Глава 33
Данте заезжает на территорию особняка и продолжает путь к частной парковке, которая организована на крыше здания для отдельных персон. Вживаясь в старую и давно сыгранную роль Босса, я надменно и высокомерно поднимаю голову и ухмыляюсь, когда оплетаю локоть мужчины своими хрупкими, худыми пальцами и мы вместе идём ко входу. Моя стервозность образа, специально отработанная на публику, убивает всех, и это единственное, за что я сейчас считаю себя безнравственным циником.
Не торопимся. Я окидываю взглядом мужчин, что уже успели найти себе компанию и увлечённо разглагольствывают в саду. Киваю знакомой группе лиц, после чего они замолкают и переглядываются, но всё же здороваются в ответ. Я готова рассмеяться от обескураженности людей, что встречают меня на пути.
- Явно никто не планировал видеть тебя на этом празднике... - шепчет на ухо Данте.
Мои губы растягиваются шире. Они думали, что от стыда я не смогу выйти в свет, но я в сопровождении прекрасного мужчины придерживаюсь поведения, словно являюсь единственным представителем хомо сапиенса. «Выкусите...»
Каменный фасад особняка окружён колоннами, что украшены капителью, скульптурами греческих Богов, пилястрами. На вершине расположен круглообразный педимент, крыша наряжена барельефами, где расположен зелёный ковёр из растений.
Аккуратно поднимаемся на мраморных ступеньках, и нас, всего лишь окинув взглядом, пропускают в огромные двери из массивного дерева.
В холле достаточно большое количество людей, но многих я знаю лично. Данте говорит, чтобы я ни за что не переживала, потому что с подарками дело улажено, поэтому мы медленно подходим к стоящим в центре месье и мадам Карло.
Альминар, весьма приятный на внешность, высокий и подтянутый мужчина в годах, приветливо улыбается нам без наигранности. Гости расходятся для нас с Данте, я вылавливаю в толпе некоторых членов синдиката и надменно улыбаюсь им. Они хмурятся и уходят. Усмехаюсь и встряхиваю головой. Я назло всем не стану опускать уголки губ и голову.
Жена французского Босса полноватая и маленькая женщина с неприятной и натянутой улыбкой. Её лицо почти лишено свободой мимики, что говорит о многочисленных косметических процедурах, и несёт на себе ношу тяжёлого максимального макияжа. На ней чёрное платье в пол, скрывающее все изъяны фигуры. Остальные девушки одеты также. Она окидывает меня скептическим взглядом с ног до головы, при этом продолжая улыбаться улыбкой, от которой желудок сводит.
- Миссис Дарден! - радостно приветствует меня месье Карло и я, отстраняясь от Данте, позволяю ему поцеловать свою руку. - Вы так прекрасны в белом! - восторженно продолжает он, вызывая у меня уже искреннюю улыбку, и переводит взгляд на моего спутника. - Мистер Уолтер! - мужчины сдержанно кивают друг другу головой и обходятся рукопожатием.
Я широко улыбаюсь, радуясь встрече с одним из Боссов Франции. Он ещё с первой встречи произвёл на меня хорошее впечатление. Впервые я познакомилась с ним, когда была в браке с Альбертом. Тогда мы были приглашены им в Париж и остались здесь на неделю для решения деловых вопросов покойного мужа. Но Альберт и в то время не смог сдержать себя в руках и набросился на меня без причины. Месье Карло стал свидетелем издевательств надо мной, поэтому со скандалом остановил Альберта, не стал подписывать документы даже на самых выгодных условиях и унизил его в синдикате, но не упоминая о домашнем насилии, а ссылаясь лишь на работу.
Конечно, тогда Дарден обезумел, и на мою долю пришлось больше страданий таких, как цепи, комната БДСМ, мытьё тела из шланга холодной водой и до боли сильным напором. Только спустя две недели пытки были окончены лишь из-за того, что я в тяжёлом состоянии попала в реанимацию. Защищав меня, месье Карло просто не знал, что подвергает меня ещё большей опасности. Я не имею права винить его в том, что после тех двух недель у меня были поломаны рёбра, исполосована кожа на ягодицах, животе, спине, бёдрах, нарушен кишечный тракт. Просто тогда я прониклась к нему. Надо мной издевались с такой силой, что внимание Альминара заставило меня надеяться на лучшее, но потом все надежды всё же смыли слёзы.
