Магия Арбателя

Я проснулась от телефонного звонка и с удивлением обнаружила, что это звонит Кружилин.

— Маргарита, как спалось? Вы ещё не на парах? — с игривым тоном спросил он. Его слова меня смутили. Неужели он думает, что после того, как мы вместе зажигали в клубах, он должен писать мне с добрым утром и спокойной ночи? Мне стало неловко и одновременно приятно.

— Спасибо, нормально, — выдавила я, ругая себя за то, что не могу придумать более интригующий ответ. Как бы мне сейчас хотелось позвать Кошку, чтобы она подсказала, как себя вести.

— Слушай, а Катя случайно не рядом с тобой? — спросил Кружка.

Меня немного покоробило от ревности, но потом я совладала с собой и предложила позвать её.

— У меня просто хорошие новости. Мы с Сергеем Маратовичем Штараном были у ректора, и приказ об её отчислении отменили. Правда, Ребяко грозился написать на неё заявление в полицию и позвать участкового, но приехал лейтенант Сергов, этот Коломбо, и сказал, что в действиях Кати состава преступления нет. Оценки у неё нормальные, так что поздравляю, мы её отбили!

— Ой спасибо тебе, Коля! — радостно завопила я. — Ты такой хороший настоящий друг, и Сергей Маратович Штаран — я всегда его уважала. Пойду обрадую кошку, ой, мы же на пары опаздываем, а она не готовилась совсем.

Кружка что-то промямлил от смущения, и мысленным взором я увидела его гладкие розовые щеки, переливающиеся румянцем.

Первой парой было введение в специальность Ребяки-старшего. Хотя теперь мы с Кошкой понимали, что добавка «старший — младший» больше не актуальна, кроме нас в группе этого никто не знал. Сказать, что было немного страшновато идти на пару к демону после того, как мы пытались его изгнать, ничего не сказать. Она восприняла новость от Кружки с самодовольным высокомерием. Сказала, что так и знала, что всё будет хорошо, и что она всегда получает только то, что хочет.

Кошка резонно предложила прогулять, но я отказалась. Не то чтобы я приобрела смелости настолько, чтобы смотреть страху в лицо, но мне казалось важным встретиться с Ребякой и посмотреть на его поведение. Не станет же он нападать на нас при всех. Кошка так не считала, пытался же он убить ее в бассейне.

В таких разговорах мы добрались до академии. Четвёртый корпус загадочно светился синими окнами, а каштаны вдоль аллеи украшали её жёлтыми резными листьями, напоминая о том, что на дворе осень. А это значило, что нас ждал осенний бал. Конечно, такое событие  должно было пройти мимо нас, ведь дел у нас и так невпроворот. 

Но Косица взяла с нас клятвенное обещание посетить сей дисковечер. Дело было в том, что до ректора дошли слухи, что у нас на факультете происходит неладное, и он лично взялся нас инспектировать. Пока мы с Кошкой втихую прикидывали, может ли ректор оказаться самим Люцифером, если в его подчинении демоны - преподаватели, прошло минут пять после звонка. Всей группой мы торчали у дверей запертой аудитории. Ребяко-старший не появлялся. Наконец до всех стало доходить, что его нет, и однокурсники принялись торжествующе переглядываться. Косица всполошилась, сбегала вниз за ключами и пыталась убедить всех зайти в кабинет и ждать препода там. Мы наотрез отказались, и Феллини напомнил про любимое студенческое правило: «Если препода нет пятнадцать минут, то можно валить»

Пацаны торжествующе отсчитывали каждую минуту. Девчонки злорадствовали. Всем так улыбалось не пойти на пару к Ребяке, что мы боялись одного, как бы только старый хрыч не появился в последнюю минуту. Прошло уже минут десять, и Кошка призвала всех уходить, так как смысла оставаться нет. Но Косица остановила одногруппников буквально своим телом, и пришлось ждать еще пять минут.

