Охотник за сновидениями

Дженни разбудил настойчивый звонок в дверь. Не открывая глаз, она с трудом села и свесила ноги с дивана. Какое-то время она не двигалась. Ее не оставляла надежда, что пронзительная трель прекратиться, и тот, кто стоит за дверью, кем бы он там ни был, уберется отсюда куда подальше. Но упрямый звонок продолжал трезвонить, отдаваясь в ушах раздражающими переливами. Поняв, что назойливый посетитель не уйдет, Дженни, пошатываясь, поднялась и, застонав, пошла открывать дверь.

— Принцесса! Ты не хочешь пускать меня в собственный дом?! – стоявший на пороге Карек сиял белозубой улыбкой. Он хотел было сказать еще что-то, но, взглянув на Дженни, застыл. — Дженни! – только и смог выдохнуть он.

Из-за его спины выступила Марья и при взгляде на Дженни тихо ахнула.

— Что с тобой? - обеспокоенно спросила она.

— А со мной что-то не так? - Дженни раздраженно дернула плечом. — По-моему, все нормально.

— Нормально?! - Брови Марьи сошлись у переносицы. Она взяла ее за руку и подвела к зеркалу.

Дженни медленно подняла глаза и взглянула на свое отражение. На нее смотрело худое изможденное лицо. Оно было настолько бледным, что казалось почти прозрачным. Под глазами залегли густые черные тени. Щеки ввалились, придав лицу неестественную, болезненную остроту. Плечи, худые и угловатые, резко выпирали под тонкой тканью. Одежда, совсем недавно бывшая в пору, висела мешком, еще больше подчеркивая худобу. Дженни быстрым взглядом окинула себя с ног до головы и отвела глаза.

Карек нахмурился. Болезненный вид Дженни без слов говорил, что происходит что-то неладное, но что именно он понять не мог.

— Принцесса, что с тобой?

Дженни сделала вид, что не расслышала.

— Зачем вы пришли? - недовольно буркнула она. Она понимала, что ее слова звучат крайне невежливо, но любыми путями старалась увести разговор в другое русло. Пусть даже эти пути далеки от правил приличия. — Я ведь просила дать мне неделю.

— Так она прошла, - с лица Марьи не сходило беспокойство.

— Как прошла? - Дженни подняла изумленные глаза.

— Так что с тобой случилось? - Карек не сводил с нее пытливого взгляда, и Дженни поняла, что попытка сменить тему с треском провалилась. — Тебя Януш видел? Или он вообще ничего не видит, а только сидит и свои дурацкие книжки читает?! - Он гневно фыркнул. — Сейчас поднимусь, сам сломаю ему что-нибудь.

Он бросился к лестнице, но Дженни резко махнула рукой, и перед Кареком выросла водная завеса.

— Эй! - впечатавшись лбом в толщу воды, возмущенно воскликнул он. — Я вообще-то для тебя стараюсь!

Дженни в упор взглянула на Марью и многозначительно кивнула в сторону Карека.

— Ты ему всё рассказала? - понизив голос, спросила она.

— Ну... - уклончиво протянула Марья. - В общих чертах.

Дженни скользнула взглядом по непонимающему лицу Карека.

— Я смотрю, черты были уж слишком общие. - В ее голосе послышалось недовольство. — Что конкретно ты ему рассказала?

Марья чуть замялась.

— Я сказала, что Януш ранен. - Она тихонько кашлянула. — Не очень тяжело. И от потери крови потерял сознание.

— А это разве не так?! - устав прислушиваться, Карек резко повернулся к Марье.

— Карек, только не нервничай, - торопливо заговорила она.

Он хмыкнул.

— Именно после таких слов обычно и начинают нервничать! - Он пытливо взглянул на Дженни. — Что с Янушем? - Но Дженни не ответила. Лишь обреченно махнула рукой.

— Он так и не очнулся? - спросила Марья. В голосе зазвенела тревога.

— Как это не очнулся? - удивился Карек. — Рана ведь несерьезная. Я думал, он уже на очередную охоту собирается! - Он снова вопросительно взглянул на Дженни. Та вздохнула и покачала головой. — Что, совсем никаких улучшений?

— Никаких, - слабо ответила она и устало оперлась о дверной косяк. — По-моему, все становится только хуже.

— Хуже? - Карек недоуменно приподнял бровь. — Что там может ухудшиться? Марья сказала, у него три незначительные раны. Ты после нити колдуна меня за два для на ноги поставила. А ведь там совсем все печально было. Говорили, что я руку потеряю. Зато теперь вот, смотри! - он засучил рукав ханьфу, демонстрируя чистое запястье. — Даже следа не осталось. - Он опустил на место тонкую ткань. — А у Януша что там такого серьезного? Колотые раны даже в мои времена неплохо лечили. А ты у нас супер... Этот... Как там его?... - он напряженно потер лоб. — Врачеватель! - хлопнув себя по лбу, воскликнул он.

