Против правил.
— Он ушел... — упала на колени рыдая девушка, — он не вернётся... Почему вот так всегда...
— Прошу тебя, Милина, прости старика за его ошибки... — встал рядом с ней на колени ее отец.
— Я не виню тебя, отец. Это я виновата в том, что сбежала. Прости ты меня, за то, что принесла тебе столько боли, — дочь и отец обнялись и улыбнулись. Неподалеку Король обнял своего сына. Люди были счастливы. Они радовались и плакали. Все... и никто не обратил внимания на загадочно улыбающегося черноволосого мальчика в сером подранном плаще, что стоял позади всей толпы. Он смотрел на счастливых людей, и его душа пела. Он помог им, и теперь все зависит от них.
— Ну что, Годрик, пойдем? — посмотрел на переродившегося друга на руках мальчик. Он развернулся и скрылся в подворотне, не заметив, как спустя секунду на то место, где он стоял, внимательно посмотрел величайший из волшебников и благодарно улыбнулся, не стесняясь слез, что текли по его щекам и терялись в густой бороде.
— Пойдем, девочка моя, — он обнял дочь и они скрылись в замке, не увидев, как из-за угла высунулся мальчик и прошептал:
— Не за что, Мерлин, не за что...
* * *
"Ты уверен, Феникс? — спросил посох. — Орден Равновесия же ясно сказал, что равновесие восстановлено. Ты больше не должен вмешиваться"
"Я знаю, Плач, но не могу, — грустно ответил Гарри. — Я чувствую себя ответственным за них. Не могу объяснить, просто знаю, что я не дам Милину в обиду"
"Тем более, она твоя родственница, — сказал Том, — миры могут быть разными, но кровь всегда остается таковой"
"Тем более, я ее не оставлю!"
"Но Феникс!" — предпринял еще одну попытку посох.
"Довольно! — приказал Гарри. — Это не обсуждается!"
"Хорошо" — обречённо согласился Плач.
"Я с тобой" — сказал Реддл.
"Спасибо"
"На меня тоже можешь рассчитывать, малыш" — с улыбкой добавил посох.
"Спасибо, ребята. Я вам очень благодарен"
"Да чего там!"
"Ну, когда будем веселиться?"
"Он не исправим!" — одновременно воскликнули Том и Плач, а потом все трое засмеялись.
* * *
— Милина, тебя пригласили на военный совет, чтобы ты рассказала то, что произошло с тобой... — печально попросил дочь Мерлин, присаживаясь на стул неподалеку от Круглого стола.
— А что я могу рассказать? Только то, как меня спас Феникс, — она печально опустила голову. — Все, что я помню до этого — боль и страх.
— Милина, расскажи о своём спасении, — попросил Артур.
Девушка сглотнула и начала:
— Он зашел ко мне в камеру вместе с Личем. Некромант сказал, что я — достойная цена за его служение, но он ответил, что не будет служить кому-либо, и согласился забрать меня. Лич ушел, а меня перенесли на носилки и усыпили. Проснулась я уже в его комнате. Он обработал все раны и наложил повязки. Он был вежлив и добр. А когда к нам ворвались Лич, Темный Воин и Фрэнк, — она кивнула на сына короля, что так же здесь присутствовал, — Феникс был так уверен в себе, что я задумалась, кто тут имеет больше власти: он или Темный Воин. Назначив дуэль с вассалом, что нарушил правила, Феникс собрал вещи, и мы вышли на центральную площадь, где он победил некроманта, придавив его огромным камнем к земле. После этого мы ушли, забрав с собой Фрэнка, — умолчала часть истории девушка. — А потом, в пути, он рассказал, кто на самом деле Фрэнк, и что за нами по следу выслали вампиров-охотников. А сам Феникс — охотник на вампиров. Я думала, они исчезли?
— Я был того же мнения, — задумчиво покивал ее отец. — Но что-то не сходится: охотники на вампиров никогда не были магами, а Феникс — очень силен. Кто же он на самом деле?
— Не знаю. Он сказал, что его дом находится под угрозой из-за войны, но не говорит, где его дом. А когда он ушел, то сказал, что его целью было восстановить равновесие, и он его восстановил...
— Равновесие? — старый волшебник был удивлен. — Неужели я был прав, и существуют другие миры, а за тем, чтобы один мир не навредил другому, следят Воины Ордена Равновесия?
