чо за хуйня
Прошло два дня.
Никаких сообщений.
Никаких реакций на сторис.
Вообще ничего.
Как будто выключили лампу и забыли включить обратно.
Ростик сначала даже порадовался тишине - наконец, немного пространства, чтоб переварить, что вообще между ними происходит. Но к вечеру первого дня стал ловить себя на том, что машинально заходит в чат. Не чтобы что-то написать - просто... посмотреть. Увидеть зелёную точку. Хотя бы обновлённое фото. Что угодно.
Ничего не менялось.
На вторую ночь ему приснился сон.
---
Он стоял на каком-то безликом холме. Небо серое, как асфальт перед дождём. Ветер - холодный, пустой. Он оглядывался по сторонам, искал что-то или кого-то. Потом увидел её.
Ульяна.
Она стояла вдалеке. В его толстовке. Ветер трепал рукава. Она не двигалась - просто смотрела на него. Спокойно, слишком спокойно. Как будто не было этих ночей, этих прикосновений, этой кухни, где она улыбалась, наливала чай, спрашивала: "Ты всегда так смотришь, когда хочешь поиграть?"
Он сделал шаг - она сделала назад.
Он сказал: "Подожди", - она отвернулась.
- Уль... - хрипло, будто голос не его. - Я чё-то не так сделал?
Она кивнула.
Медленно. Почти безэмоционально.
Как будто давно решила.
- Ты меня не понимаешь, Ростик, - произнесла она, но голос звучал, как будто не отсюда. - Мне вообще кажется, ты никого не понимаешь.
- Да ты скажи, блядь, в чём дело!
Она отвернулась окончательно. Пошла прочь. И в тот момент, когда он хотел рвануть за ней, что-то невидимое прижало его к земле. Сила, как будто бетон лег сверху. Он закричал - но звука не было.
---
Он проснулся резким рывком.
Темно.
Грудь будто кто-то сжал.
В горле пересохло.
На лбу - испарина.
Он сел, скинул одеяло, долго смотрел в одну точку на стене. Потом провёл рукой по лицу, встал, прошёлся по комнате босиком. Посмотрел на телефон - 04:23. Никаких уведомлений. Ни от неё, ни вообще.
Сел на подоконник. Выпил виски, даже не задумываясь.
Трясущимися пальцами.
- Чо за хуйня, блядь... - тихо выдохнул он в темноту.
---
Наутро он вёл себя, как обычно. Позавтракал на автомате, поотвечал на рабочие письма. Даже вышел на стрим - сделал часовой лайв, чтобы чат отстал. Улыбался. Шутил. Но как только выключил камеру - сразу полез в Telegram.
Всё так же пусто.
В голове весь день одно и то же: «А вдруг она реально обиделась? А если я что-то ляпнул не то?.. Может, у неё что-то случилось?»
К обеду он не выдержал.
Ростик:
Привет. Всё норм у тебя?
Давно молчишь. Просто волнуюсь.
Сообщение висело без галочки. Потом появилась одна. Потом тишина.
Он обновлял чат каждые десять минут.
Вайб стал липким. Как будто его подвесили в воздухе и забыли опустить.
Под вечер включил сериал, пролистал три серии, не запомнив ни одной сцены. Пару раз даже ловил себя на том, что берёт в руки телефон, чтобы написать ещё раз. Потом откладывал. Потом снова возвращался. Внутри бурлило. Не агрессия - нет. Что-то другое. Беспокойство, перемешанное с каким-то новым для него чувством.
Он всегда говорил себе: "Никаких отношений. Нахуй чувства. Все куклы."
А тут...
Почему вообще я переживаю?
Он встал. Оделся. Хлопнул дверью шкафа.
Вытащил ключи.
Накинул ту самую куртку - ту, в которой он пару дней назад вез её домой.
- Пиздец, - выдохнул он, глядя на своё отражение в зеркале.
- Я еду.
Сел в машину.
Завёл.
Фары прорезали ночную улицу.
И небо снова было серым.
Только теперь не во сне.
За окном стрекотал дождь, будто набирал ритм вместе с его мыслями. Ростик вёл машину, сжав руль так крепко, что суставы побелели. Время подбиралось к восьми - осенний вечер сгущался, город казался недружелюбным, пробки выстраивались в многокилометровые ряды. Он бесконечно переключал станции радио, но нигде не задерживался - всё раздражало. Музыка казалась пустой, голос ведущего - фальшивым. Он просто ехал, чертыхаясь на каждого, кто тормозил не там, не так, не вовремя.
Он не понимал, какого чёрта вообще делает это. Он не должен был. Он мог бы просто лечь спать, проигнорировать это странное чувство в груди. Но внутри что-то тянуло. Непонятная тревога, сжатое дыхание, чувство, что она - где-то застряла, как будто в другой реальности, и ему нужно вытащить её. Хоть как-то.
Ульяна не выходила на связь второй день. Ни лайка, ни реакции, ни ответа на простое: «С тобой всё хорошо?»
А ему казалось, будто этот вопрос был крик. Молчаливый, но крик.
Он развернулся через две сплошные. Двор её дома встретил его пустым эхом - тишина, бетон, редкий свет из окон. Ростик заглушил двигатель, сел в машине на пару минут, склонив голову назад. Закрыл глаза. Просто вдохнул.
