Глава 36
Уголки губ медленно опускаются. В душе поселяется смятение, но снаружи сохраняю стойкость и холодность. Я понимаю, что ничего хорошего дальше не последует, но, несмотря на кульбит сердца в груди, сжимаю челюсти и вальяжно кладу руку на подлокотник, массируя пальцы. Цепко смотрю в глаза незнакомого мужчины в отражении зеркала и прищуриваюсь. Нагло, словно продолжаю оставаться повелительницей, вскидываю голову. Не пытаюсь открыть дверь, ведь знаю, что она уже заблокирована, а если и нет, то похитителю удастся меня догнать и предпринять жёсткие меры.
— Вы от кого? — менторски спрашиваю его и склоняю набок голову, изучая мужчину. Большой, хорошо сложенный, симпатичный.
Машина заводится. Мы выезжаем за пределы парковки и движемся в северо-западную часть города.
Мужчина игнорирует мой вопрос. Лишь изредка бросает на меня взгляды и оглядывает всё тело.
Я складываю руки на груди и отворачиваюсь. Хмурюсь. С бедным Данте точно что-то сделали. И мне приходится тешить себя надеждой, что он остался жив и скоро помощь найдёт его. Грудная клетка тревожно сжимается.
— Что ты сделал с Данте? — требовательно задаю вопрос, давя своим тоном и взглядом через зеркало.
— Миссис Дарден, вы ведь умная женщина... К чему этот нелепый вопрос? Лишь отключил его, чтобы не мешал.
Демонстративно изгибаю губы в отвращении и сдерживаю вздох облегчения. «Одной заботой меньше... Данте крепкий, точно выживет», — успокаиваясь, думаю я.
На вопрос, от кого этот мужчина, я уже не нуждаюсь в ответе. Это очередная игра Мефистофеля. В этом нет сомнений. «Это похищение, миссис Дарден. Я похититель. Я же являюсь и заказчиком». «Не бойся, я не маньяк. Может, только самую малость». Свожу брови к переносице и складываю руки на груди. «Опять моя задница в дерьме из-за этого ублюдка. У него же проблемы с невестой, так какого чёрта он распыляет львиную долю внимания на мою особь?» — недовольно думаю и закатываю глаза. Когда Мефистофель уже успокоится, когда прекратит свои глупые игры?
Дамиан всё же хочет получить мою боль? Она так же продолжает оставаться для него трофеем и главным удовольствием? Ни за что... Никогда... Как он только посмел пойти на этот безумный шаг? И почему опять посылает другого человека? Что за гнусавая трусость?
В голове уже выстраиваю сценарий гневной тирады, разминаю руки на случай, если придётся драться. Я не сдамся чудовищу. Только не в этой игре.
Полна ненависти к нему. Чистой ненависти из-за его поведения. Он не смеет так себя со мной вести. Я больше не его игрушка! Дамиан утратил возможность воздействия. И я покажу ему, кто в моей жизни главный.
А в следующее мгновение понимаю, что я совершенно одна. Внутри всё сжимается. Нет у меня никакой помощи. Если Дамиан захочет издеваться надо мной, у меня не хватит физических сил сопротивляться ему. Я обычная девушка, которая уже не помнит веса огнестрельного оружия. Я не Королева мафии, не самая жестокая девушка в Штатах, и даже не его невыносимая... Я просто Инга. Обычная, утратившая краску и блеск. Слабая, беспомощная, хрупкая Инга.
Но я приложу все знания и усилия против Мефистофеля. Я готова к встрече с ним каждую секунду своего существования, и он не удивит меня, лишь сможет привести в ярость и гнев.
Единственное, что не даёт мне покоя, — Мэлоди. Если он вновь начнёт шантажировать меня ребёнком? Если нанесёт ему вред? Я не верю ни единому слову о чувствах Дамиана. Всё, что произносили некогда любимые губы, является сплошной ложью... Он хитрый и ловкий обманщик. Отменный манипулятор. И если этот ублюдок хоть слово скажет о Мэлоди, я сделаю его калекой, как он сделал это с моей душой.