— Вы думаете? — спросил один из воинов, сидящий за столом.
— Других версий у меня нет. В этой войне определенно побеждала темная сторона, и каким-то образом влияла на его мир. Осмелюсь предположить, что он живёт даже не в этом времени: он не знает нашего мира... Вообще не знает... А так же он нашел способ обойти мое заклятие, а для этого нужны годы.
— Хорошо, примем эту версию. Но перейдем к другим вопросам, — продолжил король. — Разведчики доложили, что армия Темного Воина пришла в движение и направляется сюда. По пути к ним присоединяются многочисленные отряды и полки. Некроманты трудятся день и ночь, поднимая армии мертвых. Численность армии растет неимоверно быстро и уже сейчас превышает нашу численность в сотню раз. Не думаю, что у нас есть хоть шанс на победу.
— Мы не должны сдаваться, — спокойно сказал Мерлин.
— А никто и не сдается, — улыбнулся магу король, — никто не покинет поле боя живым, но сражаться мы будем до последнего.
— К сожалению, это будет так, и многие из нас найдут в этом бою свой последний приют... — глаза величайшего из волшебников стали грустными. — Если бы у нас была возможность...
— Возможно, она у нас есть, — неожиданно сказал Фрэнк, и тут же все взгляды переместились к нему.
— Что ты имеешь в виду? — удивленно спросил его отец.
— Сегодня утром я кое-что обнаружил в кармане своего плаща, — с этими словами на Круглый Стол с тихим звоном опустилась серебряная цепочка. Она была самой обычной... Обычной серебряной цепочкой... За исключением рун, что были на каждом ее звене.
— Хм... Очень интересно... — внимательно изучил находку великий маг. — Как я понимаю — это артефакт, и очень сильный. Принцип его действия мне не понятен. Понадобится время на расшифровку всех символов и рун... А его у нас нет, этого самого времени.
— Да, к сожалению... — пробормотал Артур, разглядывая находку, лежащую на столе. Его размышления прервал ворвавшийся в помещение "помятый" воин.
— Ваше Величество! — он упал на колено. — Армия Темного Воина в пяти днях пути от Камелота. Ей нет числа!
Страх и ужас на мгновение отразились на лицах присутствующих, но тут же сменились решительным выражением. Только лицо Милины так и осталось полным страха и печали. Отец положил руки на ее плечи и увел в комнату, где и уложил спать. Она не стала сопротивляться и позволила отцу дать себе несколько лечебных зелий.
С этого момента Камелот превратился в настоящий муравейник: люди носились туда-сюда, кто-то что-то приносил, другие это перетаскивали на свои места, маги часами накладывали все известные им щиты на стены, ворота, окна и двери. Воины проверяли свое снаряжение, гражданских снабдили луками и стрелами. Магистр Сейн сделал заявление, что любой, кто имеет способность колдовать, может быть тут же принят в гильдию на правах полноправного члена. Среди нескольких тысяч жителей было не так много имеющих способности. Всего к магистру, что ожидал у входа в магическую гильдию, пришло четырнадцать человек. Это были пять молодых девушек лет двадцати, одна взрослая женщина, шесть юношей в возрасте от 25 до 35, пожилой мужчина пятидесяти лет, а так же самый молодой претендент — высокий темноволосый мальчик лет тринадцати на вид. Серый подранный плащ на нем говорил о том, что он из бедной семьи... А возможно, и вообще сирота....
Подошедших попросили следовать за Сейном, и он провел их в большой зал, где за столом сидело шесть магов, и было свободное место для Сейна. В центре сидел Мерлин.
— Назовите свое имя, вас запишут, потом проверят на способности и определят, к какому направлению вы будете приписаны. После этого вы сможете получить доступ в библиотеку, где у вас будет немного времени на изучение заклинаний. К сожалению, мы не можем сейчас предоставить вам обучение: все маги задействованы в наложении дополнительной защиты на замок. Начнем с дам...
Первой пошла женщина, за ней девушки, потом старик, за ним — шестеро парней, и последним маленький мальчик...
— Как твое имя? — спросил Сейн, в то время как Мерлин внимательно изучал мальчика и пытался вспомнить, видел ли он его раньше.
Парень не ответил. Недовольный гул пронесся по комнате. Сейн повторил вопрос, но с тем же результатом.