Дженни тяжело вздохнула.

— Только с раной Януша этот врачеватель почему-то не справляется. - Она оторвалась от дверного косяка. — Пойдемте. Сами все увидите.

Дженни плавно взмахнула рукой, и выстроенная ею водяная завеса растаяла в воздухе. Карек опасливо покосился на Дженни, озадаченно хмыкнул и осторожно ступил на лестницу. Они поднялись на второй этаж, подошли к комнате Януша и Дженни тихонько толкнула дверь.

— Мать честная! - только и смог вымолвить Карек.

Януш лежал на кровати. Глаза его были закрыты. Он не шевелился, и, если бы не вырывавшееся из груди хриплое дыхание, Карек решил бы, что он мертв. Изможденное до неестественной худобы лицо было смертельно бледным. Глаза глубоко запали, и под ними залегла глубокая синева. Ввалившиеся щеки резко подчеркивали заострившиеся скулы. Сухие потрескавшиеся губы были слегка приоткрыты, и сквозь них прорывалось частое тяжелое дыхание.

— Януш! - испуганно воскликнул Карек, бросился было вперед, но, сделав два шага, снова в оцепенении остановился.

Януш не лежал. Он парил в воздухе. Вокруг талии широким поясом его окутывали водяные струи. Поблескивая в солнечном свете, они вращались, образуя живой водоворот. Обхватив тело Януша извивающимися спиралями, они сжимались и расширялись, подстраиваясь под его тяжелое дыхание.

Ощутив холодный озноб, Карек невольно отступил назад.

— Что с Янушем? - прошептал он и беспомощно оглянулся на Дженни. — Почему он так выглядит?

Дженни невесело усмехнулась.

— Тебя напугал его вид? Поверь мне, это далеко не самое страшное.

Она подошла к Янушу и поднесла руку к водяному потоку. Тот послушно остановился, собрался в переливающийся шар, переместился к изголовью кровати и неподвижно застыл. Взору Карека открылись зияющие на животе раны.

Будто опаленные огнем рваные края темнели на бледной коже. Из разорванной плоти сочилась густая, почти черная, кровь. Во все стороны от ран расползалась паутина тонких прожилок и, Кареку на миг показалось, что какое-то жуткое насекомое впилось в Януша щупальцами и травит его своим ядом. При каждом хриплом вдохе раны пульсировали, и тогда чёрные нити на мгновение вспыхивали тусклым багровым светом, будто внутри них тлел неутихающий огонь.

Карек побледнел и попятился.

— Что это? - ошарашенно выдохнул он. Он испуганно взглянул на Дженни. — Ты можешь объяснить, что это за чертовщина?! - Дженни тихонько покачала головой. Карек резко повернулся к Марье. — А ты? - Его глаза смотрели и требовательно, и умоляюще. — Ты-то наверняка знаешь, что происходит!

— Знаю, - стараясь не смотреть на Карека, ответила Марья. — Только тебе не понравится то, что я скажу.

— Что бы там ни было! - взмолился Карек. — Ты должна рассказать!

— Да, Марья, - тихо отозвалась Дженни. — Мне тоже нужно знать, почему он не приходит в себя?

Марья тяжело вздохнула.

— Потому что внутри него живет Темная сила.

Карек нахмурил брови.

— Она полжизни в нем живет! Но раньше он, как умирающий, не выглядел. При всем своем джентельменском изяществе всегда здоровый, как буйвол, был. Если бы захотел, точно бы все конечности мне переломал. Даже особо не утруждаясь. А теперь вон, - он кивнул в сторону Януша, — смотреть страшно.

— Так раньше ему в голову не приходило себе в живот кинжалами тыкать.

— Почему ему становится хуже?

Марья вздохнула.

— Темная сила направлена на разрушение. - Она посмотрела на бледное лицо Януша и его запавшие глаза. — Вот она его и разрушает.

— Но зачем?! - в отчаянии воскликнула Дженни. — Он же для нее, как сосуд. Зачем разрушать дом, в котором живешь?!

Марья невесело усмехнулась.

— Так и есть. Только этот сосуд умирает. И, если он умрет, Темная сила умрет вместе с ним. Ей нужен выход. Поэтому она будет разъедать его изнутри, пока не выберется наружу. - Она взглянула на Дженни. — А выбраться ей не даешь ты. Пока она его раны углубляет, ты их лечишь. И бороться друг с другом вы можете бесконечно. - Марья бросила взгляд на бледную измученную Дженни. — Хотя, судя по тому, как ты выглядишь, ты эту битву проигрываешь.

