Во благо имаго

Община до поздней ночи праздновала победу Крепыша, притом на Грача, который более-менее оправился и уже мог твёрдо стоять на ногах, никто не обращал внимания, а все те, кто раньше хорошо к нему относились, старались после поединка попросту не замечать его. Понимая, что их присутствие неуместно, Витген и трое соратников спешно собрали личные пожитки и покинули становище в неизвестном направлении. По прошествии определённого срока живот Сетрана готов был лопнуть от приличного количества съеденных кусков жареного мяса вперемешку с хлебитами и выпитого спиртного, а голова трещала от неугомонной болтовни непокорённых, желавших лично поздравить «героя» и опрокинуть с ним по кружке эля. В конце концов ему удалось ускользнуть от словоохотливых любителей повеселиться и он, сытый, захмелевший и усталый, однако чрезвычайно довольный, отправился спать, жалея только, что у него так и не получилось поговорить с Кетти наедине. Хранительница уделила Арвиду совсем немного времени, а потом в их беседу вмешались слишком пьяные Бочка и Рыбак, и она предпочла оставить шумных, не в меру темпераментных мужчин и уйти к небольшой группе девушек, чтобы развлекаться дальше вместе с ними. Возможно, это было даже к лучшему, так как губы Сетрана внезапно начали шевелиться с большим трудом, а в глазах стало двоиться...

Утро ознаменовалось головной болью и сухостью во рту, хорошо что Лана вчера предусмотрительно предложила ему взять с собой одну фляжку из её с Хеглутом запасов, и приятный подарок на следующий день воистину вернул Арвида к жизни. Эль показался ему невероятно чудодейственным напитком и помог в первые минуты справиться с похмельным синдромом, ну а плотный завтрак, освежающее купание в ручье и долгая прогулка на свежем воздухе уже в полной мере восстановили его силы. Возвращаясь домой в приподнятом расположении духа, он приметил вдруг знакомую девичью фигуру в паре метров от своей хибары. Кетти ждала его там с луком на плече и колчаном, полным стрел, за спиной.

— Ты не против совершить вылазку в лес? — спросила она вместо приветствия, как только Сетран подошёл поближе.

— И какая у неё будет цель?

— Охота.

— Ты и я отправимся на охоту? Вдвоём? — удивился Арвид.

— Тебя что-то смущает?

— Я полагал, что это чисто мужское занятие.

— В большинстве кланов ею в самом деле занимаются главным образом мужчины, тем не менее иногда встречаются и исключения. Кроме того, данное правило не распространяется на хранителей. Мы должны самостоятельно обеспечивать себя всем необходимым. Ну и ещё мясо можно выменять на что-нибудь полезное, например одежду, если не умеешь или не хочешь изготавливать её своими руками из шкур.

— Разве мясо является необходимостью? Когда вокруг столько доступной еды...

— Нельзя ограничивать пищевой рацион лишь плодами лиан. Это знает каждый непокорённый! Тебе ещё не рассказывали о том, что может случиться, если питаться только хлебитами?

— Неужели ты тоже веришь наивным сказкам? — вопросом на вопрос ответил Сетран.

— Конечно, — серьёзным тоном произнесла девушка. — То, что тебе представляется небылицей, в действительности может оказаться правдой.

— Ладно, — махнул он рукой, — не хочу спорить... Мне, наверное, следует прихватить с собой оружие?

— Гулять в джунглях без оружия — самая глупая идея, какая только может прийти в голову нормальному человеку.

— У меня в шалаше есть дубинка, копьё и ножи. Что из этого взять?

— Копьё и ножи. И флягу с водой.

— А лук? Он мне ведь также понадобится?

— Нет, — отрицательно покачала головой Кетти. — У меня есть мой, и его будет для нас достаточно.

— Хорошо. Дай мне пару секунд на сборы. Я мигом...

Уже вскоре они оставили лагерь позади и шагали по тропинке, уходящей куда-то в лесную глубь. Хранительница быстро шла впереди, указывая путь Арвиду, который старался не отставать от провожатой и пытался по её совету запомнить отличительные особенности местности, такие, к примеру, как дерево с кривым стволом, обломанная толстая ветка, высохший кустарник, необычные проплешины в траве и прочие нюансы, чтобы хоть немного ориентироваться в пространстве, и поначалу ему это весьма неплохо удавалось, но чем дальше они удалялись от поселения, тем труднее становилось удерживать в памяти характерные черты и признаки окружающего ландшафта. Они почти не общались в дороге из-за того, что девушка велела мужчине держать рот на замке и вообще вести себя как можно тише. Сетрану подобные предосторожности не доставляли радости, поскольку он уже давно искал случая для беседы с глазу на глаз. Где-то через три-четыре часа пути Кетти сжалилась над ним и соизволила сделать привал. Они нарвали хлебитов и уселись напротив друг друга на мягкой траве в тени небольшого деревца. Ели молча и неторопливо, при этом Арвид то и дело поглядывал на попутчицу, но она сидела с бесстрастным лицом, резала острым ножом инопланетные фрукты на маленькие кусочки и затем медленно жевала их с отрешённым видом, словно совсем не замечала его. Когда с едой наконец-то покончили, хранительница прислонилась спиной к стволу, подобрав ноги и обхватив колени руками, и посмотрела долгим меланхоличным взглядом на Сетрана.