— Что происходит?! — воскликнул он, вставая и направляясь к мальчику. — Почему ты не отвечаешь?
— Постойте, магистр! — вежливо остановил его старик, что только что был приписан к гильдии. — Кажется, я видел этого мальчика раньше: он был в осажденном Орсире. Он не может ответить по той причине, что нем.
— Кхм... Да... Ну, тогда, прости меня, — обратился он к парню, — ты писать умеешь?
Подросток коротко кивнул. Его попросили написать свое имя, и он взял перо и коряво настрочил:
"Гарри"
— Ну вот, Гарри, так-то лучше, — с улыбкой прочитал пергамент маг. — Колдовать часто приходилось?
Еще один кивок.
— Родители научили?
Отрицательно качает головой и указывает на стену, где на латыни выбита надпись: "Это Война". Его понимают, и взгляд магов, до этого немного неуверенный, превращается в полный сострадания.
— Тебе приходилось сражаться?
Кивок.
— А убивать?
Еще один, печальный, кивок.
— Прости, малыш, за подобные вопросы. Не мог бы ты что-нибудь показать нам из того, что умеешь? — попросил Сейн.
Мальчик кивнул и резко крутанулся вокруг своей оси, затем он очень спокойно подошел к продолговатому столу и с невозмутимым видом положил на него палочку магистра Сейна. Тот запустил руку в карман, и она схватила пустоту. Магистры и Мерлин были немного удивлены.
— Как ты это сделал? — пораженно взял свою палочку старый маг.
Парень пожал плечами и посмотрел на рядом сидящего магистра, который как раз хотел достать палочку, но не нашел ее, и теперь рьяно рылся в складках мантии. С тихим стуком перед ним легла его палочка. Он вытаращился на мальчика, как на чудо природы, и не мог отвести взгляд. Остальные маги спохватились и принялись искать свое оружие и, естественно, его не нашли. Гарри же невозмутимо прошел вдоль стола и выложил перед всеми их оружие, а напоследок с поклоном положил перед Мерлином его посох.
"Ты переигрываешь!"
"Еще даже не начинал!"
"Все-таки, массовое разоружающее имеет кучу плюсов, и один из них — не имеет щита, и нет возможности уклониться"
— Я уже всерьез опасаюсь за свое место в совете магической гильдии, — шутливо вздохнул Мерлин, принимая свой посох.
— Я не верю, что этот мальчик только что фактически победил всех нас! — воскликнул магистр Джордж.
— Это так, смирись, — ответил ему Сейн, улыбаясь. — Ну, Гарри, покажешь нам эти чары? Всегда мечтал, чтобы, будучи магистром, учиться у новичка. Ну так как?
Мальчик кивнул. Он наколдовал перо и пергамент, и застрочил. Затем передал записку магистрату:
Мысленное общение
— Ментальное?! Ты им владеешь?! — теперь магистр был окончательно удивлен.
Кивок, и ментальный контакт начал Мерлин, потом Сейн, а потом и остальные...
— Где ты научился? — вопрос Мерлина.
— Сам, — содержательно.
— Что это было за заклинание?
— Массовые чары разоружения.
— Да? — удивился Сейн. — Где ты его нашел? В нашей библиотеке его нет.
— Его и не может быть в вашей библиотеке, потому что я его никуда не записывал...
На несколько секунд стоит полная тишина, а потом Мерлин говорит:
— Ты — автор этих чар.
— Да.
— Щит? — с деловым интересом спросил Сейн.
— Не существует. Уклониться нельзя, только если не покинешь зону действия чар, — ответ Гарри. — Не действует на магические артефакты и мечи, наполненные магией.
— Можно выбирать цель?
— При ОЧЕНЬ большой концентрации, — последовал ответ на заданный вопрос.
— Что ж... Тогда последний вопрос: где ты взял книги для обучения заклинаниям? И кто твои родители?
— Это уже два вопроса, — недовольно пробурчал Гарри. — Тем не менее, я выучил несколько боевых чар три года назад. Меня научил отец. Когда мы ехали через лес, на нас напали. Черный маг убил моих родителей, а я — его. Тогда же я потерял способность говорить. Учился по его книгам и записям.
— Темной магии? — Настороженно спросил Джордж.
— Для нее не существует этого различия. Я не раз применял смертельное проклятие, что бы спасти свою маленькую сестренку, но в конце концов ее убили, я не смог помочь.
