Бывший моей сестры [18+]

Украдкой посматриваю на девушку рядом. Она затуманивает чувства до такой степени... Постоянно забываю, что должен быть в ярости... убийственной. И да помогут мне небеса, как только ко мне вернется состояние здраво мыслить, решу вопрос с Марией Варнас. Урок, который ей будет трудно забыть всю жизнь.

Но сначала я разберусь с Софией Гёршт, охотно выжму правду до последней крупицы из лживого рта и положу конец безумию раз и навсегда.

Мне хочется защитить Еву, которая внезапно становится жертвой злобных и лживых людей.

Что-то определенно произошло пять лет назад. Что-то, о чем знают только София и Ева. И мне нужны ответы... А поскольку Ева молчит, остается ее сестра.

Глушу машину на стоянке перед домом Софи. Ева вздыхает и проводит рукой по волосам, выглядит, если это возможно, еще напряженней, чем раньше. Опускаю руку поверх ладони, от чего девушка вздрагивает. Глаза рвутся вверх, встречаются с моими, зрачки расширяются.

— Что? — шепчет, нервно дергаясь.

— Когда закончим здесь, у нас с тобой будет долгий разговор, так что даже не думай, это еще не конец.

На лице Евы вспыхивают разные эмоции. В них читается одновременно и разочарование, и гнев. Вырывает свою руку и выскакивает из машины, бубня что-то под нос.

— Бля!

Догоняю Еву уже входящей в здание. Девушка не удостаивает меня взглядом и шагает к лифту, ныряя в него вместе с пожилой парой. План извиниться в уединенной и короткой поездке в лифте тоже провален.

Двери лифта клацают и открываются на десятом этаже, и Ева едва ли не бежит по широкому коридору. Замедляюсь, обнаружив, что глаз невольно притягивает ее талия и мягко покачивающиеся бедра. Позволяю себе насладиться потрясающим видом и залипаю, не заметив, как Ева останавливается перед темной дверью и внезапно поворачивается ко мне. Едва не врезаюсь в нее.

— Ой! — охает и хватается за мое предплечье, невольно подается вперед грудью.

— Ты собиралась что-то сказать?

— Ты всегда ходишь так близко? — бросает на меня убийственный взгляд сквозь прищуренные веки. — О, ладно, подожди... Можешь не отвечать. Слушай, Тимур, — глубоко вдыхает, — София еще чувствует себя плохо из-за разрыва с Хью, так что есть шанс, что она не будет вести себя разумно, если ты ворвешься туда и будешь допытываться...

— Нет, — скрещиваю руки.

— Я даже не договорила! — протестует Ева, повышая голос.

— Не нужно, можешь не заканчивать. Я знаю, что ты собираешься попросить меня подождать в гребаном коридоре, пока ты попытаешься подготовить свою дорогую сестру. Ответ – нет.

— А почему «нет», черт возьми? — Ева упирает руки в бедра, устремляя на меня ледяной взгляд.

Ухмыляюсь, разозлив ее больше.

— Я твердо верю в шоковую терапию, карамелька. София будет менее склонна лгать, если ее застанут врасплох. Теперь идем? — приподнимаю бровь.

— Козел, — Ева хмурится и тихо бормочет себе под нос, но пропускает меня в едва освещенную гостиную.

Кивает головой вглубь квартиры и щелкает выключателем.

— Софи, наверное, спит. Я пойду, разбужу.

Оглядываюсь, отмечая фиолетовые обои, дополняемые нежно-голубой мебелью. Жилище еще одной принцессы. В тишине различаю, как Ева зовет Софию, приглушенные женские голоса звучат неразборчиво, но через несколько секунд Ева возвращается в комнату, а за ней ее двоюродная сестра. Софи выглядит изможденной, в пижаме и с красными глазами.

— Почему мы не можем поговорить в спальне, Ев? — жалуется девушка, позволяя Еве усадить ее на диван, где та быстро сворачивается калачиком, прижимая к груди подушку. — Я устала и хочу спать.

София до сих пор не замечает меня, поэтому медленно слежу за девушкой. Она сильно похудела с тех пор, как мы встречались в последний раз. Щеки впали, а глаза кажутся слишком большими и опухшими, что придает ей больной вид. Девушка мало похожа на ту элегантную Софи, которую я повстречал несколько недель назад. Хотя расторгнутая помолвка сделала бы такое с любым здравомыслящим человеком.