— О чём ты задумалась? — немного выждав, поинтересовался он.

— Я вспомнила твою стычку с Витгеном... Ты так легко расправился с ним, как будто играл с капризным ребёнком, а не дрался с опытным бойцом.

— Просто по этой части у меня, похоже, имеется всё-таки больше опыта, чем у него, — улыбнулся Арвид. — Ты ведь не знаешь, кем я был в прошлом.

— Ну почему же... Знаю. Гирхап мне ещё вчера днём сообщил, как ты на собрании рассказывал про свою прежнюю жизнь. — Она сделала небольшую паузу и добавила: — Ты молодец! Клан принял тебя, а после поединка с Грачом твоё положение в общине стало намного прочнее.

— С какой стати он затеял конфликт?

— Это всё из-за меня, — вздохнула девушка. — Его сильно разозлил мой отказ покинуть становище Горбуна, ну а потом речь зашла о тебе, и он решил отыграться таким способом.

— Унизить новичка?

— Да. Явно вознамерился продемонстрировать всем, какой ты никчёмный человек и что мне не следует тратить на тебя время.

— Витген заявил, дескать, ему необходим воскрешённый человек для его клана. Неужто это так важно?

— Не стоит слепо верить словам моего давнего знакомого... — проговорила Кетти и отвела взгляд от лица Сетрана.

— Тогда чего он добивался?

— Меня.

— Тебя?

— Это старая и довольно печальная история.

— Расскажешь мне?

— Поверь, я предпочла бы не обсуждать подробности, если бы не одно весомое но... Если бы ты, сам того не желая, не оказался нежданно-негаданно её участником. Было бы неправильно с моей стороны скрывать от тебя истинный повод вчерашнего скверного инцидента.

— Я тоже так считаю.

— Может быть, ты обратил внимание на руки Витгена...

— Разумеется, — утвердительно кивнул Арвид, — в бою нельзя упускать из вида конечности противника.

— В таком случае ты наверняка заметил, что у него на коже одной ладони есть специфический узор. Спираль. Точно такой же рисунок, как и у меня, как, в принципе, у каждого хранителя.

— Я увидел эту татуировку ещё при первой встрече с ним. Выходит, Грач — хранитель?

— Нет. Он бросил курс подготовки и не сумел стать посланником Совета. Именно поэтому у него спираль лишь на одной руке. Вторую наносят на кожу по завершении обучения. С малых лет мы были с ним в группе учеников, но, в отличие от других, у него постоянно не хватало терпения и усидчивости. Магистры пытались помочь ему побороть данную слабость, вот только их усилия были тщетными. Бесспорно, он обладал талантом, как и все мы, однако ему не хватало упорства, чтобы развить его в нужной степени. Витген желал иметь всё и сразу. Он находил учебные занятия скучными, а строгие правила магистров бесполезными и ошибочными. Даже Закон не внушал ему должного уважения. Грач не высказывал личные сомнения открыто, хотя время от времени делился ими со мной. В детстве мне казалось, что нас связывает лишь невинная дружба, но когда мы достигли подросткового возраста, я всё больше стала замечать, что он начал проявлять привязанность. Когда мне исполнилось шестнадцать лет, Витген вызвал меня на откровенный разговор и признался в своих чувствах. Объявил, что любит меня и собирается добровольно прекратить обучение, так как не желает быть хранителем и блуждать долгие десять лет в лесной чаще, помогая другим людям. Он задался целью создать в будущем собственный клан, в связи с чем планировал поскорее уйти из Пещер и примкнуть к какой-нибудь общине непокорённых, чтобы набраться опыта. Звал меня с собой...

— И что ты сказала ему?

— Естественно, я не поддержала его предложение. Во-первых, мне сызмальства хотелось стать хранительницей и, если повезёт, магистром, ну а во-вторых, я не испытывала любви к нему. Он был моим другом, но не более того. Жаркие признания и напористость только напугали меня. Короче, я ответила решительным отказом.

— А он? Что предпринял?

— Довольно сильно разозлился. Вероятно, Грач рассчитывал на взаимность... Как бы там ни было, он ушёл из Пещер на следующий же день, и я долго ничего не слышала о нём.

— Но вчера вы опять встретились? А я случайно наткнулся на вас и помешал ему?

Девушка тихо рассмеялась, покачав головой, и промолвила:

— За годы, прошедшие после его исчезновения, мы уже виделись с ним, к тому же неоднократно. И каждый раз Витген заводил разговор о неослабевающих чувствах ко мне. Мне порой даже кажется, что постепенно это стало его манией. Он честолюбивый и упрямый человек, и эти качества помогли ему достичь самой главной цели, ведь теперь у него есть свой клан.

