глава 30
Мы завтракали так, будто нас не кормили неделю: грохот тарелок, ложки в каше, смех и вечные споры, кто первый завалится на кроссе. Я, как обычно, сидел с кофе и лениво ковырял овсянку, больше в телефоне, чем в еде.
Написал Илане:
Аарон: Доброе утро, малолетка. Через полчаса у нас тренировка на земле, так что могу пропасть до двенадцати. Не скучай.
И через пару минут — ещё:
Аарон: Что у тебя сегодня по плану? Пары? Библиотека? Или будешь сидеть с Амели и обсуждать, какие мы идиоты?
— Ага, идиоты, — пробурчал Джэй Рэй, заглядывая в мою тарелку. — Скажи ей, что я скучаю по её блинам.
— Сначала доешь свою кашу, — отрезал я.
— Эта штука не еда, это наказание, — драматично протянул он.
— Тебя никто не держит, — усмехнулся Кай. — Вон, шахматный клуб ждёт таких, как ты.
Стол взорвался смехом.
Экран загорелся: «Илана печатает...»
Илана: Доброе утро, капитан. У меня сегодня пара, потом библиотека. А вечером кино с Амели. Так что без паники.
Я приподнял бровь.
Аарон: Кино без меня? Это предательство.
Она прислала смайлик с подмигиванием и тут же — фото. Сидит в кафешке возде универа универа, на столе стопка книг, в руке кофе. Спокойная, слишком спокойная.
Аарон: Кофе без меня? Вот предательница.
И пока парни спорили, кто за добавкой пойдёт, я сфоткал наш стол: Кай с омлетом, Алан с хлебом, Джэй Рэй, пялящийся на кашу, будто это враг.
Отправил фото Илане.
Ответ пришёл почти сразу:
Илана: Джэй Рэй это кушает?
Я посмотрел на Джэя, и меня просто накрыло смехом. Настолько громко, что все на секунду уставились.
— Что? — он поднял голову. — Что она там написала?
Я уже не мог остановиться, достал телефон и включил видео. Камера навелась прямо на его тарелку, потом на него.
— Ну что, Джэй Рэй, — сказал я, стараясь не заржать в голос. — Илана спрашивает: ты это вообще кушаешь?
Он закатил глаза, сделал такое страдальческое лицо, будто его мучают, и медленно повернулся к камере:
— Илана, устройтесь здесь поварами, пожалуйста. Спасите меня.
Стол взорвался хохотом. Даже Кай поперхнулся омлетом, а Алан чуть не пролил сок.
Я отключил запись и отправил ей видео.
Аарон: Получила? Вот твой герой. Только ради тебя готов на камеру ныть.
И впервые за утро я был в идеальном настроении.
Илана ответила почти сразу. Экран мигнул, и появилось её сообщение:
Илана: Аарон, бедный Джэй Рэй. Держите его кто-нибудь, а то он с голодухи сбежит домой.
Я усмехнулся и начал печатать, но в этот момент телефон завибрировал — видеозвонок.
— О-о, капитану звонит королева, — протянул Кай, хлопнув меня по плечу. — Давай, покажи нам нашего повара.
Я закатил глаза, но всё же нажал «ответить». Экран заполнила Илана: волосы собраны в небрежный хвост, огромный стакан айс-кофе в руке, на столике перед ней блестел свежий круассан. Она сделала самый демонстративный глоток кофе и улыбнулась прямо в камеру.Я замер наслаждаясь ее красотой.
— Доброе утро, мальчики, — протянула она. — Смотрите, что у меня есть.
— Господи... — простонал Джэй Рэй, схватившись за сердце. — Я же сказал, это пытка.
— Ты это специально, — сказал я, прищурившись. — Ты дразнишь нас.
— Конечно, — без стеснения ответила она и откусила круассан. — Вы там с кашами, а у меня праздник живота.
За моей спиной послышался дружный вздох страдания.
— Аарон, забери у неё этот кофе, — пробурчал Алан. — Мне даже смотреть больно.
— Нет уж, — хмыкнула Илана. — Я как раз наслаждаюсь.
Я наклонился ближе к экрану.
— Ты понимаешь, что за такие издевательства я заставлю тебя пожалеть, когда мы увидимся?
Она приподняла бровь.
— Это угроза?
— Нет, это обещание, — ответил я и не отрывал от неё взгляда.
— Фу, — поморщился Кай. — Ребята, они опять в своём романтическом сериале.
— Я щас блевану, — добавил Джэй Рэй, но никто его не слушал.
Илана рассмеялась.
— Ладно, ладно. Я просто хотела поднять вам настроение.
— Подняла, — вставил Дан, жуя хлеб. — Мы теперь дружно ненавидим тебя.
