Глава 31
Я с натянутыми нервами ступаю на землю Майами, понятия не имея, с чем вернусь во Францию. Однако чувство Босса не прошло. Словно я по-прежнему могу отдавать приказы и управлять Милстропом, но его больше не существует. Есть только «Vida Negra» и чёртов Мефистофель.
Всячески прогоняю мысли о Дамиане, но каждый шаг напоминает о всех моментах, проведённых вместе. Однако я пытаюсь казаться холодной. Надеваю солнцезащитные очки, кепку, а с ними и маску холода и безразличия. Выключаю телефон и сосредотачиваюсь на деле, ради которого вернулась в это место.
Взяв себе машину напрокат, я сначала еду в супермаркет и покупаю продукты. После, ничего не ожидая, направляюсь к Пирли. В голове сумбур, и я не могу остановиться на одной мысли, но резко торможу, когда вижу «Бугатти» Дамиана возле входа в офис. Сглатываю и перевожу дыхание. Вздрагиваю от сигнала и газую вперёд, оборачиваясь на стоянку.
Выдыхаю и крепко сжимаю руль. Я и подумать не могла, что Дамиан останется в Майами. Я была уверена, что он вернётся туда, откуда прилетел. «Какого чёрта?!». Выдыхаю, сжав зубы, и мотаю головой. «Успокойся. Это не обязывает тебя с ним встречаться. Вы не увидитесь. Майами большой, а вас только двое», — стараюсь успокоиться и выровнять пульс, но что-то болезненно сжимается в груди.
Набираю больше скорости и выезжаю за город. Дамиан устойчиво укрепился в моей голове, и теперь у меня не выходит забыть его. Какая-то часть меня тянется к нему, а вторая продолжает твердить, что я ненавижу его. Я ненавижу его, это правильно. Но тогда почему он так влияет на меня? Почему перед глазами стоит его образ?
Глубоко выдыхаю и глушу машину, когда добираюсь до нужного места. Жду и смотрю на дверь, удивляюсь всё больше с каждой секундой. Пирли всегда выбегала мне навстречу, когда я приезжала. Сейчас дом словно мёртвый. Может, она испугалась того, что машина не моя?
Забираю пакеты и подхожу к входной двери.
— Пирли, это я! — кричу и стучу носком обуви в дверь.
Тишина. Прикладываю ухо к двери и даже шорохов не слышу. Хмурюсь. Неужели никого нет дома? Наивно пытаюсь попасть в дом. Тяну ручку вниз и... она поддаётся моему действию. Подняв в удивлении брови, перешагиваю через порог.
— Пирли? Стеф? — зову их. — Кхм... это ваша любимая тётя Инга... — бурчу себе под нос и ставлю на пол пакеты.
Но мне никто не откликается. Приходится нагло заглянуть во все комнаты, ощущая себя преступницей, и в итоге не найти никого. В шоке спускаюсь по лестнице и сажусь на последнюю ступеньку. Везде порядок, только нет того приятного ванильного аромата, словно хозяйки здесь уже давно не было. Но потом я понимаю, что повсюду открыты окна, и ветер наверняка сбил запах.
— Может, они в городе или гуляют... — бормочу себе под нос и поднимаюсь на ноги.
Решаю подождать их. Захожу в кухню, завариваю себе кофе. Чтобы скоротать время, готовлю еду, используя рецепты из интернета. Здесь действительно как будто давно никого не было. Некоторая еда в холодильнике испорчена, фрукты на островке гнилые, и у меня просто остаётся надежда, что они вернуться хотя бы к ночи.
Но даже после полного захода солнца, четырёх кружек чая и двух кофе, пересмотренного несколько раз фильма, прослушанной классической музыки и долгого сна никто не появляется. «Зато вечное сидение в туалете мне обеспечено», — недовольно думаю я, понимая, что загнана в тупик во всех смыслах.
Я начинаю переживать. Ладони потеют, лоб покрывается испариной. Что с ними произошло? Куда они вдвоём пропали? Пирли не могла не предупредить меня, если она переехала. Я явно чувствую, что случилось что-то плохое.
