Магия Арбателя

« Злые Духи, Духи - разрушители являются тоже, что вызвано завистью и ненавистью Дьявола, которого привлекают люди своими грехами - это заслуженное наказание для них. Тот, кто хочет свободно беседовать с Духами, должен остерегаться совершить какой-либо смертный грех».

Афоризм 19, Третья Седмица, Магия Арбателя.

Ещё когда я одевалась в своей комнате и крутилась перед зеркалом, в груди словно затягивался тугой узел. Это странное ноющее ощущение всегда предупреждало меня о возможных неприятностях. Говорят, у меня интуиция, как у кошки.

— Как у кошки? — произнесла я вслух, глядя в зеркало. — Ох уж эта Марго со своими дурацкими кличками!

Не понимаю, почему я тогда не прислушалась к предупреждениям и не осталась дома. Мне так хотелось пойти на осенний бал, но что-то постоянно препятствовало сбору: то колготки порвались, то ноготь треснул, то тушь засохла. Стрелка на моём веке смазалась, и мне пришлось смывать весь макияж и рисовать новый, чтобы привести лицо в порядок.

Я выбрала коротенькое кружевное платье телесного цвета и к нему бежевые туфли на высокой шпильке, украшенные золотыми шипами. Волосы я выпрямила и сбрызнула специальным средством, которое придавало им невероятный блеск. Хорошо еще что нам удалось выкрасть из бабкиного дома все свои вещи.

Маргариты не было  с того самого времени, как мы расстались на рынке.

« -Странно, - подумала я, - неужели она не пойдёт на осенний бал? Где её черти носят? В прямом смысле этого слова!»

Я пошла в комнату к Феллини, чтобы попросить у него телефон.

Я постучалась, и дверь открыл Феллини, как всегда полуобнажённый и весь в капельках воды.

- Ты чего тарабанишь, чуть дверь не выбила, - спросил недовольный Феллини.

- Да я три часа стучу! - томно ответила я, - Стучу, стучу, никто не открывает.

- Я был в душе.

- У тебя что свой душ? - удивилась я.

- Да мы купили личную душевую кабинку с соседом.

- Понятно.

- Что надо-то тебе, - поторопил меня Феллини.

- Дай телефончик.

- Мы вроде и так поговорить можем, - он сильно смутился и стал переминаться с ноги на ногу, бросая на меня испуганные взгляды. Я шагнула ему навстречу, втолкав в комнату, при этом упёршись руками в его накаченную грудь.

- Да нет же глупенький, - рассмеялась я, - позвонить мне надо, а телефона нет.

- А-а-а, - ещё сильней застеснявшись, протянул Феллини и быстро вложил мне в руку свой телефон.

- Спасибо, Феллини.

- Я не Феллини, Я Филиппов.

- Я верну через минуту, - сказала я, выходя из комнаты.

Стоя в коридоре, я набрала номер Маргариты.

- Алло, - услышала я в трубке.

- Привет, где ты шляешься? - тут же спросила я, - осенний бал на носу, ты придумала что одеть?

- Кажется, придумала, - загадочным голосом ответила Марго.

- Где ты ходишь? - спросила я.

- Да так - смутно ответила она, - то там, то здесь, маленький Париж.

Я толком не поняла, что она сказала, связь была плохой.

- Не беспокойся, я успею на бал, - заверила меня Марго в трубку.

- Ты же не собираешься танцевать на осеннем балу с этим чудовищем? - строго сказала я. Вглядываясь в отражение в окне и, видя при этом своё сосредоточенное лицо и поджатые губы.

- Ребяко? Не думаю, что он танцует...

- Я не об этом.

- Кружка? Он не чудовище. Он милый и добрый. Да он мутит со студентками, но ты не можешь его осуждать со своим- то Миллером!

— Ты догадалась, о ком я говорю! — воскликнула я, пытаясь скрыть улыбку.

— Об Аскеназе!

— О нет, вряд ли он пригласит меня.

— Но даже если и пригласит, ты откажешься! — настаивала я.

— Наверное...

— Что «наверное»?

— Наверное, пригласит.

— Марго! — воскликнула я.

— Ну что ты так настаиваешь, — ответила она мне, — я же тебе ничего не говорю про Миллера.

— Он не убийца.

— Про Аскеназу тоже ничего не ясно.

— Но он демон!

— У каждого свои недостатки, у твоего, вон, раздвоение личности.

— Ладно, закончили, — сдалась я.

Я отдала Феллини телефон. Он предложил проводить меня до академии, мы пришли в специальный зал для танцев.

Когда я благодарила Феллини, к нам подошёл Миллер. Феллини, заметив строгий взгляд профессора Миллера, поспешил скрыться в темноте. Алекс же, в знак приветствия, изящно поцеловал мне руку.

— Как же это старомодно! Так только в Средние века делали, — произнесла я с презрением.