— Но любим, — скорчил рожу Джэй Рэй и снова полез в камеру. — Илана, ну серьёзно. Ты и Амели обязаны устроиться к нам поварами. Иначе я не выживу.
Я снова повернул камеру на него.
— Повтори для истории.
Он сцепил руки, будто молился:
— Илана, я взываю к тебе. Спаси меня. Круассаны, кофе, хоть что-нибудь.
Илана закрыла лицо рукой, но видно было, как она трясётся от смеха.
— Всё, я не могу, — выдохнула она. — Вы как дети.
— Неправда, — возмутился Алан. — Мы взрослые мужчины, просто умираем от голода.
— Ага, взрослые, — фыркнула она. — Умираете от овсянки.Скажу дяде,что вам очень нравится ваша еда и что вы все хотите питаться таким всегда.
Стол взорвался смехом, даже я не удержался. Впервые за эти дни я чувствовал себя легко, будто всё напряжение с тренировок исчезло.
Когда звонок закончился, я глянул на парней. Они всё ещё ухмылялись.
— Ну что, капитан, — протянул Кай. — Признай, она тебя держит на коротком поводке.
— Скажешь тоже, — отмахнулся я, но улыбка сама тянулась к лицу.
Телефон снова загорелся. Сообщение от Иланы:
Илана: Я серьёзно подумаю над должностью повара. Но только если оплата — кофе и поцелуи.
Я уставился на экран и ухмыльнулся.
— Поцелуи я обеспечу, — пробормотал я.
— Чего? — не понял Джэй Рэй.
— Ничего, — ответил я и убрал телефон. Но внутри было так тепло, что ни каша, ни омлет, ни весь этот шум вокруг уже не имели значения.
Я положил телефон на стол, экран погас, и привычный шум столовой вернулся. Джэй Рэй снова ожил, тянулся к хлебу, парни переговаривались.
Но не успел я даже взять в руки ложку, как в комнате раздался новый звонок.
На этот раз — у Алана.
И на экране вспыхнуло имя: Амели (видеозвонок).
Я на миг застыл. В голове пронеслось: разве она не под арестом?
Судя по лицам парней, они думали то же самое.
Алан схватил телефон так резко, будто боялся, что звонок исчезнет, если он замешкается. Его обычно жёсткое, замкнутое лицо смягчилось — почти неуловимо, но достаточно, чтобы мы все заметили перемену.
— Амели, — выдохнул он, включая камеру.
На экране появилась она.
Бледная, с чуть запавшими глазами, но всё равно — она улыбнулась, и это было как солнечный луч.
— Привет, — сказала тихо.
Пару секунд стояла тишина. Даже Джэй Рэй будто проглотил язык.
Но потом, конечно, не выдержал:
— АМЕЛИ! Я ТЕБЯ СЕЙЧАС ЧЕРЕЗ ТЕЛЕФОН ПРИБЬЮ! Куда ты пропала, женщина? Бросила меня, своего лучшего друга мужского пола!
— Джэй,заткнись, — отрезал Алан, отталкивая его плечом и не сводя взгляда с экрана.
Амели тихо рассмеялась, но в смехе сквозила усталость.
— Простите, что исчезла так надолго. Саша дал мне телефон, чтобы я поговорила с мамой... но он вышел, и я решила позвонить вам. Хотела пожелать удачи на играх.Илана мне рассказала вчера.
Я ожидал, что Алан ограничится привычным сухим «спасибо». Но он удивил всех.
Он заговорил — спокойно, но подробно, будто не мог остановиться:
— Мы работаем много. Тренировки с утра до вечера. Аарон с тренером гоняют нас так, что после разминки хочется упасть. Подъём в семь, завтрак... потом работа на земле: бег, отжимания, растяжка. Кай опять жалуется, что ноги болят. Вчера Джэй проспал, и его заставили делать круги отдельно. А вечером нас ждёт лёд.
Он говорил и говорил, а Амели слушала, кивая. И я заметил, как у неё глаза становились мягче — будто она забыла, где находится.
— Даже готовка у нас своя, — продолжил он, неожиданно усмехнувшись. — Но никто не готовит так, как Илана. Наши завтраки теперь — это мучение.
— Спасибо, что напомнил, — буркнул Джэй, закатывая глаза, но в голосе его сквозила радость от того, что Амели хотя бы слышит их разговор.
— Звучит так, будто вы живёте в концлагере , — сказала Амели. — А я...
Она чуть опустила взгляд. — Я сижу дома почти всё время. Саша разрешил мне играть на рояле. Так что... я играю целыми днями. Чтобы не сойти с ума.
В комнате повисла пауза.
Я посмотрел на Алана — и сразу почувствовал, как воздух будто сгустился. Его глаза потемнели, скулы напряглись. На секунду мне показалось, что он готов что-то швырнуть. Но уже в следующее мгновение он снова был холоден и собран, как обычно.