-Вали-и-им! - заорал благим матом Отравленный, это был друг Феллини, имени его я не помню, зато кличка у него была.

Студенты с перекошенными лицами ринулись в коридор, где немедля наткнулись на запыхавшегося Ребяку. Мгновение, тишина. Все застыли. Ребяко смерил толпу равнодушным взглядом и сделал шаг нам навстречу.

Кошка, опомнившись, также шагнула вперед, а потом невозмутимо под пристальным взглядом демона прошла мимо него. Я медленно, но верно повторила ее трюк. Затем потянулись Феллини и Отравленный, Леночка и Вержбицкая, а потом и вся группа. Это был еще тот момент. Мы покидали пару на глазах у препода, но он не мог нам ничего сказать, потому что сам опоздал на пятнадцать минут.

Как только мы оказались на лестнице, Кошка схватила меня за руку и зашипела:

-Что-то не так.

-Что?

-Ребяко опоздал.

-И что? Он что не человек? - я осеклась. Кошка красноречиво выпучила глаза.

-Ну да. Он специально пропустил пару с нами. 

-Хочешь сказать, он испугался нас.

-Возможно, - с сомнением протянула Кошка.

Могло ли быть такое, что Ребяко - демон из преисподних испугался нас и поэтому не пришел на пару? В итоге я пришла к выводу, что в нашей академии теперь возможно все.

Остальные пары прошли под пристальным вниманием Штарана. Он забегал через каждый час, забирал нужных студентов и заставлял то убираться, то украшать зал, то подготавливать номера художественной самодеятельности. Меня он поймал в темном коридоре второго этажа, когда я, выйдя с пары по истории, шла в туалет.

-Ага! Рита!

-Да, - я осмотрелась, изучая возможность к побегу, ненавижу когда меня называют Ритой. Штаран застыл по центру коридора, расставив ноги на ширине плеч и уперевшись руками в бока. На нем был серый костюм в полосочку. Светлые локоны уложены гелем. 

-Ты участвуешь в художественной самодеятельности?

-Нет, что вы!

-А что тут такого? - искренне возмутился Штаран и подобрался поближе.

-Да я не могу речь публично произнести, а вы хотите, чтоб я на сцене выплясывала.

-Почему сразу выплясывала?

-Да потому что у вас из художественной самодеятельности только кружки танцев.

-А чем они тебе не нравятся? - с укоризной спросил Штаран, оттесняя меня к окну.

-Да тем, что я не хочу танцевать на стульях со свечами и в коротких шортиках.

Штаран сверкнул голубыми глазами на меня так, будто это он был художественным постановщиком танцевального коллектива «Дива».

-Есть еще КВН, - заметил он.

-Извините, но мне не до этого.

-Меня не устраивает, что вы находитесь в стороне от активной деятельности нашего факультета. В стенгазеты ничего не пишите, в олимпиадах не участвуете, не танцуете, не поете, так нельзя. Только всякими глупостями с Астровской занимаетесь! Это от безделья, мы решили педагогично будет вашу неуемную энергию направить в творчество!

Я неопределенно пожала плечами. В окно я заметила Аскеназу. Точнее его подъезжающую машину.

-Поймите, это очень важно. Активная жизненная позиция, фантазия у вас буйная надо ее обудывать, - бубнил Штаран.

Я разозлилась на него, подозревая, что он корчит из себя психолога.

-Вы натура творческая. Так что раз не хотите танцевать, - донеслось до меня, пока я следила за изящной фигурой Аскеназы, направляющегося в наш корпус, - будете петь.

Штаран уже развернулся, чтобы уйти.

-Что? - крикнула я ему вслед.

-Что? - хлопая ресницами, спросил он.

-Вы сказали петь?

-Да, я слышал, вы увлекаетесь музыкой, - Штаран выразительно взглянул на мои очки в стиле Леди Гага и ее же изображение на футболке.

-Я...я. Сергей Маратович, я петь не умею.