— ... поговорить, это действительно важно, — заканчивает Ева, переводя взгляд с сестры на меня.

Делаю шаг ближе к дивану и прочищаю горло.

— Привет, София, — младшая Гёршт вздрагивает и вскакивает на ноги в секунду, глаза испуганно бегают по мне. — Ты выглядишь ужасно.

— Тимур! — вскрик Евы и хмурый взгляд, в котором вспыхивает предупреждение.

Лишь отмахиваюсь, полностью сосредотачиваюсь на Софи, которая белеет от шока.

— Что ты здесь делаешь? — хрипит девушка, будто боится, что я наброшусь на нее. — Зачем ты привела его сюда, Ева?

В секунду ее взгляд изменяется: шок сменяется гневом. Брюнетка поворачивается к Еве.

— Разве я не могу навестить свою бывшую девушку, скажем, как старого друга? Чтобы выразить свои соболезнования в связи с твоей потерей, так сказать.

Знаю, что Ева прожигает меня насквозь, но снова игнорирую ее. Беру одну руку Софии и подношу к губам, оставляя легкий поцелуй.

Софи ахает, дыхание учащается:

— Не делай этого, — хрипло шепчет, но не принимает ни малейшего движения, чтобы освободить руку.

Ну все, поиграли и хватит. Терпение на исходе.

— Садись, София, — тихо приказываю, отворачиваясь. — Ева, ты тоже. Полагаю, Софи нужно многое объяснить, а это займет время.

Подбородок Евы дерзко вздергивается, хоть я и улавливаю намек на скрывающееся там опасение.

— Не командуй, Тимур. Тебе лучше вести себя прилично, или я, не раздумывая, вышвырну твою задницу за дверь.

— Я испытываю искушение вести себя плохо, просто чтобы посмотреть, как ты провернешь это, — криво усмехнулся. — Кто такая Мария Варнас?

Веселье исчезает так же быстро, как и появляется. София бледнеет сильнее от резкого вопроса, и ее без того большие глаза расширяются еще, рот открывается и закрывается, как у рыбы выброшенной на сушу. Она смотрит на Еву, но, увидев замкнутое состояние сестры, снова поворачивается ко мне, чудесным образом изменив выражение лица и скрыв свое замешательство.

— Это кто-то, кого я должна знать? — спрашивает, стараясь казаться равнодушной.

София вытаращивается на меня своими ярко-голубыми глазами с притворной невинностью, которая одурачит любого, кто не был свидетелем шока несколько секунд назад.

— Имя ни о чем мне не говорит. Хотя я предполагаю, что могла с ней пересечься где-нибудь. В конце концов, я общаюсь со многими людьми. Она один из клиентов?

Эта девушка искусная лгунья. Заставляю себя улыбнуться и решаю подыграть.

— Возможно, — отвечаю уклончивым тоном. — Мы с Евой провели прекрасный вечер, поболтав с ней. Замечательная девушка... в самом деле, замечательная. Не та, кого я, скорее всего, забуду, поверь, — с каждым словом София белеет сильнее и сильнее. — Я узнал довольно много, но это совсем другое дело. И, видишь ли, довольно удивительно, эта таинственная Мария упомянула, что вы двое хорошо знакомы. Она даже поделилась парой интересных историй о ваших... разговорах.

— Тимур, я... — София мертвой хваткой вцепляется в подушку, застыв от напряжения и страха.

— Я не закончил, дорогая, — вмешиваюсь с очередным смешком. — Мария была так счастлива рассказать нам, насколько вы близки. Вплоть до обмена секретами семьи и информацией, которая ее не касается. Информацией, которая, по ее скромному мнению, достойна общественности и поэтому она любезно делится ею, даже приложив фотографии. Так что, прости, но я спрошу еще раз... — повышаю голос, все следы веселья и юмора исчезают. Подхожу к дивану, склоняясь над Софией. — Ты знаешь, кто такая Мария Варнас, блядь?

