Глава 8
Глава 8.
Верить людям не сложно, сложно поверить заново. Сложно снова открыться человеку, который опустился до одного из самых мерзких пороков- предательства. И не важно, будь он простым смертным или древним полубогом- ангелом, который был столь же совершенным даже в начале времён. Вот только оказалось, что быть ангелом- не значит быть святым во всех отношениях. Даже среди них встречаются этакие оборотни, которые лишь притворяются хорошими, хотя на самом деле их прекрасная оболочка давно уже служит только прикрытием искорёженной, падшей, истекающей кровью души. Нужно обладать недюжинным «везением», чтобы встретить такого редкого, мерзкого экземпляра. Что ж, такая «удача» сопровождала меня чуть ли не на протяжении всей жизни. Именно мне выпала честь столкнуться лицом к лицу с подобным оборотнем.
Я пришла в себя после путешествия по воспоминаниям Анаэля примерно минут с десять назад. За это время мои глаза ни разу не открылись. Я боялась, что как только увижу неподвижное тело недоангела, то мой мир разлетится на кучу малюсеньких, острых осколков. Хотя, предостережения подобного рода весьма глупы, ведь эта хрупкая вселенная уже уничтожена. А ведь он говорил мне уже, в чем заключалась его миссия здесь, на Земле. В памяти всплыла нечеткая картина: мы в подвале, и Анаэль признаётся мне, что должен убить Аври. После этого я ещё изрядно пощипала его крылья...
Собирая всю силу и волю в кулак, я, наконец, решаюсь взглянуть на лабораторию. Приглушенный свет помещения развеивает последний туман, всё еще окутывавший мысли. Всё осталось на своих местах: столы, приборы, склянки, колбочки... вот только Анаэля нет. Операционный стол, где раньше лежал падший, пуст. Очевидно, кто-то отвязал его и унес куда-то, пока я была в беспамятстве. Где-то внутри поселяется едва заметный ком страха. Я здесь одна. Никого нет рядом. Что случилось?
- Ну как прошло путешествие?
Вздрагиваю от неожиданности и мигом вскакиваю на ноги. В самом темном углу я замечаю движение, а затем парень-альбинос направляется ко мне.
- Где он? - тыкая пальцем в стол, спрашиваю я, напрочь забыв об осторожности.
Гадрел останавливается буквально в двух- трёх шагах от меня, и я вижу, как его белые брови взлетают вверх, удивляясь моим словам.
- И ты спрашиваешь это, после того, что воспоминание показало тебе? – голос парня наполняется льдом.
- Я хочу поговорить с ним, может быть у него есть объяснение всему этому.
Я и впрямь так считаю. Да, душу разорвало на части, когда Анаэль пообещал злобному демону помочь в похищении моей сестры, но всё же какой-то её уголок всё еще отказывается верить в увиденное и отчаянно пытается найти оправдание действиям ангела. Именно этот кусочек сердца воспламенялся от его прикосновений тогда, у костра в старой хижинке, не давал мне порой как следует разозлиться на него, именно эта часть каждый раз сгорала в огне во время наших шуточных перепалок...
- Дай мне поговорить с ним,- с едва заметной мольбой в голосе шепчу я.
Бежевые губы Гадреля превращаются в тонкую нить, он выглядит жестоким и непреклонным, впрочем, как и всегда.
- Ты глупая, доверчивая, слабая человеческая дочь! – последние два слова он произносит словно оскорбление. – Я подарил тебе возможность познать все страшные тайны моего папаши, а ты так и не поняла ничего. Ты не нужна ему. Он выбросит тебя как ненужную вещь, как только добьется желаемого!
Жуткий холод сковывает мои и без того неподвижные мышцы. Пусть Гадрел и не являлся полным ангелом, быть может он даже не являлся абсолютным демоном, но выводить его из себя в мои планы явно не входит.
- Я просто хочу разобраться,- пытаюсь угомонить его я, скрывая предательски возникшую дрожь. – Поставь себя на моё место. Я только что увидела, как тот, кому я доверяла, чуть ли не собственноручно похитил самого дорогого для меня человека. По-моему, вполне ясно, почему я хочу услышать правду именно от него.
В лаборатории воцаряется тишина. Незаконнорожденный, бесцветный ангел стоит напротив меня, не отрывая ни на секунду своих светлых, ледяных глаз. Он ни разу не моргнул. На мгновение мне показалось, что он даже не дышит, но это точно лишь игра воображения. Гадрел лихорадочно думает, что ему делать. Я четко вижу, что он проигрывает самые разные варианты событий у себя в голове. Однажды я уже видела нечто подобное в поведении Анаэля, что лишний раз подтверждает их родство. Удивительно, но Гадрел сейчас кажется мне сердечнее, чем его отец. Дожили.
- Хорошо, - тяжелый бас разрезает нависшую тишину, выводя меня из закоулков своих рассуждений. – Я отведу тебя туда же, куда отправил его.
Парень резко разворачивается и направляется к выходу, шепча что-то по дороге. Проклятья в мою сторону? Да, скорее всего. Единственное, что я могу разобрать, пытаясь успеть за ним, - это «надеюсь, вы поубиваете друг друга на таком близком расстоянии». Добрее некуда, ничего не скажешь.
