Бывший моей сестры [18+]

В сотый раз за вечер ощущаю липкие лапы шока, будто удар под дых. Он лишает дыхания, угрожает разрушить и без того хрупкую связь с реальностью. Не удивлюсь, если внезапно проснусь и обнаружу, что последние несколько часов не что иное, как плод моего воображения.

Тимур что-то говорит, но не могу разобраться в безумном вихре мыслей, пытаюсь собрать воедино историю. Нелепое представление, что София каким-то образом вовлечена во все...

Мужчина рядом неподвижен, единственный признак эмоций – ледяная ярость кружится в голубых глазах. Я повстречала его однажды таким... Мы встретились впервые, и мне удается вывести его из себя менее чем за десять минут. Прекрасно помню едва скрываемый гнев и ненависть. В тот день я невольно наживаю опасного врага, и теперь не сомневаюсь – все, что происходит в голове у Тимура, не предвещает ничего хорошего для Марии.

— Есть две вещи, которые тебе нужно знать обо мне, Маша, — словно осознав грозное присутствие хищника, девушка вздрагивает, самодовольную улыбку вытесняет страх. — Первое – я не тот человек, которого захочется иметь в качестве противника, потому что я дерусь грязно и только на победу. И второе...

Тимур настойчиво шагает к девушке, сокращая расстояние между ними, и наклоняется, заглядывает брюнетке в глаза. Она тихо взвизгивает и вжимается в стул.

— Я заставлю пожалеть за то, что ты переходишь дорогу мне и моим близким. И поверь, разбитое сердце будет наименьшим из твоих забот.

Мужчина выпрямляется и протягивает мне ладонь. Позволяю вытащить себя из проклятого дома, оставляя перепуганных женщин позади.

Как только входная дверь позади нас хлопает, Тимур отпускает меня и, не говоря ни слова, идет к припаркованной машине. Каждый шаг напряженный, зверь только и ждет, просит, чтобы его клетку открыли.

Внезапно сомневаюсь, а стоит ли ехать с Тимуром в одной машине и с таким настроем? Его мнение обо мне и раньше было не слишком лестное... В конце концов, он все еще верит, что я манипулировала Софией, заставила ее порвать с ним. А теперь обнаруживается, что я ответственна за разрыв еще одних отношений и оказываюсь втянута в безумную ситуацию.

В висках пульсирует. Последние солнечные лучи, кажется, проникают глубоко, но не греют. Закрываю глаза и тру их.

София не любит Тимура. Я знаю наверняка. Но то, что она в самом деле говорит людям обратное, выставляет меня каким-то монстром, уводящим мужчин. Этого простить не могу. Я прикрывала Софию, терпела презрение Тимура, а сестра в это время строила заговоры за спиной.

— Ты идешь или мне ехать без тебя?

Глаза распахиваются. Тимур бесстрастно наблюдает за мной, лицо не выражает ни малейшего намека на то, что творится внутри у мужчины. Глубоко вдыхаю и начинаю спускаться по ступенькам.

— Тимур, мне нужно тебе кое-что сказать.

— Это может подождать, Ев. Поехали.

Он отворачивается и уходит. Раздражение нарастает где-то внутри. Хочется запустить что-нибудь острое ему в спину. К тому времени, как я добираюсь до машины, Тимур уже заводит двигатель и даже не удостаивает меня взглядом. Скольжу как можно тише в салон. Едва успеваю захлопнуть дверь и машина срывается с места.

Тимур не сводит глаз, смотрит прямо перед собой, пальцами крепко сжимает кожаный руль, что красноречиво говорит о его настроении. Молчу, решив переждать, дать время на остыть.

Откидываю голову назад, морщась. Я никогда не была любительницей выпить, но прямо сейчас хочется алкоголя, отвлечься от всех забот. Даже не могу сказать, что беспокоит меня больше всего: гнев Тимура или ложь Софии, которые, так или иначе, переплетаются между собой, создавая огромное количество осложнений.

— Где София?

— Зачем она тебе? — губы поджимаются, задаюсь о мотивах его вопроса.

