Амнезия

        Широкая улыбка на лице довольного Чонгука заставила Пака нервничать. Мысленно молодой человек прокручивал все моменты из своей жизни, которые он помнил, счастливые и печальные, всё то, что случалось с ним за всё это время. Чимин был готов попрощаться с жизнью. Он понимал, что встреча с этим существом ни к чему хорошему не приведёт. И возможно Чон выполнит своё обещание не сейчас, но в скором времени... он сделает это.

— Почему не улыбаемся? — с досадой поинтересовался Чонгук и выставил руки для объятий, но видимо зря. — Какие же вы грубые, не хотите, как хотите. А я ведь по-хорошему хотел.

— П-по-хорошему? — слегка заикаясь, спросила Виён и начала медленно отходить к стене.

— Да, по-хорошему.

Парень улыбнулся ещё шире, и его взгляд упал на Пака, который в свою очередь стоял на месте. Он не шевелился, не говорил, просто стоял. Создавалось впечатление, будто его нет. Но это не поможет ему избежать холодного пристального взгляда Чонгука, который всем сердцем желает сделать больно этому человеку.

— Не бойся, я пришёл всего лишь поговорить. Сегодня никто не умрёт, — присаживаясь в кресло, проговорил Гук, — Наверное...

— Что ты хочешь услышать от меня? Может, поведаешь свой план моего убийства? Как переломаешь мне конечности или выпьешь всю мою кровь?!

Чимин покраснел от злости, он тяжело дышал и не мог смотреть в одну точку. Картинка расплывалась прямо перед глазами.

— Хах, — усмехнулся собеседник и наклонил голову в сторону, показывая все своё недовольство. — Я не вампир, чтобы пить твою кровь. Кровь — это еда, которая должна подходить мне. Еда должна быть желанная, приятно пахнуть и выглядеть, а ты мне противен, Пак Чимин. Не неси чушь, если хочешь остаться сегодня живым.

Пак нервно сглотнул и слабо кивнул в знак согласия. Да, ему не хотелось соглашаться, но что делать, если тебе угрожают? Шатен не так глуп, чтобы показывать свой характер, поэтому в такой ситуации лучше всего поддержать слова так называемого убийцы-призрака.

— Не переживай так сильно, твой запах страха мне уже порядком поднадоел.

— Что? — вмешалась Виён, которая всё еще стояла около холодной стенки, её глаза были слишком большими, то ли от удивления, то ли от страха.

— Тебя это тоже касается, — Чон покосился на девушку и слабо улыбнулся, обнажая свои клыки. — Вы как дети, честное слово. Думали, что в сказках правду пишут? Ладно, ты — человек, а ты? Ты ведь призрак, Кан Виён. Тебе ли не знать, что мы чувствуем...

— Не мы! У нас нет ничего общего! — шикнула брюнетка и со злобой в глазах посмотрела на парня. — Не смей говорить, что нас что-то связывает. Никогда. Ты мне противен.

— Вот значит как... — задумчиво прошептал Чонгук. — А раньше ты бы так не сказала, Кан Виён. Всё-таки время меняет людей, даже таких хороших, как ты. Ах, правильно сказать, была хорошей. Как жаль, что в прошедшем времени.

— Йа-а-а, ты о чём?! — не выдержав закричал Чимин, о чем сразу же пожалел.

В палату с бешеной скоростью влетели трое громил с пистолетами. Но, не увидев ничего странного, они лишь косо посмотрели на молодого господина и, не дождавшись ответа, покинули помещение, громко хлопая дверью.

— Вот же мальчишка, — буркнул один из мужчин и почесал пистолетом у виска. — Вечно орёт на кого-то.

— Айщ, на кого орёт, если там никого нет? — поинтересовался новенький.

— Злой дух там сейчас находится, хочет вашего хозяина со света сжить за то, что по его вине он умер. Вижу девушку, хорошая была, жалко умерла давно. Любили они друг друга. Хорошей парой были, но не судьба им вместе быть.

Хриплый голос пожилой женщины заставил мужчин хмыкнуть и недоверчиво покачать головами. Кто-то даже подумал, что у старушки слишком бурная фантазия для её то возраста.

— Бабуля, идите куда шли, нечего нам, взрослым мужикам, голову детскими страшилками забивать, — смеясь, сказал один из охранников, и остальные поддержали его.