Карек задумчиво почесал затылок.

— А не легче ли этой Темной силе успокоиться на время и просто дать его вылечить? Тогда и сосуд жив останется, и этой дряни никуда уползать не надо будет.

Марья недовольно взглянула на Карека.

— Ты меня совсем не слушаешь? Я же сказала, суть Темной силы - разрушение. А лечение - это скорее созидание. Не может она позволить, чтобы вокруг нее создавалось что-то новое. Пусть даже это всего лишь новая оболочка ее прежнего сосуда. - Она снова взглянула в исхудавшее мертвенно-бледное лицо Януша и тяжело вздохнула. — Вот и рвет его изнутри.

— Тупая какая-то эта ваша Темная сила! - в сердцах воскликнул Карек. — Это все равно, что самому себе в карман гадить.

Марья печально улыбнулась.

— Возможно ты прав. Но Темная сила - это не Высший разум. Она действует инстинктивно. Как зверь в клетке, который продолжает грызть прутья, даже если не может их сломать.

Карек отвернулся к окну и обреченно замолчал. Больше всего он не выносил собственную беспомощность. И как раз сейчас она навалилась на него непомерным грузом, сдавив легкие так, что невозможно было вдохнуть. Как бы он ни сопротивлялся угнетающей его мысли, он понимал, что ничего не может сделать. Все, что ему оставалось, это безучастно смотреть, как умирает самый дорогой ему человек. Его господин, друг и брат.

— А не может эта чертова сила каким-нибудь другим путем выйти? - с досадой воскликнул он и, вдруг, что-то вспомнив, резко повернулся. — Дженни! В глазах Карека засветился огонек надежды. — Помнишь, когда ты собиралась изгонять из него Темную силу, ты говорила, что она будет выходить естественным путем.

Дженни опустила глаза в пол.

— Я пошутила тогда, - смущенно пробормотала она. — Я не знаю, как она должна выйти.

— Нет, серьезно! - не унимался Карек. — Ведь она как-то проникла в него. Почему бы ей не выйти так же, как вошла?! Ну, я не знаю, - продолжал горячиться он. — Через глаза, уши, ноздри. Что у нас, дырок мало что ли?! - Он с надеждой взглянул на Марью, но та лишь покачала головой.

— Карек, это же не прыщ, который можно выдавить. - Она чуть задумалась. — Как бы тебе попонятнее объяснить... Темная сила не материальна. Ее нельзя вырезать, как нарыв или опухоль. Если тебе так будет понятнее, она, как вирус в клетках. Возможно, не самый точный пример, но, надеюсь, суть ты уловил.

— Уловил! - Карек раздраженно отвернулся к окну. — Если эта ваша Темная сила такая ядовитая, почему она раньше ему не вредила?

Марья пожала плечами.

— В Януше было слишком много собственного света. И он сдерживал проникшую в него Тьму. Силы всегда были равны. Но сейчас баланс нарушился. Он слишком слаб. Сдерживающих факторов не осталось, и Тьма взяла верх.

Карек стиснул зубы.

— Я одного не могу понять. Если она столько лет в нем живет, почему раньше не предпринимала попыток вылезти?

— А зачем? - удивилась Марья. — Она ведь, как паразит. Януш молод, здоров, силен. Какой смысл ей покидать такое замечательное жилище?

Карек оторвался от окна и взглянул в исхудавшее лицо друга. Собственное бессилие снова всколыхнуло волну злости.

— Неужели нет способа, чтобы ее хоть как-то задержать? - пытаясь унять накатившее отчаяние, глухо спросил он.

Марья отчаянно пыталась подобрать более мягкие, не столь ранящие слова, но так и не смогла.

— Нет, - тихо сказала она. — Януш умирает. А умирающий организм паразиты покидают первыми.

Карек резко отвернулся и замолчал. Не отрываясь, он смотрел на колышущиеся на ветру кроны деревьев. Внезапно мозг прожгла мысль, заставившая сердце болезненно сжаться. — Постой! - Он медленно повернулся и взглянул на Марью. В янтарно-карих глазах застыл страх. — Если Темная сила в нем, как вирус, сидит, так она любое другое место поразить может?

Марья опустила глаза и не ответила, но это молчание было красноречивее всяких слов.

Дженни вздрогнула.

— И что же... Нет никакого выхода? - тихо прошептала она.

