[BL] Я читаю чужие мысли

Когда Линь Хань проснулся, Хэ Юнтин уже встал.

Сюжет сна стал терять свою ясность с того момента, как он открыл глаза, и вскоре Линь Хань уже не мог вспомнить конкретных обстоятельств. Просто Хэ Юнтин, который был всё таким же молчаливым, как и всегда, теперь казался ему особенно близким, как если бы был его давним возлюбленным.

Это чувство было одновременно далёким и очень реальным.

Линь Хань подсознательно опустил глаза и посмотрел на свои руки. Вроде бы ничего вокруг не изменилось, и он не мог понять, откуда взялось это странное ощущение знакомости, но он чувствовал тайную радость от того, что ему приснился этот человек.

Жаль, что это был всего лишь сон, и воспоминания о нём должны были вот-вот рассеяться. Как раз когда Линь Хань почувствовал небольшое сожаление, Хэ Юнтин, который только что был в его голове, подошёл к нему.

- Мистер Линь проснулся.

Хэ Юнтин нашёл и очистил какую-то давно заброшенную металлическую миску, наполнил её чистой водой и приготовил для Линь Ханя, чтобы тот мог умыться, пусть и в столь ограниченных условиях.

Линь Хань хотел встать, чтобы поблагодарить Хэ Юнтина, но обнаружил, что его ноги немного болят и в них всё ещё недостаточно сил, поэтому он просто поднял спинку кресла и сел, расслабленно опираясь на неё.

Пока он устраивался удобнее, невольно почувствовал, что с положением кресла что-то не так.

«Чтобы положить меня спать, достаточно было просто опустить спинку кресла, так почему же оно теперь повёрнуто боком? Неужели моя поза во время сна была настолько плоха?»

Конечно, Линь Хань не мог позволить себе задать такой странный вопрос генералу.

Когда он взглянул на экран, то увидел, что небо уже снова темнеет. Фиолетовая туманность Аль-Иннихо давно исчезла, и приграничная планета снова стала унылой. Но он помнил, что пробыл на улице совсем недолго, прежде чем устал так сильно, что уснул прямо на спине генерала.

После того как умылся, Линь Хань захотел спросить об этом Хэ Юнтина, чувствуя себя несколько смущенным:

- Генерал, - обратился он к генералу.

Неожиданно Хэ Юнтин не стал поворачиваться, чтобы прямо посмотреть на него, а просто небрежно отозвался: «Гм».

Линь Хань спросил:

- Как долго я спал?

Хэ Юнтин помолчал мгновение, а затем сказал правду:

- ...почти целый день.

Улыбка на лице Линь Ханя застыла. Даже зная, что у него слабое здоровье, Линь Хань никогда не ожидал, что произойдёт что-то подобное только потому, что он второй день не принимает пищевые добавки.

Хэ Юнтин увидел расстроенное выражение лица молодого человека и хотел что-нибудь сказать, чтобы утешить его, но не знал, с чего начать. И вдруг, о чём-то вспомнив, он с холодным лицом махнул рукой в ​​сторону определенного места.

Линь Хань всё ещё был немного сонный, когда почувствовал, как мягкий меховой шарик закружился у его ног.

Малышка лежала у него на плече весь день, но не смела пошевелиться, чтобы не разбудить. Теперь, когда милый человек наконец проснулся, Гулулу была так взволнована, что показывала ему свою привязанность без остановки.

Настроение Линь Ханя наконец улучшилось. Он наклонился и сложил ладони «лодочкой», формируя небольшое углубление:

- Иди сюда.

Гулулу наконец-то обрела своё счастье. С трудом сохраняя спокойствие, она аккуратно запрыгнула в подготовленное «ложе» и тут же начала снова и снова крутиться в нём, тряся своей шерстью.