- Кажется, всеми любимая миссис Дарден не поняла условие посещения банкета, - язвительно замечает жена мужчины, прожигая взглядом мой костюм.
Я уже открываю рот, чтобы ответить, но за меня это делает месье Карло.
- Миссис Дарден эксклюзивная персона, не желающая следовать чьим-то правилам и указаниям, Мишель. Я бы самолично поснимал эти чёртовы платья с девушек, но согласился на это только из-за уважения к тебе. Устроила маскарад... - понижает голос мужчина, подавляя гневным взглядом свою жену. - Я же просил молчать тебя...
Та с дрожащей губой отворачивается, а после сжимает зубы. Я, не желающая становится причиной семейной ссоры, подхожу ближе и, несмотря на неприязнь к женщине, аккуратно касаюсь её руки.
- Мадам, ваш муж абсолютно прав. Ничего личного к вам, но...
- Миссис Дарден, - отвлекает моё внимание француз и взглядом показывает, что не стоит говорить ей свою речь. Я сразу же отдёргиваю руку, понимая, что ещё больше злю её, и недовольно поджимаю губы. - На самом деле, мы очень рады видеть вас.
- А нам не менее приятно посетить вас, месье Карло, - учтиво отвечаю ему. - Благодарю вас. Всё прекрасно, за исключением приветливости вашей жены. Мадам Карло, - обращаюсь к ней, и она поворачивается, демонстративно изогнув губы. Появляется дикое желание разодрать эту тварь, но я сдерживаюсь и глубоко вздыхаю. - С праздником вас.
Она улыбается смазливой улыбкой, после чего уходит от нас в сторону компании молоденьких девушек, демонстративно провожая нас взглядом и закатывая глаза перед Альминаром.
Между ними явно заметный холод. Чтобы почувствовать его, достаточно взглянуть на их пару и понять, что кроме долга и чести этих людей более ничего не связывает. Они бесчувственны друг к другу, да ещё и месье Карло позволяет себе на людях ставит жену на место.
- Прошу прощения за Мишель, она в последнее время слишком взвинчена, - оправдывается мужчина, с добром глядя в мои глаза.
- Не стоит говорить это, месье Карло. Вы не несёте ответственность за её поведение и язык. Вы же сами знаете, что подобные женские манипуляции меня никоим образом не цепляют, но заставляют разочароваться в людях.
- Миссис Дарден, вы в очередной раз заставляете меня убедиться в вашей красоте... - тихо тянет мужчина.
Я застенчиво улыбаюсь.
- Но мы все знаем, что красота времена, - отвечаю ему.
- Согласен, только я про внутренний мир, - подмечает француз.
- И я о нём же, - улыбаюсь.
- Чего не скажешь о некоторых тварях, - задумчиво протягивает он. - Есть у меня ощущение, что пара тройка людей сразу рождаются отъявленными мерзавцами без права на улучшение. И никакой красоты в них нет. Странно, правда?
Мужчина собирается сказать что-то ещё, пока я с любопытством впитываю внезапные слова, но Данте крепче обхватывает мою руку и перебивает его:
- Месье Карло, мы уже пойдём. Приятно было встретиться с вами лично.
Наблюдая за мужчинами, подмечаю, как они перебрасываются многозначительными взглядами. Меня это настораживает, но я бледнею, когда слышу следующие слова месье Карло:
- Мистер Стэнтон! Какая честь! - радостно восклицает мужчина, и мой пульс останавливается. - Моя дорогая, вы ослепительны! Ну и спутницу ты себе выбрал, Стэнтон! - смеётся француз, прощаясь с нами и задерживая напоследок глаза на мне.
Данте тянет меня за руку вперёд, но мои ноги прирастают к полу. Я не знаю, чего жду. Я не хочу видеться со своим кошмаром, но идти не могу. Слышу заливистый женский смех за спиной, и моё сердце сворачивается в комок. Он явился сюда со своей невестой. Меня это бьёт и убивает. Через силу делаю шаг вперёд, чтобы не выглядеть слабой, и друг настойчиво ведёт меня в неизвестном направлении.
