинь» и объединить всё в собственную компанию.

До сих пор он считал, что Ли Цзянлинь не оставит ему «Юньлинь». Вместо того, чтобы ждать приговора, было бы лучше принять решение заранее и подстелить себе соломку.

Но всё оказалось проще, чем он планировал. Он не ожидал, что Ли Цзянлинь будет настолько болен, что даже те шаги, которые он предпринял для воплощение идеального плана, будут пропущены.

Ли Чжэньтай глубоко вздохнул и сказал Гао Ци:

— Приготовься к встрече.

Затем он взял на себя инициативу и пошёл в конференц-зал.

Поскольку сейчас он являлся исполняющим обязанности председателя компании, он, естественно, должен был прибыть на заседание совета директоров последним. Секретарь совета директоров открыл перед ним дверь конференц-зала. Ли Чжэньтай вошёл с высоко поднятой головой, но первым человеком, которого он увидел, был Ли Чжэньжань, сидевший в первом ряду.

Ли Чжэньтай замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.

— Второй брат?

Сказав это, он увидел Ли Чжэньцзы, сидящего рядом с Ли Чжэньжанем.

Ли Чжэньцзы улыбнулся ему.

— Старший брат.

Ли Чжэньтай посмотрел на них как можно более спокойно.

— Когда вы вернулись?

Ли Чжэньжань подождал, пока Ли Чжэньтай сядет на место председателя, прежде чем сказать:

— Это же совет директоров компании. Как акционер и директора, мы должны присутствовать, не так ли?

Ли Чжэньтай положил руки на стол и поджал пальцы.

— Отец знает?

Ли Чжэньжань засмеялся, услышав это.

— Конечно, отец знает. Как ты думаешь, в компании есть что-то, о чём отец не знает?

Выражение лица Ли Чжэньтая внезапно слегка изменилось.

В это время вошёл Гао Ци. Он положил материалы встречи перед Ли Чжэньтаем и прошептал:

— Вы можете приготовиться к началу.

Ли Чжэньтай внезапно почувствовал себя немного сбитым с толку. Он открыл информацию на рабочем столе и долго читал её, но не понял ни одного слова. Он почувствовал, что что-то могло пойти не так, иначе Ли Чжэньжань и Ли Чжэньцзы, которые не появлялись долгое время, не пришли бы сюда.

Хотя это так называемое постановление совета директоров, Ли Цзянлинь владеет большинством акций «Юньлиня» и, говоря прямо, дела «Юньлиня» принадлежат Ли Цзянлиню. Даже если это постановление совета директоров, оно должно быть подписано им лично, чтобы вступить в силу. Теперь, когда у него есть гарантийный контракт, подписанный самим Ли Цзянлинем, даже если Ли Чжэньжань и другие выступят против, это не будет иметь никакого эффекта.

Подумав об этом, Ли Чжэньтай немного успокоился.

Ли Чжэньжань рядом с ним напомнил ему:

— Старший брат, не хочешь объявить о начале?

Ли Чжэньтай внезапно пришёл в себя, поднял голову и сказал:

— Сегодняшнее заседание совета директоров официально началось.

Они продолжали следовать повестке заседания, но Ли Чжэньтай был рассеян. Первоначальное самодовольство уменьшилось на семь или восемь пунктов. Он немного повозился, отпил чай из стоящей рядом чашки, а затем грубо прервал совещание, чтобы попросить работника подойти и налить ему воды.

Когда дело дошло до последнего пункта, Ли Чжэньтай объявил о плане гарантированных инвестиций, составленных «Юньлинем».

Ли Чжэньжань не услышал, что он сказал, и спросил:

— Почему это не было одобрено советом директоров?

— Это план отца, — сказал Ли Чжэньтай. — Он дал мне его для выполнения. Третий брат должен знать.

Ли Чжэньцзы опустил взгляд и ничего не сказал.

Услышав это, Ли Чжэньжань спокойно сказал:

— Правда? Почему бы тебе не спросить отца?

Как только его голос затих, дверь конференц-зала открылась, и Хуа Ибан медленно вкатил внутрь инвалидное кресло, в котором сидел Ли Цзянлинь.

Ли Чжэньтай вздрогнул, медленно встал и позвал:

— Отец?

Лицо Ли Цзянлиня всё ещё было нездоровым и бледным, но было видно, что он в полном сознании. Он бесстрастно взглянул на Ли Чжэньтая и не ответил ему.

Хуа Ибан продолжил подталкивать Ли Цзянлиня к месту председателя. В то же время кто-то подошёл и передвинул кресло Ли Чжэньтая обратно на то место, где он должен был сидеть.

Ли Чжэньтай пристально смотрел на Ли Цзянлиня, учащённо дыша.

Однако у Ли Цзянлиня, похоже, не было сил много говорить. Он сказал Ли Чжэньжаню:

— Ты можешь говорить.