— Сколько раз ты использовал Темную магию?
— Я уже сбился со счета. Больше сотни точно.
— Но... Это не вероятно: его душа осталась неповрежденной! — неверующе воскликнул самый молодой магистр, осматривая ауру мальчика.
— Я нашел способ. У того темного мага было много хороших идей. Я их доработал и теперь свободно пользуюсь темной магией.
— Мы должны все обсудить, Гарри, — наконец заговорил Мерлин, — ты понимаешь, что если мы и поверим — все остальные не обязательно согласятся с нашим мнением.
— Понимаю. Если вы так решите, то я покину город. Не переживайте, я не пропаду. Тем более, что некроманты мне не страшны.
— Почему?
— Я сам — некромант. Невысокой ступени, но все же и не самой маленькой.
— А вот это еще хуже. Все некроманты на стороне Темного Воина, — покачал головой Сейн.
— Главное не то, какая сила в тебе, а какие поступки ты совершаешь, — прозвучал немного раздраженный голос Гарри, и связь оборвалась, причем не самым мягким образом: магистров и Мерлина просто выкинуло из сознания парня и поддало "под мозжечок".
Гарри же вышел из помещения стремительно, не дав никому опомниться. Только спустя минуту последствия ментального удара прошли, и магистры взялись за обсуждение. Оставшихся претендентов благополучно забыли, но через полчаса с ними закончили, и маги направились на улицу. По пути им встретился король:
— Артур, ты не видел случаем мальчика лет тринадцати? У него черные волосы и зеленые глаза. Одет был в серый дорожный плащ.
— Кажется, я видел его, когда обходил стены... Точно, он на парапете сидел. Я еще попросил его быть осторожнее, а он даже не ответил! Вот тебе и обычная людская благодарность! — с улыбкой пошутил он. Мерлин же остался серьезен:
— Он нем, Артур, поэтому не ответил. Пойдем, я думаю, тебе будет интересно.
— Хорошо. А что он натворил? — с интересом посмотрел на мага король, шагая вместе с ним к лестнице, ведущей на стену.
— Фактически победил Совет Магистров одним заклинанием. А мальчику тринадцать лет. У него будет большое будущее... Если оно вообще будет у кого-то...
— М-да... — протянул король.
— Гарри, мы хотели бы поговорить с тобой. Разреши, я проведу в ментальную связь Артура? — спросил Мерлин, и, после кивка, разговор начался:
— Здравствуйте, Ваше Величество, — первым начал Гарри.
— Здравствуй. Так что там у вас произошло?
— Ничего страшного, Артур, — ответил Великий маг. — Дело в том, что мы сильно сомневались: стоит ли допустить в свой круг темного мага и некроманта в одном лице.
Король побледнел и уставился на мальчика.
— Он?
— Да. Но дело в том, что Темная магия не трогает его душу, а некромантия не является его жизнью. Он пошел по пути... Своему пути, и не нам его судить. Тем не менее, Гарри, мы пришли к такому решению: кто-то один использует ментальную связь и просмотрит твои воспоминания. Ты можешь решить, кто это будет.
Тут же последовал ответ:
— Только этот человек, которым будет магистр Сейн, даст клятву о том, что все увиденное останется моей и его тайной до моего на то разрешения. В моей жизни есть много моментов, которые я бы хотел оставить своими, но, если этого не избежать, поделюсь ими с кем-нибудь.
— Магистр? — Мерлин повернулся к Сейну, и тот тут же принес клятву полного молчания. Все остальные магистры отделились от общения.
— Ну, магистр, неужели не узнали? — улыбнулся мысленно Гарри.
— Феникс! Ты, чертов махинатор, да я тебя вот этими руками придушу! — с напущенным гневом прокричал мысленно магистр, но глаза его смеялись. — Иди ты к черту!
Ментальный контакт оборвался. Маги были встревожены столь быстрым окончанием...
— Ну?
— Можно не волноваться, — недовольно пробубнил Сейн, — этот... — он махнул рукой.
— Уверен?
— ДА! Как и в том, что если поступит еще один глупый вопрос — придушу голыми руками, потом воскрешу и убью повторно!
Напряжение быстро спало. Тем более что всем было интересно увидеть мощь некромантов, которые были отнюдь не слабыми магами, в действии, не направленном на разрушение. Мерлин задал интересующий его вопрос, или скорее догадку:
— Ты сильный маг, это сразу ясно, но скажи: ты добился этой мощи за счет некромантии?
