5
Розы.
Тэхен долго на них смотрит и думает, что ромашки бы тоже хорошо смотрелись на его запястье. Тогда почему именно эти цветы? Почему эти колючие, красные и до жути красивые цветы на его запястье? Ему они не нужны, он не хочет их видеть на своей руке!
***
На часах половина второго.
Тэхен листает ленту новостей и видит его...
«Новости Air solution»
Два дня назад умер директор компании «JUNG INTER». Около месяца назад его увезли с хронической болью в груди и лечили на протяжении месяца в городской больнице Хвасан. К сожалению, долго прожить ему не удалось. Соболезнуем его семье.
Уже сейчас за руководство компании принялся единственный несовершеннолетний сын Чон Джехена — Чон Чонгук.
*Картинка*
Давайте пожелаем успехов этому молодому господину.
Тэхен внимательно рассматривает фотографию в телефоне, восстанавливая столь знакомый образ у себя в голове, а когда получается, рука начинает дрожать, из-за чего телефон бесшумно падает на мягкое одеяло. Тэ не верит, нет. В ушах начинает звенеть, и Тэ пытается подняться с кровати, но первые две попытки идут прахом, так же как и вообще вся жизнь этого парня.
Ким не хотел его снова увидеть. Он, правда, не хотел...
Его соулмейтом, его чертовым истинным оказался богатый наследник. Тэхен не хочет этого, он не об этом грезил. Вот только сейчас Тэ отлично понимает, почему Чонгук его не любит, почему взял... Взял его насильно.
Тэхен проводит пустым взглядом комнату и думает лишь от том, что хочет расслабиться; он хочет снова пойти на крышу и забыться, хочет почувствовать теплый воздух, что пронзает, столь смертельно худое тело, хочет увидеть весь яркий город на своей ладони. Поэтому он медленно одевается и выходит, не забыв взять свой телефон с кровати. И последнее он сделал не потому, что хотел, а потому, что есть человек, который будет ему звонить; который будет волноваться — Пак Чимин.
Уже выйдя на улицу, Тэхен предвкушает те чувства, что будет овладевать им на вышке. Его не было там почти два дня, он так соскучился по тому месту.
***
Тэхен находится на высоте птичьего полёта, он машет руками и... Улыбается. Да, он улыбается, он просто сошел с ума. Но... Как же ему здесь хорошо. Ким стоит на краю крыши и смотрит в ярко-голубое небо. Свобода — вот, что чувствует Тэ. Хочется покончить со всеми этими чувствами, что терзали его последний месяц, хочется забыться и... Исчезнуть, как пыль, просто стереться с этого мира. Парень опускает взгляд вниз и видит столпившихся людей, все они смотрят на это «шоу», не чувствуя той пронзающей боли, что была у этого юноши в сердце. Кто-то снизу ему кричит, чтобы тот стоял на месте и даже не смел двигаться, а кто-то просто снимал на камеру. Потому что это все то же «представление», которое, в принципе, может закончиться плачевно.
Тэхен закрывает глаза, набирает побольше воздуха в легкие и собирается сделать шаг в пустоту, как... Как телефон отдается вибрацией. Тэ думает, долго стоит и думает. А потом все же запускает руку в карман и достает телефон. Ему кажется, что если он прочтет последнее сообщение от Пака, это будет его неким подарком перед смертью. Но когда телефон разблокировывается, Тэ понимает лишь одно: это вовсе не Чимин.
«Одно сообщение» в электронной почте.
Он открывает его, и понимает, что это результаты анализов. Что ж, это все равно конец, глянем — думает Ким.
Секунда, две, три — Тэхен не дышит... Нет, он не может дышать. Не может. Единственное, что он видит это всего три слова:
Вы беременны, поздравляю!
***
Чонгук в очередной раз обводит взглядом белые стены больницы, подписывая множество бумаг. Он снова здесь. Снова в этом месте, где потерял последнего родного человека. Боль? Да, она находится в его сердце, но боль не от потери отца, а от одиночества. Он один. Ему придётся бороться одному; атаковать множество врагов, направляясь прямо на них. Потому что компания теперь на его плечах; потому что он единственный наследник.