— Да! — глаза брюнетки наполняются слезами, но жалости к ней я не испытываю. — Мне так жаль... Жаль... Клянусь, я не знала, что она собирается... Мы стали подругами, и я рассказала ей о... Честное слово, Тимур, пожалуйста... Когда вышла статья, я была так зла и сказала ей остановиться... Но она... она сказала, что Ева сделала что-то ужасное, и ей нужно преподать урок... Пожалуйста... Пожалуйста... — София крутит головой к Еве, которая стоит такой же бледной. — Мария сказала, что ты увела ее парня, а она была беременна и... что ты спишь с Тимуром. Она показала фото, и мне стало так плохо. Я не верила, что ты сделала такое. Как ты могла, Ева?

— Ты не любила его, — улавливаю шепот Евы сквозь истерику Софии.

В глазах – невообразимая боль. Хочется прижать Еву к себе, забить на Софию, и утешить, но где-то глубоко в душе, я понимаю, что она отвергнет меня. Не сейчас, когда обвинения Софии нависают над ее головой, будто заряженный пистолет.

— Это все равно не давает тебе права трахаться с моим парнем у меня за спиной!

— Бывшим парнем, София! Я не хотела, ладно? Я пыталась защитить тебя от его глупой мести, и так получилось. Знаю, это не оправдание, но черт! Ты должна была прийти ко мне и рассказать о своих чувствах. А ты выливаешь все на какую-то невменяемую сучку? Черт возьми, София, мы были друзьями и даже ближе, чем просто двоюродные сестры.

— Я спрашивала у тебя, и ты сказала, что ничего между вами не происходит, — парирует София. — Ты врешь мне в лицо и ожидаешь, что я тебе поверю?

— Тогда ничего не происходило! Да я ненавидела Тимура всей душой, мы ссорились каждую нашу встречу! А когда все случилось, поверь мне, Софи, я чувствовала себя ужасно. Но ты говорила мне, что не любишь его, и у меня появился шанс, надежда, что все будет хорошо... Боже! О чем я вообще говорю? Это было не нормально даже тогда, и, тем более, сейчас.

Ева трет пальцами веки и выдыхает, продолжая спокойным тоном:

— София, ты знаешь, что я не имею никакого отношения к твоему решению порвать с Тимуром, но я так долго храню твой секрет. Даже когда это разрушает мою семью, я держала рот на замке, терпела обвинения и оскорбления со стороны Тимура. Ты навлекла Тимура на нас всех... Если ты просто объяснишь... Я умоляю тебя сейчас, пожалуйста, скажи ему правду.

— Ты, должно быть, не серьезно! — в тревоге вскрикивает София, бросив на меня встревоженный взгляд. — Я не собираюсь ему говорить.

— Черта с два ты этого не сделаешь, идиотка, — холодно вмешиваюсь. — Ты скажешь мне правду или я сломаю твою тощую шею, и никто не поможет.

— Господи! — пищит Софи, отшатываясь от меня.

Ева протискивается мимо меня, направляясь к двери.

— Я... Мне нужно подышать свежим воздухом. Я не могу здесь оставаться.

Девушка выскакивает за дверь прежде, чем я успеваю среагировать. На хрен! С приглушенными проклятиями и приказом для Софии сидеть на месте и не двигаться, спешу за Евой.

Догоняю и перехватываю ее возле лифта, притягивая к себе за талию.

— Останься со мной, Ев, — шепчу на ухо.

Другой рукой обхватываю за шею, поглаживая кожу, но светловолосая качает головой, избегает мой взгляда.

— Хорошо. Тогда уйду с тобой, на хрен Софию, мне не нужно...

— Нет, — перебивает Ева, напрягаясь в моих объятиях. — Ты должен выслушать ее ради нас. Со мной все будет в порядке, Тимур, просто нужно немного побыть одной.

Вздыхаю и ослабляю хватку. Обхватываю ее лицо ладонями. Прижимаюсь к ней. Ева с тихим стоном приоткрывает губы. Руки сжимают мою футболку на груди. Встречаюсь с ее языком и медленно посасываю. Со стоном углубляю поцелуй. Тело требует большего. Пусть весь мир вокруг растворится, а все, что я буду чувствовать и прикасаться – лишь одна Ева.

Ева отстраняется с шумным выдохом и быстро выпутывается из моих рук, отступая назад с глазами полными боли и сожаления.

— Прощай, Тимур.

Да, я смотрю, как она уходит. Сердце в груди странно колит от неизвестного предчувствия. Я дам ей несколько дней разобраться в себе. Но после все изменится. Наша жизнь изменится. Теперь на кону слишком большая цена – наши с Евой отношения.