«Лишь бы выбраться из этого дерьма, устроенного им...»
Оказываемся в Батиньоле, семнадцатом округе Парижа. Опасливо поворачиваюсь по сторонам, созерцая уютные улицы, деревенскую атмосферу и добрые лица людей. Вижу здания, построенные в стиле неогитики. За всё время пребывания в Париже ни разу здесь не была. Приятные и роскошные в своей простоте места сменяются дорогими ресторанами, отелями и бурлящей городской жизнью. И только в конце пути напрягаюсь от неизбежного: огромный особняк в белоснежных оттенках стоит напротив и завлекает к себе. Возле ворот охрана в обмундировании. Мужчины, увидев незнакомую машину перегораживают нам путь, но, узнав в лицо моего «водителя», пропускают с шутками на французском и смехом, глядя на меня. Сразу чувствую себя неуютно. Разве Дамиан бы брал с собой чужую охрану?
Машина резко тормозит возле входа в особняк, оставляя за собой клубы пыли. Не дожидаясь ничьей помощи, я быстрее выбираюсь из салона и прокашливаюсь. Зла и вздёрнута. Я по-прежнему не перестаю думать, что внутри меня ждёт Дамиан.
Возле меня оказывается мой похититель. Вижу, что он собирается взять меня за локоть, поэтому пренебрежительно вскидываю брови и отдёргиваю руку.
— Никто не смеет ко мне прикасаться. — дерзко шиплю я, испепеляя его взглядом.
Словно умственно послав меня в хорошее место, мужчина окидывает моё тело оценивающим взглядом, хмыкает и отходит на расстояние.
Ещё раз оборачиваюсь по сторонам, анализируя обстановку. Охрана везде и с оружием. Понимая, что бежать из клетки бессмысленно, я иду на поиски зверя. Сама поднимаюсь по ступенькам к дверям, с силой отпираю их и на мгновение останавливаюсь, оглядывая величие помещения.
Делаю шаг вперёд в просторный холл, поднимая голову к изысканной, огромной люстре. Сжимаю кулаки. Кажется, я пока ещё не готова встречаться с Дамианом. Но потом ухмыляюсь от своей наивности. «Разве его волнует моя готовность? Мефистофель устроил шоу с моим похищением и теперь будет ждать оваций».
— Миссис Дарден! Вы и представить себе не можете, как сильно я рад нашей встрече! Я всё сидел по ночам у бассейна и думал о том, как бы заманить вас к себе. А всё оказалось намного проще, моя дорогая...
Дыхание останавливается, когда я ловлю глазами мужчину, спускающегося по широкой белой лестнице. Я прежде не встречала его, но нутром понимаю, что именно на его месте я ждала увидеть Мефистофеля. Меня охватывает минутный ступор от непонимания. Мотивы Дамиана были поняты ещё подавно, а вот этот мужчина... Зачем я ему? Кто он такой? И что он собирается делать?
От неожиданности сглатываю и делаю шаг назад, упираясь лопатками в твёрдую грудь охранника. Машинально отхожу от него, словно ошпаренная кипятком, и своенравно поднимаю голову, не стесняясь и сейчас своей напущенной в глаза высокомерности и гордости.
Мужчина средних лет с уже поседевшими волосами. Невысокий, достигает только меня на каблуках. Глубокие морщины залегли на лбу и между бровей. Взгляд скользкий, улыбка мерзкая. Тело худое, можно спутать с подростковым. Спускается он небыстро, с надменностью и торжеством в глазах. Действительно рад добыче. Только вот не он мой охотник, и добычей для него я быть не могу. Охотник у меня один и на всю жизнь...
Мужчина перебирает чётки из янтаря. Складываю руки на груди и смачиваю губы. Возможно, им это может показаться вызовом и провокацией, но для меня это необдуманное движение языком от нервов, которые я старательно пытаюсь притупить. Никто не увидит моего страха. Ни один мужчина. Никогда.
