Глава 34
Дыхание ежесекундно учащается. Пустой бокал падает из моих рук и разбивается. Сразу отворачиваюсь в другую сторону и кладу руку на грудь, пытаясь успокоиться, но начинаю нервничать ещё больше. Не могу поверить... Альберт мёртв... Что, на хрен, за чёрт? Я сама стреляла в него ночью, которую толком не помню. Пуля вылетела из пистолета из-за меня, по моему желанию. Это я нажала на курок.
Воспоминания беспощадно бьют по самому живому. Чувствую, что начинается паника, с которой я усердно боролась долгие годы и всё же не одержала победу. Всё вокруг теряет краску, в глазах темнеет, в ушах словно вода. Я покачиваюсь с уверенным стремлением упасть на пол, но крепкие мужские руки спасают меня, придерживая за талию и прижимая к чьей-то груди. Минуту я слышу глухой успокаивающий шёпот и ощущаю гладящую ладонь на макушке, а после меня отводят в сторону. Прострация. Боль. Безразличие. Страх. Неуверенность. Непонимание. Мне плохо...
Закрываю глаза и глубоко дышу, вцепившись пальцами в чужую рубашку. Носом втягиваю знакомый парфюм. Мозг только понимает, что он знакомый, но обладателя аромата определить не в силах. Лбом безнадёжно упираюсь в ключицу этого человека в надежде почувствовать безопасность. Но кожа покрывается мурашками от всплывающих в голове воспоминаний прошлого. Я была уверена, что уничтожила в себе всё, но это не так... Я продолжаю оставаться пленницей...
Тихо мычу от боли. Тёплые пальцы сжимают мои ладони и подносят их к горячим губам, что оставляют на них след. Перед глазами появляется образ Дамиана, и мне становится ещё больнее. Я нуждаюсь в нём. Он мне нужен. Хватит врать самой себе... Я буду сильной, если просто признаюсь в этом: я его до сих пор люблю и только он может унять мою боль.
- Инга... - произносит голос мужчины. А мне так страшно поднимать голову, ведь я так боюсь не увидеть те любимые громовые глаза. Я скучаю по нему... Мне плохо без него. И, кажется, Альберт - просто предлог для слабости. - Что произошло, Инга? - тихо и опасливо спрашивает Данте.
Я с нерешительностью смотрю на него и мне снова больно. «Не Дамиан...» Данте обеспокоен и даже не пытается скрыть этого.
Мы стоим в темноте за открытыми дверями в главный зал. Нас не видно, но через щель нам удаётся увидеть всё происходящее в помещении.
Глубоко вздыхаю и опускаю голову, упираясь руками в Данте. Понимаю, что не смогу выстоять сама. Колени дрожат, и мужчина удерживает меня ещё крепче.
- Там... - хриплю я. В горле пересохло, и мне приходится прокашляться. Смотрю на людей и снова вздыхаю, поворачиваясь к Данте. - Там был Альберт. Я видела его. Своими глазами.
Данте секунду мешкает, а потом неуверенно усмехается.
- Не может быть, - успокаивающе говорит Уолтер. - Инга, он ведь мёртв. Я свидетель его убийства. Этого не может быть. Тебе просто померещилось после пережитого стресса. Я консультировался с психологами и все они говорят, что это может быть следствием пережитого стресса физического с моральным. Всё в порядке, поверь мне. - он сжимает меня в объятиях, а я стою словно кукла.
Не могу прийти к здравому сознанию. Всё перемешалось кучей, и... возможно, Данте прав. Я слишком истощена эмоционально после Дамиана. Думаю, мне нужна помощь специалиста. Теперь я не против записаться к психологу, ведь я уже не справлюсь сама...
- Данте... - шепчу я и прижимаюсь к его груди. Он сразу обнимает меня, и мне становится спокойнее. Я поступаю ужасно и мерзко, пытаясь представить на его месте Дамиана. В глазах скапливаются слёзы от безысходности. Он поработил мой разум, и я не знаю, куда мне деваться от мыслей о нём...
