Глава 8
Вечерний лес переполняли голоса птиц. Закатное солнце окрашивало стволы сосен в ярко-оранжевый цвет. Мальчик лет семи заметил в кустах шевеление. Подойдя ближе, он обнаружил полосатого поросёнка, копошащего землю в поисках еды. Он присел на корточки и стал наблюдать за животным. Мальчик поражался, что поросёнок его не боится. Осторожно он начал протягивать к нему руку, предвкушая коснуться жёсткой полосатой шёрстки.
- Гриша! - позвал отец.
- Папа, смотри!
- Гриша, быстро беги домой!
- Поче... - не успел договорить мальчик.
Отец схватил его и отбросил назад. Поросёнок скрылся в кустах.
Огромный кабан набросился на мужчину и повалил на землю. В чёрных глазах животного отражалась лишь жажда убийства. Грязная клыкастая пасть, оставляя крупные капли слюней на одежде, приближалась к лицу.
- Папа!
- Убегай!
Рывок зверя. Глухой крик. Темнота.
Голос отца перешёл в гул, а потом в звон. Непроглядную тьму пронзили ярко-оранжевые глаза. Они смотрели на мальчика из бесконечной пустоты и медленно приближались. Страх сковал конечности и голос. Мальчик открывал рот, не получалось воспроизвести ни звука. Руки и ноги, будто налитые свинцом, отказывались шевелиться. Оранжевые глаза наблюдали за его мучениями из темноты, разглядывали каждую попытку закричать и пошевелиться. Мальчик перестал понимать, приближаются они или просто увеличиваются в размерах. Под их взглядом становилось неуютно, хотелось спрятаться, закрыться или убежать.
От страха он полностью утратил способность чувствовать своё тело, словно став неживым объектом, из которого продолжал выходить и входить воздух, имитируя дыхание.
Глаза стремительно приближались, становились светлее и белее, будто солнечный свет, пока полностью не ослепили.
В холодном поту Григорий подорвался с кровати.
- Снова этот сон! Снова эти чёртовы глаза!
Кошмары мучали командира с того самого дня, когда он потерял отца.
* * *
Кандалы больно сдавливали руки. Алыми струйками кровь стекала по нежной светлой коже и падала на холодный пол подвала. Командир снова взмахнул рукой. Кнут прилетел точно в цель и оставил новый шрам на и без того израненной груди. Тело содрогалось от боли, но Юриэль ни издавал ни звука.
Равнодушие своей жертвы начинало надоедать. Командир схватил Юриэля за подбородок и заглянул ему в лицо.
- Почему же ты молчишь? - прошипел он сквозь зубы. - Даже имя своё не скажешь? Или мне бить сильнее?
Не дождавшись ответа, он снова взмахнул кнутом.
- Говори! - заорал он.
Командир места себе не находил от злости, глядя на глаза цвета оранжевого оникса, которые не теряли свою ясность, как бы сильно он не хлестал.
Юриэль не мог поверить, что юная душа, которую он когда-то спас, сейчас измывалась над ним.
- Столько лет! Я искал тебя! Чтобы отомстить за смерть своего отца! - продолжал кричать командир, взмахивая кнутом.
- Это из-за тебя он погиб! Ты его убил!
Юриэль понял, о чём говорил ему Марк, когда сказал, что люди не всегда могут понять друг друга.
- Вы, духи, дьявольское отродье! Я не успокоюсь, пока не перебью каждого из вас!
Штиль раздумий сменился ураганом ярости всего из-за одной фразы. Зрачки резко сузились. Юриэль поднял на командира взгляд, полный ответной ненависти.
Температура в помещении быстро повышалась. Оковы, которыми Юриэль был подвешен к потолку, расплавились словно восковые.
- Что происходит?! - растерялся командир.
Юриэль мягко опустился на каменный пол, параллельно исцеляя свои увечья. Его нагое тело прикрывали лишь длинные локоны золотистых волос, которые спадали до самой земли. Он сделал шаг навстречу врагу.
- Стой где стоишь, ублюдок! - крикнул командир.
С каждым шагом Юриэля, командира обдавало новой волной горячего воздуха.
- Перебьёте каждого из нас? - переспросил Юриэль. - Вы-то?
Командир был не в состоянии ответить, он едва мог дышать.
Юриэль схватил его за шею и прижал к стене.
- Будь моя воля - прикончил бы вас! Но вы ещё обязаны явиться на переговоры с Духами. Не явитесь - пеняйте на себя!
* * *
Марк обратил внимание, что впервые за долгое время на небе не было ни облачка, и ярко светло солнце. Тёплые лучи, просачиваясь сквозь кроны деревьев, приятно касались лица. Сердце затрепетало от вдохновения.
Марк нашёл уютное место на берегу журчащего ручья, облокотился на ствол сосны и достал из-за пазухи скетчбук с уже помятыми краями. Карандаш легко затанцевал на бумаге, движимый вдохновением создателя.
Ясный взгляд под светлыми ресницами, лицо, обрамлённое волнистыми локонами волос и... улыбка. Только раз Марк видел, как Юриэль улыбался.
Марк не заметил, как пролетело время, и как солнце снова заволокло тучами. Из творческого потока его вывел чей-то голос. Марк напрягся.
Он убрал блокнот и прислушался. Он подумал о заблудившихся в лесу людях, пока в голове не раздалось: "Марк." Мурашки пробежали по телу.
Голос духа звал его по имени и отдалялся. С каждым новым эхом дух оказывался всё дальше, что впоследствии Марку пришлось за ним бежать. Внезапно голос раздался прямо над головой. Марк посмотрел вверх и увидел образ духа. Он сидел на дереве, свесив ноги, и смотрел на запыхавшегося Марка через пару отверстий для глаз в конусообразной маске.
Оторвав взгляд от Марка, Дух повернул голову куда-то в сторону. Марк посмотрел туда же. Среди деревьев в величественной позе стоял олень и взирал на него маленькими чёрными глазками.
Марк медленно подошёл к животному.
- Вы Владыка Духов? - неуверенно спросил Марк, ожидая, что олень обратится в духа, но этого не последовало.
Несмотря на это Марк продолжил:
- Д-дух Огня, - голос предательски дрогнул, - просил передать, что переговоры со стороной людей состоятся на месте последней битвы.
Услышав это, олень отвернулся и ускакал прочь. Дух на дереве продолжил смотреть на Марка.
- Опасности... - услышал Марк над самым ухом, но обернувшись он никого не увидел.
Дух в конусообразной маске дождался, пока Марк поймёт, что это он с ним разговаривает, и повторил:
- Дух Огня в опасности.