— Бог с вами, дети мои, — напоследок прошептала женщина и, перекрестившись, быстрым шагом направилась вдоль белого коридора.

Чонгук всё это время подслушивал разговор охранников и старушки за дверью, изредка посмеиваясь, думал о том, какие же всё-таки люди глупые создания. Оказывается, они многого не знают. Хотя, это хорошо. Так намного приятнее убивать жертву, зная, что никто даже не догадывается о том, кто её убийца.

— Что же, Пак Чимин, я поведаю тебе одну очень интересную историю, главным героем которой являешься ты.

Чон поднялся с места и в мгновение оказался возле Пака, который в это время чуть не упал в обморок от неожиданности. Сложно поверить, но такие, как Чонгук и Виён, могут телепортироваться, видеть сквозь стены, пользоваться сверх слухом, благодаря которому Чонгук смог услышать разговор, который обычный человек, даже сильно напрягаясь, никогда не сможет подслушать.

Чимин опустил глаза вниз, он почувствовал слабость в ногах, его голова потяжелела, а тело кажется перестало слушаться. Он был похож на куклу, кукловодом которой является улыбающийся Чон Чонгук. Со стороны это выглядело неестественно ужасно, даже в самом страшном ужастике такого не увидишь.

— Совсем недавно Виён рассказывала тебе о вашем знакомстве. Так вот, она забыла упомянуть одну деталь, которую ты наверняка знаешь, или же ты должна её помнить, ты не могла забыть, это нельзя забывать, — смотря на девушку, тихо говорил Чон. — Я был человеком, благодаря которому ты, Пак Чимин, проиграл спор. Ты не смог затащить Виён к себе в койку, а если бы и посмел, я бы нашёл тебя и убил собственными руками. Даже сейчас, думая обо всём этом, я не жалею, что умер, ведь тебе она не достанется. Она не достанется никому!

Чонгук с презрением посмотрел на Чимина, немного ухмыльнулся и представил, что будет с ним через три дня. Осталось каких-то жалких 72 часа, и скоро всё будет так, как он ранее этого хотел.

Время, когда они втроём были вместе. Трое счастливых дружных человека, которые дорожили друг другом до тех пор, пока двое не предали третьего, начав отношения. Всё это давно кончилось и никогда не повторится вновь. Даже в самых глубоких уголках своей гнилой души Чонгук не желал смерти бывшему другу, но из-за девушки, которую он так сильно любил, можно пойти на грех, и плевать, если она не простит его. Он должен закончить эту историю. Он обязан положить этому конец. И в скором времени он сделает это.

— Что же, на сегодня наша встреча окончена.

Чонгук грубо отпихнул Пака в сторону и подошёл к Виён. Он улыбнулся и хотел коснуться щеки девушки, но рука прошла сквозь неё, поэтому парень обречённо вздохнул и, смотря в глаза Кан, прошептал:

— Скоро мы будем вместе, осталось совсем немного, потерпи, Кан Виён.

Девушка не успела открыть рот, как след Чонгука уже простыл. Он только что был здесь, стоял прямо перед ней, сказал ей какую-то несуразицу и исчез. Какой же странный этот парень. Слишком скрытный, до боли знакомый молодой человек. Но почему же Виён не помнит его?

Их прошлое было связано нитями дружбы, хоть и одна половина была другого мнения, но её чувства отвергли, бросили и растоптали — так думал Чон. Любовь может изменить человека до неузнаваемости. Так произошло и с парнем, чувства которого не восприняли всерьёз, их просто не заметили.

А разве в этом есть вина Виён? Разве она виновата в том, что полюбила другого? Любовь — это болезнь, которая приходит сама, она не спрашивает разрешения, она появляется без причины, просто так.

— Чимин? — уже в десятый раз спрашивала Виён парня, но тот напрочь не замечал её, он думал о чём-то своём. — Как же с тобой тяжело, Чим-Чим.

Виён руками схватила его за воротник и потянула на себя, так, что они оба упали на пол. Шатен резко открыл глаза и увидел перед собой лицо перепуганной девушки, которая пыталась поднять с себя тяжёлое тело Пака, но у неё это совершенно не получалось.

— Не так нужно это делать, — хмыкнул Чимин и перевернул девушку так, что теперь она сидела сверху на нём, — Вот так правильно.