— Но мы же на балу, и я подумал, что это будет уместно, — ответил Алекс.

— Или ты предпочитаешь, чтобы при встрече мужчина сразу же целовал девушку в засос с языком? — тихо спросил у меня Миллер, когда никто уже не мог нас услышать.

— Это зависит от мужчины, — брякнула я первое, что пришло в голову, — и от того, как он владеет языком.

— Держите себя в руках, Катерина, — произнёс Алекс низким манящим голосом, и я поняла его коварный план.

— Я предпочитаю, чтобы меня держал в руках кто-то другой, — сказала я.

— Кэт, — Алекс соблазнительно улыбнулся и покачал лохматой головой, словно пытаясь избавиться от наваждения.

- Алекс, - сладко прошептала ему на ушко я.

Мимо подозрительно кося глазами, прошёлся Штаран, и я тут осознала, что мы вообще-то в академии на осеннем балу.

- Так вот, раньше здесь была гимназия для благородных девиц, - поучительно сказал Алекс, словно он уже давно читает мне лекцию об истории здания академии. Штаран напряжённо прислушался и пошёл дальше.

- Нашла время со мной флиртовать! - сцепив зубы накинулся с обвинениями Алекс.

- Что? Да кому ты нужен? Я флиртую с Феллини. - возмутилась я.

- Со знаменитым режиссёром, которого нет на свете? - иронично осведомился Алекс.

- Нет с тем симпатичным атлетом, что проводил меня до академии. Надеюсь, ты не ревнуешь? - ответила я.

Алекс издал нечто вроде рычания и хищно посмотрел мне прямо в глаза. Мне стоило больших усилий устоять на месте и не затащить его прямо сейчас в какой-нибудь укромный уголок. 

Вечеринка в академии набирала обороты. Кружка без стеснения флиртовал со студентками и даже с некоторыми преподавательницам. Я поискала глазами Марго, но нигде её не увидела и забеспокоилась, уж не тем ли самым они сейчас с Аскеназой занимаются ... Хотя нет. Марго ходячая динамо машина,даже такой демон искуситель как Аскеназа все зубы обломает.

Я пошла курсировать по залу, как только что это делал Штаран. Заиграл медляк, это была песня леди Гаги, я не сразу поняла, что её исполняет сама Маргарита. Она в шикарном белом платье свободно и легко стояла на сцене, а за роялем восседал чёрный и пугающий Аскеназа. Я удивилась, как это Марго удалось добиться разрешения петь эту классную песню, а не какое-нибудь унылое говно. Кроме того что Штаран вряд ли пошёл бы на такой риск, то и местный ди-джей, третьекурсник по кличке Усран, явно был бы против, он всегда портил все выступления из зависти. Пожалуй. что только сам Аскеназа мог заставить Усрана удалиться со сцены и дать дорогу талантам. При звуках медляка все как по команде, точно зомби, поприлипали друг к другу и стали плавно перетаптываться на месте как бы танцуя. На меня стали подозрительно косится, потому что я не с кем не танцевала.

-Потеряла что-то, дорогуша? - вдруг раздался за спиной чей-то высокомерный голос.

- Ребяко, - я оглянулась и смело посмотрела прямо на него, хотя на самом деле в полутёмном зале и без защиты Миллера мне стало страшновато, - а ты не слишком старый для таких вечеров?

- Поговори мне ещё, Астровская, - с опасными нотками ответил Ребяко, - я младший.

- Тогда тебя, наверное, отец надолго не отпускает, - съязвила я.

- Что тут происходит? - между нами возникло белое лицо Штарана.

- Хочу пригласить Астровскую на танец, - елейно ответил  Ребяко.

- Правильно танцуйте, а то по залу ректор ходит инкогнито...- Штаран не закончил и тут же исчез в темноте.

- Что? - не понял Ребяко.

- Не знаю, - пожала плечами я, - он с самого начала странный какой-то.

- Так что потанцуем, Астровская?

- Вот ещё! Ты пытался меня убить!

Ребяко с неожиданным проворством и силой схватил меня за руку и притянул к себе.

- Что ты себе позволяешь, сумасшедший коротышка! - возмущённо сказала я и попыталась вырваться, но не тут-то было. Ребяко с холодным и злым высокомерием взирал на мои тщетные попытки высвободится, и мы закружились в танце.

- Я позволяю себе быть милосердным, - растягивая слова, произнёс Ребяко. - я могу убить тебя, когда захочу, но не стану, если ты пообещаешь больше не соваться куда не просят.

- Кто ты такой, чтобы мне ставить условия, - зло бросила я.

- Тебе лучше не знать. Но для начала я сильный и жестокий властный человек, и твоя никчёмная жизнь в моих руках - он красноречиво встряхнул меня и усилил хватку, - и она висит на волоске, поэтому напрягись-ка, девица-красавица, и дай шанс тем крохам разума, тем двум извилинам в твоей голове и веди себя учтиво.

