Глава 31
Обратно в Монтей мы ехали той же дорогой. Мимо проносились пейзажи, но перед собой я видела лишь уставшее лицо Алека, когда накануне вечером он неожиданно пришел в мои покои. Встретившись с Миной и Тео, я почувствовала резкое недомогание и, как оказалось, у меня вспыхнули глаза. В прямом смысле вспыхнули. Барда предупреждала о подобном проявлении магии, так как организм сейчас, можно сказать, перестраивается. Поднялся жар, и Мина, заботливо уложив меня в постель, принялась исполнять свой долг военного лекаря. Узнав об этом, Алек тотчас прискакал в мои покои и, выпроводив ребят, самолично взялся за влажные тряпки, прикладывая их к моему лицу.
В полутьме больших и пустых покоев, освещенных лишь светом Луны, мы молча глядели друг на друга: он – с тревогой, я – с сожалением.
--Зачем ты солгал?
Повисла долгая, звенящая тишина.
--Мне проще быть капитаном, чем принцем. Ненавижу корону.
--Почему?
--Из-за нее погибла мама, -- с горечью выдохнул Алек.
Я еще много раз мысленно возвращалась в тот вечер, сожалея лишь о собственном бессилии.
Монтей застыл, как застывает человек, положа голову на плаху. Со стороны Черной полосы в белом небе изо дня в день кружили пепельные снежинки.
Мы по-прежнему оставались в поместье графа. Шла усиленная подготовка к походу на Черную полосу. Долго размышляя об упомянутом в манускрипте «факеле», команда пришла к заключению, что нужный нам артефакт находится именно в проклятом месте, по двум причинам: а) «место монарха» номинально – трон и б) во времена создания манускрипта главный дворец находился на территории нынешней Черной полосы. Замок уже наполовину руины, однако часть здания неплохо сохранилась и до сих пор одна из башен угрожающе возвышается над лесом.
Согласно предсказанию, некий факел укажет путь к месту, где находится могила Магдалены, а уже после, с помощью нашей с Алеком магии, мы сделаем эту могилу видимой человеческому глазу.
Разумеется, некоторые лоскуты нашего дела шиты белыми нитками, но делать нечего.
Спустя несколько дней мы двинулись на Черную полосу. Когда убили жемчужного волка, эта местность находилась в угрожающей близости, однако все равно оставалась как будто недосягаемой.
Я внутренне сжалась, когда мы преодолели границу полосы. Ребята, до этого обсуждавшие гибель девушки-алхимика, в ужасе замолчали. Копыта лошадей хлюпали по лужам и почерневшему снегу. Позади через серую дымку виднелась густая изумрудная чаща. От напряжения рябил воздух, а в ушах гудел приток крови.
--Мрачновато здесь, -- изрек Тео, оглядываясь назад. – Стоило взять с собой кого-то из военных.
--Чем меньше внимания привлекаем, тем лучше, -- Тамиан поймал мой взгляд и натянуто улыбнулся.
Поразительно, как за такой короткий срок изменилась его мальчишеская мужественность. Граф словно постарел, лишившись юного блеска голубых глаз.
Интересно, а он заодно с инквизицией? Тамиан наверняка знает, что я открыла свою магию. Если он также охотится за Чашей, то... Вдруг его интерес ко мне обрел смысл. Все эти беседы в тускло-освещенной галерее, переглядывания, заговорщические улыбки теперь кажутся не более чем плохо сыгранным спектаклем. Если Тамиан с самого начала знал о Чаше и планах инквизиции, то и о нашей с Алеком магии был осведомлен. В голове всплыл разговор за ужином, когда Тамиан докапывался до причины моей военной службы. Проклятье! Он знал. Знал, что я вета, иначе никакой нормальный человек не ушел бы служить.
Вдалеке вопили чибисы под напряженный треск глухарей. Подкосившиеся домики пустыми окнами-глазищами взирали на сумасшедших путников, что осмелились ступить на проклятую землю. От каждого порыва ветра хрустели обугленные ветки деревьев, посыпая пеплом наши головы.
По пути к замку, как ни странно, препятствий не было. Даже больше: мы вообще никого не встретили. Ожидания и легенды рисовали это место не просто мрачным, но еще и опасным. Мифы твердят о тысячи не упокоенных душах, жемчужных волках, разбойниках и беглых преступниках. Но мы наткнулись на целое ничего. Пусто. Уныло. Тревожно.