Чонгук жесток, жесток с собою. Жесток с миром. Но именно так он добьётся успеха.
Чон устало поднимает взгляд, и всматривается в какую-то омежку, что, видимо, являлась здесь медбратом. Чонгук не мог не заметить, что тот красив и привлекателен, от чего Чонгука бросало в дрожь. У него слишком давно не было секса. Он устал и хочет расслабиться, но все эти проблемы просто не дают такой никчёмный возможности. Уже как два дня Чонгук проводит дни в своём кабинете, и лишь сегодня заявился в больницу для подписи бумаг.
Стрелка часов медленно перетекала на 15:08, Чонгук зол, возмущён и вообще ему плохо. Он торчит здесь с самого утра, а это уже говорит, что Чон взбешен.
Но внезапно...
— Ким Тэхен?! О, Господи вы пришли, проходите в кабинет, — невысокий бета приоткрывает дверь омеге, впуская его внутрь.
А Чонгук не может, блять, понять: почему он везде? Почему этот чёртов омега везде?! Гук быстрыми шагами преодолевает препятствие из двадцати метров и приближается к кабинету. А потом и вовсе подходит к двери, вслушиваясь в столь «незначительный» диалог.
— Доктор Су... Это правда? — Тэхен говорит тихо, но достаточно, чтобы Чонгук услышал.
Гук сам до конца не понимает, зачем вообще он здесь стоит? Почему подслушивает? И просто не выкинет его, как мусор, из своей головы.
— Да... Ким Тэхен, вам следует проходить курсы реабилитации. Вы слишком худы... Это опасно, — доктор говорит громко и чётко, Чонгук рад этому, ведь не надо напрягаться. Но зачем его соулмейту реабилитация, он болен?
Просто прекрасно! — думает Чон.
Внезапно Чонгук чувствует лёгкое покалывание на запястье, он переводит взгляд и понимает, что розы становятся более алыми. Это пугает до мурашек по коже, пугает до потери пульса. А потом он слышит:
— А кто отец?
Отец? Какой отец? Чонгук не может понять про что они говорят, ему сложно сейчас вообще мыслить. Он слишком устал. Но когда произносится тихое:
— Мой соулмейт, но он никто, я буду отцом и папой, — Чонгук зависает. Тэхен говорит это так тихо и уверенно, что невольно поверишь в эти слова. Но Чонгук не поверит.
Он вообще не верит во все происходящее, как это может быть его ребёнком. Нет-нет-нет, это просто все шутка. Да же? Чон отходит от кабинета на пару метров и пытается восстановить свое сбитое дыхание. Сложно. Больно.
Дверь медленно открывается и оттуда выходит он, Ким Тэхен. Парень поднимает взгляд и раскрывает глаза в непринужденном шоке, пятясь от страха назад. Страшно. Неожиданно. Тэ понимает, что надо бежать, потому что другого выхода нет. Позади не обрыв или не просто обычный коридор, позади ничем непримечательная дверь. Тэхен хотел было уже рвануться, но его резко хватают за руку и тянут в противоположную сторону. В сторону туалета.
А Тэхен чувствует изнеможение, чувствует, как постепенно душа покидает тело, как разум затуманивается... Но, к сожалению, он все ещё чувствует, как его толкают к холодной стене, и боль медленно разносится по всему позвоночнику.
— Чей?! Чей это ребёнок?! — Чонгук кричит, почти срываюсь на безбожный ор, ему страшно. Он знает ответ, но всем сердцем ждёт другого.
Пожалуйста, скажи, что не мой.
А Тэхен на грани, уже сейчас не чувствуется тот холод, не слышится этот пронзающий крик Чонгука. Тэхен лишь постепенно отключается, все так же упорно молча.
Чонгук громко спрашивает, он не в силах сдерживать себя, поэтому сильно сжимает плечи парня, оставляя на молочной коже красные и жгучие пятна. А потом когда Тэ тихо, почти беззвучно произносит: «твой» и отключается — Чонгук теряется, а сердце уходит куда-то в пятки. Он моментально реагирует и хватает парня, держит его, а потом приподнимает и выносит из туалета. Его руки трясутся, ведь сил почти нет. Но он все равно несёт его, потому что тот как пушинка. Ничего не весит.