Брови Хэ Юнтина слегка дрогнули. Но, учитывая, что это глупое поведение помогло поднять настроение мистера Линя, генерал, который очень хорошо знал как правильно использовать поощрение и наказание, не собирался торговаться из-за такой мелочи со столь странным существом.

Линь Хань держал Гулулу на руках, когда маленькое создание начало прыгать, пытаясь снова забраться на его плечо. Он боялся, что она упадёт, поэтому в последний момент поддержал её, случайно прижав рукой маленький хвостик.

Он и не знал, что прикосновение к хвосту этого мехового комочка по ощущениям ничем не отличается от прикосновения к его голове, и оба действия делают странное существо Цисин этого вида чрезвычайно счастливым. В тот же момент Гулулу вся задрожала, издала довольный писк и почувствовала себя самым везучим Кугиром на свете.

Увидев, что всё наконец уладилось, Хэ Юнтин достал золотистый дождевой фрукт, который он принёс из маленькой пещеры Гулулу, и передал его Линь Ханю. Выглядел генерал при этом чрезвычайно торжественно, как и в тот раз, когда держал перед молодым человеком закуски Лу Аньхэ.

Гулулу понятия не имела, что действия Хэ Юнтина люди назвали бы "одолжить цветы, чтобы поднести их Будде". Вместо того, чтобы обидеться, когда высокий человек достал плоды, она потянулась своими короткими лапками, чтобы взять один и начала демонстрировать Линь Ханю, как его надо есть.

Каждый раз когда она откусывала новый кусочек, щёчки малышки раздувались, а маленькие глазки-бусинки серьёзно наблюдали за выражением лица милого человека перед ней, словно она хотела убедиться, что тот всё хорошо понял.

- Это всё, что у нас есть на данный момент, - объяснил Хэ Юнтин, словно опасаясь, что Линь Хань будет привередлив в еде, - но они очень сытные.

Линь Хань взял два сморщенных кусочка, некоторое время разглядывал их, а затем откусил.

Оболочка золотистого дождевого фрукта была не то, чтобы не очень красивой, а скорее уродливой, и к тому же твёрдой. Линь Ханю пришлось приложить некоторые усилия, чтобы раскусив её, обнажить золотую внутренность. Вкус этого невзрачного плода не был таким же сладким и ароматным, как у привычных фруктов, но зато он содержал гораздо большее количество углеводов. Вот почему это была самая желанная еда для людей, живущих на приграничных планетах.

Проглотив кусочек, Линь Хань посмотрел на нервничающих человека и зверя перед собой и улыбнулся, чтобы успокоить их - тот факт, что он проспал целый день, действительно мог их напугать.

Шёл уже второй день, как они оказались в ловушке на этой пустынной планете, а М2742 перешёл в режим низкого потребления энергии. Хотя эта сложная ситуация теперь казалась уже не такой страшной из-за появления беззаботного маленького мохнатого комочка, а подобранный ими кусок железного листа надёжно изолировал их тесный мирок от суровых условий внешней среды и экстремального перепада температур, но из запасов у них была только вода, а энергии меха для поддержания работы систем жизнеобеспечения пилотов не хватит надолго, а эти плоды действительно помогали быстро восполнять недостающие физические силы и давали сильное чувство сытости.

После того, как Линь Хань съел всего лишь две штуки, он выглядел довольным, потирая живот - жгучее чувство голода наконец временно отступило.

Хэ Юнтин терпеливо ждал, пока Линь Хань закончит есть, прежде чем рассказать ему о своих планах на ближайшие несколько дней.

- В ближайшие два дня, в то время, когда температура даст возможность свободно передвигаться по поверхности планеты, я расширю территорию поиска и постараюсь принести для нас ещё немного еды, - сказал Хэ Юнтин. - Лучше пока не перемещать мех, это будет не поздно сделать, когда я найду подходящее место.

Линь Хань кивнул, понимая, что они не могут просто сидеть здесь и ждать смерти. Если мех не сможет восполнить свою энергию, они в конечном итоге полностью потеряют связь с внешним миром.