Хотя полоса огромна: занимает одну треть Жемчужного леса, а это поражающая величина для вымершей земли. Наверняка, опасность выжидает впереди.
Замок, бесформенный отголосок прошлого, напоминал тюремного узника, упавшего на колени. В голове роились безумные мысли: когда-то по этой дороге ходил сам Великий Катал, Дион и Магдалена. Призраки ледяным ветром кружились над замком, выли и проказничали, сгоняя с деревьев оставшиеся черные листья. Было в этом налете древности что-то зловещее, пробирающее до мозга костей. Некоторые колонны замка повалены и расколоты, расписанные витражи – выбиты и растасканы на стекла, однако величие этого места ощущалось физически и проглядывалось в нагромождении руин.
Принято решение разделиться: Мина с Алеком и Тео, а я с Тамианом. Не понимаю, как так вышло, но приходится подчиниться, иначе у графа появится парочка лишних подозрений.
--Ты ведь вета, -- Тамиан подал мне руку, помогая перелезть через большую балку. – Поэтому и служишь, верно?
Отвечать не хотелось. Все, что я скажу, может быть использовано против меня, поэтому выдавливаю из себя улыбку, мол, ты же и так все знаешь, зачем спрашивать.
--Следовательно, инквизиция добралась и до тебя.
--Вроде того.
--Ребята они не слишком воспитанные.
--А ты откуда знаешь?
Тамиан загадочно улыбнулся.
--Мой отец служил в Инквизиции во времена Великой Смуты. Знаком с этими заносчивыми засранцами не понаслышке.
Я прыснула, не ожидав от Тамиана подобных слов.
--Кем ты хотела стать до того, как инквизиция забрала тебя?
--Лекарем. Мечтала лечить людей. Теперь же я их убиваю.
--Защищаешь, Марджори, -- со снисходительной улыбкой поправил Тамиан. –Ты солдат, а не убийца.
--Разве это не одного и то же?
--Служба своей Родине и народу – благородное дело, требует недюжинной самоотверженности. Если простых лакладцев начнут притеснять, кто встанет на их защиту? Сомневаюсь, что инквизиция пошевелит хоть пальцем, когда в королевство войдут те же гарды.
Империя Гардов – одна из самых могущественных империй нашего мира наряду с Каталией. Эти две огромные махины постоянно ругаются между собой только лишь потому, что большая и сильная Каталия мозолит глаза правителям Гардов на протяжении уже нескольких веков. Лаклада - полностью дружественная страна для Каталии, поэтому наше королевство как кость в горле у Гардов.
Тамиан прав. Единственный, кто будет защищать Лакладу в случае большой войны – это наши солдаты и войска Каталии.
--Не понимаю, почему люди позволили этой опухоли вырасти до подобных размеров, -- я качнула головой. – Инквизиция обнаглела.
--Ты бы хотела сделать так, чтобы она исчезла насовсем?
Я резко остановилась, круто обернувшись к графу. Его глаза оставались спокойно-голубыми, как весеннее небо, а губы растянутыми в ласковой улыбке, словно он спрашивал меня о погоде, а не о предполагаемой революции.
--Хотела бы, -- вопреки здравому смыслу твердо ответила я.
Инквизиция вломилась в мой дом. Ударили отца, что пытался защитить семью, связали маму, кинули в шкаф Мики и выволокли меня с мешком на голове. Увезли в Академию и заставили служить, терпеть боль и издевательства, жить жизнью, которую я не выбирала. А затем инквизиция запретила мне покидать Вэйд целый год, из-за чего я даже не смогла достойно похоронить своих родных. Так что да. Я мечтаю о долгой и мучительной смерти каждого чертового инквизитора.
Тамиан набрал воздух в легкие, но тут из-за угла выскочила Мина. Разговор об инквизиции пришлось отложить.
Мы вошли в просторный тронный зал, бесспорно некогда бывший грандиозным произведением архитектурного искусства, теперь был похож на груду камней и стен, покоившихся в колыбели вечного мрака и безмолвия черной бездны. По центру, прямо напротив парадного входа в углублении мраморной ниши стоял не тронутый временем каменный трон.
Прошли минуты, прежде чем мы оставили благоговейное созерцание древности и вернулись в суровую реальность.
Мина укоризненно покачала головой:
-- Почему король не отреставрирует замок? Ведь это культурное наследие Лаклады.
--Действительно, -- усмехнулась я, искоса глянув на Алека. — Почему?