Мотаю головой, не желая верить в такую жестокую подлость Дамиана. Несмотря на пелену, появляющуюся перед глазами, поднимаю голову и выравниваю осанку. Качая бёдрами, гармонично следую за Данте и тихо вздыхаю.
- Как он мог?.. - вторю себе под нос.
- Инга, не беспокойся... - шепчет Данте, продолжая вести меня.
- Он такой мерзавец... Он мне противен... - говорю правду и изгибаю от боли губы.
- Инга, всё в порядке, я рядом с тобой... - заверяет меня Данте, но мне к чёрту не нужна его близость.
Дом сделан в стиле Ампир. Везде светлые тона в виде желтого, бежевого, золотого, и контраста с чёрным. Потолок белый, с массивной люстрой в виде подвесок на цепях с имитацией свечей. Стены оклеены фактурными обоями, передающими впечатление, что перед тобой богатая ткань, а на ней висят картины с позолоченными рамами, изображавшие обычные сцены из повседневной жизни. Окна оформлены кованым карнизом, лёгким тюлем и тяжёлыми шторами с широкими складками и ламбрекенами. Гладкая поверхность мебели украшена позолоченными накладками, которые придают ей величество и изящество. В сторонке стоит круглый сервированный стол, предназначенный для складывания фарфоровой посуды. В нескольких углах комнаты стоят вазы с рисунками богов. Дрова горят в камине, над которым возвышается огромное зеркало, показывающее всё происходящее. Где-нигде стоят хрустальные статуи небольших размеров в виде грифонов, сиамских кошек и драконов. Помещение имеет официальный и одновременно торжественный вид. Находится здесь приятно, я чувствую себя комфортно.
Обвожу взглядом людей и кривлю губы в отвращении. Как и ожидалось, почти все состоят из пар молоденьких девушек и старых неухоженных мужчин. Некоторые словно держат девиц возле себя насильно, потому что те выглядят боязливо, со страхом оглядываются и пытаются скрыться от спутников, которые не прекращают следить за ними. Это поведение девушек настораживает меня, ведь никогда ранее я подобного не наблюдала. Всегда была вторая картина: корыстолюбивые девушки сами юлили перед богатыми мужчинами, ища в этом сотрудничестве только выгоду, что присутствует и сейчас. Возможно, во Франции многие выбирают себе других девушек, и именно за этим следует такая реакция.
- Инга! - окликает меня знакомый мужской голос, и я останавливаюсь, тормозя за собой Уолтера.
В нерешительности поворачиваю голову, сводя брови от недопонимания, и шумно выдыхаю. Передо мной стоит настоящий мистер Стэнтон в дорогом смокинге, с чёрными глазами и каштановыми волосами. Его аура, выражение лица, имеющие грубые, отталкивающие черты, сбивает меня с толку. Сзади мужчины стоит миниатюрная мулатка, что держит его за руку и тихо хихикает, словно находясь под кайфом. Мужчина с раздражением отходит от неё, тем самым приближаясь ко мне.
- Мистер Стэнтон, не ожидала вас здесь увидеть, - монотонно говорю и сглатываю.
На лице мужчины появляется хищная, почти садистская, ухмылка.
- Миссис Дарден, Данте, - он поочерёдно кивает нам обоим, а друг выходит вперёд, словно защищая меня от этого зверя. - Инга, думаю, вы считаете, что наша встреча подстроена, но это совершенно не так. Мой визит никак не связан с вашим здесь появлением. Но раз уж мы с вами встретились, то хочу принести свои извинения, - официально произносит брат Дамиана.
Я усмехаюсь. Кай хочет попросить прощения за то, что тоже подыгрывал Мефистофелю?
- Мистер Стэнтон, не стоит. Это абсолютно ничего для меня не значит.
- Понимаю, - тянет мужчина и снова на его лице появляется садистская ухмылка. - Просто хочу донести до вашего сведения, что не собирался вас убивать. Я нанял профессионального убийцу, который специально не задел жизненно важных органов.
- Кай... - низко выдыхает Данте.
Ошарашенная, я прикрываю глаза и глубоко глотаю воздух.
