Глава 39.
Слабость Ду И.
Солнечный свет проникал сквозь узор мозаики из листьев и проливался на изумрудный пол Дворца, рассыпаясь ослепительными бликами. Мужун Сюэ купалась в золоте неземного света. Держа в одной руке вино, она шагнула вперед.
– Мужун Сюэ! – Знакомый голос нарушил ее покой. Мужун Сюэ повернулась и увидела Господина Ду приближающегося к ней в сопровождении тридцатилетнего мужчины. За ними следовали примерно десять служанок и бабушка.
“Я, похоже, знаю этого человека… Это племянник Госпожи Ду, отец Ду Чэнь Цзяна, Ду И. Он находится у власти в Храме Тай Чан, являясь одним из четырех чиновников в нем.”
Мужун Сюэ скривилась от саркастической улыбки. Быстро же они приехали! Похоже, Господин Ду получил известие, что она вернулась, практически мгновенно после того, как она вошла в Поместье. И привел с собой целую толпу, чтобы преградить ей путь.
– Бабушка, Господин Ду И, вы привели такую огромную процессию, чтобы поприветствовать меня? Или это суд по религиозным проступкам? А может суд за преступления?
– Мужун Сюэ, ты не ерничай! Чэнь Цзян обвиняет тебя в том, что ты серьезно ранила его! Как это произошло?! – спросил Ду И, словно на допросе.
Мужун Сюэ приподняла свою бровь.
– Мы случайно встретились на улице, побеседовали. Не было никакого скандала, он сразу перешел прямо к сути, начал прилюдно ко мне приставать. Я была вынуждена подыграть ему.
– Чушь! Чэнь Цзян твой кузен, он никогда бы не стал приставать к тебе! – прервал ее хриплый голос Ду И, не поверив такому объяснению.
– Вы видели, как Ду Чэнь Цзян рос, вы должны очень хорошо знать о его похотливом поведении по отношению к красивым женщинам. Разве он не пристает к привлекательным женщинам всякий раз, когда он видит их, или я ошибаюсь?
Ду И поперхнулся. При ближайшем рассмотрении он обнаружил, как красива Мужун Сюэ, какие у нее чернильно-черные волосы, ее красиво изогнутые брови, как на картине, очень восхитительное лицо. Она видела, как он изучает ее красоту. После продолжительной паузы он заговорил снова:
– Даже если Чэнь Цзян приставал к тебе, ты могла бы слегка наказать его, почему ты нанесла ему такие серьезные травмы? Зачем ты била ногами Чэнь Цзяна до такой степени, что он чуть не стал калекой...
– Не волнуйтесь, я помню, что Ду Чэнь Цзян мой родственник, я не настолько бессердечна, чтобы калечить его. Самое большее, чего я хотела, это преподать ему урок, который навсегда останется в его памяти, чтобы постоянно напоминать ему больше никогда не приставать ко мне.
Ду Чэнь Цзян – старший внук в семье Ду, если бы она покалечила его, семья Ду никогда бы не простила ей это. Она не боялась их мести. Но в ее нынешнем положении она не имеет никакой власти, ведь ее родители не смогут ее защитить, а семья Ду ждет шанса отомстить ей за все неприятности. В любом случае, она, конечно же, не позволит им сделать это!
Видя, что Мужун Сюэ все равно продолжает вести себя легкомысленно, несмотря на помрачневшее лицо Ду И, он пробормотал:
– Ты серьезно ранила кого-то, и при этом ты не только не задумалась над тем, что ты сделала, но даже не принесла свои извинения! А теперь ты еще имеешь наглость опровергать наши обвинения, что за невежественное дитя!..
– Хватит! Правильно я была воспитана или нет, вы не имеете права рассуждать об этом и отчитывать меня! – прервала его бормотания Мужун Сюэ, ее холодный взгляд пронзил его, – Посмотрите на себя, Господин Ду И! Вы когда-нибудь слышали об идиоме “Каков отец, таков и сын”? Ду Чэнь Цзян никогда не стал бы таким, не будь перед ним столь яркого примера! Это Вы его вырастили таким. И Вы должны быть благодарны за то, что девушкой, к которой он приставал, оказалась я, а не Принцесса Цинь Юйюань. Иначе, он бы уже давно стал евнухом или лежал в темнице...
– Почему ты... – выдавил Ду И и замолчал, захлебнувшись своим возмущением.
– Вы не имели возможности научить своего сына хорошим манерам? Я помогла Вам сделать это. После этого наказания он, скорее всего, меньше будет создавать Вам проблем. Однако, вместо благодарности Вы имеете наглость высмеивать меня… – Мужун Сюэ остановилась, недоговорив, и взглянула на Ду И с презрением.
– Хорошо, хорошо, хорошо! – Ду И был настолько зол, что не удержался и гневно рассмеялся, что само по себе было странным, но более странным было то, что он произнес “хорошо” 3 раза подряд, хотя ничего не было хорошо.
– Ты действительно очень искусна на словах и действительно профессионально сбиваешь с толку правдой, смешанной с ложью...