-Ничего не знаю, - отрезал он. И побежал к лестнице, - иначе никакого допуска к экзаменам, а у меня ректор на носу!

Я кинулась за деканом, но он, перепрыгивая через две ступеньки, был уже на лестничном пролете, там он столкнулся с Аскеназой.

— Здравствуйте, профессор Аскеназа! — радостно воскликнул Штаран, пожимая ему руку. Аскеназа, в свою очередь, испуганно взглянул на меня. Я решила узнать, что ещё интересного придумал Штаран.

-У нас осенний бал сегодня. Вы внесли свой посильный вклад?

Аскеназа мрачно покачал головой.

-Все оттого, что вы пропустили вчера наше собрание, где мы изготавливали цепочки из цветной бумаги. Так! - Штаран оценивающе оглядел фигуру Аскеназы, - съездите на рынок, купите какие-нибудь украшения. А то ректор приедет, а у нас в зале уродство. Вы бы видели, какие Миллер ужасные плакаты нарисовал.

-Пусть этим займется кто-нибудь другой, - недовольно сказал Аскеназа.

-Вот еще! Не рассуждать, мне тут. Ступайте. Вот, - Штаран протянул руку и подтащил меня поближе, - возьмите Маргариту, она вам поможет. Она натура творческая. А вы ей поможете подготовить выступление.

-Выступление? - вытаращил на меня глаза Аскеназа.

-Да, Маргарита будет петь песню. Найдите что-нибудь про осень. Вот это например, -Штаран мелодично запел, - Осень - это сны листопада, нет, не надо, слов не надо...

-Не надо, я это старье петь не буду! - возмутилась я.

-Будете, будете, а профессор Аскеназа вам подыграет на пианино, я сам видел, как вы играли в музыкальном кабинете.

-Вовсе нет! - смутился Аскеназа. Я взглянула на него заинтересованно.

-Отправляйтесь, - Штаран подтолкнул нас к дверям.

Под его цепким взглядом мы уселись в мерседес, и еще несколько минут молчали, погруженные в мысли насчет декана и его указаний.

-Где здесь рынок? - спросил напряженно Аскеназа.

-А, - я очнулась от мыслей, поняв, что мы остались наедине, а ведь в прошлый раз это закончилось поцелуем. А еще до этого я узнала, что он демон. Вдруг он убьет меня. Или заколдует. Правда, витавший над нами дух Штарана, будто бы засевшего в голове, как-то успокаивал.

-Вниз по Платова. - Ответила я.

-Знаешь...

-Знаешь, - одновременно сказали мы.

Аскеназа бросил быстрый взгляд на меня, а потом уставился на дорогу.

-Что ты хотела сказать? - спросил он приглушенно.

-Ничего. А ты?

-Хотел сказать тебе: держаться от меня подальше.

-Что? - я вытаращила на него глаза.

-Тебе необходимо держаться от меня подальше, - повторил он.

Я рассмеялась. Аскеназа удивленно посмотрел на меня.

-Не начинай, пожалуйста, всю эту байду из «Сумерек», - пояснила я. - Ты ж не вампир.

-Но я демон. Это похуже.

-Думаешь?

-Я знаю. - Ответил он.

Я глубокомысленно замолчала. И перестала бояться Аскеназу. Мне показалось, что он сам нервничает, раз такое сказанул.

Мы как раз проезжали мимо «Студенческого», как вдруг на дорогу вылетела Кошка и тормознула нашу машину. Аскеназа резко затормозил, чуть не задев ее. В последний момент ее оттолкнул с дороги Миллер.

Я в ужасе выбежала из машины, одновременно со мной выскочил и Аскеназа. Миллер уже кричал на Кошку, типа: «Что ты вытворяешь!?»

Аскеназа смерил их жутким взглядом.

-Профессор Аскеназа, - Кошка грубо оттолкнула Миллера, у него сделалось грустное лицо, но она даже не заметила это. - Штаран просил меня поехать с вами, чтобы помочь.