- Инга, к сожалению, вы стали просто вещью для отмщения брату. Знаю, я безнравственный и чудовищный человек, но это не умаляет долга приносить своим выжившим жертвам извинения, - мужчина начинает смеяться, а я покрываюсь мурашками.
Смотрю на Кая, широко раскрыв глаза, которые уже пекут.
- Ах, милая, да вам, оказывается, никто не рассказал, - с притворной удивлённостью говорит Стэнтон. - Дамиан поражает меня вновь и вновь своим поведением... - он тихо смеётся и переводит взгляд на моего друга. - А ты, малыш Уолтер, почему не посвятил свою неземную в правду? - снова усмехается мужчина, а Данте гневно буравит его взглядом. - Что ж, мне пора. Разбирайтесь в этом сами, но я удивлён, что вы ничего не знали. Хорошего вечера, дорогая Инга... - делает акцент на моём имени. Так меня называл только Дамиан...
Кай холодно кивает и удаляется со своей временной спутницей.
Провожаю его взглядом и тяжело дышу. Не Дамиан... Это не Дамиан покушался на мою жизнь. Он не хотел меня убить, не он передавал мне «привет». Кай мстил ему... А Дамиан даже не попытался оправдаться передо мной...
Я ничего не понимаю... С недоверием смотрю на Данте, который стыдливо опускает глаза в пол, и горько усмехаюсь. Уолтер всё знал, по словам Кая, но не захотел говорить, что Дамиан не виноват, лишь больше подливал масла. Этот поступок о многом говорит мне, и я разочарованно разворачиваюсь, отходя от него. Данте не следует за мной, не пытается заговорить, не останавливает. Только проводит рукой по волосам и уличённо вздыхает. Печально мотаю головой от его поведения, но в то же время понимаю, что правда ничего бы не изменила.
Дамиан продолжает оставаться предателем. И ещё он женится. Я его ненавижу. И мы с ним больше никогда не встретимся. Не понимаю только одного: почему он не рассказал мне об этом и оставил жить с таким грузом, почему так просто оставил без объяснения причин?
Направляюсь в место, где меньше всего присутствующих. Прохожу дальше и ловлю на себе косые взгляды, ярко и чётко выделяясь из толпы. На пути встречаю многих мужчин, с которыми сотрудничала ранее и которые ненавидели меня за то, что по статусу я была выше их. И каждый из них отводит взгляд, словно не знаком со мной. Я лишь хмыкаю и ухмыляюсь. «Безмозглые тупицы, я и сейчас выше каждого из вас. Да, я ушла с должности Босса, но слухи обо мне не изменились, и я всё так же остаюсь самой жестокой девушкой в Штатах».
Ищу глазами Данте и вижу его в компании молодых мужчин с подтянутыми фигурами, красивыми лицами, воспитанным поведением и с невульгарными взглядами на девушек. Мой друг отлично вписывается в этот круг. Нет, даже лучше: он словно её возглавляет. Но я так разочарована в Данте... Понимаю, ему было не резон говорить мне правду о Дамиане, однако это ничего не меняет. Он должен был рассказать мне всё.
Эта партия не окончена, и только Мефистофель знает, когда будет последний ход и что он за собой понесёт. Но я убью его своим безразличием. Он не получит той боли, которой хочет удовлетворить себя. Ненавижу. Ненавижу. Почему он так обошёлся со мной?
Внезапно взглядом ловлю человека, несущего в руках поднос с шампанским, и перехватываю его, забирая бокал. Он приветливо улыбается мне и уходит.
Чувствую на себе цепкие, завистливые, злые и недоброжелательные взгляды. Однако стоит мне только посмотреть на них в ответ, так все отводят глаза. Кажется, они в недоумении. По слухам я являюсь любовницей Мефистофеля, а на праздник пришла со своим бывшим консильери, верным другом и советчиком. Фурор, встряска, фейерверк - всё это написано на их лицах, что смешит меня и чего я не скрываю.
Со спины ко мне кто-то подходит. Я задерживаю дыхание, прислушиваясь к движениям сзади. Человек мнётся, размышляет, думает, что я не знаю о его присутствии, а после собирается с духом и становится напротив. Я со стервозными смешинками в глазах смотрю на пугливую мадам Карло, которая ничего не стоит, но пытается наставиться. Мне становится смешно, и я прячу на мгновение лицо в бокале, делая глоток алкоголя.