— Значит, твоего расположения Грач так и не добился. Или я ошибаюсь?

— Нет, ты правильно подметил. Кстати, прошу у тебя прощения за то, что по моей вине тебе пришлось рисковать здоровьем.

— Здесь вовсе нет твоей вины. Скорее всего, учитывая здешние порядки, у меня в будущем появится ещё много оснований и причин для риска.

— Что ты имеешь в виду?

— Да хотя бы ту отвратительную свинобойку, в которой мне пришлось участвовать. А про подкормку вообще вспоминать не хочется...

— Паршивцы это заслужили.

— Как ты можешь так говорить! — ужаснулся Сетран. — Мы отдали людей на съедение чудовищам!

— Не «людей»! Крыланы сожрали свиней!

— Они такие же люди, как и мы с тобой.

— Они потеряли право так называться! — сердито заявила Кетти. — Не забывай, свиньи — предатели!

— Возможно, но прошла уже целая тысяча лет после нашествия жабитов. Может, для землян было бы лучше забыть старые обиды и вместо этого объединиться для борьбы с общим врагом?

— Тебе не понять всю глубину пропасти, что нас разделяет. Мы даже разговариваем на разных языках! Вспомни, в твоё время все жители Земли общались на одном языке.

— Но язык непокорённых тоже кардинально отличается от моего родного. Если бы не к-плант, мне понадобилось бы значительно больше времени, чтобы его выучить, помимо того, я не овладел бы им в совершенстве. Только благодаря к-планту в моей голове мы сейчас без проблем понимаем друг друга. Между прочим, у меня не вызывает сомнений, что я мог бы выучить язык свиней, если бы несколько дней провёл в обществе хотя бы одного из них.

— Это нам прекрасно известно. Ты же не первый воскрешённый... Другие уже пробовали за эти десять веков наладить контакт с некоторыми свиньями — с теми, кто попался в плен.

— У них получилось?

— Да, однако желаемого эффекта достигнуто не было. Пленники оказались чересчур глупыми существами и не смогли предоставить полезную информацию. Магистры выяснили, что свиньи выполняют в основном функции рабочих, почти всё своё время проводят в закрытых помещениях, расположенных на небольшом расстоянии от пирамид, и не имеют ни малейшего понятия, что представляют собой жилищные сооружения жабитов изнутри и чем они там занимаются. Изредка узникам удаётся совершить побег из отведённых им сооружений, которые они сами обозначают словом «вольеры», после чего беглецы вынуждены прятаться в джунглях до тех пор, пока их не обнаружат непокорённые или не сожрут шатуны.

— Пришельцы не преследуют удравших рабов?

— Только в редких случаях и исключительно на открытой местности. Среди деревьев свиньи могут чувствовать себя в относительной безопасности.

— С чем это связано?

— Точно мы не знаем, но у нас есть одна гипотеза. Дело в том, что несколько раз специальные укрытия, где проходили допросы свиней, подвергались нападению жабитов с последующим уничтожение всего живого, и в данных случаях лес однозначно не являлся помехой для инопланетян. Потом наши люди находили там лишь голое пепелище. Мы предполагаем, что пришельцы внедряют в тела слуг миниатюрные маяки-передатчики, с чьей помощью можно легко выследить сбежавших, вот только совершается это вовсе не для того, чтобы их покарать. Первостепенная задача — обнаружить скопления непокорённых и держать нас под наблюдением, или же ликвидировать, если возникнет такая необходимость. Когда магистры осознали опасность, исходящую от пленных приспешников жабитов, они отказались от любых попыток контакта с данными особями. Следовательно, нет никакого резона учить язык свиней. Не стоит тратить время на разговоры с ними, их надо просто-напросто убивать. Без всякого сожаления!

— Тебе уже приходилось лишать жизни хоть одну свинью? — прямо спросил Арвид.

— У меня пока еще не было подобной возможности. Вполне вероятно, что когда-нибудь она появится.

— И твоя рука не дрогнет?

— Трудно сказать... — смутилась хранительница. — Я же не мужчина. Вдруг у меня нет инстинкта убийцы?

— Ты считаешь, что он есть у меня?

— Не мне об этом судить...

— Я не желаю больше участвовать в свинобойках! Меня воротит от таких «процедур»! В прошлый раз мы мстили за смерть Велана Быка, хотя у нас не имелось никаких доказательств причастности тех несчастных людей к факту его пропажи. О том, что в этом виновны непосредственно они, нам поведал Лертеп, и непокорённые, а вместе с ними и я, пошли выполнять его приказ, как стадо послушных овец...

— Наверное, Бык всё-таки попал в лапы шатуна.

— Ты действительно так думаешь?

— Ради чего свиньям выслеживать и убивать его?