— В какой-то степени — да. Я единственный раз использовал ее самую древнюю часть, которая увеличивает твою силу за счет убитого тобой врага.
— Думаю, что окажусь прав, если предположу, что этим единственным случаем был тот темный маг, что убил твоих родителей? Прости за вопрос.
— Да, — нет, все-таки в этом мире люди слишком легко принимают любую ложь.
— Что ж, — Джордж улыбнулся мальчику и обратился к Мерлину, — магистр Мерлин, думаете, это будет очень увеселительно, когда армия Темного Воина столкнется с защитой, которую использует сама?
— Не столько увеселительно, как неожиданно. Но все же я действительно хотел бы посмотреть на действие недоступной для нас магии в действии. Предлагаю всем вместе отправиться в Башню гильдии и нормально пообедать. Думаю, Гарри не откажется от нашей компании?
Восемь голов посмотрели на Гарри, и тот кивнул, внутренне смеясь. Вернувшись в гильдию, они прошли в какое-то незаметное ответвление коридора и попали в небольшую столовую где, как понял Гарри, ели магистры. Это было небольшое помещение, выполненное в светло-голубых тонах, везде стояла удобная мебель, а посреди зала — продолговатый стол человек на десять. Мерлин пригласил всех к столу. Он сел во главе стола, спиной к огромному окну; король сел напротив, соответственно лицом к тому же окну, остальные сели по бокам. Гарри сидел через одного человека по правую руку от короля. Едва все сели, как на столе появились блюда с самыми различными произведениями кулинарного искусства.
Поглощение пищи прошло в полном молчании, но как только исчезли блюда и появились бокалы с вином, Мерлин предложил:
— Предлагаю визуализировать нашу беседу, чтобы не приходилось прибегать к ментальному общению: слишком много сил оно забирает.
Гарри покачал головой и создал небольшое темное облако у себя над головой. На недоверчивые взгляды он пожал плечами, и, неожиданно, в облаке появился контур лица мальчика и по помещению пронесся его голос, немного измененный:
— Это просто озвучивает мою речь.
— Интересно, — разглядывал облако Сейн. — Это магия некромантии?
— Ее смесь с темной, насколько я помню, — последовал простой ответ из облака.
— Итак, — глотнул вина Джордж, — можно мне поинтересоваться твоими познаниями в области темной магии? Особенно мне интересно узнать, насколько глубоки твои знания некромантии. Это могло бы помочь нам составить щиты против этой магии. А то не один высший щит не останавливает даже самое элементарное заклятие некромагов.
— На самом деле, простите, что говорю это нравоучительным тоном, но это и есть главная ошибка почти всех магов: вы думаете, что, чем сильнее заклинание, тем сильнее должен быть щит? Это не так. Самое сильное заклятие некромантии отражается простыми щитовыми чарами на уровне любителя, то есть щитом среднего уровня. Не спорю, есть и такие заклинания, от которых не спасет ничто, как, например, массовые чары поглощения энергии; но они очень энергоемкие, и занимают много времени. Не хочу показаться невежливым, но мой вам совет: если увидите черный луч — уходите с его пути: такие заклинания неотразимы. Все остальное — простым щитом.
Магистры переглянулись, проклиная себя на чем свет стоит за свою недальновидность, но тут же переместили свое внимание на мальчика:
— Но на ваш вопрос, магистр Джордж, могу ответить так: я знаю, как убить пятьдесят человек массовыми чарами смерти, и как этих же людей воскресить как нежить. Самое сложное, что я умею — создание за раз нескольких скелетов из ничего. Продержатся они около недели, но ведь нам более и не надо? — на его губах промелькнула улыбка.
— Верно, — ответил на улыбку Сейн. — Так что насчет твоих познаний в защитной магии?
— Ну... Знаю я парочку специфических щитов... Думаю, Темный Воин долго будет искать предателя в рядах своих некромантов... — а вот сейчас от его улыбки поежился даже Мерлин. Что и говорить — повадки некроманта.