- Вот ещё! Веду себя так, как считаю нужным, - ответила я.

- С другой стороны, - кружа меня в танце под какую-то песню про рай и ад, протянул Ребяко, лениво растягивая слова. - Я признаю твою определённую смелость и храбрость, Астровская, и, возможно, это вызывало восхищение, если бы я не знал, что это всё идёт от непроходимой тупости. Ты, конечно, не благодаря своему уму разнюхала кое-что, чего никто не должен был знать, это я скорее бы назвал везением.

- К чему вы клоните?

- Да так не к чему, просто подумал: в тебе есть потенциал. Быть может, я даже взял бы тебя на работу....

- Сделку мне предлагаешь? работать на тебя кем это?

- Лаборанткой. - язвительно бросил Ребяко.

Наши глаза с Ребяко встретились, и я не знаю, что произошло бы дальше, если бы не появился Миллер.

- Тебе бы только танцульки танцевать! - услышала я голос Алекса, - а об учёбе ты и думать не думаешь, Астровская!

Алекс встал, преграждая нам путь, и Ребяко тут же отпустил меня.

- Это точно, - сухо ответил он Миллеру.

- Смотри на зачёте тебе не за танцы оценку будут ставить, - натянуто улыбаясь, сказал Алекс, не сводя глаз с Ребяки. Но тот, не сказав больше ни слова, удалился.

- Ты что спятила? - Алекс схватил меня под локоть и встряхнул, - нашла с кем танцевать. 

- Я с ним танцевать не хотела! - я отчаянно вырвалась из рук Алекса и стрелой вылетела на улицу.

- Да, а что же ты тогда делала? - за мной последовал Алекс.

Я вся кипела от гнева, потому что слегка перетрусила от этих угроз Ребяки. Как можно быть таким тупым козлом, чтобы подумать, будто я сама стала танцевать с Ребякой. Прошения Миллеру не было, и я свернула к компании пятикурсников, которые курили за углом.

- Так, а ну быстро все пошли вон отсюда! - налетел на них Алекс, - курить на территории академии запрещено, все на отчисление пойдёте!

Пятикурсники испарились, а я проигнорировав попытки Алекса заговорить, пошла по дороге к дому.

- Ты ненормальная какая-то, объясни, что случилось-то?

- Да ничего, отвали!

- Куда ты идёшь? Остановись и смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю! - начал злится Алекс. Ведёшь себя как стерва, ещё и обижаешься? Почему?

- Мальчик мой, - я резко повернулась к Миллеру, - ты слишком много о себе возомнил, если думаешь, что имеешь право со мной так разговаривать. На сегодня ты свободен. Я перед тобой отчитываться не буду. Ты можешь злиться и орать сколько хочешь, меня это не колышет. Давай, до свидания. 

Алекс развернул меня к себе и молча буравил меня взглядом, а потом отпустил и пошёл прочь. Я осталась одна посреди ночного города, к счастью, было недалеко до общаги. Стало прохладно, и у меня замёрзли руки, но я ни секунды не жалела, что отшила Алекса. Хотя, когда я вспомнила, чем начался этот вечер, мне стало чуть-чуть тоскливо, я могла бы сейчас быть в его пылких объятиях на шёлковых простынях, а вместо этого бреду как дура на каблуках в вонючую общагу. В за миг до того, как я потеряла бы самообладание и собиралась шмыгнуть носом и дать волю слезам, меня догнали чьи-то громкие шаги.

Алекс подошёл ко мне с букетом красных роз. Его лицо было грустным. Я, конечно, не отказалась бы от такой красоты и приняла бы букет, поблагодарив Алекса. Но...

Я взяла цветы в руки, в первый и последний раз насладилась их ароматом и нежностью, а затем бросила на землю и пнула носком туфли. Затем я показала Алексу средний палец и решительно продолжила свой путь к общежитию.

Неужели он думает, что можно загладить свою вину одним букетом, подаренным так банально и неумело? О нет! Я обязательно потреплю ему нервы!

- Прости меня, прости. Только не уходи, подожди немного, - взмолился Алекс, и я остановилась. -  Давай поговорим. Погуляем, я сделаю всё, что захочешь, только перестань обижаться.

Я стояла в раздумьях, но тут с неба заморосил дождик, и мы с Алексом поспешили укрыться под козырьком пивного ларька. Алекс обнял меня, и я не оказала сопротивления, но продолжила вести себя слегка зловредно. Из стоящего рядом такси играло радио, дождь и ветер усиливались, диктор сообщил о том, что в Новочеркасске ожидается штормовое предупреждение.

— Давай вернёмся в академию, — предложила я. — В такую погоду не хочется разъезжать по городу на мотоцикле.