Сойдя со ступенек, мужчина сбавляет шаги и приобретает широкую, неприятную, как и он сам, улыбку. Внимательно исследуя меня взглядом с ног до головы, он кивает в такт своим мыслям, что настораживает меня, и подходит ближе. Глаза напротив глаз.
— Бывшая Королева Милстропа... Королева Короля «Vida Negra»... — протягивает мужчина с восторгом. — Я поражён...
— Информация, собранная на сплетнях, — сохраняя спокойствие, даю ответ. — В целом... — также нахально оглядываю его с ног до головы и громко усмехаюсь, — удовлетворительна для вас... — тихо посмеиваясь, прищуриваю глаза.
На мужском лице появляется опасный оскал, который меня даже не пугает. С вызовом выгибаю бровь, играя с огнём.
— Вы слишком недальновидна в своих высказываниях, миссис Дарден. Я не поддерживаю в своём доме девиантности и наказываю за неё. Но вы ведь моя гостья и ещё не выучили всех правил выживания, поэтому я спущу вам это с рук. — мужчина улыбается, вызывая у меня холодок, но я продолжаю держаться в выученной роли равнодушия и хронического скепсиса. — Прошу за мной... — он указывает рукой вперёд.
Я делаю твёрдый шаг и направляюсь за мужчиной, попутно изучая убранство дома. Ничего, что помогло бы сражаться. Голые стены да и только. Словно к моему приезду здесь специально всё спрятали, предсказывая мою натуру. Приходится идти за хозяином дома, раздумывая, для чего здесь моё нахождение. Опасность. Инстинкт самосохранения кричит мне о побеге, но я пытаюсь игнорировать гормоны и здраво мыслить. Я попала к непростому человеку, одному из французских Боссов. И понятия не имею, какие у него планы на меня.
— Инга, вам не кажется, что столь короткая стрижка не подходит вам? — вдруг по дороге кидает он мне вопрос.
— Сколько вам лет? — отзываюсь.
— Пятьдесят шесть. Какое это имеет отношение?
— Мужчина, вам не кажется, что в этом возрасте можно было бы выглядеть лучше? — пожимая плечами, спрашиваю. Кажется, я просто страх потеряла. Но человек, потерявший страх, волен в своих высказываниях.
Передо мной громко смеются. Я морщусь от мерзости и отворачиваюсь.
— Дьявол, как же ты мне нравишься! Дардену с тобой очень весело было, да? — оборачиваясь, кидает он.
Поток боли бьёт по мне от воспоминаний. Слишком неправильно... слишком несправедливо. Заслужено ли? Нет... Я просто стала жертвой обстоятельств... Сглатываю и сжимаю кулаки.
Мужчина проводит меня в летнюю гостиную, украшенную позолоченными статуями. Он останавливается, поворачивается ко мне и жестом руки приглашает сесть на диван. Ухмыльнувшись, я встаю напротив мужчины и складываю руки.
— Поверьте, Альберт сполна поплатился за своё веселье. — монотонно говорю и стираю с лица улыбку.
Вдыхаю полную грудь воздуха, поднимаю голову и элегантно сажусь на мягкий диван. Изображая расслабленность, откидываюсь на спинку и складываю перед собой руки в замок.
Мужчина нервно перебирает чётки, гневно вырисовывая круги по моему лицу и телу.
— А я, признаться, никогда не сомневался в пути, по которому вы пришли к власти, — спесиво бросает он и садится напротив. Закидывает ногу на ногу и склоняет ближе ко мне голову. — Зря, что синдикат не начал заниматься этим делом. Вас бы убили. Жестоко убили.
— Это уже не имеет никакого значения, — со вздохом развожу руками. — Я здесь. Я перед вами. И я продолжаю оставаться чертовски опасной для мужчин вроде вас.
— Ты слишком высокого мнения о себе.
«Вмещай в себе и огонь, и лёд. Умей пользоваться ими правильно и чередовать. Играй и выигрывай. Будь хитрее остальных...»