Затем Ли Чжэньжань встал и взял коробку с файлами у Су Яо, которая вошла следом за Хуа Ибаном. Он открыл коробку с файлами, вынул часть материалов и, бросив их на большой овальный стол для переговоров, сказал:

— Ли Чжэньтай попросил председателя совета директоров подписать договор поручительства, название кредитной компании — «Синьшэн», зарегистрированные акционеры — Юэ Цзыцзя и Ю Бо. Госпожа Юэ Цзыцзя — любовница моего старшего брата Ли Чжэньтая.

С этими словами Ли Чжэньжань достал две фотографии и бросил их на стол. На них тайно были запечатлены Ли Чжэньтай и Юэ Цзыцзя в момент близости.

Остальные документы представляли собой регистрационную информацию компании «Синьшэн».

Ли Чжэньжань сказал:

— «Синьшэн» всё ещё остаётся подставной компанией. Кредит, гарантированный «Юньлинь», станет её первым капиталом. Я попросил Ю Бо рассказать о деталях плана. Средства будут использованы для покупки небольшого количества мебельных фабрик на грани закрытия. Неудивительно, что Ли Чжэньтай планирует перепродать эти мебельные фабрики «Юньлинь» по высокой цене, чтобы добиться недобросовестной передачи средств.

Ли Чжэньтай внезапно встал и сказал:

— Не плюй кровью[1], чтобы обидеть меня!

[1] «Извергать кровь» 血口喷人 xuè kǒu pēn rén — устойчивое выражение, означающее использование злых слов для клеветы или оскорбления других.

Ли Чжэньжань достал записывающую ручку и швырнул её прямо перед Ли Чжэньтаем.

— Есть запись нашего с Ю Бо разговора. Хочешь послушать её?

Лицо Ли Чжэньтая побледнело.

— Как насчёт того, чтобы я предоставил больше доказательств, подтверждающих ваши с госпожой Юэ отношения? — сказал Ли Чжэньжань и, наклонившись к уху Ли Чжэньтая, добавил, понизив голос: — Может, попробовать раздобыть несколько видео постельных сцен?

Ли Чжэньтай закрыл глаза и глубоко вздохнул. Когда он открыл глаза, он увидел, что все в конференц-зале смотрят на него: все они, с фамилией Ли или нет, относились к верхушке «Юньлиня». Никто из них не злорадствовал и не смеялся, напротив, у всех были сложные взгляды, а в глазах некоторых из них он даже увидел сочувствие.

Наконец он повернулся к Ли Цзянлиню.

Ли Цзянлинь молчал с тех пор, как передал право говорить Ли Чжэньжаню. Когда он увидел, что Ли Чжэньтай смотрит на него, он сказал:

— С сегодняшнего дня Ли Чжэньтай будет освобождён от всех своих обязанностей в «Юньлине».

— Отец! — крикнул Ли Чжэньтай.

Он начал паниковать и внезапно потянулся, чтобы схватить документы со стола.

— Ты подписал контракт своими руками! Я не заставлял тебя! — сказал Ли Чжэньтай Ли Цзянлиню.

Казалось, он знал, что у него нет выхода, поэтому просто ухватился за последнюю соломинку и без колебаний нанёс удар Ли Цзянлиню.

Ли Чжэньжань, стоявший рядом с Ли Чжэньтаем, положил руку ему на плечо.

— Старший брат, внимательно посмотри, что ты держишь в руках.

Ли Чжэньтай опешил. Он опустил голову, открыл папку с документами, но контракта в ней не нашёл. Он начал торопливо в ней рыться, документы разлетелись по полу. Наконец он поднял голову и посмотрел на Гао Ци.

В этот момент Гао Ци молча отвернулся.

Ли Чжэньтай с грохотом отбросил папку, повернулся, чтобы посмотреть на Ли Чжэньжаня, и сказал:

— Вы давно замышляли заговор против меня. Вы ждали сегодняшнего дня, не так ли?

Ли Чжэньжань мягко сказал ему:

— Не только я наблюдал за тобой. Отец тоже наблюдал за тобой. Знаешь, Лаоцзы сказал: если вы хотите что-то отдать, вы должны это крепко держать; если вы хотите что-то забрать, вы должны это отдать. Отец прочитал так много книг, и то, что происходит в его голове, гораздо сложнее, чем мы с тобой думаем.

Сказав это, Ли Чжэньжань легонько похлопал Ли Чжэньтая по лацкану и вернулся на своё место, чтобы сесть.

В конце концов, Ли Цзянлинь просто мягко объявил, что заседание окончено, а затем попросил Хуа Ибана вывезти его.

Ли Чжэньтай долго стоял, затем поспешил за ним и закричал:

— Отец, я был неправ!

Ли Цзянлинь проигнорировал его. Он плохо себя чувствовал, поэтому его отправили прямо в дом Ли.