Капитан, вернее принц, отвечать не стал. Лишь кинул на меня виноватый (или скорее виновато-обвиняющий) взгляд и отвернулся. Присутствующие были поглощены поисками золотого факела, поэтому никто не заметил наших с Алеком гляделок.
Он не рассказал ребятам о своем происхождении. И я не буду. В конце концов тайна-то не моя.
Мы разбрелись по залу, пытливо выискивая малейший крючок, за который можно было бы зацепиться. По сути вся наша поисковая операция основывалась на догадках и легендах, так что фиаско вполне ожидаемо.
Внезапно из углов выскочили плохо одетые и грязные люди, вооруженные до зубов, злые и ядовитые, как те разбойники, которых мы убили тогда в лесу. Алек дернулся в мою сторону, но стрела одного из разбойников пролетела в опасной близости к лицу капитана. Мы были окружены.
--Какая встреча, -- главарь этих дикарей кровожадно облизнулся. – Это же те легавые, что пришили моих ребят.
--Так ты Ван Эк, -- скучающе произнес Алек, оглядев разбойника с головы до ног. – Не сказать, что удивлен твоему феноменальному появлению.
--Что вам здесь нужно?
--А тебе?
--Вы рыскаете по моей земле, плешивые ищейки. Поэтому вопросы тут задаю я.
Позади себя замечаю, как дрожит Мина. Тихонько, не привлекая внимания, сжимаю ее ладонь. Она отвлекается от разбойников и переводит на меня свои круглые изумрудные глаза, наполненные мольбой. Я киваю ей, и теснее закрываю собой.
Это не война Расмины. Ее поле боя – лазарет.
--Послушай, Ван Эк, -- начал Алек, заметно теряя терпение. – Будет лучше для всех, если ты сейчас упакуешь своих людей и пойдешь дальше наводить шумиху в лесу. Обещаю, мы не тронем вас, пока вы сами об этом не попросите.
Ван Эк громко показательно рассмеялся.
--Ты больной? Нас раза в два больше, это кто кого и о чем еще будет просить.
Несколько разбойников направились в нашу с Миной сторону.
--Красивые у тебя девки, -- глаза Ван Эка блеснули жаждой наживы. – Готов купить.
Разбойники подошли почти вплотную к нам. У каждого был оголен кинжал.
Шестеренки в моей голове заскрипели, стараясь продумать стратегию действий в случае лобового столкновения. Я смогу их отвлечь на себя, но разбойников слишком много. Мине не выбраться. Ребята не помогут. На каждого из нас приходится по меньшей мере пять разбойников. Проклятье.
Я не слышу слов Алека. Лишь вижу перед собой грузных мужчин. Приблизившись, они ускорили шаг. Инстинктивно вытаскиваю меч, однако он даже не пригодился.
С моих рук сорвались искры, превратившись в белый огонь.
Разбойники ошарашено отпрянули назад.
-- Вета... - возбужденным шепотом пронеслось под сводом расписанного потолка.
--Тронешь ее, Ван Эк – прикончу, -- сквозь зубы прошипел Алек.
--Значит, слухи не врут! – изумленно воскликнул Ван Эк. Его руки задрожали. – Магдалена вернулась...
--Э... -- я огляделась по сторонам, ощутив позади пустоту.
Мина пропала.
--Что за слухи? – уточнил Алек, обращая внимание главаря на себя.
--По Черной полосе ходят байки о девушке с Даром Луны. Якобы она приехала в Монтей, чтобы отыскать могилу Магдалены.
--Откуда такие новости?
Ван Эк пожал плечами.
-- Был тут проездом один тип. Скрытный, в маске и малумском плаще. Маску один раз лишь снял: лицо перекошенное, с огромным шрамом на глазу. Неприятный тип. Говорил о скором воскрешении Магдалены, смерти всех инквизиторов и своем могуществе. Мы не поверили сначала. Разных чудиков повидали. Но теперь... -- разбойник запнулся.
Мы с Алеком переглянулись. Человек в маске. Все это время ублюдок скрывался на Черной полосе и распространял слухи обо...мне?
--Он жил с вами?
--Нет, черноглазый, видели пару раз у моря.
--У моря!? – воскликнул Тамиан. Заметив всеобщее удивление, он торопливо пояснил: -- Я во время утреннего моциона столкнулся с малумом, который охотился на лебедей.
--Именно так, -- подтвердил Ван Эк.
Вновь наши с Алеком взгляды пересеклись. Выходит, лебедь и вправду может быть принесен в жертву.