Допив последнюю кружку чая, я встаю на ноги и бегу к машине. Я знаю человека, который в курсе всех событий и с кем я могу связаться. Мне придётся с ним встретиться, я вынуждена пойти на это. Он один может дать ответ на мой вопрос. Потому что я не могу успокоиться, не зная, что произошло с Пирли и Стефаном.
Заехав на парковку офиса, я пробегаюсь взглядом по машинам. Не нахожу той, которая мне нужна. Глубоко вздыхаю. Его здесь больше нет. Значит, не суждено нам встретиться.
Постучав пальцами по рулю, я давлю на газ и еду в клуб. В свой клуб, где ещё недавно мы собирались с ребятами. Хочу хотя бы чуть-чуть вспомнить те хорошие времена. И посмотреть, что с ним стало, когда у него появился новый хозяин.
И как же велико моё удивление, когда на парковке я вижу машину Дамиана. Я ни с чем не спутаю.
Долго не могу решиться зайти в ночной клуб. Дамиан внутри. Почему он там? Развлекается? Но в то же время отдёргиваю себя от этой мысли. Мне плевать. Плевать на него. Я только спрошу. Всячески убегаю от воспоминаний, ведь здесь было его «похищение», в этой машине он меня закрыл, вот к той стене прижимал. Тогда я открыла ему все свои тайны, не подозревая, что вверяю их злейшему врагу.
Долго сижу в машине, потом долго хожу на воздухе, запасаясь свежестью в лёгких.
На удивление, охрана не останавливает меня. Я спокойно прохожу в клуб, где знаю каждый угол. Здесь ничего не изменилось. Стою у двери и взглядом пытаюсь найти Дамиана за столиком, ведь навряд ли увижу этого мужчину на танцполе. Переживаю. Сердце бешено колотится, и я не в силах что-либо поделать.
Перевожу глаза на барную стойку, сжимаю кулаки, и вздыхаю. Вижу хрупкую и миниатюрную фигуру знакомой девушки, что попивает коктейль и хмуро окидывает взглядом сидящих возле неё мужчин. Я больше не буду искать Дамиана. Лучше я поговорю с Далией. Хоть она и является частью этой истории, но точно не соврёт на мой вопрос.
— Здравствуй, — говорю и присаживаюсь возле девушки.
Далия чуть не давится и смотрит на меня с открытым ртом. Она настолько удивлена, что не знает, куда смотреть, и оборачивается по сторонам.
— Инга... Эм... Кхм-кхм... Дамиан... Дамиан наверху с...
— Неважно. — перебиваю её. — Мне неинтересно. Я ехала к нему, но, встретив тебя, подумала, что с тобой разговор завяжется лучше, чем с ним.
— Инга, ты хочешь поговорить обо всём? — удивлённо спрашивает девушка. — Мне очень жаль, что всё произошло именно так. Я не хотела участвовать в игре Дамиана, но он заставил меня. И после всего я просто не осмелилась всё объяснить тебе, потому что мне было очень стыдно.
— Нечего объяснять.
— Ещё как есть! — удивляется Далия.
— Я не хочу обсуждать с тобой произошедшее. Это касается только меня. Не меня и Дамиана, а исключительно меня и моей наивности. Поэтому довольно. Я приехала совсем по другому поводу.
— Что случилось?.. — неуверенно задаёт она вопрос. — Ты только скажи, я со всем помогу тебе.
Смотрю в её глаза. Она действительно сожалеет о том, что не сказала мне правду, но это не имеет значения как и всё, что было до этого момента. Мы должны отпускать прошлое, людей, мысли и боль. Мы должны уметь отпускать даже то, что произошло минуту назад. Так жить неинтересно, но только так можно выжить.
— Далия, где сейчас Пирли? Что вы с ней сделали и как она отдала Мэлоди? Мне нужно знать всё, что связано с её пропажей.
Девушка облизывает губы и вбирает в лёгкие побольше воздуха.