– Я всего лишь честна, разве это то же самое, что сбивать с толку правдой, смешанной с ложью? – с невинным лицом Мужун Сюэ покосилась на него, – Однако нет ничего странного в том, что вы не слушаете меня. Насколько камень холоден, настолько же всегда трудно принять правду. Правда отвратительна, и в этом мире очень мало найдется тех, кто решителен и прост. Большинство людей испорчены и неразумны!
Лицо Ду И позеленело. “Она что, намекает на то, что я неразумный человек, который использует свою власть, чтобы обижать слабых?”
– Мужун Сюэ, я твой дядя. Почему ты разговариваешь со старшими так грубо? Разве ты не знаешь, что должна уважать стариков и любить молодых? – тот факт, что она продолжала отвечать ему с сарказмом, пробудило в нем ярость.
– Уважать стариков и любить молодых? – Мужун Сюэ приподняла бровь в изумлении, словно насмехаясь над ним – Господин Ду И, уважение должно быть взаимным. Вы же сами откровенно не любите молодых, но хотите, чтобы я уважала стариков? Вы, наверное, шутите!
– Ты… – Ду И сверкал глазами в Мужун Сюэ. Он пребывал в такой ярости, что даже говорить не мог. Неожиданно в его горле появилось большое количество жидкости. Не в силах сдержать ее, он сплюнул. Это была кровь.
– Ой! И’эр, что с тобой случилось? Кто-нибудь, пожалуйста, помогите! – закричала Госпожа Ду в панике. Служанки и бабушка окружили его. Некоторые пытались нести Ду И, кто-то помогал, другие вытирали кровь, паника охватила их всех.
Мужун Сюэ стояла возле них и смотрела на побледневшего Ду И. Она лишь слегка приподняла свою бровь.
– Я произнесла всего несколько фраз, и этого было достаточно, чтобы заставить его плеваться кровью? Он, похоже, очень слабый! Я не понимаю, как же он смог стать одним из чиновников Храма Тай Чан?
– Бабушка, Господин Ду И, не торопитесь. Я сильно извиняюсь, но мне нужно сходить в мою резиденцию, прямо сейчас! – небрежно бросила им Мужун Сюэ. Вежливо улыбаясь, она повернулась и пошла в сторону своей резиденции.
“Ду И был так зол, что начал плеваться кровью, вряд ли он сейчас будет в состоянии наказать меня прямо здесь. Наконец-то я смогу побыть в мире.”
Повернув за угол, она уже подходила к своей резиденции, и на ходу распорядилась:
– Хун Сю, вынеси мой Цзяовэй Янцинь и мои вещи! А затем, сходи на кухню и приготовь несколько блюд для меня...
С полудня и до сих пор, она была занята лишь общением с кучей отвратительных людей. У нее даже не было возможности пообедать! Бокал того вина, которое Оуян Шаочэнь подарил ей, да несколько вкусных блюд – прекрасная идея!
– Сестра... Сестра... – удивленный голос ворвался в ее уши, Мужун Е выбежал на встречу Мужун Сюэ из ее резиденции. Его одежда пребывала в беспорядке, украшение в волосах съехало в сторону, в уставших глазах виднелись тонкие прожилки красных линий, а под глазами у него появились темные круги.
Увидев Мужун Сюэ, его глаза засияли. Вскользь осмотрев ее, дабы узреть, нет ли каких-либо повреждений, он выпустил долгий выдох, выражение его лица просветлело, и он произнес:
– Ты в порядке!
Мужун Сюэ усмехнулась. И это после того, как она проглотила Семя Огненного Лотоса и уснула, не попрощавшись с Мужун Е:
– Ты что не спал всю ночь?
– Как я мог спать если ты исчезла... – ответил Мужун Е, размахивая руками в воздухе. Вдруг он подумал о чем-то и прошептал:
– Сестра, ты принимала Семена Огненного Лотоса прошлой ночью?
– Ага, – кивнула она ему. Если бы не принимала, то она бы уже давно была мертва!
– Тогда, почему ты вернулась так рано? – спросил Мужун Е в шоке, – Последний раз, когда ты их принимала, ты проспала не менее 12 часов...
Мужун Сюэ вздрогнула. Каждый раз, когда ее поражал яд, боль терзала ее тело без остановки. Она никогда не замечала, как долго это продолжалось. Но когда она вспомнила об этом, то поняла, что должна была проспать не менее 10 часов.
Однако, она приняла Семя Огненного Лотоса между одиннадцати вечера и часом ночи, а проснулась в районе между семи и девяти утра. Она спала чуть более четырех часов. Что происходит?
В этот момент боковым зрением Мужун Сюэ заметила, как проплыла фиолетовая мантия, она сразу же вернулась в чувства. Взглянув вверх, она увидела знакомое красивое лицо. Ее взгляд стал свирепым, и она заняла оборонительную позицию:
“Е Ичэнь, что ты тут делаешь?”
.
.
.
Перевод: LAIT
Оформление и редактирование: karamelgca