— Только один. Избавится от Темной силы. – Марья посмотрела на нее долгим пронзительным взглядом. — И сделать это можешь только ты.

— Я?! – Дженни горько усмехнулась. Перед глазами как наяву пронеслись ударяющий в грудь колдуна столп света, летящие в стороны черные брызги и беспомощная озадаченность старика, суетливо семенящего по залу в поисках чайника. — Я не могу... – тихо пробормотала она и закрыла лицо руками. И вдруг отчаяние от собственного бессилия накрыло ее с головой. — Ничего я не могу! - сквозь слезы выкрикнула она. — К Янушу мне лучше не подходить! Если не хотите, чтобы все стало еще хуже!

Карек озадаченно посмотрел на Дженни, скользнул вопросительным взглядом по Марье, но та лишь непонимающе пожала плечами.

— Да куда уж хуже-то? - Карек кивнул в сторону Януша. — Ты посмотри на него. По-моему, хуже уже некуда.

— Есть куда! - размазывая слезы по щекам, всхлипнула Дженни. — Вы даже не представляете, что я с колдуном сделала. - Она виновато взглянула на Марью и Карека и снова залилась слезами.

— Чтобы ты с ним ни сделала, он это заслужил! - отрезал Карек. — Надеюсь, эту скотину сейчас черти на сковородке поджаривают.

— Не поджаривают, - все еще всхлипывая, сказала Дженни. — Он жив. Но лучше бы умер, честное слово! Страшно представить, в кого он превратился! Ничего не помнит, никого не узнает. Мне каждый день приходится с ним заново знакомиться.

Марья и Карек резко повернули к ней головы. Брови Карека сошлись у переносицы.

— В смысле "каждый день"? – медленно произнес он. — Ты хочешь сказать, что ходишь к нему?!

— А что мне еще остается?! - запальчиво воскликнула Дженни. —Он же беспомощный совсем. Его кормить надо.

— Кормить?! – Карек задохнулся от возмущения. — Кормить?! После того, что он сделал?! Со мной, с тобой! - Он метнул гневный жест в неподвижно лежащего на кровати Януша. — С ним! А ты ему после этого кашки варишь и с ложки кормишь?!

— А я могу его бросить?!

— Что бы ты там ни сделала! - Карек даже не думал сдаваться. — Он твоей заботы не заслуживает! Будь он на твоем месте, тебя кормить бы уж точно не стал.

Дженни подняла заплаканные глаза и в упор взглянула на Карека. Голос прозвучал совсем тихо.

— Если я оставлю его умирать, чем тогда буду от него отличаться?

Не зная, что ответить, Карек замолчал. Глаза метали молнии, ноздри гневно раздувались. Внезапно он резко развернулся и выскочил из комнаты. Возвратился он через пару мгновений. В руке блестел меч.

— Не можешь ты, смогу я! - процедил он сквозь зубы. — Сейчас пойду и сам его прикончу! Пусть эта мерзкая тварь сдохнет наконец!

Дженни схватила его за руку.

— Карек, остановись! Он сейчас безобиднее любого деда в доме престарелых. Ты сможешь вонзить меч в беспомощного старика?

Карек застыл. Исподлобья посмотрел на Дженни, на свой меч и вдруг, в сердцах швырнув его в угол, разразился долгой тирадой на китайском.

— Опять маленькие травяные лошадки? - усмехнулась Марья.

— Прости, - выпалил Карек. — Забыл, что ты понимаешь. - Он резко развернулся. — Марья, хоть ты ей скажи!

Марья тихо улыбнулась.

— Не надо, Карек. Каждый живет по своим правилам. Если Дженни считает, что так надо, значит так тому и быть. - Она повернулась к Дженни. — Могу сказать только одно. Чтобы ты ни сотворила с этим старикашкой, кроме тебя Янушу не поможет никто. А дальше решай сама, что будешь делать. Безучастно смотреть, как он угасает, или все-таки решишься и изгонишь из него Темную силу.

Дженни низко опустила голову.

— Оставьте меня... - едва слышно прошептала она. — Мне нужно подумать.

Марья коротко кивнула и, взяв Карека за руку, повела его к выходу. На мгновение она остановилась и оглянулась через плечо.

— Только, пожалуйста, ничего не делай в одиночку. Я должна быть рядом. – По ее лицу пробежала тень. – Никогда не знаешь, что может пойти не так.

— Принцесса! - Карек высвободил руку из ладони Марьи, стремительно подошел к Дженни и обнял ее, уткнувшись носом в макушку. — Умоляю, спаси его... - глухо сказал он. — Я в долгу не останусь! - И, не дожидаясь ответа, быстро отстранился и вышел из комнаты.