- М-ммм?
- Прости меня... - жмурю глаза и жмусь щекой к его телу.
Наступает тишина. Мне так стыдно и неловко перед ним. Данте ради меня готов на всё, а я в его объятиях думаю о другом мужчине. Это неправильно, но я не умею владеть своими мыслями.
- За что? - усмехается мужчина и кладёт свой подбородок на мою голову, медленно поглаживая спину.
Тихо всхлипываю.
- За все плохие эмоции, которые заставила тебя пережить. Поверь, я никогда не хотела делать тебе больно. Ты очень дорог мне, Данте, и я никогда не хочу тебя терять... - смотрю в его карие глаза.
На лице мужчины появляется широкая, белоснежная улыбка.
- Инга, неужели... - он выдыхает и с невероятным счастьем в глазах смотрит на меня. - Неужели это ответ на моё предложение? - робко спрашивает Данте.
Я хмурюсь, не понимая, о каком предложении он говорит, но потом вспоминаю про кольцо и меня словно обдаёт холодным ветром. Сглатываю, а улыбка наверняка подрагивает. Смущённо мотаю головой, испытывая неловкость из-за второго смысла моих слов, и натягиваю уголки губ.
- Не совсем, Данте... Дай мне ещё немного времени, ведь я пока не в том состоянии. Сам видишь... - неуверенно пожимаю плечами.
Мужчина облизывает губы и оживлённо кивает, без капли разочарования, будто точно уверен, что я соглашусь.
- Конечно, Инга, конечно... - шепчет он. - А оставлять я тебя не собираюсь, поэтому ты никогда не потеряешь меня. Господи, Инга... - выдыхает он. - Эти слова так много значат для меня... - с радостью пришёптывает и целует меня в лоб.
Уже однажды один мужчина обещал, что никогда не оставит меня и не бросит, а в итоге я сейчас в объятиях другого и думаю согласиться стать его женой. Тогда, когда я так сильно нуждаюсь в Дамиане, пародией утешения для меня становится Данте. Больно. Так больно. И не могу я солгать о том, что ненавижу Дамиана. Он нужен мне, но я никогда никому не признаюсь в этом.
- Пойдём, Инга, - Данте ободряюще похлопывает меня по плечу, и я с улыбкой шагаю с ним обратно в зал.
Люди гомонят, кричат, смеются. Вижу лицо Кая, а он даже не обращает на меня внимания, и понимаю, что он вовсе не следит за мной. Внутри разливается отвращение к этому мужчине из-за его животного поступка, но я поднимаю голову и игнорирую эти мысли. Мне плевать. Это прошлое, а меня ждёт будущее. Я не хочу с ними связываться. Стэнтоны просто больные ублюдки.
Данте везде держится рядом, не отходя от меня ни на шаг. Придерживает за локоть. Со стороны явно кажется, что мы с ним очень близки, но я не чувствую смущения из-за этого. Я привыкаю к мысли, что мы вместе, и когда-нибудь решусь сказать ему «да».
- Дорогие мои! - восклицают сзади. От неожиданности я вздрагиваю, и Данте крепче сжимает мою руку. Мы с ним оборачиваемся, а от увиденного я пошатываюсь. Мужчина подхватывает меня, а пары глаз напротив удивлённо смотрят с переживанием. На лице Альминара написано понимание, и он снисходительно улыбается. - Великолепное сходство, не так ли, миссис Дарден? - лаконично спрашивает он, указывая движением руки на своего спутника... На Альберта... Я вглядываюсь в ошеломлённое лицо Данте и сглатываю. - Инга, я хочу познакомить вас со своим племянником, Бальтазаром Карло.
Я сдерживаю учащённое дыхание, чтобы не показаться поражённой, но по лицу Альминара вижу понимание, которое он не собирается высказывать и ставить меня в неловкое положение.