В мгновение губы парня касаются чужих губ и углубляют поцелуй с каждой секундой. Его язык проворно вырисовывал узоры во рту у девушки, а та и не сопротивлялась. Виён лишь улыбнулась сквозь поцелуй и ещё сильнее притянула к себе Чимина, крепко сжимая его в своих объятиях.

***

Блуждая в очередной раз по больнице, Чонгук думал о том, как может остаться с Виён. Хоть это и было маловероятно, но он до последнего верил, что чудо произойдёт, и он сможет остаться с девушкой, быть с ней счастливым. Хотя бы раз в жизни он имеет право быть счастливым, не так ли? У человека бывают счастливые и грустные моменты в жизни, одно без другого существовать не может. Даже если жизнь полна горечи и сожалений, в ней должны присутствовать яркие краски, хотя бы немного. Ведь человек не способен прожить в одиночестве один на один с трудностями, это было бы слишком больно.

— Господин Пак, пройдёмте с нами в палату молодого господина.

Женщина средних лет прыгала возле своего нанимателя, как собачонка, и вечно тарахтела о том, как давно не виделись сын с отцом. Давно пора встретится и поговорить, всё-таки не чужие люди. А так ли это? Половина правды в этих словах есть, всё-таки Чимин кровь и плоть господина Пака, но семейные узы между этими людьми никогда не проявлялись. А стоит заговорить о передачи компании сыну, как старший Пак начинал затыкать рты всем своим работникам.

— Мне не до него, — отмахнулся мужчина и взял одну стопку бумажек из рук помощницы.

— Но господин Пак, а как же...

— Я сказал нет! — рявкнул тот, и все закрыли рты.

Проходящие мимо работники больницы, обычные больные стали тихо перешёптываться о том, какой плохой человек так обращается с хрупкой женщиной. Небось слишком много денег, раз он смеет унижать своих подчинённых при всех.

Чонгук из-за угла посмотрел на мужчину, представляя, как его кровь будет растекаться по стене этой жалкой больницы. Его не спасут деньги и должность. Ему никто не сможет помочь. Даже если он заплатит огромную сумму или отдаст всё своё состояние, он по-прежнему останется в одиночестве, мучаясь от жгучей и неприятной боли во всём теле, которую так жаждал Чон.

Думая обо всём этом, парень позабыл о том, что нужно следить за своей жертвой. Поэтому из-за своей же ошибки он потерял шанс лишить жизни того, кто однажды разрушил жизнь его лучшего друга, любимой девушки, и в конце концов он лишился самого себя. Осознание того, что ты существуешь, весьма неутешительно. Это приносит ещё большие муки и страдания.

— Чёрт! — прокричал Чонгук и со всей силой ударил кулаком в стену.

Он сделал глубокий вдох и с сожалением выдохнул. Ему нужно убить кого-нибудь сегодня, сейчас, в эту минуту. Его желание смерти намного больше, чем он предполагал, и справиться с этим практически невозможно.

Подойдя к первой попавшейся палате, Чон посмотрел через стекло и был приятно удивлён: там не было никого, за исключением одной пожилой дамы, которая убиралась в помещении, после того, как больные ушли на ужин. Неподходящий же момент выбрала для себя эта бедная старушка. Она не виновата в том, что работает здесь, просто ей не повезло.

— Здравствуйте, — сладким голосом промурлыкал Чонгук и улыбнулся женщине.

Та открыла рот от страха и начала креститься, бурча себе под нос древние молитвы, которые Чону приходится слышать уже в который раз. Кажется, будто он сам выучил их наизусть.

— Отче наш... спаси и сохрани, Господи помилуй... — продолжала тараторить она.

— Почему Вы так странно себя ведёте? — с издёвкой поинтересовался парень и подошёл ближе к жертве. — Вы чего-то боитесь?

— Монстр, дьявол, сатана! — еле слышно прошептала женщина и, упав на чистый пол, который она успела вымыть, начала медленно отползать в сторону, всё так же продолжая читать молитвы.

— Эх, как же скучно. Не переживайте, всё-таки возраст уже не тот, да? — смеясь, проговорил призрак, и его рот исказился в страшном оскале. — Вы умрёте быстро.

За долю секунды Чонгук приблизился к добыче и вцепился в её изогнутую шею, из которой сразу же потекли струи тёплой крови, которые так сильно бодрили парня. Этот сладостный запах победы так и норовит повторять это снова и снова.