— Горбун предположил, что они решили подкрепиться человеческим мясом.

— Чушь! Свиньи, определённо, гнусные твари, но каннибалами не являются.

— Тогда зачем он это утверждал?

— Чтобы отвести от себя вину за гибель соплеменника. Очевидно, неумелые действия вождя как раз и привели к трагедии. Лана рассказала мне о неудачной попытке Лертепа самостоятельно «вылечить» Быка.

— Я согласен с тобой. Меня тоже посещали похожие мысли... А ты смогла бы помочь Велану? Хеглут говорил, что хранители при необходимости оказывают медицинскую помощь непокорённым.

— Не в этом случае. У меня недостаточно знаний. На месте Горбуна я бы сразу отправила больного к магистрам в Пещеры, а не стала бы тянуть время и пробовать собственными силами справиться с серьёзной проблемой.

— Ясно. Скажи мне честно, тебя совсем не волнует массовая гибель людей, коим была уготована роль козлов отпущения?

— Ещё раз напоминаю: это не люди! Мне всё равно, по какой причине подыхают свиньи. Ну а Быку сильно не повезло, к тому же, если Говорун не соврал, он сам выбрал для себя участь жертвы. Никто не заставлял его идти в лапы к крылану.

— Ты очень жестокая, Кетти...

— Нет, ты не прав, Арвид. Это не я жестокая, это наш мир такой. Мы вынуждены ему соответствовать, ведь по-другому здесь не выжить.

Он огорчённо замолчал, понимая, что, как бы ему не хотелось, у него не выйдет переубедить её, по крайней мере, в ближайшем будущем, и гнетущая тишина повисла между ними. Девушка перевела взгляд на траву у своих ног, видимо, посчитав тему исчерпанной, а диалог оконченным. Пару секунд спустя она сухо заметила, что надо выдвигаться в путь. Сетран быстро поднялся с места, взял с земли копьё и покорно последовал за хранительницей, предаваясь невесёлым думам.

Прошло уже больше часа, но она по-прежнему неутомимо вела его всё дальше в чащу, иногда замирала на ходу и вслушивалась в звуки леса или рассматривала деревья и кусты, выискивая взглядом клочки шерсти, зацепившиеся за ветки и стебли, а также порой низко нагибалась к земле, завидев отпечатки следов или звериный помёт. Арвид с интересом наблюдал за спутницей, задавал вопросы, если не понимал смысла её действий, и, получив подробные разъяснения, пытался сохранить их в памяти, правда, постепенно это занятие наскучило ему, и бесконечные блуждания в зарослях в поисках добычи уже не выглядели интригующими и представляющими хоть какую-то важность. Он не хотел признаваться Кетти, что сама мысль об убийстве живого существа для пропитания человека является для него абсурдной, в то время как рядом имеется достаточно неплохой еды растительного происхождения. При выборе маршрута девушка старалась избегать более-менее открытых пространств, аргументируя свои решения предостережением, что в подобных местах можно наткнуться на замаскировавшегося шатуна, затаившегося в ожидании беспечной жертвы, вследствие чего им приходилось часто петлять между тесно растущими стволами, плотно увитыми лианами, или же обходить стороной густые скопления кустарников, что, разумеется, никак не способствовало быстрому продвижению. Пару раз Сетран споткнулся о корявые и незаметные в траве корни, торчавшие из земли, и в дальнейшем был вынужден внимательно смотреть под ноги, чтобы ненароком не упасть и не наделать шума. В некоторой степени опасаясь вызвать недовольство и упрёки хранительницы по поводу собственной неосторожности, он замедлил шаг и пропустил момент, когда она обнаружила подходящую добычу.

Кетти остановилась перед толстым стволом могучего дерева и коротким взмахом руки подозвала мужчину к себе, выразительно прижав палец к губам и показывая этим жестом, что он должен сохранять молчание. К той минуте, как Арвид крадучись приблизился к ней, она уже наложила стрелу на тетиву лука. Не произнося ни звука, девушка кивком головы дала понять, что где-то впереди находится главная цель их сегодняшнего путешествия. Украдкой выглянув из-за ствола, Сетран увидел узкую прогалину, посреди которой крупная косуля и её детёныш неторопливо щипали траву и листья кустарников. Он снова спрятался за природную преграду и услышал шёпот женских губ на небольшом расстоянии от своего уха:

— Самка была бы идеальный добычей, однако она слишком тяжела и её тушу будет трудно нести вдвоём до лагеря. Мы, конечно, могли бы срезать с неё лучшие куски мяса и взять только их, но мне жаль бросать остальную часть на съедение падальщикам. Во всяком случае, с её потомством у нас таких проблем не возникнет. Смотри, Крепыш, и учись! Самое важное сейчас — не спугнуть мамашу.