- Миссис Дарден, - произносит глубокий мужской голос с хрипотцой. Я вглядываюсь в чертовски знакомое кошмарное лицо и бегаю по нему взглядом. Мужчина подходит ко мне, а я интуитивно делаю шаг назад, сильнее сжимая руку Данте. - Миссис Дарден, меня зовут Бальтазар. Я племянник Альминара, но называю его отцом, а он меня - сыном. Я не тот, кем вы меня считаете. - успокаивающе и мелодично произносит он.
Словно ведясь на гипноз, я смотрю на мужчину и с успокоением понимаю, что это действительно не Альберт. Бальтазар ниже его, но шире в плечах, глаза у покойного мужа были светло-карие, а у Карло голубые. Голос другой, лицо моложе, и манерой речи он совсем не похож на гедониста, как Дарден.
Бальтазар всё же подходит ближе, подавляя моё беспокойство своим тяжёлым и настойчивым взглядом. Данте отпускает меня, и мужчина берёт мою руку. Я вздрагиваю, ощущая прикосновение кожи к коже. У Альберта ладони были всегда тёплые и нежные, а у этого мужчины грубые и прохладные. Он надолго задерживает губы на моей руке, заглядывая прямо в глаза. И, опустив ладонь, всё равно продолжает держать меня, не разрывая зрительного контакта. По коже бегут мурашки. Это не Альберт, это совершенно другой мужчина.
- Мне очень приятно познакомиться с вами, миссис Дарден, - на его лице появляется улыбка, но я, в настороженном состоянии, внимательно наблюдаю за ним. - Мистер Уолтер, - Бальтазар поворачивается к Данте и кивает ему. - Благодарю вас за визит. Вы не менее желанная персона на этом празднике.
Ёжась, я забираю свою руку из захвата Бальтазара и натягиваю для него улыбку.
- Прошу прощения, - тихо говорю и обхожу мужчин, заставляя Данте взглядом оставаться на месте.
Спешно выхожу на улицу и вдыхаю полную грудь свежего холодного воздуха. Часто моргаю и потираю глаза, чтобы лучше сфокусировать зрение. Оборачиваюсь на двери, удостоверяясь, что за мной нет погони, и схожу по ступенькам вниз.
Сейчас во дворе никого нет. Фонари освещают мне дорогу до беседки, и я со вздохом сажусь на резную лавочку. Прокручиваю в голове увиденное, и переживание вновь сдавливает внутренности. Словно во сне нахожусь. «Бальтазар...» - повторяю в голове и сглатываю. Я слишком боюсь прошлого, а Бальтазар просто перенёс меня в него.
Перевожу дыхание, и оборачиваюсь по сторонам, изучая обстановку. Понимаю, что это место своей вычурностью напоминает мне особняк Дарденов. Вздыхаю и, опустив плечи, медленно возвращаюсь в дом.
Не сумев найти глазами Данте, но наткнувшись на развлекающегося Кая, раздражённо фыркаю и юркаю среди гостей, чтобы быть как можно меньше замеченной, хотя это невозможно в моём единственном на этом празднике белом костюме. Смотрю по сторонам в надежде ещё раз увидеть Бальтазара и укрепить уверенность в их словах, но никого...
Глаза продолжают искать кого-то в толпе, и через время я с ужасом понимаю, что жду Дамиана. Сердце предательски выворачивает кульбит от боли и сожаления.
Становлюсь возле окна и плечом прижимаюсь к стене, наблюдая за жизнью двора. Но Дамиан не исчезает из пространства моих мыслей... Почему он не оправдался?.. Почему отпустил?.. «Зачем, Дамиан?» Но в следующее мгновение я встряхиваю головой. Хватит. Хватит быть в миноре из-за этого ублюдка. Ничего уже не вернуть, да никто из нас этого и не хочет. Он женится - и я тоже выйду замуж. Вот так просто возьму и соглашусь на предложение Данте, только чтобы не было так больно.
Мои мысли обрывает появившаяся сбоку мужская фигура. Месье Карло становится ближе и устремляет взгляд вперёд. Руки мужчины заведены за спину, голова поднята. Он выглядит не менее величественно, чем все хоромы этого особняка.