— Долго собираешься играть в защитника, карамелька? — мужчина мрачно улыбается. — Я уж успел подумать, что ты с удовольствием бросишь свою дорогую сестру под колеса какой-нибудь машины. Не это ли ты хотела сказать мне несколько минут назад?

— Я... — запинаюсь.

Как бы неприятно признавать, но Тимур прав. Я собиралась рассказать ему правду о Софи. И все же, услышав его слова – они задевают меня.

Отвожу взгляд к окну, слежу за сменяющейся природой. Пока машина поглощает километры, пытаюсь собраться с мыслями.

Рассказ о предательстве Софи не принесет мне пользы. Зная Тимура, он увидит здесь еще один пример того, как я пытаюсь встать между ними. Не доставлю ему удовольствия добавить больше страданий мне.

Машина замедляет ход на светофоре. Боковым зрением замечаю, что Тимур изучает меня с такой интенсивностью, что по коже бегут мурашки. Сопротивляясь желанию съежиться под пристальными глазами, бросаюсь на него в ответ.

— Что случилось пять лет назад, Ев? — резкий тон сквозь тишину. — И я хочу знать правду.

Застигнутая врасплох неожиданным вопросом, борюсь с собой, подавляя эгоистичную часть, которая хочет выложить все карты на стол. Я устала хранить секреты Софии, устала терпеть осуждение в глазах Тимура каждый раз, когда он смотрит на меня.

Тем не менее, несмотря на предательство Софи, я не могу... Не хочу выдавать секреты, которые не принадлежат мне.

— Я думаю, что это не мое дело, — вздыхаю. — Вам с Софи давно пора поговорить. Захочет ли она рассказать тебе правду или нет, зависит от тебя.

— А что, если я хочу услышать правду от тебя?

— И ты мне поверишь? — поднимаю брови в притворном удивлении. — Давай, Тимур, мы оба знаем, что ты мне не доверяешь и считаешь эгоистичной девушкой, которая сделает все, лишь бы получить что хочет...

— Ты не эгоистична, — резко поворачиваюсь к нему, в шоке приоткрыв рот. — Возможно, я так думал раньше, но... Я скажу это в качестве извинений. Ты не такая, Ев. У тебя есть довольно глупая, и в то же время очаровательная тенденция ставить потребности семьи выше своих собственных, а родные принимают твою заботу как должное. Разве я когда-нибудь говорил, что это ужасно?

Несколько секунд только и могу недоверчиво осматривать Тимура. Он действительно извиняется? Хотя, конечно, в своей обычной и привычной манере.

— Спасибо, — тихо бормочу и диктую адрес квартиры Софи. — Что теперь делать с этой историей и Марией?

— Я позабочусь о ней сам, — глаза ожесточаются в новом напряжении.

— Мне жаль, Тимур, что тебя втягивают в эту неразбериху. Поверь мне, я понятия не имела, что Марк встречался с кем-то еще. Я точно помню, как он говорил мне, что его отношения закончились за месяца два до встречи со мной. А теперь я даже не знаю, кому или чему верить.

— Она врала, — прищуриваю глаза, — Марк не лгал тебе. Если у твоего бывшего была где-то припрятана еще одна подружка, я бы узнал.

Тимур бы что? Наклоняюсь ближе к мужчине, подозрительно сверкая глазами:

— Ты знаком с Марком?

Тимур пожимает плечами, надевая обычную непроницаемую маску:

— В некотором роде.

— В некотором роде? Что это вообще значит? Какой-то хитрый способ сказать, что ты и его проверял?

Тимур игнорирует мой вопрос, но уголки губ дергаются в усмешке.

— Честно говоря, Ев, я удивлен, что ты не проверила его сама. Или это привилегия, которую ты бережешь только для меня?

— Я не думала, что это важно, — бормочу, отворачиваясь к окну.

По правде говоря, с той ночи чувствую себя виноватой. Ведь Тимур правильно подмечает, что я слишком контролирую все вокруг и лезу в чужие жизни. Но и Тимур после этого проявляет необычный интерес к моим делам, что несколько тревожит меня.