-Спасибо, не надо, - процедил Аскеназа.

-Никуда ты с ним не поедешь! - встрял Миллер. Я выпучила на него глаза, давая понять, чтобы он попридержал свои отношения в присутствии студентов. А то он как-то совсем перестал скрываться.

-Нет, мне надо на рынок, - заупрямилась Кошка.

-Тогда я с вами, - подытожил Миллер, - мне как раз сиденье для унитаза надо купить.

Мы с Кошкой закатили глаза от его не возвышенности.

Но, в конце концов, чтобы мимо проходящие студенты перестали на нас смотреть, залезли вчетвером в мерс Аскеназы и поехали.

-Музыка есть? - нарушила молчание Кошка.- Что-нибудь веселенькое? Или вы только погребальный звон слушаете?

Аскеназа пробормотал что-то вроде: «Нет, это ты его сейчас услышишь» и врубил какое-то завывание, смахивающее на группу «Энигма».

-А Леди Гаги нет? - спросила я.

Аскеназа отрицательно покачал головой. Я приуныла. Тогда Аскеназа поклацал что-то и вдруг, заглушая сердитое сопение Миллера, заиграла знакомая мелодия. Это была песня «Dance in the dark». Я ошеломленно улыбнулась и поведала, что это моя любимая песня. Кошка многозначительно покашляла.

Неожиданно быстро мы подъехали к рынку, выбрались из автомобиля и прошлись между прилавками.

Я нашла магазинчик для праздников. Но там было мало чего, в основном прошлогодние валентинки и новогодняя мишура. Я сказала, если наклеить на мишуру вырезанные из бумаги осенние листья, то сойдет.

Аскеназа с отвращением принялся осматривать разноцветные нитки.

-Это двести двадцать, это двести тридцать, это пятьсот ,пятьсот пятьдесят, - пояснила продавщица, показав самую тонкую розовую нить.

-Почему она самая дорогая? - поинтересовалась я.

-Это польская, тугая набивка, - заученно отрапортовала продавщица.

-А черная есть? - спросил Аскеназа.

-Нет!

-Тогда давайте польскую.

Я покачала головой из-за такого расточительства и заставила Аскеназу купить серебристый дискошар.

Миллер в это время рылся в картонных сердечках. Кошка затащила меня в дальний уголок.

-Учти, я это не одобряю! - она погрозила мне наманикюренным ногтем.

-Тебя забыла спросить!

-Марго, он опасный тип, и вообще демон.

-А твой Миллер - святой?

-Он козел, - обиженно засопела Кошка, на ее глаза навернулись слезы.

-Что такое? - спросила я обеспокоенно, - он тебя обидел, да?

-Да, твой хоть и демон, но хоть какой-то ухажер, песенки всякие, романтика.

-Да ладно тебе, он специально это делает.

-И я о том же. Марго, я б на твоем месте использовала его.

-Чего?!

-Да ты что слепая?! Парень поплыл! Сейчас ты можешь заставить его сделать все, что угодно. Вот, например, у тебя даже нет шмоток пойти на осенний бал. А я такое зашибенное платье видела в одной витрине. Попроси его купить.

-Да ты с ума сошла! Мне от него ничего не надо.

-Ну и дура. Таких как он надо использовать и кидать, потому что жить с ними невозможно.

-А я с ним жить и не собираюсь.

-Да с ним помрешь быстрее, - сокрушенно вздохнула Кошка, - ну, твое дело, а платья у тебя все равно нет.

-Да я легче удавлюсь, чем попрошу у Аскеназы что-нибудь! - выпалила я.

-Да не рыпайся, он такой маньяк, сам тебя придушит! - констатировала Кошка.

Последние две фразы явственно расслышали подходящие к нам Аскеназа, увешанный польской мишурой, и Миллер с голубым сиденьем от унитаза на шее.

-Это все? - отрывисто спросил Аскеназа.