Хранительница бесшумно присела на одно колено сбоку от ствола, вытянула руки с луком в сторону выбранной мишени и натянула тетиву. Сердце Арвида сжалось от грусти в предчувствии близкой кончины косулёнка. Он мог бы закрыть глаза на убийство взрослой особи, хотя это и противоречило этическим представлениям того общества, в котором ему довелось родиться и вырасти, но смириться с насильственной гибелью маленького, беззащитного создания было выше его сил. Сетран спешно огляделся вокруг себя и заметил высохшую, по-видимому, уже давным-давно обломившуюся ветку у подножия дерева. Не раздумывая ни секунды, он наступил на неё, переломив с громким треском пополам, после чего мгновенно раздались характерные звуки, явно свидетельствовавшие о том, что звери бросились наутёк через кусты. Кетти опустила руки и резко обернулась. Казалось, что возмущённым, горячим взором она готова была на месте испепелить виновника происшествия.

— Что ты наделал, неуклюжий растяпа?! Я ведь предупреждала тебя, что на охоте надо соблюдать тишину!

— Прости, я не хотел... — пробормотал Арвид. — Не знаю, как эта дурацкая ветка мне под ногу попалась...

— Мы потратили столько часов на поиски, и всё зазря!

— Ничего. Найдём ещё какую-нибудь живность.

— Думаешь, это так просто? В джунглях мало зверей, пригодных в пищу человеку.

— Ну, лес вроде большой...

— Верно, причём только благодаря его огромной площади животным удаётся сохранить ограниченную по численности популяцию, потому что очень многих сжирают крыланы.

— Каким образом? Им же трудно охотиться в гуще деревьев.

— Я уже рассказывала тебе про их тактику. Хищникам вовсе не нужно продираться сквозь заросли.

Девушка встала на обе ноги и тщательно стряхнула ладонью с колена прилипшие травинки и мелкие комочки земли. Наградив нерадивого мужчину пренебрежительным взглядом, она убрала стрелу в колчан и закинула лук на плечо.

— И что теперь? Вернёмся в становище? — обратился к ней Сетран, слегка уязвлённый её нелицеприятными словами и холодным выражением глаз.

— Нет. Пойдём дальше. Мне будет стыдно возвращаться без мяса, даже если это случится по независящим от моих действий причинам. К счастью, у меня есть на примете один район, где нам ещё может повезти.

Это заявление не вызвало у Арвида особого прилива энтузиазма, тем не менее он не собирался оспаривать его или комментировать. Ему оставалось лишь согласиться с настойчивой попутчицей, так как другого варианта, в общем-то, и не было. Пока они плутали по лесу и пробирались через глухие дебри, солнце медленно, но верно стало опускаться к верхушкам деревьев, впрочем, на хранительницу изменение положения светила в небесном пространстве не произвело сильного впечатления. Её тело как будто не знало усталости, и упорству молодой женщины можно было только позавидовать. Сетран больше не пытался склонить Кетти к разговору и молча следовал за ней, гадая, когда же она всё-таки объявит ему, что удачной охота сегодня уже точно не будет. Он не обладал соответствующим опытом зверолова или следопыта и, безусловно, не мог причислять себя к специалистам в данной области, однако у него не вызывал сомнений тот факт, что присутствия крупных животных поблизости ожидать не приходится. По дороге им неоднократно встречались мелкие пискливые грызуны, удиравшие куда-то в травяные заросли при их приближении, а также небольшие птицы, порхавшие с ветки на ветку и возбуждённо щебетавшие при виде двуногих существ, но девушка невозмутимо шла дальше, по всей видимости, не считая этих представителей животного мира добычей, достойной её внимания.

Со временем Арвид стал замечать, что характер местности начал приобретать специфические признаки, похожие на те, какие не так давно позволили ему определить скорую близость внешней границы джунглей, хотя окружающий пейзаж немного отличался от уже знакомой ему картины. Впереди, там где ряды деревьев постепенно теряли густоту, виднелось несколько возвышенностей. Хранительница повела его прямо к ним, и в эту секунду он решился нарушить затянувшееся молчание:

— Зачем мы туда идём? Мне кажется, зверей нужно искать посреди леса, а не на его окраине.

— Забудь об охоте, — не оборачиваясь, обронила Кетти, — я собираюсь тебе кое-что показать.

Сетран пожал плечами и поспешил за проводницей, устремившейся к одному из холмов, поросших пожухлой травой и редкими низкорослыми кустарниками. Они взобрались по пологому склону и остановились за пару метров от вершины у небольшого пригорка, несомненно, искусственного происхождения. В центральной части объекта явно просматривались тонкие контуры прямоугольника, равного высотой росту человека, и даже обильные наслоения пушистого мха не могли скрыть его присутствия. Девушка вынула из-за пояса нож с лезвием из вулканического стекла и соскоблила им зелёную поросль с невысокого бугорка рядом с вертикальной линией. Как только поверхность была очищена от растительного нароста, Арвид увидел, что выпуклость в действительности являлась каменной ручкой, а прямоугольник, следовательно, очерчивал границы проёма двери, материалом для которой тоже послужил камень. Хранительница ухватилась за ручку и потянула её на себя. Вероятно, дверью уже давным-давно никто не пользовался, и она приоткрылась лишь на три-четыре сантиметра. Чтобы достигнуть требуемого результата, необходим был какой-нибудь рычаг, и Сетран быстро нашёл выход из затруднительной ситуации, просунув древко копья в образовавшуюся щель и навалившись на него всем телом. Невидимые глазу петли протестующе заскрипели, но пару секунд спустя уступили грубой физической силе, и дверь широко распахнулась, выпустив наружу затхлый воздух из доселе наглухо запертого строения.