Минуту мы молча стоим, а после он прерывает тишину.
- Мефистофель действительно жесток? - его вопрос обескураживает меня, и я поднимаю в удивлении брови. - Простите, - наблюдая за моей растерянностью, произносит он.
Я отворачиваюсь и выпрямляюсь.
- Да, месье Карло. Жесток. - пожимая плечами, словно это для меня ничего не значит, нахожу в себе силы ответить.
- Почему вы отдали ему Милстроп? Зачем укрепили его власть и репутацию?
На моём лице появляется грустная, ностальгическая улыбка.
- Потому что он причинил мне много боли. Страшной боли. Убивающей боли. Он поломал меня, получил от этого удовольствие и стал ещё сильнее. Вот так. Люди превосходятся за счёт других людей. Так было и есть, - заканчиваю и понижаю голос.
Месье Карло находится в антураже задумчивости. Он сглатывает и поворачивает ко мне голову, я смотрю на него в ответ.
- Не моё право знать, что между вами было... - кашлянув, говорит он, а я перебиваю его.
- Нас не было. И быть между нами тоже ничего не могло. Так что вы вовсе не расстраиваете меня своим любопытством, - произношу, но всё это сказано больше самой себе, нежели ему.
- Миссис Дарден, я просто хочу, чтобы вы знали: мы с вами не враги. Вы всегда можете рассчитывать на протянутую в ответ руку в момент сложностей. Я уважаю вас. - я заглядываю в глаза мужчины и вижу, что в его взоре написано понимание всего произошедшего с Альбертом, но при этом он ни разу не подавал виду за все года и даже сейчас, находясь наедине.
За нашими спинами раздаётся громкий мужской смех. Мы с мужчиной оборачиваемся и видим весёлого Стэнтона. Я кривлю губы. «Ему ведь было плевать, выживу ли я». Но с этим приходит другой вопрос. «Кто меня спас?» Очнувшись, я оказалась в пентхаусе Дамиана. Неужели... Я останавливаюсь на мысли, не имея желания думать о мужчине дальше. Не хочу. Он в прошлом. Дамиан просто бельмо в моих глазах, которое со временем обязательно исчезнет.
- Признаться, я не думал встретить сегодня Кая, - тянет месье Карло, продолжая наблюдать за мужчиной. - Приглашение было отправлено непосредственно старшему из братьев, Дамиану Стэнтону. - кровь сворачивается от этого имени. Назло боли я выше поднимаю подбородок и выбрасываю все воспоминания из головы: поцелуи, ласки, слова, взгляды... Это было ложью. - Он аргументировал свой визит тем, что у Дамиана проблемы с невестой. Инга, вы знакомы со старшим Стэнтоном лично?
Я затаиваю дыхание и перевожу на него глаза. «Невеста», - болезненно отбивается в голове, но я держу себя в руках.
- Виделись однажды. Не более, - натягиваю улыбку, вновь ощущая эту глупую боль потери. «Потери? Разве этого ублюдка можно назвать потерей? Он сломал меня... И сломал он меня сильнее, чем было до него». И единственное, что не оставляет мне покоя, почему он не оправдался, продолжает следить, женится, говорит, что я принадлежу ему? «Да пошёл ты...»
- Миссис Дарден, думаю, вы поняли меня. Доброго вам вечера! - мужчина равнодушно склоняет голову с доброжелательной улыбкой и удаляется, не дожидаясь от меня ответа.
Боль не утихает. Это всё неправильно... Он нужен мне, но от обиды я самой себе не могу в этом признаться... Воспоминания и мысли о нём делают меня неприкаянной. Замечаю, как тонкие, хрупкие пальцы начинают трястись. Мне так не хватает его теплоты...
Быстрее направляюсь на поиски туалета. Мне нужно успокоиться, остаться одной. Сейчас я люблю Дамиана от слабости, а завтра снова начну ненавидеть... Мне так сложно без него...