— Главное, что ты не сидишь без дела, — сказал он ровным голосом.
— Да, — кивнула Амели и вдруг улыбнулась.
И тут в тишину ворвался голос. Мужской, резкий:
— Амели!
Она вздрогнула. На мгновение её лицо исказилось тревогой.
— Мне пора,Саша вернулся, — быстро сказала она, и снова посмотрела на Алана. — Пока. Удачи вам.
И звонок оборвался.
Алан сидел неподвижно, но я видел, как его пальцы вцепились в телефон так сильно, что побелели костяшки. Его лицо было каменным, но в глазах... бушевало что-то мрачное, опасное.
В следующую секунду он резко отодвинул стул, поднялся и, не теряя ни секунды, набрал кого-то на. Телефон уже был у его уха.
При этом, проходя мимо, он с силой пнул стул на котором сидел Сэм— тот отлетел, скрипнув по полу. Парень от неожиданности едва не подпрыгнул, но не сказал ни слова. Никто не сказал.
Алан даже не посмотрел на него. Его шаги были быстрыми, уверенными, будто он знал ровно, куда идёт.
Дверь громко хлопнула за ним.Что с ним происходит?
Мы остались за столом в оглушительной тишине. Никто не посмел пошутить, даже Джэй Рэй.
В воздухе всё ещё висел звонок Амели и её поспешное «удачи вам».
_________
Я вошёл в зал последним. Металл лязгал, канаты хлопали, дыхание парней сливалось с глухим гулом тренажёров. Все работали молча, но в этой тишине что-то было не так. Слишком напряжённо, слишком... пусто.
И только тогда я понял, чего не хватает.
— Где Алан? — спросил я, скользнув взглядом по рядам.
Никто сразу не ответил. Кай пожал плечами, бросая штангу на стойку:
— Мы думали, он с тобой.
— Нет, — резко отрезал я. — С ним меня не было. Так где он?
Повисла пауза. Даже Джэй Рэй перестал долбить грушу.
— Мы сами не знаем, — наконец сказал он, хмуро покачивая головой. — Просто... его нигде нет.
Я сжал челюсти. Моего брата нельзя было не заметить: обычно он либо рвал всех к чёрту на куски своим характером, либо гонял их по залу, как сержант. А теперь... пустота.
— Чёрт, — буркнул я, вгоняя кулак в ладонь. — Кто-нибудь его видел после столовки?
— Я, — нехотя сказал Сэм. Он всё это время молчал, делая подход за подходом, будто пытаясь спрятаться за железом. Но по его лицу я уже понял — он что-то знает.
Я шагнул ближе:
— Ну?
Он отвёл взгляд.
— Рассказывай, Сэм, — не выдержал Джэй Рэй, резко бросив перчатки на скамью. — Или ты будешь делать вид, что ничего не случилось?
Сэм шумно выдохнул, будто выдавливая из себя слова.
— Я зашёл к себе за сумкой, — начал он. — А он сидел у себя. Просто сидел. На кровати. Я спросил, какого хрена он пнул мой стул в столовой.
— И? — мой голос был холоднее льда.
Сэм скривился, качнул головой:
— Он молча встал и ударил. Сразу.
Теперь я заметил под синяком на его скуле тонкую царапину. И понял: он не врал.
— Ну и я ответил, — добавил он угрюмо. — Мы сцепились.
— Они реально дрались, — встрял Джэй Рэй. — Я зашёл и еле их растащил. Алан будто не себя был. Я его держал, а он всё равно рвался, чуть мне руку не вывернул.
В груди поднялась тяжесть. Я видел перед глазами эту картину: мой младший брат, сорвавшийся с места, со звериным взглядом. Я слишком хорошо знал, что с ним может произойти, если он совсем потеряет контроль.
А впереди — игры. И любой его срыв мог похоронить всё.
Я сжал зубы.
Я знал, что придётся с ним поговорить. Но не при всех. Не сейчас.
Я достал телефон. Внутри всё сжималось: если Алан реально сорвался, если он вляпался в какую-то хрень — я должен знать об этом первым. Иначе мы все влетим.
Гудки тянулись слишком долго. Наконец на том конце раздался голос:
— Да?
— Тренер, — я старался говорить спокойно, но голос всё равно сорвался. — Алана нет на тренировке.
Короткая пауза. Потом — ровный, как лезвие:
— Я знаю.
— В смысле — знаете? — нахмурился я. — Он где?
— У меня отпросился, — ответ прозвучал слишком быстро. — Занимайтесь без него. Он присоединится позже.
— По каким делам? — я шагал вдоль ряда тренажёров, чувствуя, как взгляды парней прилипли к моей спине.