Сейчас он ненавидит его больше. Намного больше того, что можно представить. Этот истинный портит ему жизнь лишь одним своим жалким существованием. Чонгука просто выносит от таких мыслей.
Когда же Чонгук чувствует, что небольшая тяжесть исчезает, он поднимает взгляд и натыкается на высокого врача.
«Ким Чунмен» — гласила маленькая надпись на белом халате.
— Что с ним случилось?! — доктор проверяет пульс, медленно перехватывая столь легкое тело.
— Мне плевать, не знаю я, просто свалился, — Чонгук презрительно смотрит в глаза напротив и сжимает руки в кулаки. Раздражает. Проблемный омега, проблемный истинный.
Чон бросает последний взгляд и разворачивается в сторону выхода. Ему надо просто все досконально обдумать, слишком много неожиданностей: у него будет ребенок от нелюбимого человека; у него умер отец, похороны которого уже завтра; у него проблемы в школе из-за пропусков. Все не так. А ведь его жизнь была вовсе не такой.
***
Тэхен лежит на твердой кушетке, чувствуя тепло на своем животе. Невыносимый страх начал пробираться под кожу, от чего было страшно открывать глаза. Тэхен дрожит, боится, но глаза пытается открыть, и когда получатся, яркий свет начинает резать глаза. Теплые большие руки поглаживали, пока не сильно, выпуклый животик. Чунмен внимательно разглядывал лицо, нежно поглаживая кожу. Тэхен же не знает, что сказать, как отреагировать, ведь ему нравились столь слабые прикосновения. Они были еле уловимыми, почти аккуратными — было прекрасно. Это чувство, что он сейчас испытывает не передать словами, просто потому что это невозможно. Для него эти прикосновения как кусочек любимого сладкого тортика, потому что последние дни, он слишком много горечи испробовал.
— Ты в порядке? — Чунмен убирает руку с живота, и чуть уловимо хватает тоненькие и худые пальцы, что, к сожалению, отдавали холодом.
— Я... да, все хорошо, — Ким постепенно встает с кушетки, все так же, как и пару минут назад не смотря доктору в глаза.
— Тэхен, пожалуйста, береги себя, ты должен набрать вес и меньше нервничать, твой ребен...
— Хватит! — перебивает Тэ. — Пожалуйста, хватит, я... я... — слезы сами начинают литься, Тэхен ведь даже не хотел этого. Он правда не хотел реветь — он хотел держаться за тот тоненький стержень внутри себя, но что-то снова пошло явно не так. Тэ знает, что доктор прав и от этого больнее, сердце так и изводится от этих мыслей и слов.
Он все знает, все понимает, но совершенно ничего не может сделать.
— Тэхен, прости... я не хотел задеть тебя, прошу не плачь, — Чунмен взволнованно вскакивает со стула и прижимает к себе подрагивающее тело. Слишком плохо. Слишком больно на это смотреть. Что этот изверг сделал с этим парнем? Почему? Почему это досталось именно ему? — эти вопросы крутились в голове парня, как мантра.
— Ничего, но почему... Почему ты так заботишься обо мне, и откуда ты знаешь про ребенка, ведь ты... — Тэхен не успевает договорить, как к его губам припадают мягкие, теплые, обкусанные губы доктора.
Чунмен целует нежно, не торопясь. Тэхен же стоит и не шевелится, он просто не знает, что ему делать: оттолкнуть или ответить? Он не знает, но продолжает мирно стоять. Ему неплохо от этого поцелуя, но и дикого восторга он не испытывает. Скажем нейтрально.
— Тэхен, ты мне нравишься, — шепотом признался Ким, держа руку парня. Единственное, что сейчас он боится — это отказ.
— У тебя есть истинный — тихо, опустив голову, сказал Тэ.