— Нет никакой пропажи... — тихо говорит она. Девушка отворачивается от меня и устремляет взгляд на бокал. — Пирли без вопросов отдала Мэлоди Дамиану, ведь тот представился как твой мужчина и объяснил, что ты в тяжёлом состоянии и не можешь сама забрать дочь. А после всего Дамиан предложил Пирли свою помощь, и она попросила помочь с новыми документами и номерами. В итоге они переехали в Вашингтон, а возможности связаться с ними почти нет. Так что не переживай. Они просто живут в другом месте, и у них всё хорошо.
Облегчённо вздыхаю. Я подозревала подобное, но мне было очень важно услышать это.
— Но почему же она не предупредила меня? — уже улыбаясь, спрашиваю я.
— Сначала она не смогла дозвониться тебе, потом решила не беспокоить, ведь ты и так была в тяжёлом состоянии. Но она... попросила передать тебе благодарности за всё, что ты ей сделала... — грустно протягивает Далия и пожимает плечами.
— И мне передают их только сейчас... — шепчу.
Девушка поворачивает ко мне голову.
— Извини, — она печально улыбается.
Отвожу взгляд от девушки. Это всё очень похоже на правду, ведь мы с Пирли разговаривали по этому поводу и она сама говорила, что собирается переехать. Вот она и переехала. Только в неподходящее для меня время. Этот вопрос решён. Я узнала то, что хотела, но не удовлетворена ответом. Огорчаюсь, ведь больше мы с ними не увидимся. Но жизнь когда-нибудь обязательно ещё раз сведёт нас... Я в это верю.
— Как у вас дела? Как Данте?.. — с неловкостью спрашивает Далия, пока я размышляю.
— С Данте всё отлично... — мрачно шепчу я, вспоминая вчерашний ужин с ним. Мне стыдно злиться на него из-за его предложения... Но радоваться я уж точно не могу.
— Инга, а вы с Данте... — она прокашливается. — Вы встречаетесь? — тихо спрашивает она.
Усмехаюсь и наклоняюсь над её ухом.
— Всем можешь сказать, что я с ним сплю. А себе скажи, что нет. Мы не вместе. Мы с ним максимум только лучшие друзья. Не больше и, надеюсь, никогда не меньше.
Улыбаюсь и отстраняюсь. Встаю на ноги, наблюдая, как Далия начинает сдерживать улыбку.
— Ты уже уходишь? — удивляется она.
— Да, — равнодушно пожимаю плечами. — Мне здесь делать больше нечего. Я очень рада, что встретила тебя и прошу прощения за то, что из-за меня Дамиан чем-то напугал тебя так сильно, что тебе пришлось врать. И я не держу на тебя зла. На кого угодно, но только не на тебя. Прилетай к нам в гости. Найди Катерину в соцсетях, спишитесь, и она отправит тебе адрес. Будем рады тебе. До встречи!
Я собираюсь уходить, но она догоняет меня и берёт за руку. Смотрю на её поникшее выражение лица.
— Дамиан там, — она кивает головой наверх. — Он не один, но... Будет очень счастлив увидеть тебя...
— Это навряд ли, — усмехаюсь и мотаю головой, не понимая, зачем она намекает на встречу с ним.
— Инга... Ты ведь ничего не знаешь. А рассказать я тебе не могу. Он убьёт меня. Нет, хуже. Замуж отдаст. Он постоянно пугает и шантажирует меня этим. Никто не расскажет тебе всей правды, кроме него. Но... Поверь, он...
— Он обманул меня. Влюбил в себя, а потом бросил без объяснений. Этого достаточно, чтобы после всего мне было плевать на него. И я не хочу его видеть.
— Инга...
— До свидания, Далия. — учтиво говорю и разворачиваюсь.
Меня трясёт от мыслей о нём. Я не могу совладать с собой. Держусь из последних сил. Я не дам слабину своим чувствам. Я не расплачусь. Я не буду скучать и тосковать. Я его ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.
Возвращаюсь в своей пентхаус. Включаю свет в прихожей и опешиваю. Здесь несколько пар мужской обуви, на вешалке верхняя мужская одежда. В помещении стоит знакомый запах. Я сглатываю вязкую слюну и медленно иду дальше. Захожу в кухню, а там холодильник, полный еды. Глубоко дыша, иду в ванную, где на полочках лежат мужские вещи. В спальне бардак, мятая постель, разбросанные чёрные рубашки.