Сам же великий волшебник о чем-то напряженно размышлял, но наконец, видимо приняв решение, проговорил:
— Гарри, я знаю, что многие со мной не согласятся, но, все же, это мое мнение... У нас нет практически ни шанса выйти живыми из предстоящей битвы, и я думаю, что тут не время брезговать темной магией. Нет, Армош, дай мне закончить! — властно остановил начавшего возражать мага Мерлин. — Если он, в чем мы уже убедились, знает способ, то почему бы и нам не попробовать? Знаю, что это очень плохая идея, но думаю, что это единственный вариант. Лично я, Глава Совета Магистров, прошу тебя, Гарри, хотя бы показать мне этот способ. Для всех магов, кто этого пожелает, мы сможем объяснить сами, но если только научимся ему. Как ты сказал, а это очень мудрые слова, достойные старца, что не мощь, данная нам, определяет, кто мы есть, а то, как мы ее используем.
В столовой повисла тишина, нарушаемая только тяжелым и обеспокоенным дыханием собравшихся. Они боялись именно такого ответа:
— Хорошо. Встаньте.
Мерлин тут же поднялся. Его посох был в его руке.
— Нет, оставьте оружие и отойдите от него, — прозвучал голос Гарри, дающий указания.
Великий маг так и поступил, и вот он стоит посреди комнаты безоружный.
— Сосредоточьтесь на своих ощущениях. Улавливайте каждое их изменение. Готовы?
— К чему? — удивленно спросил маг, но был прерван молниеносным взмахом палочки...
— Avada Kedavra! — так как все, что Гарри произносит, ментально транслировалось на весь зал, то все его услышали.
Глаза Мерлина наполнились страхом, но всего на мгновение. Он тут же ушел в сторону от луча и серьезно смотрит на Гарри.
— Вы запомнили свои ощущения? — спросил парень, как будто не замечая направленных на него оружий.
— Что это было?
— Иллюзия смертельного проклятия. Не думаете ли вы, что я стал бы рисковать вашей жизнью при первой попытке? — Гарри был само спокойствие, как и подобает темному магу и некроманту. — Итак, что вы почувствовали, когда услышали слова смертельного проклятия?
Старый волшебник успокоил остальных и задумался, потом ответил:
— Страх? Удивление, потом страх.
— Вы правы, — Гарри поднялся и встал напротив великого мага, которому отдал его оружие. Облако продолжало летать над его головой. — Почему темный маг становится таковым? Он изначально, даже когда еще не применил ни одного заклинания, верит, что темная магия — это мощь, которая вознесет его на мировое господство. Он влюбляется в эту магию неосознанно, и она начинает его пожирать. Многие философы и мудрецы утверждают, что любовь — ...
— Самая сильная и чистая сила на земле, — продолжил за Феникса Мерлин, — а темная магия не может принять такую чистую силу и начинает разрушать душу мага.
— В точку, магистр, — щелкнул пальцами для выразительности Гарри. — Любовь нужна для истинно светлой магии. Для темной же нужно то, что ей подходит. Какое чувство, противоположное любви, равно ей по силе? — загадка, которую Гарри как-то задали в Школе Хранителей, и он довольно долго мучился. Но там он, а тут — Мерлин.
— Ну... Ненависть противоположна любви... По силе с этим чувством может сравниться только... — он задумчиво крутил бороду, пока не понял: — Страх!
— Верно, магистр Мерлин, — чуть улыбнулся Гарри. — Если магия не принимает противоположную ей силу и чувство, то надо дать ей то, что она хочет. Вот и все теория. Она элементарна, согласитесь, но надо было пойти по правильному пути и все. Вот вам мой личный совет: я пользуюсь таким способом — при создании чар темной магии думаю либо о своем самом большом страхе, либо о том, что боюсь причинить вред другим. Сама темная энергия пытается сделать все наоборот, но ведь нам только и надо, что бы оно получилось во всю свою мощь?
Присутствующие осмысливали сказанное, и проверяли теорию на предмет ошибок. Джордж даже записал ее слово в слово. Артур сидел с потерянным видом, смотря на комичное шоу перед ним: "Мерлина учит тринадцатилетний мальчик!"
— Думаю, что понял тебя, — сказал великий маг.
— Тогда давайте попробуем. Вы знаете заклятие боли? Вижу, что знаете. Наложите его на меня. Не беспокойтесь, я столько их вытерпел, что у меня чуть ли не аллергия на него появилась, — усмехнулся Гарри и встал прямо: — Ну же!
— Хорошо. Ох, стар я стал для подобных потрясений! Прости... Crucio!