— А разве так не должно быть? Разве я не могу позволить себе эту прихоть... — понижаю голос с улыбкой, наблюдая, как он улыбается в ответ. — К чему мне скромность? Скромность — прямая дорога к провалу. Я не собираюсь быть воспитанной идиоткой, угождая кому-либо. У меня есть я. И я буду иметь настолько высокое мнение о себе, чтобы мне обязательно было комфортно среди жалкого подобия людей.
— Но иногда стоит позаботиться о своей безопасности. Если бы на моём месте был другой враг Мефистофеля?.. Менее сдержанный? Он бы уже давно всадил вам кол между глаз.
— Я вижу свирепую угрозу в ваших глазах, но меня это не волнует. И мы плавно переходим от меня к Мефистофелю. Я нужна вам для того, чтобы мстить?.. — тише задаю вопрос и поднимаю брови.
Мужчина в задумчивости молчит, пристально наблюдая за эмоциями на моём лице.
— Мариус Пьеро. — внезапно говорит он. — Старший брат Бастиана Пьеро. Вы знаете, что меня связывает с Мефистофелем?
— Догадываюсь. Но нас всех что-то связывает с Мефистофелем.
— Верно. Мой брат решился на войну с ним. А Мефистофель жестоко и безжалостно убил его и всю его семью.
— Не без причины, хочу заметить.
— Разве можно убить женщину и детей?
— Я не сторонник морали, — пожимаю плечами, заливаясь внутри гневом и отчаянием.
Я знаю эту историю с Бастианом. Тогда я испытывала отвращение к Мефистофелю за его аморальные деяния. Мне было противно, и я ненавидела его. Но когда я ставлю на место детоубийцы Дамиана, у меня перекрывается доступ к кислороду от боли. А я ещё представляла его в роли отца и мечтательно улыбалась от красоты картины. Дрожь табуном бежит по телу. Больно верить... Больно осознавать... До сих пор больно...
Но Дамиану ведь выгодно, когда его считают лютым монстром. Может, он просто пускает слухи об этих жестоких убийствах? Дамиан опасен. Но разве может мужчина, который был так нежен и аккуратен с девушкой, убивать маленьких детей и женщин?.. «Всё было притворством», — говорит что-то внутри. «Это нельзя было сыграть... Это было искренне...» — другой голос. Понимая, что мысли о Дамиане отвлекают меня, я перенастраиваюсь.
Мужчина усмехается.
— А вы ещё утверждаете, что слухи... Вы ведь похожи с ним. Такая же холодная, циничная и безжалостная.
— Ни один человек не рождается аморальным.
— Но вы с ним стали больше, чем просто аморальными.
— Мариус, что вы шутки шутите? Вам ли мне об этом говорить? — склоняю голову с загадочной улыбкой.
— Вы правы, я не резонёр. Вернёмся к основной теме разговора. Вы оказались чуть-чуть не правы, когда сказали, что нужны мне для мести. Нет, я нуждаюсь в вас как в предмете шантажа.
— Шантаж?.. — с улыбкой изгибаю бровь и понижаю голос. Нервы натягиваются, и мне с трудом удаётся сохранять стойкий вид.
— Мефистофель руководит всеми и всем. Сколько бы не умалчивали в синдикате о его влиянии, но это правда.
— Ох, это мне известно, как никому другому, — продолжаю ядовито улыбаться.
— Но известно ли вам, какое он чудовище? Позволял ли он себе относится к вам с жестокостью? — с долей злости выплёвывает вопрос мужчина. — Он не щадит никого! Моя бедная семья понесла столько потерь из-за него... Думаете, я не отомщу? О, я всё продумал...
«Ни черта ты не продумал. Либо Дамиан не оторвет задницу от сидения, чтобы помочь мне, либо ликвидирует всё вокруг, оказываясь в разы умнее».
— И что же? Будете шантажировать его моей жизнью ради... Ради чего? — вопросительно смотрю на него. — Месть? Как вы собираетесь ему мстить?