Но внутри всё пульсировало - будто надо идти.
Он вышел и поднялся к её квартире быстрыми шагами. Лифт не работал. Пять этажей наверх. Не считал.
Встал перед дверью. Постучал.
Раз.
Два.
Три.
- Уль... - тихо, почти шёпотом. Он вдруг почувствовал себя дураком. Раненным, смущённым и злым одновременно.
Изнутри послышались шаги. Неуверенные. Кто-то возился с замком. Щёлк.
Дверь приоткрылась.
Перед ним стояла Ульяна.
Растрепанная, с тёплым румянцем на щеках, в белой, чуть полупрозрачной оверсайз-футболке и коротких, обтягивающих шортах. Волосы завязаны в небрежный пучок, один локон вывалился и щекотал шею. На ногах - пушистые тапки. От неё пахло чем-то домашним. Мягким. Тёплым. Неуловимо ею.
Она смотрела на него так, будто не верила, что он настоящий.
- Ростик?.. - голос был хрипловатый от сна. - Ты чего?.. Что ты тут делаешь?
Он молчал. Просто смотрел на неё, как на человека, которого потерял в толпе и вдруг нашёл. Потом шагнул ближе, почти беззвучно, поднял руку и коснулся пальцами её плеча.
- С тобой всё хорошо?.. - он заглянул в её глаза.
- Да... вроде, - она поёжилась, но не отодвинулась.
- Почему ты не отвечала?
Она опустила взгляд. Не сразу ответила.
- Просто... не хотела ни с кем говорить. - Её голос стал ниже. - Я запуталась немного, и... не знала, стоит ли писать.
Он провёл ладонью по её щеке, не надавливая, просто так, как будто хотел убедиться, что она - реальная.
- Это из-за меня? - тихо.
- Не совсем. И да. И нет. - Она чуть склонила голову, отстраняясь. - Иногда я просто... не понимаю, это всё игра или нет. Вот мы - это. Или мы - просто на камеру.
Она отвернулась, прошла внутрь, вглубь квартиры, оставив дверь открытой. Он вошёл следом, закрыл дверь за собой. Снял куртку. Повесил. Прошёл к ней.
Она стояла у окна, спиной к нему, руки скрестила.
Он подошёл сзади, и долго ничего не говорил. Потом медленно, почти на выдохе: - Я тоже не понимаю. Но когда ты пропадаешь - мне дышать труднее. Это что-то значит, наверное.
Она не обернулась.
- Может, просто эйфория. Вся эта движуха, фанаты, чаты, свет, стримы. Мы флиртуем, потому что это... привычно.
- А когда ты улыбаешься, будто только для меня - это тоже привычка?
Тишина.
Потом она вздохнула и обернулась, взглянула на него.
Он протянул руку, коснулся запястья. Её кожа была прохладной. Но пульс под пальцами бился быстро.
Он шагнул ближе. Обнял её, не резко - просто мягко, как будто заключал в круг.
- Я правда хотел убедиться, что с тобой всё хорошо. Что ты в порядке.
- Я... - она зажмурилась. - Прости, что просто... исчезла.
Он чуть отстранился, посмотрел на неё снизу вверх - разница в росте делала это всегда.
- Прости? Ты меня два дня держала в аду. У меня уже паранойя началась, что ты меня бросила.
Она хмыкнула.
- Мы ж вроде не встречаемся, нет?
Ростик усмехнулся.
- Видимо, встречаемся в моей башке.
Они оба улыбнулись. Но эта улыбка была странной - с примесью чего-то горького. Словно за всеми этими подколами, шутками и стримами давно копится что-то настоящее.
Он чуть склонился к ней, почти дотрагиваясь лбом.
- Я хочу, чтобы ты писала, если плохо. Или даже если хорошо. Просто... чтобы ты была. Не важно как. Онлайн. В офлайне. Пофиг.
- Я постараюсь, - тихо. - Просто иногда мне нужно время.
Он кивнул.
- Мне тоже. Но если вдруг захочешь - я приеду хоть в три ночи.
Она положила ладонь ему на грудь.
- Спасибо, что приехал.
Он кивнул. Потом вдруг сказал: - А у тебя футболка прикольная. Но шорты - опасные.
Она фыркнула.
- А ты всё ещё умеешь всё превратить в флирт.
- А ты всё ещё умеешь делать вид, что не нравишься мне.
И они оба знали, что внутри кипит то, что пока не оформлено в слова.
Но уже очень близко.
Они посидели немного - без спешки, без масок, без поддёвок. Поговорили о чём-то простом: о том, как быстро прошёл день, как надоел шум в городе, как хочется иногда просто тишины. Напряжение между ними, будто бы растворилось - не до конца, но достаточно, чтобы стало легче дышать. Уже не нужно было угадывать друг друга между строк.
Когда Ростик собрался уходить, в квартире царил странный, почти домашний покой. Он обулся молча, она стояла в дверях, опершись плечом о косяк. Слов было немного, но и не требовалось. Он поехал домой с ровным сердцем - не эйфорией, не счастьем, но с чувством, что всё не так уж плохо. Что она рядом. Хоть и на расстоянии вытянутой руки.