"Черт, да у него посильнее Тома будет! А это его первый раз!"
"Так это же Мерлин!"
Этот мысленный монолог был закрыт щитами, и никто его не услышал. Старец отменил заклинание и поспешил к упавшему Гарри.
— Прости, я знал, что это не лучшая идея...
— Все в порядке, просто я не достаточно собрался. Тем не менее, заклинание было отменно. Давайте-ка проверим вашу ауру...
Проверки всех магистров показали, что ни аура, ни душа Мерлина ничуть не изменились. Это послужило темой получасового спора, в ходе которого согласились попробовать еще четыре магистра. У всех вышло, и Гарри пришлось просить Тома дать ему краткий курс начальной темной магии. Спустя час Гарри передал Джорджу исписанный им свиток, куда он записал заклинания и их описания, что магам следует выучить в первую очередь, чтобы равномерно постигать азы, а позже и эффективную темную магию.
"Да... Мерлин, творящий Аваду — у меня до сих пор в голове не укладывается!" — рассмеялся Том.
"Думаю, что наша история переплюнет какого-то там Барса и его команду!" — поддержал его посох.
"Вот после этого — я не сомневаюсь! Нет, Дамблдора удар хватит, если ему рассказать!" — хихикнул Гарри и направился вместе со всеми семью магистрами в стрелковую башню.
— Итак, наша задача — укрепить ее настолько, насколько это возможно. Подойдет абсолютно любая защита. Эта башня будет огневой поддержкой магов и стрелков, — сообщил им Сейн. — Предлагаю посмотреть на нашего нового друга в действии,
— хохотнул он и указал на Гарри.
Тот пожал плечами и достал палочку, затем жестом попросил у одного воина меч. Тот неуверенно посмотрел на магистров. Те дружно кивнули. Он протянул оружие рукоятью вперед. Гарри чуть склонил голову в знак благодарности. Следующие его действия поразили многих: он начал двигаться вдоль стены, мечом оставляя на ней глубокую царапину. Когда полный круг был обведен, меч проделал на окружности четыре небольших углубления на равном расстоянии друг от друга.
Наконец оружие, в целости и сохранности, вернулось к удивленному воину. Под любопытными взглядами Гарри призвал четыре небольших камня и палочкой начертил на них стихийные руны. Вот теперь магистры поняли все и, мягко говоря, занервничали: опыты со стихийной защитой, использующей руны, были весьма печальны, а вызываемые сейчас четыре стихии при неверном обращении разнесут Камелот до основания. Но никто не сказал ни слова, так как отвлечь сейчас этого мальчика от дела — стопроцентная беда. Если маг потеряет концентрацию, удерживающую процесс под контролем, всем будет плохо... Крайне. Когда две руны были установлены, Джордж вытер пот со лба. Когда на место встала третья, то трясло уже всех. Когда же на место встала четвертая, то помещение озарилось четырьмя цветными всполохами, причем так резко, что Сейн подумал о самом плохом... Но ничего не произошло, если не учесть заклятий, рекой полившихся с палочки Гарри точно по четырем рунам и в строго определенной последовательности, которую смог уловить только Мерлин. По царапине-желобу, соединявшей все четыре угла, потекли мерцающие потоки магии, силу которых подпитывала сама природа. Четыре цвета слились в один, стены помещения на мгновение потеряли свой цвет. Вспышка заклинания, и на стене остались только красивые рисунки в виде виноградной лозы — вместо полосы, и кистей винограда — четыре руны.
Довольный своей работой, Гарри повернулся к побледневшим от страха (кто говорил, что Мерлин ничего не боялся? Пришел Гарри, и он забоялся прим. авт.), но все же восхищенным магистрам...
— Вот это да! Какое самообладание! Гарри, да я готов признать, что ты только что создал то, что не решается сделать ни один маг в мире! Стихийная защита требует просто невероятной концентрации! Как ты этого добился?
Уже знакомое им облако появилось над головой мальчика...
— Просто во время ее создания думаю о том, как просыпаюсь утром, а прямо под носом лежит вонючий ботинок. И так раз сто подряд. Главное не думать о том, что делаешь. Это трудно. Я разнес, наверное, домов шесть, пока не справился.
— Откуда же ты такой, Гарри? — удивленно произнес Мерлин, осматривая защиту. — Ты невероятно силен.