— Подожди здесь! — коротко велела Кетти.

— Ты в самом деле хочешь туда забраться? Под землёй же ничего не видно, я думаю, тебе потребуется факел или что-то типа того...

— Не беспокойся, я уже бывала в этом бункере и неплохо ориентируюсь в темноте.

Она вошла в сумрачный проём и направилась по вырубленным в камне ступенькам вниз. Вначале были слышны только её гулкие шаги, а затем опять раздался протяжный скрип петель и лучи заходящего солнца прорезали тьму, высвечивая серые кирпичные стены узкого прохода, ведущего в глубину холма.

— Можешь спускаться, теперь тут достаточно света, — громко прозвучал девичий голос изнутри сооружения. — Не забудь прикрыть за собой!

Арвид взялся за внутреннюю — гладкую и чистую — ручку, захлопнул дверь (на этот раз она поддалась относительно легко) и шагнул на первую ступень лестницы. Спуск был недолгим, и вскоре он уже стоял на ровном прохладном полу квадратного и практически пустого помещения, если не считать длинного плоского ящика у одной из боковых стен. Напротив входа в торце комнаты примерно на уровне головы стоявшей там хранительницы располагалось продолговатое смотровое отверстие, наподобие амбразуры в старинных оборонительных укреплениях, окаймлённое рамой из искусственного вещества с двумя сплошными ставнями по бокам, закреплёнными на крупных шарнирах — похоже, именно они и скрипели, когда девушка открывала заслонки, — сквозь которое пробивался солнечный свет. Сетран первым делом приблизился к ящику, внимательно осмотрел его и сделал безуспешную попытку сдвинуть с места. Загадочный предмет представлял собой непомерно тяжёлый закрытый контейнер, изготовленный из какого-то специфического сплава, скорее всего, аналогичного материалу оконной рамы. В поверхность крышки была встроена компактная цифровая панель, очевидно, для управления кодовым замком.

— Не смотри на меня так, я не могу открыть этот старый сундук, — покачав головой, промолвила Кетти, отвечая на вопросительный взгляд спутника.

— Ты знаешь, что в нём?

— Нет. Никто не знает.

— Даже магистры?

— Даже они... В холмистых лесных районах, прилегающих к равнине, находится несколько подземных бункеров, и в каждом из них стоят подобные ящики. Мы полагаем, что эти укрытия были построены спустя некоторое время после вторжения инопланетян для наблюдения за крыланами или борьбы с ними. Должно быть, отсюда пытались подстрелить летящих в воздухе хищников с целью обезопасить путь и сохранить жизнь тем людям, кто стремился пешком покинуть руины городов и добраться по открытой местности до лесной чащи.

— Здесь не видно следов использования какого-нибудь оружия.

— Следов не осталось, потому как с той поры прошло уже очень много лет.

— А вдруг внутри ящиков хранится могущественное оружие? Наверняка для уничтожения крылатых чудовищ применялось нечто более существенное, чем деревянные луки.

— Всё может быть, хотя это уже не имеет значения, ведь для нас оно бесполезно. Мы разучились обращаться со сложными видами вооружений и не обладаем источниками энергии и техническими средствами для производства или пополнения боекомплекта к ним. Нам сподручнее топоры, копья и ножи.

— Вы пробовали взломать эти контейнеры?

— Много раз и всегда безрезультатно. Их невозможно разрушить доступными нам способами, а для того, чтобы подобрать нужную комбинацию чисел замка, потребуется целая вечность.

— Тогда скажи, пожалуйста, почему мы пришли сюда? Зачем демонстрировать мне древние вещи, если от них всё равно нет пользы? В целях расширения моего кругозора?

— Я вовсе не это хотела показать тебе. Подойди ко мне и посмотри наружу!

Арвид недоумевающе пожал плечами и приблизился к отверстию бойницы, встав сбоку от хранительницы. Равнина уже начала погружаться в сумерки: впечатляющие травяные заросли медленно шевелились под дуновением ветра, словно волны бескрайнего тёмного моря, облака в небе приобрели свинцовый оттенок, а тусклая гряда сопок на горизонте подёрнулась дымкой, благодаря чему очертания возвышенностей стали смутными и расплывчатыми. Сетран минут пять взирал на тоскливый, однообразный ландшафт и не проронил ни звука, но потом бездействие надоело ему и он буркнул:

— Ну и что там интересного?