То, что говорил Хэ Юнтин было правильным, вот только Линь Хань, всё время пока слушал его, чувствовал лёгкое беспокойство, ему действительно было немного неловко оставаться без дела:

- Но...

- Мистер Линь, вам не стоит покидать мех. Просто подождите, пока я вернусь за вами, - сказал Хэ Юнтин, не дав ему договорить.

Линь Хань некоторое время молчал. Он знал, что с его физическим состоянием выход с Хэ Юнтином, несомненно, добавит тому только проблем, к тому же другой человек не должен был всё время носить его на спине - это отняло бы у генерала много физических сил, и следовательно не стоит того.

- Не беспокойся обо мне, - Хэ Юнтин, казалось, понял, что не даёт покоя Линь Ханю, и постарался его успокоить, - у меня хорошее чувство направления, и мне не составит труда найти путь обратно.

Линь Хань чувствовал, что ничем не может помочь, и его сердце переполнилось чувством вины:

- ...Гм.

Он нежно гладил мягкий маленький шарик на своих руках, но ему по-прежнему было немного не по себе. В этот момент он как никогда остро ощущал недовольство уровнем своей физической силой.

- Тогда я пойду, - сказал Хэ Юнтин лёгким тоном и встал, - как раз жара спала.

Линь Хань на мгновение потерял дар речи, понимая, что у него вообще нет никаких причин, чтобы остановить его. Он молча смотрел на высокого человека перед собой - лицо генерала было спокойным, а глаза излучали привычный холод, как будто ничто не могло заставить его потерять душевное равновесие. Но Линь Хань хорошо понимал, с чем может столкнуться Хэ Юнтин, в то время, пока он будет, сидя в мехе, просто ждать новостей.

- Хорошо, - сказал Линь Хань, в этот момент ему ничего больше не оставалось, как полностью довериться этому человеку.

Изначально Линь Хань хотел, чтобы Гулулу пошла с Хэ Юнтином, но маленькая штучка, похоже, оказалась более прилипчивой, чем он себе представлял, к тому же она неожиданно продемонстрировала естественную неприязнь к Хэ Юнтину. В конце концов, он так и не смог заставить её пойти с генералом.

Линь Хань отдал военную куртку первоначальному владельцу, и Хэ Юнтин, ничего не сказав, взял её.

Просто молча кивнув, генерал пошёл к двери кабины. Гулулу прыгала взад и вперёд на плечах Линь Ханя, время от времени тыкаясь в его шею, чтобы потереться о неё своим мехом. А он заворожённо смотрел на по-прежнему ослепительно серебристые волосы Хэ Юнтина и его широкую и теплую спину, обращенную к нему. Казалось, что даже когда этот человек так сильно упал, он по-прежнему оставался всемогущим.

В этот момент Линь Хань внезапно ощутил сильное чувство потери, но вместо страха или депрессии из-за этого, в его сердце неожиданно зародилась жестокая фантазия, подпитываемая каким-то странным романтическим настроением.

«Неужели мы никогда не сможем вернуться назад?

Как долго мы сможем прожить?

Никто здесь не знает про нас. Мы тут никто, всего лишь два путника, забредших на приграничную территорию. Никто не знает наших имен, и никто не следит за тем, что мы делаем.

..Тогда можем ли мы быть немного более раскованными и делать то, на что мы раньше не осмелились бы? Ведь если мы умрём, свидетелем от начала и до конца будет только одна Гулулу. Но она легко сохранит наш секрет, это маленькое существо даже не разговаривает...

Когда мы погибнем, все наши тайны останутся здесь. Затем, превратившись в звездную пыль, мы возвратимся во Вселенную, рассеемся по Млечному Пути и снова станем частью звёздного неба... Это также своего рода объятия.»

Хэ Юнтин, собиравшийся спуститься на землю, остановился.