— Это не та месть, о которой вы думаете. Мне нужна его власть... Взамен на вас он отдаст мне всё, что имеет.
Обескураженность вводит меня в ступор. Я пару секунд молча смотрю на него с широко раскрытыми глазами, а потом срываюсь на смех. Я смеюсь громко и искренне. Со стороны это может показаться истерично, но мне действительно смешно от его заключения.
— Мефистофель никогда не будет следовать вашим указам, даже если на кону буду я. Он проигнорирует ваш шантаж, ведь нам с ним плевать друг на друга. Понимаете, что я имею в виду? — пытаясь перестать смеяться, говорю я, но потом меня вновь пробирает смех.
— Посмотрим! — яростно повышает он голос.
— Вы так уверены в его чувствах? Да он ради власти пойдёт на самые безумные шаги.
— Миссис Дарден... — он останавливает мою речь. — Я знаком с Дамианом Стэнтоном. И прекрасно знаю, что вы значите для него чертовски много.
Улыбка слетает с лица. Я сглатываю и в изумлении бегаю глазами по лицу Мариуса. Он, довольный моей реакцией, победно ухмыляется.
— Дамианом... Стэнтоном? Откуда...
— Я знаю очень много. Но я ведь не глупец, чтобы раскрывать тайны. Особенно вам...
— В чём дело? — хмурюсь.
Мужчина прищуривает глаза с покалистой улыбкой и мотает головой.
Опускаю взгляд на паркет. Какого чёрта он назвал настоящее имя Мефистофеля? Как он узнал его личность? Я могу объяснить это всё лишь тем, что с французами у него более тесные отношения из-за постоянной войны, и некоторые из них узнали о его личности. Но если это правда, то почему Мариус давно не рассказал об этом другим Боссам? Страх? Оправдано...
— А это всё, на что вы способны? — равнодушно спрашиваю его. — Жалкий шантаж девушкой? Самому не стыдно хоть? Ваши действия — полное бесчестье. — стараясь пристыдить, низко говорю и ближе наклоняюсь к нему. Он выдыхает, явно злясь на мои слова, и сжимает челюсти. — В общем, как и говорила раньше, Мефистофель не пойдёт на это.
— Я убеждаю вас в обратном.
— Думаете, он сорвётся со своего места и прилетит сюда? Да он уничтожит вас, даже если так и будет.
— Я думал об этом, но у меня всё схвачено. Я не глупец Бастиан... — он с укором вспоминает о погибшем брате. — Но я не буду торопиться, миссис Дарден. Я ещё долго не буду сообщать Дамиану о похищении... Сначала я сам хочу насладиться вами...
Тело покрывается мурашками, и я начинаю ёрзать. Меня страшат его слова. Неужели я действительно попала в переплёт?
— В каком смысле?.. — шепчут мои губы.
Мужчина усмехается и встаёт. Подходит медленной походкой, от чего во мне всё сворачивается из-за отвращения. Он наклоняется к моему лицу, а я использую всю смелость, чтобы через мерзость и страх не отстраниться от него. Кладёт руки по бокам от меня на спинку дивана. Дыхание мужчины касается кожи. Я несдержанно морщусь и искривляю губы, глубоко дыша от уязвимости.
— Бежать бессмысленно. В каждом углу дома охрана, и быть незамеченной у вас не выйдет. Сделаете себе только хуже. А вы нужны мне красивой и сладкой...
Не сдержавшись, я замахиваюсь и даю ему звонкую пощёчину, при этом сдерживая максимально нейтральное выражение лица, чтобы он понял, что не сможет подействовать на меня. Мариус потирает щёку, прожигая меня, нагло поднявшую голову, глазами. «Твоя гордость погубит тебя, моя дорогая...» — говорю себе. Мужчина выпрямляется, но это совершенно не выглядит устрашающе и внушающе, как бы это могло быть с Мефистофелем.
Мариус с потемневшими глазами грубо хватает меня за руку и поднимает на ноги.