— Ты слишком нетерпеливый, — спокойно отозвалась девушка.

— Что-то должно произойти?

— Да. С большой долей вероятности.

— По твоим словам, я — нетерпеливый, а вот ты сама либо просто молчишь, либо говоришь загадками!

— Прости... — виновато улыбнулась Кетти. — Сейчас постараюсь всё объяснить. Вышло так, что тебе повезло пробудиться летом...

— Без твоей посильной помощи этого бы не случилось, — в свою очередь усмехнулся Арвид.

— Летние месяцы являются особенным временем года, — кивнув, продолжила хранительница. — Особенным для крыланов, потому что для них это период спаривания, который длится с июня по август. Звери активно ищут половых партнеров и часто совокупляются, но совершают данную процедуру только в воздухе, не опускаясь на землю. Беременные самки предпочитают производить потомство на плоских вершинах гор, куда и улетают, когда приходит их срок. Видишь высокие холмы вдалеке?

— Конечно. Их трудно не заметить.

— Это сооружения жабитов. До их нашествия ничего подобного здесь, в данной местности, не было.

— Значит, на горизонте проглядываются города пришельцев? Пирамиды?

— Нет. Поселения инопланетян значительно крупнее и расположены на далёком расстоянии отсюда. Сейчас ты наблюдаешь высокие конструкции в форме усечённого конуса, созданные захватчиками из природных материалов — камня и земли — после вторжения и выполняющие функции гнездовий для крыланов. Там животные откладывают яйца, из которых потом вылупляются червяки. Предположительно, лишь малая часть приплода выживает, иначе взрослых особей было бы больше.

— Что же мешает остальным?

— Не что, а кто. Я уже говорила тебе про гастрономические пристрастия жабитов. Довольно много червяков попадает им на стол, правда, мы не знаем, каким образом это происходит. По-видимому, детёнышей крыланов собирают сразу после вылупления и партиями отправляют в пирамиды.

— Почему они не разводят их?

— Ты о чём?

— Ну, пришельцы могли бы организовать что-то наподобие птицеферм, специальных вместительных строений, где можно было бы выращивать хищников и их потомство, притом делать это в промышленном масштабе. Такой подход ведь намного эффективнее.

— Чтобы ответить на твой вопрос, нужно мыслить, как типичный жабит. Людям это недоступно.

— Крыланы устраивают гнездовья только на вершинах?

— Пока они здоровы и могут летать. Если оплодотворённая самка в силу каких-то причин становится шатуном, то ей не остаётся ничего другого, как жить в лесу и там заботиться о собственных детях, что очень непросто, ведь голодные конкуренты-каннибалы всегда готовы сожрать и червяков, и саму мать.

— Всё это звучит в высшей степени омерзительно... Выходит, ты хотела сегодня пояснить мне, чем фактически являются горы на окраине равнины, и описать цикл размножения крыланов?

— Не совсем так. Если мы ещё чуть-чуть подождём, то, быть может, станем свидетелями полового акта инопланетных зверей.

— Созерцание совокупления гадких тварей является необходимой фазой обучения премудростям жизни в новом мире для воскрешённых? — иронически поинтересовался Сетран.

— Конечно! — на полном серьёзе ответила девушка. — Каждый землянин должен хотя бы один раз увидеть и почувствовать... — Она не договорила и отвернула от него лицо, устремив взгляд своих изумрудных глаз вдаль.

Арвид обречённо вздохнул и тоже уставился на вечерний пейзаж за амбразурой окна. Ждать пришлось сравнительно долго, наверное, больше получаса, и за прошедшее время внутри бункера стало зябко и темно. В поисках тепла мужчина и женщина, не сговариваясь, придвинулись ближе и невольно соприкоснулись плечами, вот только ни он, ни она не обратили внимания на изменение дистанции между ними, так как их мысли были заняты другим. Умиротворяющее безграничное безмолвие разорвал вдруг пронзительный нечеловеческий крик, вынудивший Сетрана встрепенуться от неожиданности, и затем в лунном свете от нависшего сумрачного покрывала облаков резко отделилась серая тень. Она приближалась к земле с феноменальной скоростью, однако чуть позднее два широких крыла распахнулись и стремительное падение сразу же прекратилось. Казалось, будто крылан неподвижно замер в небе, что, впрочем, не соответствовало действительности. Гигантское животное медленно парило в земной атмосфере, поддерживаемое восходящими потоками воздуха. Внезапно со стороны леса раздался надрывный вопль, отличавшийся от прежнего вскрика более высокой тональностью, и через пару секунд в поле зрения двоих наблюдателей возник ещё один летящий силуэт. Второй крылан заметно уступал размерами первому, и этот внешний признак позволил Арвиду предположить, что он видит женскую особь.