А Чунмену нечего ответить, ведь это чистая правда, что так сильно приносит боль. Но в данный момент, именно сейчас, его сердце трепещет от Тэхена. От этих миленьких глаз, миниатюрного носика и впалых щек.
— Да, но нравишься ты, — опустив голову, проговорил Чунмен.
— Прости...
Тэхен чуть выпрямляется и с сожалением в глазах выходит из кабинета. Просто Тэхен не такой, он не хочет обманывать его, не хочет портить ему жизнь. Чунмен слишком идеальный альфа, но только не для Тэхена. Тэхен не заслуживает столь прекрасного человека. Тем более, у того имеется свой истинный, и Ким не хочет рушить чью-то жизнь.
***
Чонгук не может спать, не может есть и пить. Его жизнь превратилась в месиво проблем, Чон не знает за что взяться, что сделать первым. Мысли о ребенке буквально прожигали его разум, он не мог думать о чем-то другом. Откуда взять решение, он один в этом мире. Единственный кто у него остался — это Юнги. Но жаловаться ему Чонгук не мог, у Юнги свои проблемы, с которыми он еле справляется, и если Чонгук попросит помощи, Юнги поможет, поможет, бросив свои дела. Поэтому Чонгук должен справиться самостоятельно.
Он без конца пялится в одну и ту же точку, думая что ему делать. Как поступить, ведь ребенок это не просто вещь, что можно выбросить — это человек, живой маленький человечек, а тем более, одной крови. Вот только... только этот соулмейт, Чонгук его не любит, этот ребенок... Черт! Чонгук не знает, он ничего не знает.
В его кабинете пусто, никто не смеет заходить к нему, просто потому что Чонгук зол, он на нервах, и любой диалог может закончится плохо. Чон сидит на кресле и рассматривает свой стол, будто ища ответ на нем, но натыкается лишь на фотографию своего папы... Он долго смотрит на изображение, и воспоминания сами всплывают в голове...
«— Гукки, нельзя бить маленьких омежек, ты ведь альфа. А альфы сильные, а еще о~чень мужественные, они должны поступать, как настоящие джентльмены, ты понимаешь меня? — невысокий, светловолосый мужчина поглаживает по головке шестилетнего мальчика, нежно улыбаясь. Мальчик опускает голову и легонько кивает, теребя край своей тоненькой джинсовке. — Тогда почему ты ударил Енджуна? Разве так делают альфы?
— Пап, я больше не буду, он просто мне не нравится... Он сказал, что мой истинный, но он не мой, я ненавижу лимоны... — мальчик поднимает голову и смотрит прямо в чистые и светящиеся глаза своего папы.
— Ты мог все объяснить словами, или ты свою омегу тоже будешь так бить? Если так, то тогда я не хочу себе такого сына, — мужчина наигранно отворачивается от мальчика и выпячивает одну губу.
— Нет, пап, я не буду, обещаю, прости меня, я честно-честно сейчас пойду и извинюсь, — мальчик уверенно зашагал в сторону плачущего маленького омеги...»
— Прости, пап, я не сдержал обещание, — Чонгук произносит это вслух, от чего сам же вздрагивает. Он быстро вскакивает с места и выходит из кабинета. Поймав взглядом своего секретаря, что что-то печатал на компьютере, он быстро направился к нему.
— Седжин, найдите мне одного человека, знаю только имя и то, что он сирота.
— Без проблем, диктуйте...
— Ким Тэхен, возраст: около 18-19 лет, сирота. Можно быстрее. — чуть повысив голос, приказал Чон.
— Да... Конечно. — пробубнил парень, забивая имя. — но мне все равно надо время, дабы успеть съездить в полицейский участок, база данных у них, — Седжин закрывает ноутбук, привстает и уходит прочь. Чонгук же стоит и бесится, просто потому что «Как этот секретарь может так с ним общаться, ну да, Чонгук младше, ну да, Чонгуку только 18, но черт его дери, он практически директор этой компании»
Чон решил одну очень важную проблему, он просто исполнит обещание данное его папе. По крайней мере, Чонгук не даст расти своему ребенку без нормальной семьи.