Я теряюсь и не знаю, что думать. Он приезжает сюда... Как полоумная, я подхожу к кровати и нюхаю подушку с одеялом. Его запах... Запах моего Дамиана. Мои пальцы дрожат, ноги почти не держат. В глазах появляются слёзы, и я ударяю себя по голове. «Я сильная. Я не должна плакать. Я не буду плакать».
Шмыгая носом, по стенке иду в гостиную, где горит недавно разведённый камин. Прижимаю руку ко рту, заглушая вырывающиеся наружу рыдания. Я не могу поверить... Дамиан живёт в моём доме... Он поселился здесь, и довольно давно... Как?.. Зачем?.. Это очередной ход мести?..
Вижу какие-то снимки на журнальном столике. Подхожу к нему и теряю дар речи. Медленно сажусь на диван, не сводя глаз с фотографий. Пустота. Стук сердца в ушах. Тишина. Моё дыхание. Его запах. Его глаза. Его образ...
Трясущимися руками беру фото и подношу ближе, чтобы удостовериться в действительности увиденного. На них я. Я в Париже. В бутиках, в парке, в ресторанах... Ни Катерины, ни Данте... Только я и изредка Мэлоди. Большинство фотографий обрезаны, но везде только я.
Он следит за мной. Поселился в моём доме, следит на расстоянии, живёт моей жизнью и даже не пытается оправдаться. Следит за мной после всего, что натворил!
— Сукин сын! — ору и подскакиваю с дивана. Рву фотографии и бросаю их в разные стороны. — Урод! Ублюдок! Мерзавец! Ненавижу! Сука! У меня слов нет! Может, и сейчас следишь за мной?!
Я выхожу из себя из-за злости и недовольства. Как он только посмел? После всего, что сделал со мной, продолжает преследовать! Что за игру он ведёт?! Неужели я стала жертвой маньяка?
В панике хватаюсь за голову. На телефон приходит сообщение, и я сразу достаю его из кармана брюк. Данте. «Инга, как дела? Когда завтра вылетишь, сразу набери мне». Вздыхаю и собираюсь напечатать ответ, как приходит другое сообщение от неизвестного номера.
«Верно, дорогая Инга. Слежу. Каждую минуту... Не злись. Прости мне мою прихоть».
От возмущения я открываю рот. Смотрю по сторонам в поисках камеры, но даже не пытаюсь сосредоточиться на этом, ведь думаю над ответом.
«Пошёл на хрен! Грязный ублюдок! Меня тошнит от всего этого! Лучше бы ты не спас меня тогда! Я была так счастлива, что умру и больше никогда не увижусь с тобой! Чёрт возьми, мне плеваться хочется!» — печатаю в порыве злости и отправляю ему.
«Я тебя из Ада достану, если посчитаю нужным. Поэтому не думай, что перспектива умереть так хороша, дорогая Инга».
«Пошёл ты! Ничтожный и слабый идиот!»
«Заткни свой грязный рот, дорогая Инга, иначе я сорвусь с цепи и трахну тебя как последнюю шлюху».
«А я не хочу», — следующее его сообщение.
«Я хочу трахать тебя как самую озабоченную и извращённую женщину. Мою женщину. Поняла?»
Облизываю губы. Дыхание слегка успокаивается, но руки продолжают дрожать.
«Я не твоя. Не твоя. Я не хочу принадлежать такому уроду, как ты. Иди и шлюхами довольствуйся. Ты только их и достоин».
Молчание. Кажется, я его разозлила, но даже не намерена переживать. Мне плевать на его чувства. Да. Вот так просто. Плевать и всё. Пошёл он.
«Никто даже представить себе не сможет, насколько ты моя, дорогая Инга. Скажи правду. Скучаешь по мне?»
«Не смей называть меня так!»
«Я тебя так годами называл, и сейчас ничего не измениться. Ты моя. Ты дорогая Инга».
Выдыхаю и сажусь на диван.
«Что значит годами?»