— Тот маг, чью силу я забрал, был некромантом высшего уровня, а так же адептом темной магии.
— Как же ты его победил?! — воскликнул Джордж.
— Он допустил ту же ошибку, что и вы с некромантией: против моего одного из самых слабых боевых заклятий он использовал чересчур мощные щитовые чары. Они не остановили заклятие, а даже усилили. По существу, он мне сам помог себя победить.
— Хм! — усмехнулся Сейн, который понимал, что все это — чистый бред. Но, надо отдать должное, мальчик не дал повода усомниться в правдивости его слов хоть раз.
— Скажи, — Мерлин почти водил носом по стене, — я чего-то не понимаю? Почему именно виноградная лоза и кисти?
— Знаете древние греческие легенды о винограде?
— Не особо. А ты и до них докопался?!
— Именно так. Так вот, греки были уверены, что виноград — посланный им богами дар. Они делали точно такой же рисунок на стене у себя дома, и это стало прародителем современной стихийной рунной магии, — ответил Гарри, проводя рукой по лозе. — По преданию, кисть винограда собирает энергию, направленную на ее уничтожение, а лоза распределяет ее на все равномерно. Проще говоря: чем больше они будут пытаться снести ее магией — тем сильнее будет становиться защита. А от физического урона есть десятки щитов.
— Да ты страшный противник, Гарри! — улыбнулся Джордж. — Не хотел бы я быть твоим врагом!
Маги улыбнулись мальчику и самую малость добавили защиты от физического урона. Теперь эта башня — практически нерушима. Гарри попросили зачаровать подъемный мост и сами ворота, причем оставили его одного... А этого делать было не нужно (потирая руки в предвкушении, Глава Ордена Равновесия сидит на удобном диванчике в банном халате и розовых пушистых тапочках с ушами. Сидит перед телевизором, который показывает все действия Гарри. На коленях у него поп-корн, вокруг орет акустическая система. На шее шарф с надписью: "Гарри — Чемпион" и "Эванс — Форевер!" Прим. авт.).
Когда один из магистров, Карлос, пришел проверить его работу, но все, что он увидел — водоотталкивающие чары. Необычные... Он, естественно, собрал остальных, и когда Мерлин задал вопрос, хитрая и немного кровожадная ухмылка Гарри дала понять, что все под контролем, и на мосту много всего такого, что не очень понравится неожиданным визитерам. Уж что-что, а извращенной фантазии у Гарри было с излишком...
Чего только стоит заклятие "Дыхание дракона", возможно, и не самое мощное, но сможет выжечь коридор из наступающих длиной так с полкилометра.
— Гарри, я не буду допытываться у тебя, что ты тут придумал, что мы видим только обычное водоотталкивающее заклинание; но ты уверен, что этого будет достаточно?
Парень на это весело кивнул и решил открыть часть секрета. Гарри сказал смотреть и подозвал караульного воина. Тот подошел, вопросительно на него смотря. Темная тучка вновь появилась, но ненадолго:
— Заклятие быстро утомляет, поэтому пытайтесь понять жестами.
Облако транслирования исчезает, и Гарри показывает на землю за подвесным мостом и изображает сражение.
— Сражение уже началось? — догадывается Мерлин, и Гарри кивает. Затем он показывает, что делает знак стражникам опустить мост. Те, получив подтверждение от Сейна, выполняют. Вот мост опущен, и Гарри начинает показывать жестами Сейн — переводить:
— Мост опущен... враги на него забегают... так...
Феникс показывает воину достать меч, а другому — приготовить копье. Они с интересом выполняют. Мальчик показывает в стене справа небольшое отверстие, как раз для лезвия меча. Он жестом объясняет, что надо туда вставить меч, и воин выполняет. Как только лезвие его меча на длину ладони исчезает в прорези — из деревянного подвесного моста "вырастают" лезвия такой же длины, только их десятки. Когда воин понял смысл — он делает мечем резкий выпад до конца, и "выросшие" мечи выполняют движение, которое должно было отрубить врагу ноги. Под похвальные поздравления от взрослых магов Гарри показывает, что с левой стороны можно делать то же самое, только копьем. В итоге одного этого должно было хватить.
В общем, день удался на славу, если не считать количества потраченной энергии. Магистры все время укрепляли стены и создавали такие щиты, о которых Гарри даже не слышал. Вот оно — настоящее могущество.