Я согласно кивнула, и мы вышли из магазина. Кошка предложила мне сбежать от «занудных мужчин» и отправиться в салон красоты, но я отказалась. У меня не было денег. У Кошки, кстати, тоже, потому что замена разбитых мной стеклопакетов обошлась недешево.

Родители Кошки справедливо, не хотели вникать в моё положение и не собирались платить, если их дочь не била окна. Катя отдала всё, что у неё было, и теперь мы были две девицы на мели, так что она даже не могла купить себе телефон взамен сломанного Миллером, а этот дурачок даже не подумал как-то возместить ущерб.

— Может быть, кофе? — предложил Аскеназа, заметив моё подавленное настроение. Я снова кивнула. Кошка и Миллер с нами не поехали. Не знаю, что у них было дальше, но мы оказались у дверей кофейни.

-Сюда все преподы таскаются со своими любовницами, - цинично заметила я. Аскеназа, кажется, смутился или расстроился.

-Если тебе не нравится, поедем в другое место.

-В Новочеркасске лучше места нет, - отрезала я, зайдя внутрь.

Аскеназа заказал нам кофе. Но сам пить не стал, а я выпила.

-Этот кофе что некачественный, ты такой не пьешь? - спросила я.

Он кивнул.

-А мне все равно. - Мне было как-то неприятно, - ладно, мне надо домой, точнее, в это проклятое место, где мы теперь живем, а то не успею подготовиться к осеннему балу.

Мы встали и вышли. Я хотела сесть в машину, но Аскеназа вдруг остановил меня.

Я подняла на него глаза.

-Я бы хотел угостить тебя настоящим кофе, - сдержанно сказал он.

О чем это он? Может, хочет затащить меня к себе.

-Хочешь? - спросил он, на его лице была какая-то борьба чувств.

Я не знала, что сказать.

Аскеназа улыбнулся мне уголком губ и вдруг обхватил за плечи, как бы обняв. Я вдохнула аромат его духов. Он защекотал мне ноздри. В глазах потемнело, и голова закружилась. Я почувствовала, что земля уходит из-под ног. Я вскрикнула и отстранила его горячие руки, обхватившие меня.

Странно, но вместо пасмурного неба, меня встречал солнечный свет. Голова кружилась и меня будто подташнивало. Воздух был таким теплыми. Я осмотрелась и поняла, что в голове какое-то помутнение. Вокруг меня был уже не Новочеркасск, а что-то другое, сказочное. Прекрасные старинные здания раскинулись вокруг. По мощеным улицам гуляли люди, перебрасываясь фразами на чужом языке. Витрины сверкали как алмазы.

-Что это? Что со мной?

Аскеназа возник рядом, загородив солнце.

-Я решил отправиться в Париж, чтобы выпить настоящего кофе, - сказал он.

-Что!? - я еще раз осмотрелась.

Бог мой! Это Париж! Что он несет! Это же Елисейские Поля! Я видела эту улицу на картинке. На глаза выступили слезы.

-Но как это?

-Ты думала, что я продал свою душу демонам за то, чтобы торчать в такой дыре как Новочеркасск? - иронично спросил Аскеназа. - Я могу перенести нас куда угодно, когда захочу. Но решил, что тебе понравится Париж.

-Да! Ничего себе!

Мои мысли пришли в полный хаос. С одной стороны исполнялась самая моя большая мечта, а с другой стороны в этом замешаны демоны.

«Может, это стоит того» - ядовито шепнул внутренний голос.

Аскеназа, заметив мое смущение, сказал:

-Марго, давай сегодня не будем думать насчет всего этого. Просто насладимся этим днем.

Я кивнула. На самом деле он читал мои мысли. Именно этого я и хотела.

Поэтому я радостно запрыгала на месте, хлопая в ладоши и обозревая пространство слезящимися глазами. На лице Аскеназы расплылась довольная улыбка.