Жду ответа. Покрываюсь мурашками. Как долго всё это длилось и продлится? Что Дамиану от меня надо?
«Слышала про Альберта?» — игнорирует он мой вопрос.
Сразу переключаюсь на другую тему.
«Слышала. Что за спектакль? Где его тело?»
«Переживаешь за него? Правильно... Его останки там, где никто не подумает искать. Я вырыл его могилу. Достал его оттуда, тем самым освободив новое место...»
Задерживаю дыхание.
«Для меня, Мефистофель? Меня туда положишь?»
«Блять, дорогая Инга, скажи своему Данте, чтобы не приближался к тебе. Эта могила пустует для него. В последнее время он начал слишком часто прикасаться к тебе. А мне это не нравится. Я уже давно мечтаю перерезать ему глотку...»
«Ты больной маньяк...» — судорожно набираю это сообщение.
«О, да... Я тебе даже справку от врача покажу, и ты полностью убедишься в том, что подцепила психа, невыносимая...»
«Что тебе от меня надо?!»
«Для начала только ты. А потом обговорим детали».
«Слабак! Что тебе мешает в лицо сказать мне эти слова! Чего ты ждёшь?»
Минуты длятся долго, пока я жду от него новое сообщение. Хмыкаю. Уверенная, что он больше ничего мне не напишет, я начинаю разбирать свои вещи, которые с трудом нашла среди его одежды. Натыкаюсь на флешку, которую нашла в день продажи особняка Дарденов. А я ведь до сих пор не узнала, что на ней. Но сейчас не намерена изучать её содержимое. Посмотрю всё в Париже, когда вернусь назад.
Под адреналином выхожу на крышу. Ложусь на кожаный диван и накрываюсь пледом. Вглядываясь в ночное, звёздное небо, сосредотачиваю свой слух на громких машинах, что ездят по мегаполису.
«Я женюсь», — читаю пришедшее сообщение от Дамиана и закатываю глаза.
— Какая дура за тебя замуж выйдет? — ворчу и поворачиваюсь набок.
Прижимаю телефон к груди. Слабо улыбаюсь и успокаиваюсь. Впервые за это время я начала чувствовать себя лучше. Уже завтра я буду его ненавидеть, но сейчас хочу насладиться его присутствием через телефон. Он рядом. Дамиан никогда не отпускал меня, просто оказался дальше. Я оскорбила его по переписке, попыталась выразить свои эмоции, и это сделало меня живой.
Люблю — живу. Ненавижу — живу. Условие одно — чувствовать его присутствие. Я не прощу его. Никогда. Он сделал и делает мне очень больно. Завтра я улечу, и наши пути снова разойдутся.
Просыпаюсь я в своей постели, накрытая тёплым одеялом и окутанная его запахом. Он был со мной...
С предвкушением встречи встаю с постели и направляюсь в коридор. Слышу шорох в кухне и мчусь туда.
«Этот психованный вернулся», — с радостью и недовольством одновременно думаю я. Что мне с собой поделать?
Залетаю в кухню и замираю. На столе стоит свежий завтрак, заботливо приготовленный мужчиной. На старом проигрывателе — откуда он взялся, понятия не имею — играет симфония Моцарта. А Дамиана нет. От него остался только запах.
Глубоко вздыхаю, ничего не понимая. Где он? Неужели ушёл? Почему он оставляет меня одну?
«Опять! Ты опять бросаешь меня! Ты опять делаешь мне безумно больно! Почему ты не можешь просто поговорить со мной? А, Дамиан? Я могу сколько угодно говорить о ненависти, но неужели ты не чувствуешь того, в чём я сейчас больше всего нуждаюсь?..»
Разочарованная и вновь измотанная им, я бросаю завтрак и улетаю.
Ненавижу его. Ненавижу себя ночную, которая заснула счастливой после сообщений от него. Он продолжает играть мной, а я продолжаю вестись. И про Пирли он мне ничего не сказал, ведь знал, что я вернусь за ответами. Всё было спланировано. Только для чего?..
Ненавижу. Ненавижу. Никогда не приму. Никогда не прощу. Ненавижу.
Ненавижу...