Секунда молчания. Потом Морозов сухо:
— Не твоё дело, капитан. Следи за тренировкой.
И линия оборвалась.
Я медленно опустил телефон, сжимая его так, что суставы побелели.
Парни ждали. Я видел, как они бросали друг на друга косые взгляды, но никто не решался первым открыть рот. Сэм сжал гриф так, что металл заскрипел, Джэй Рэй уткнулся в грушу, будто вымещая злость. Даже Кай — самый спокойный из нас — выглядел настороженным.
— И? — не выдержал Джэй Рэй. — Что он сказал?
Я втянул воздух сквозь зубы.
— Сказал, что Алан отпросился.
— Чего? — Джэй Рэй вскинул руки. — Отпросился? Когда это Морозов кого-то отпускал? Он же нас за опоздание на минуту в гроб загоняет!
— Вот именно, — процедил я.
Под рёбрами неприятно заныло. Всё это было слишком похоже на какую-то игру за моей спиной. И самое поганое — Алан в ней участвовал.
А если он влез в то, во что я думаю...
Я сжал кулаки.
— Ладно, — выдавил я наконец. — Работаем. Без разговоров.
И первым шагнул к гантелям, заставляя себя сосредоточиться на весе в руках, а не на пустоте там, где должен был быть мой брат.
______
Мы гнали железо уже почти час, мышцы горели, пот стекал по вискам, и каждый будто упрямо пытался забить себя тренировкой, лишь бы не думать про Алана. И вдруг — звонок.
Резкий, чужой, слишком громкий в этом грохоте металла.
Все головы одновременно повернулись к кучке телефонов у стены. Никто не двинулся. Но звонок не стихал. Звонок бил в уши, раздражал, лез под кожу.
— Да какого чёрта?! — взорвался я и резко направился к ним.
И только подойдя ближе, увидел на экране имя.
Илана.
Чёрт.
Я сорвал трубку, даже не думая о запрете, и тут же услышал её голос — тревожный, сбивчивый, почти шёпот:
— Аарон, Алан с вами?
— Нет, — я напрягся, мышцы будто снова окаменели. — Что случилось? Что с твоим голосом?
— Он... он мне звонил. Пытался узнать номер домашнего телефона.
Я моргнул, не понимая:
— Какого дома? Нахрена ему номер домашнего телефона?
— Я не знаю, — Илана звучала так, будто сама испугалась собственных слов. — Но когда я сказала, что домашнего телефона нет, он попросил номер Кирилла.
Я почувствовал, как кровь ударила в виски.
— Нахуя, Илана?! — рявкнул я, отворачиваясь от парней, чтобы никто не видел, как я закипаю. — Ты дала ему номер?
— Нет! — быстро ответила она. — Мне показалось, что с ним что-то не так. Если бы он звонил мне с чужого телефона... я бы даже не узнала его голос. Аарон, что у вас происходит? С тобой всё хорошо?
Я на секунду закрыл глаза, пытаясь выровнять дыхание. Голос её дрожал, и мне хотелось сказать правду — что я сам ни хрена не понимаю. Но вместо этого я мягко, почти шёпотом:
— Со мной всё хорошо, любовь моя. Я сам не понимаю, что происходит... Но я поговорю с Аланом. Не переживай и иди на пары, хорошо?
Небольшая пауза. Потом тихо:
— Хорошо... Хорошей тренировки.
Связь оборвалась.
Звонок оборвался. Я ещё пару секунд стоял, уставившись на чёрный экран, будто оттуда можно было вытянуть ответ. В груди гулко стучало сердце, кулак сводило от злости.
Медленно обернулся. Парни замерли, кто-то держал вес на полпути, кто-то даже забыл стереть пот с лица. Все смотрели на меня.
Первым не выдержал Кай:
— Почему ты так орал?К Илане кто-то подкатывал?
Я сжал зубы,лучше бы к ней кто-то подкатил,я сунул телефон обратно в кучку и провёл ладонью по лицу.
—Придурок Алан пытается связаться с братьями Иланы и Амели, — слова сами вырвались наружу, резкие, как плевок. — Только вот нахуя?
На секунду в зале повисла гробовая тишина. Даже гантель, скатившаяся с лавки, показалась оглушительным взрывом.
Кай замер, потом тяжело выдохнул и качнул головой:
— Давай просто продолжим тренировку , — сказал он тихо, но твёрдо. — Он не даст кому-нибудь убить себя, не из тех. Думаю, скоро вернётся.
Он сделал паузу и добавил, почти сквозь зубы:
— А если нет — я выслежу его грёбаный телефон.
Я хмыкнул, но без улыбки. Внутри всё сжалось, как пружина. У Кая был свой способ — спокойный, прямолинейный.