— Хорошо, — согласился Алекс.

— Такси свободно? — спросила я.

— Да здесь два шага сделать, — фыркнул Миллер.

— Ладно, — я ткнула Алекса локтем.

— Всё ещё злишься?

Я просто угрожающе посмотрела на Миллера из-под вскинутых бровей.

— Алекс, — выдохнула я и тяжело прислонилась к стене ларька. На фоне развернувшихся событий наши чувства с Алексом казались мне нелепой игрой. Я не видела ни нашего прошлого, ни нашего будущего, всё было так смутно, так непонятно. Моё сердце рвалось из груди, пытаясь выбраться к свету. Но ничего не происходило. Алекс молча смотрел на меня загадочным взглядом.

— Просто пойми меня, Алекс, я не знаю, кто ты. Что происходит и что будет дальше. Это не так легко, как тебе кажется для меня. Я ничего о тебе не знаю. А ты не спешишь развеять хотя бы часть тьмы, которая тебя овевает. Это так тяжело, может, ты думаешь, что я легкомысленная и доступная девушка, живущая инстинктами. Это не так. То, что я тебе позволяю, не твоя заслуга!Думаешь отделаться одним букетиком! Ты хоть... а, ну тебя! - горестно вздохнула я.

Я говорила это, даже не глядя в глаза Алекса, честно говоря, я не совсем понимала, что несу и зачем. Половины того, что на самом деле было у меня на душе, я не договорила и скрыла, а другую половину сказанного я не ощущала вовсе.

— Мне так плохо, Алекс, — горько вдохнула я. — Всё так запутанно, а я всего лишь слабая глупая девчонка. Фантастика и сверхъестественные парни не для меня. Я обычная, самая обычная.

Алекс серьёзно, но ласково смотрел на меня.

— Нет, ты очень необычная.

— Дело не в этом, — выпалила я, чувствуя, как меня разрывает от непонятных, неведомых мне чувств.

— Хочешь, чтобы я ушёл?

— Но всё равно уйдёшь! Разве не так?

— Так, — обречённо ответил Алекс.

— Всё закончится неожиданно, и я не представляю как, — сказала я ему, — мне страшно.

— Всё будет хорошо, — просто сказал он. — Не бойся, Катерина, я смогу тебя защитить.

- Да, я верю.

- Это не всё.

- Что ещё?

- Ты не просто так в моей жизни. Ты прекрасная, ты больше для меня значишь, чем думаешь. Ты думаешь: ты обычная и глупая, но это не так. На самом деле ты можешь изменять миры. По крайней мере, ты изменила мой мир. И тебе ничего не пришлось для этого делать, просто быть собой. Ты не поверишь мне, если я сейчас скажу тебе кто ты для меня. Это, к сожалению, не важно. Ты права: всё неминуемо закончится, хорошо или плохо, но для меня и тебя одинаково то, что мы больше не увидимся.

- Алекс, - прошептала я, и мне стало невыносимо грустно, - ты забудешь меня, - произнесла я не как вопрос, а как утверждение.

К сожалению, в жизни так устроено, что люди со временем всё забывают. Когда мы расстанемся с Алексом, мы непременно забудем друг о друге, и всё, что было между нами, исчезнет, словно его никогда и не существовало. Останутся лишь бледные воспоминания, которые не принесут ничего, кроме горьких слёз и ностальгии.

Ностальгия свойственна слабым людям, и мне было неприятно осознавать свою неспособность продлить наши отношения с Алексом. Всё пройдёт, и мы станем такими же, как все остальные. Даже его прикосновения и тепло его поцелуев так быстро забывались, что через секунду я уже не могла их вспомнить.

- Я буду помнить тебя, пока не умрут звёзды, - сказал Алекс Миллер.

Я присмотрела на него и не отводила долго-долго своих глаз.

Ветер поднялся немыслимый, и дождь стал хлестать мои ноги водяными плетьми. Алекс попросил меня подождать его на ступеньках и куда-то ринулся прямо в толщу дождя. Я постояла немного, но под натиском стихии вошла в спортзал, где продолжалось веселье.

— Катька, идём танцевать! — услышала я пьяный голос Леночки. Вокруг меня студенты, как заведённые, бегали из спортзала на улицу, чтобы остыть после жарких танцев и алкоголя. Алекс вернулся с таким большим букетом цветов и замер в дверях. толпа студенток ввалилась  зза спины Миллера и недоуменно уставилась на него.

— Астровская, ваши поклонники завалили цветами всю кафедру. Заберите их немедленно. Я не ваш оруженосец Санчо Пачо, чтобы носить за вами букеты. - растерянно озираясь заговорил он.

Я устало хмыкнула и забрала цветы.

Мы вышли на крыльцо спортзала, штормовое предупреждение перестало предупреждать и пошло в наступление.