По щекам бегут крупные слёзы одиночества и ненужности. Я всё не могу перестать думать о нём. Я не понимаю, почему боль сейчас так настигла меня... Я просто нуждаюсь в утешении. В его утешении. Может, знание того, что он не убивал меня, а, наоборот, спас, что-то сломило во мне. Но я продолжаю быть в неведении.
С грохотом закрываю дверь дамской комнаты. Понимая, что в помещении никого нет, я скатываюсь по стене на пол и прячу лицо в ладонях, пока плечи трясутся. Я обнимаю себя, представляя рядом Дамиана. Я не могу простить ему предательство, но так хочу хотя бы увидеть его... Он нужен мне... Мне нужен его голос. Если бы полтора месяца назад, поднимаясь по трапу, я думала, что буду испытывать такое, то посмеялась бы. Но сейчас хочется плакать... Любовь была для меня главным табу. Мне казалось, что очень просто придерживаться этого запрета, но всё оказалось куда сложнее...
Слыша чьи-то шаги за дверью, я быстро поднимаюсь на ноги и подхожу к крану с зеркалом. Дверь открывается. Включаю воду. Холодок бежит по коже, но я игнорирую эту реакцию. Чувствую приближающуюся ко мне фигуру, но упрямо не смотрю в зеркало. Мочу руки в холодной воде.
На плечи ложатся ладони, жар которых я ощущаю даже через одежду. В макушку меня целуют мужские губы, которые после перемещаются на висок, щёку. Когда губы опускаются ниже, я наклоняю голову в бок, чтобы шея была доступна. Жмурю глаза и представляю в этих ласках Дамиана. Судорожно сжимаю раковину, когда шею покрывают нежные, голодные поцелуи. «Дамиан...» - проносится в мыслях, и я визуализирую его там, сзади, за моей спиной.
Тёплые пальцы ласково вытирают с моих щёк слёзы. Мужчина водит носом по коже шеи и вдыхает мой аромат, аккуратно удерживая за талию. А потом я слышу чужой запах, и в ужасе открываю глаза. В отражении Данте с вожделёнными глазами. Мне становится неуютно, паршиво. С самого начала часть меня понимала, что нет здесь Дамиана, но я так увлеклась своими мыслями о нём, что совсем потеряла рассудок.
С побледневшим лицом отхожу от Данте. Не могу на него смотреть, поэтому вглядываюсь в шлифовку плитки на полу.
- Поехали домой, - тихо говорит он.
Я слабо киваю.
- Поехали... - хрипит мой голос.
Друг выводит меня из особняка так, чтобы мы ни на кого не наткнулись. Он придерживает меня, ведь самой мне твёрдые шаги удаются с трудом.
Дорогу до дома мы проводим в молчании. Я снова погружаюсь в предательские воспоминания... «Тебе никто не сможет помочь. Не только здесь, но и в целом мире. Никто, кроме меня», - сказал Дамиан во время нашей первой встречи. И он был прав. Он заведомо знал, что я буду страдать по нему. Всё было подстроено...
Данте без лишних слов за локоть доводит меня до дома. За весь путь моё состояние ухудшилось, и сама бы я точно не дошла. Слишком болезненно. Так, словно я переживаю всё заново.
Внутри к нам выбегает весёлая Катерина. Я даже не смотрю на неё. Мне тошно в душе.
- Мэлоди покормила, сейчас пухло-щёкая спит. Сама я тоже поела и, как видите, от голода не умерла. - оживлённо отчитывается она. Но потом охает и ахает. - Данте, что случилось? Что с ней произошло? Почему всегда всё самое интересное происходит без...
- Уйдите... - шепчу. - Куда-нибудь... Но уйдите... Пожалуйста... Я хочу побыть одна... Уходите и не появляйтесь у меня... Мне нужно время...
Не став ждать их ответа, я выдёргиваю локоть из руки Данте и по стенке подхожу к лестнице. Они долго молчат, но потом тишину разрывает мужчина:
- Хорошо, Инга. Мы пойдём в своё крыло. Спокойной ночи.
Я даже не отвечаю ему, опуская голову и на ходу снимая туфли.