Самка легко преодолела расстояние до самца и зависла перед ним, размеренно взмахивая крыльями. Прошло несколько минут, и Сетран уже было подумал, что они ещё долго будут так кружить, не проявляя видимой активности, но сложившаяся ситуация изменилась буквально за считанные мгновения. Самец молниеносно бросился на самку, прильнул к ней и обхватил четырьмя лапами, а та повторила последние действия партнёра, в результате чего два разных организма визуально соединились в единое целое, и длинные гибкие хвосты спелись в тугой узел. Она очутилась снизу, а он сверху, при этом их крылья начали двигаться абсолютно синхронно, обеспечивая неизменность положения в воздухе, несмотря на удвоенную тяжесть. То, что последовало далее, потрясло Арвида до оторопи и на короткое время лишило самообладания. Фигуры хищников заиграли яркими пульсирующими красками: разноцветные пятна вспыхивали на коже и моментально гасли, сменяясь пёстрыми линиями и широкими полосами, плавно скользящими по туловищам от хвоста до морды и обратно. Сверхъестественные, волнующие и завораживающие взгляд узоры быстро составляли причудливые радужные орнаменты и незамедлительно распадались на мелкие лучистые брызги, взрываясь беззвучным фейерверком, чтобы вновь сложиться в сверкающую мозаику, подёрнуться переливчатой рябью и воспылать очередной вспышкой всевозможных цветовых оттенков.

Безраздельно погружённые в сексуальный экстаз феерические создания из иного мира полыхали в пепельном небе, как два волшебных самоцвета, разгоняя вечернюю тьму и озаряя воздух танцующими искристыми всполохами. Поражённый до глубины души землянин застыл в оцепенении в холодном бункере, затаив дыхание и боясь шелохнуться, поскольку не мог оторвать взора от фантастической картины, развернувшейся перед ним. Мимолётное прикосновение к запястью вывело его из ступора и заставило машинально стиснуть тонкую кисть Кетти. Они зачарованно повернулись лицами друг к другу и встретились взглядами, освещаемые мерцающими отблесками неземного сияния, а потом, словно по сигналу, губы их слились в поцелуе. Стройное горячее тело молодой женщины задрожало под сильными пальцами Сетрана, проворно проникшими ей под одежду. Они повелительно заскользили по нежной груди и круглым упругим ягодицам, в то время как жадный язык заглушил сладостный стон, вырвавшийся из мягких уст. Девушка ловко расстегнула куртку мужчины, и узкая ладонь прижалась к мускулистой спине, страстно впиваясь ногтями в кожу. Кетти запрокинула голову, подставляя шею под неудержимую лавину жарких ласк Арвида, ощутившего тепло её руки у себя внизу живота...

Истошный визг разрезал пространство, безжалостно ударив по барабанным перепонкам двух забывших обо всём на свете людей. Хранительница резко отпрянула от Сетрана, а тот конвульсивно вздрогнул, как будто его организм пытался таким манером избавиться от овладевшего разумом наваждения. Помещение тотчас погрузилось в ещё больший сумрак, и очертания человеческих тел стали едва различимы. Арвид взглянул в смотровое отверстие и заметил в скудном лунном свете только две серые, призрачные крылатые сущности, потерявшие былые краски и разлетающиеся в разные стороны.

— Нам пора уходить. Здесь уже ничего не видно, поэтому просто доверься мне, и я выведу тебя отсюда, — отстранённым голосом объявила девушка и умело задвинула ставни окна, после чего в абсолютной темноте крепко схватила его за ладонь и потянула за собой.

Когда они выбрались наружу и закрыли входную дверь, Сетран приподнял руку, чтобы прикоснуться к Кетти, но она отклонилась назад и обронила:

— Даже не думай, что я целовала тебя осознанно!

— Как это понимать? — растерялся он.

— То, что мы делали в подземелье, произошло не по нашей воле.

— У меня сложилось другое впечатление... — Его ошеломило странное поведение хранительницы.

— Похоже, процесс спаривания животных подействовал на нас таким необычным образом. Мне приходилось слышать, что половой акт крыланов в определённых случаях способен стимулировать неконтролируемый всплеск сексуального возбуждения у зрителей, если между ними возникла взаимная симпатия, вот только я не верила раньше этим россказням и считала их чепухой. Теперь вдруг выяснилось, что это правда...

— Получается, я симпатичен тебе?

— Возможно. Пока трудно судить... Как бы там ни было, случившееся вовсе не означает, что данное чувство перерастёт во что-то большее, чем просто дружеская приязнь.

— Но...

— Достаточно! — жёстко оборвала девушка не в меру любопытного мужчину, пытавшегося докопаться до истины. — Я не желаю дальше развивать данную тему. Нам следует поторопиться, иначе мы так до утра не дойдём до лагеря!

Всю обратную дорогу они сохраняли упорное молчание и старались по возможности не замедлять шаг, а в мыслях Арвида почему-то снова и снова всплывало уже почти позабытое лицо Мелани...