Мы пошли вдоль улицы. Это было сказочно-упоительное ощущение, будто я попала внутрь своей мечты. Я в Париже вместе с красивым парнем, которого люблю. О, нет! Я его не люблю! Но определенно он классный!

Проходя мимо знаменитых магазинов с мировыми брендами моды, я забыла об Аскеназе и, открыв рот, глазела на великолепные наряды.

-Это платье Леди Гаги! - закричала я, забыв о приличиях. Хотя никто не обратил на меня внимание, видимо, в здесь такое поведение норма.

В витрине бутика Шанель стоял манекен в шикарном белом платье, которое Карл Лагерфельд создал специально для моей любимой певицы.

Аскеназа потянул меня к дверям. Я испугалась даже заходить в такое роскошное место. Но Аскеназа сегодня был в ударе. Мы прошли, и он стал сразу говорить на чистейшем французском с продавщицей или как тут это называется. Я восторженно глазела по сторонам, потеряв дар речи. Я в сердце Парижа, в бутике Шанель. Я сплю.

Через пять минут мне преподнесли большую коробку.

-Что это? - спросила я.

-То платье, - ответил Аскеназа.

-Платье Леди Гаги от Карла Лагерфельда? - задыхаясь, закричала я.

Продавцы с раболепными улыбками приветствовали меня, и я вспомнила сцену из фильма «Красотка», где Ричард Гир покупал одежду для Джулии Робертс. Я надеюсь, никто не думает, что мы с Аскеназой похожи на героев этого фильма, особенно я. Отогнав от себя эту страшную мысль, я убедила себя, что таких неказистых представительниц древнейшей профессии, как я, не бывает.

-Тебе же оно нравится? Или нет? - обеспокоенно спросил Аскеназа.

-Да, о Боже! - я не выдержала и обняла Аскеназу, шепнув ему на ухо, - а что его можно купить?

-Мне можно все, - пояснил он.

-Ты что их заколдовал? Это неправильно.

-Нет, я просто его купил. Говорю же, денег у меня очень много. Может, еще чего-то хочешь?

Я покраснела, пробормотав: «Нет, ну, что ты».

Но вскоре я получила все остальное, туфли, чулки, изящные украшения. Слабо я пыталась сопротивляться. Но очень слабо. Когда мне предложили оценить коллекцию духов от Шанель, я решительно отказалась.

-Я пользуюсь только духами от Леди Гаги, а тут таких нет.

Продавцы решили, что я сумасшедшая. Ведь по сравнению с их ароматами, это было ужасной дешевкой. Но я настояла на своем.

После оставив покупки пока хранится в бутике, мы посетили одну из знаменитых кофеен на Елисейских Полях, где варили натуральный кофе, мы закусили хрустящими французскими круассанами. Совершенно осмелев, я предложила Аскеназе пойти погулять по Парижу, ведь в запасе у меня был огромный список достопримечательностей, которые я мечтала осмотреть, особенно Нотр-Дам.

Но Аскеназа отказался, он заявил, что нам пора. А то осенний бал пройдет без нас. К тому же, если я действительно хочу еще раз побывать в Париже, то нет ничего проще, стоит только подумать над его предложением. Я сразу поняла, что он имеет в виду, что я должна продать душу, а вот парочка по соседству решила, будто речь идет о предложении руки и сердца.

Но моя реальность не была столь прозаичной. К сожалению. Мы забрали покупки, и Аскеназа, еще раз обняв меня, перенес в унылый Новочеркасск.

-Это как трансгрессия в Гарри Потере? - напоследок поинтересовалась я.

-Не знаю, я не смотрел Гарри Поттера.

Я философски кивнула. Странно, Новочеркасск - это маленький Париж. Трудно поверить в это после того, что было.

Аскеназа подвез меня до общаги.

-Это был не сон? - спросила я, прощаясь с ним.

Аскеназа улыбнулся мне, его черные глаза ярко блестели. Он ничего не ответил мне и уехал.

Надо было бежать готовиться к балу.