Линь Хань, всё ещё находясь во власти охватившей его печали, молча наблюдал за тем, как генерал снова идёт к нему. Люк был открыт, и позади высокого мужчины была видна простирающаяся до горизонта пустынная поверхность планеты.

- После возвращения в империю мистер Линь снова пойдёт в исследовательский институт, верно? - внезапно сказал Хэ Юнтин.

Линь Хань не понял, почему тот вдруг сказал это, и прошло довольно много времени прежде чем он чуть заметно шевельнул губами, тихо пробормотав:

- Хм. ...Нужно завершить разработку нового меха.

Хэ Юнтин ничего не сказал, продолжая молча смотреть на него. Линь Хань по-прежнему не понимал, зачем собеседник задаёт такой вопрос, поскольку они явно не могут придумать, как вернуться назад.

- А за нами правда прибудет подкрепление? - с сомнением в голосе спросил Линь Хань.

Хэ Юнтин не ответил, его лицо было таким же холодным, как и прежде.

В этот момент печаль в сердце Линь Ханя усилилась в несколько раз. Он открыл рот и позвал:

- Генерал...

Он обратился к нему также, как и прежде, и вдруг ему захотелось назвать его не просто генералом... Но Линь Хань не успел договорить, потому что Хэ Юнтин опередил, сказав уверенно:

- Мы сможем вернуться. Я обязательно отвезу тебя назад.

Хэ Юнтин, казалось, видел необъяснимую печаль сковавшую сердце и разум Линь Ханя, и поэтому в тот момент решил сказать ему:

- Поверь мне. Мистер Линь, ты сам говорил, что я непобедим.

Линь Хань наблюдал, как человек, который был так близко, похоже, хотел попытаться поднять уголки рта в улыбке, но в конце концов решил сдаться, потому что боялся, что выражение его лица станет странным и слишком жёстким.

- Вот только, после того, как вернётесь, вам, возможно, в первую очередь придётся заняться моим М2742. Я больше никому не доверю его.

А потом Хэ Юнтин добавил:

- Когда мы вернёмся в империю, мне нужно будет кое-что сказать мистеру Линю.

Когда тот закончил, Линь Хань поджал губы и посмотрел на высокого мужчину перед собой. В уголках его глаз проступила краснота, и он вдруг почувствовал себя очень испорченным. Хотя Хэ Юнтин уже пообещал ему рассказать это после возвращения, он вдруг ужасно захотел заранее узнать, о чём другая сторона хочет поговорить.

Когда мужчина собирался снова развернуться, чтобы наконец покинуть мех, Линь Хань потянулся и схватил его за руку.

Хэ Юнтин не стал спрашивать причину, когда в глубине его голубых глаз отразилось несколько смущённый Линь Хань.

- Мы действительно вернёмся? - снова спросил Линь Хань, хотя знал, что генералу это не понравится.

«Наверное, я спрашиваю об этом в последний раз.»

- Да, я сделаю это, - обещание Хэ Юнтина прозвучало мягко, но в то же время в нём чувствовалась твердая и неоспоримая сила.

Казалось, он был действительно непобедим даже в таких обстоятельствах.

Вот только...

Хотя рука Линь Ханя крепко прижималась к ладони Хэ Юнтина, но как бы он ни концентрировался, никак не мог расслышать даже намёка на мысли собеседника. Конечно, Линь Хань уже предчувствовал, что его сверхъестественные способности будут постепенно слабеть в эти дни из-за недостатка сил и духовной энергии, но он всё равно почувствовал себя немного неуютно, когда они внезапно исчезли.

Он продолжал держать руку собеседника: не с большой силой, но очень плотно вставив свои пальцы между пальцами другого. В его ушах по-прежнему царила тишина.

Линь Хань сжал пальцы, не желая отпускать. Но этот факт постепенно стал очевидным - его способность читать мысли исчезла.

___________________________