- Мишель... - сладко тяну и делаю ещё один глоток, упоённо прикрывая глаза от наслаждения вкусом, и всем видом пытаюсь показать, что мне предельно плевать на её присутствие.
Натянутая улыбка женщины начинает казаться мне довольно глупой. Меня берёт отвращение к ней, но я натянуто улыбаюсь в ответ её же манерой.
- Миссис Дарден, я так смотрю, вы ни с кем не общаетесь. Неужели девушки не берут вас в свои компании? Странно, я предупреждала, чтобы, несмотря на ваш провал, они были любезны с вами, - женщина глупо хлопает глазами, продолжая улыбаться.
Прищуриваю глаза и усмехаюсь.
- Мадам Карло, о каком провале идёт речь? Даже добровольно уйдя с должности Босса, о которой такие глупые женщины вроде вас ничего не понимают, я продолжаю оставаться Королевой мафии. Я вошла в историю. Про меня будут рассказывать Боссам следующих поколений. Я единственная в своём роде. Я легенда. Я икона. Поэтому даже сейчас, стоя перед вами, я всё та же самая жестокая девушка Штатов, на руках которой много крови, а в голове - различных способов убийств. Вы и сейчас ниже меня, поэтому лучше молчите - умнее будете. А насчёт компаний... - я обвожу рукой зал. - Ни одна компания не цепляет меня. Вы не смогли собрать достойный контингент девушек. Они отвращают меня своей подобностью на вас: а именно двуличностью. Ни одна из них не имеет храбрости выдержать мой взгляд. Вот только будет неправильно не отметить, что присутствует ещё и глупость, которая сопровождает вас, ведь в ваших глазах страх, а не уверенность. Поэтому не утешайтесь моими словами о храбрости.
Лениво улыбаюсь и делаю ещё один глоток шампанского. Если бы не толстый слой макияжа, я бы точно увидела её покрасневшее от злости и стыда лицо.
- Вы мне угрожаете? - хмурится она.
- Просто веду светскую беседу, - смеюсь и пожимаю плечами.
- Вы хамка. Заявились на мой день рождения и ещё смеете грубить. Муж унизил меня из-за вас, а вы здесь как хозяйка.
- Мадам Карло, мы ведь обе прекрасно понимаем, что ваш день рождения, это всего лишь повод для Альминара собрать всех. Так что не утрируйте, потому что праздник не ваш.
- Миссис Дарден, не позволяйте себе подобной наглости.
- А почему люди вдруг все дружно решили называть правду и высказанные вслух мысли наглостью? Я считаю, подобное нужно ценить, - нахально улыбаюсь и подхожу ближе к разъярённой женщине. - И, мадам Карло, улыбайтесь поменьше, а то у вас уже несчитанное количество морщин вокруг рта и глаз.
Она глубоко вздыхает, а я громко смеюсь, привлекая внимания почти всех присутствующих. Они с интересом смотрят в нашу сторону, а я, высокомерно задрав голову, обхожу женщину и, вальяжно качая бёдрами, направляюсь на поиски новых приключений.
Давно я не чувствовала себя такой стервой. Но я вот такая. Да, я очень изменилась после появления Дамиана в моей жизни, но этот принцип останется навсегда со мной: будь с суками конченой сукой. По-другому я не буду жить, не смогу, потому что это моя защитная реакция. Даже сейчас на мне образ, который является защитной реакцией от стервятников. Я просто не даю им возможности думать, что я слаба.
Вырываю взглядом из толпы лицо Кая. Мы смотрим друг на друга долгое время. Но потом осознание, что это он мой убийца, будоражит меня и я резко отворачиваюсь, глубоко дыша. Начинаю искать глазами Данте, чтобы побыть рядом и предложить уехать отсюда намного раньше запланированного времени, но... лучше бы я этого не делала...
В толпе мужских лиц я встречаюсь с человеком, который до сих пор страшит и пугает меня. Я вижу Альберта Дардена - и весь мой мир стремительно плывёт...