Все собравшиеся одновременно услышали щелчок и дружно обернулись на звук. Рыжая голова Мины показалась из-за треснувшей спинки трона. В одной руке моя коллега сжимала грубую ветхую ткань, а в другой...золотой факел!?
--Он...Тут...Был... -- неуверенно оправдалась Мина, оглядывая нас.
Воцарилась гробовая тишина. Разношерстная команда застыла, не зная, как вообще реагировать на подобный триумф.
«Не может быть все так просто», -- подумала я, после чего пол над нами предательски задрожал.
--На выход! Живо! – приказал Алек.
Мы кинулись к дверям, но разбойники, струсившие раньше, заполонили проем, точно килька в бочке.
Тео схватил Мину и бросился к другому выходу. Тамиан смешался с разбойниками и пропал с поля зрения. Как и Алек. Где он?
Я оглянулась. Капитан подбежал к брошенному Миной факелу и поднял его, на ходу заворачивая артефакт в свой плащ.
Сверху покатились камни. Одна из колонн, чудом державшаяся столько веков, будто бы просела, отчего немедленно накренилась в сторону и начала падать.
Алек среагировал быстрее. Черный сгусток магии откинул меня назад, отчего я влетела в стену с такой силой, что внутри хрустнули ребра. Ровно в этот момент колонна рухнула, отгораживая меня от Алека.
--Алек!
Ответа не последовало.
--Ты где, Алек?
Снова тишина.
-- Да чтоб тебя! Ты когда-нибудь будешь отвечать на мои вопросы?
Плитка на полу пошла трещинами. Потолок начал крошиться и плеваться тяжелыми камнями. Я перелезла через упавшую колонну, расцарапала ладони и ноги, но все же добралась до стороны Алека.
Капитан сидел у стены. Его нога был придавлена какой-то балкой, а руки продолжали сжимать злосчастный факел.
Я подбежала к нему, на ходу отмечая общее состояние. По лицу Алека текла горячая, липкая кровь.
Меня передернуло. Нет, только не так. Только не ты, чертов принцекапитан.
--Алек! – я осторожно повернула его голову на себя. – Ты меня слышишь?
Веки капитана дрогнули. Вдруг раздался леденящий душу хруст вперемешку со свистом. Прямо на нас падала мраморная глыба.
Я завизжала и, закрыв Алека собой, выставила вперед руку, как будто это могло остановить тяжелую груду камней.
Неожиданно вспыхнул свет, окружив меня и капитана. Когда магия угасла, плита уже лежала на полу, расколовшись пополам.
Все произошло так быстро, что я не успела сообразить... Моя магия - щит? Нездоровая тишина заполнила разрушенный тронный зал.
Алек замычал, дотронувшись до раненой ноги.
--Как ты?
--Чудесно, -- проворчал капитан.
--Сколько пальцев показываю? Столица Лаклады?
--Два. Джасо. Я ударился головой, а не тронулся умом.
Недовольно поморщившись, еле как отодвигаю балку, давая возможность Алеку вытащить ногу.
--Лучше приведи помощь.
--Ага, -- буркнула я, а сама из своего плаща и парочки деревяшек соорудила для его многострадальной ноги подобие шины.
--Упрямая, упертая, невыносимая...Когда ты начнешь слушать то, что тебе говорят?
Закончив с «гипсом», поднимаю Алека на ноги, перекинув его руку себе на плечи. Тяжелый зараза.
--Нет, Марджори, не выйдет... - выдохнул капитан. – Оставь.
--Помнишь, что я сказала тебе, когда мы впервые увидели жемчужных волков? Я не брошу тебя одного, Алек. И не потому что наши мамы дружили.
--А почему? – на его губах мелькнула полуулыбка.
--Потому что...- я запнулась. А почему, собственно? – Потому что закрой рот и иди молча, вот почему.
Алек беззвучно засмеялся.
--Тебе понадобится помощь. Скажи Тео, чтобы привел из города несколько крепких солдат с носилками.
--С носилками? Зачем?
Вместо ответа Алек начал заваливаться в бок. Его колени подогнулись, ровно как и мои, и мы вместе сползли на землю, прямо рядом с парадной лестницей замка.
--Алек? Алек!
Но он молчал.
На Черную полосу опустились сумерки. Густая мгла поползла по выжженным травам.
Тогда мне стало впервые по-настоящему страшно. Не себя. За другого человека.