Коридор снова сменяется один за другим. Поначалу я пыталась запомнить дорогу, чтобы в случае чего быстро ринуться к выходу, но примерно на пятом или шестом пролете, мой мозг выдвигает протест и отказывается воспринимать эту информацию. Единственное, что я понимаю - мы спускаемся вниз. Гадрел раз за разом открывает новые и новые двери, за которыми скрываются безликие, одинаковые проходы, и переходит с одной лестницы на другую. Неужели он так боится отца, что запер его в самом дальнем углу своего логова? Наконец, падший по рождению приводит меня к огромной, тяжёлой, дубовой двери, каких я ещё никогда не видела, и останавливается.
- Он там, - кивая головой на дверь, проговаривает он с каменным лицом, но при этом не спешит её открывать. – Можешь идти.
- Ты даже не проводишь меня? Не проследишь, чтобы я не сбежала? – щурюсь я, пытаясь разгадать подвох.
- Когда войдешь туда, сама всё поймешь, - холодно отвечает он, отстранённо смотря на стену перед собой. – Но я бы добровольно туда не пошёл.
- Ха, по словам Анаэля – ты живёшь в Аду, и всё ещё боишься чего-то?
- Я никогда не был в Преисподние! – внезапно кричит он, и пульсирующие вены на висках подсказывают, что я привела его в бешенство. – Мой отец ничего не знает о моей жизни, я не был принят ни Адом, ни Раем, ни Землёй. Всё, чем я могу довольствоваться – это изредка выполнять приказы Высших демонов-идиотов и получать за это небольшую плату. В итоге, живу здесь как отшельник, потому что вниз и наверх мне пути заказаны, а вот ты вполне можешь оказаться или там, или там, так что не зли меня лишний раз!
Несколько мгновений я всё еще смотрю на него, поражённая внезапным взрывом эмоций такого ледяного существа, но затем выдыхаю и уверяю себя, что мне нет никакого дела до его жизни. Шаг вперёд – и моя рука обхватывает железную, огромную ручку - кольцо. Что-то мне подсказывает, что мне туда совсем не нужно идти. Шестое чувство просто визжит всеми возможными сигналами опасности.
Я нащупываю рельеф металла. Под моей рукой скрываются непонятные символы - буквы, которые были написаны по всему периметру кольца. На деревянном полотне едва виднеются странные изображения на тон темнее основного цвета. Должно быть, этому проходу уже очень много лет, учитывая как краска выцвела и даже стёрлась в некоторых местах. Арка двери выполнена из серой глины, каждый завиток узора является продолжением второго. На самом верху, в середине, дверь венчают ужасающие крылья летучей мыши. Нет, мне точно не нужно туда идти.
- Что это за место? – шепчу я, скорее задавая вопрос сама себе, чем Гадрелю.
Ответа и не последовало. Я оборачиваюсь, ожидая увидеть выжидающее выражение лица падшего, но его нет. Гадрел словно испарился, оставив меня один на один с этой магической, как я теперь понимаю, дверью. Внутри начинает нарастать тревога. Теперь у меня осталось лишь два пути: либо сгинуть где-то по дороге назад, запутавшись в бесконечных, одинаковых коридорах, и умереть от голода, либо зайти внутрь и посмотреть, что же скрывается за этой вселяющей жуткий страх дверью. В первом варианте ждет неминуемая смерть, во втором же можно попытаться побороться ещё за жизнь. Что ж, думаю, выбор очевиден.
Я осторожно сжимаю на удивление теплое кольцо в своей ладони и также осторожно тяну его на себя. Дверь поддается с неожиданной, невиданной лёгкостью, и я заглядываю за неё. Внутри царит кромешная тьма. Я делаю щель ещё больше и пытаюсь протиснуться. Как только мои ноги оказываются на пороге, дверца становится в тысячу раз тяжелее, словно сделана из чугуна, а не из дерева, и резко захлопывается за моей спиной.
Я в ловушке. Здесь настолько темно, что даже не видно руки перед глазами. Я отчаянно бью кулаками по массивному дереву, тщетно пытаясь выбраться. Внутри взбудораживается всё, дурное предчувствие и тревога превращаются в неконтролируемую панику. Уши лишь слышат ритм собственного сердца, прерываемый иногда резкими, короткими вдохами и выдохами. Ладони вспотели, а по виску начинали катиться маленькие капельки пота, когда внезапно пол исчезает под ступнями.
Я кричу. Нет, не так. Я ПАДАЮ вниз и кричу. Пронзительный визг сопровождает меня во время падения. Я ничего не вижу, лишь горячий воздух беспощадно бьёт в лицо, словно пытаясь сжечь заживо. Горячий? Но снаружи не жарко... Внезапно я чувствую сильную боль. Темный туннель будто выплюнул меня на землю, с которой я встретилась лицом к лицу. Слёзы прыснули из глаз скорее от неожиданности и испуга, чем от нарастающей боли. Каждый сантиметр тела дрожит независимо от меня, живя сам по себе. Я отчаянно хватаю ртом воздух, потому что удар об жёсткую землю вышиб из лёгких весь кислород. Но он такой горячий, что я могу только закашливаться и пытаться вдохнуть снова.
«Спокойно, успокойся», - твержу сама себе. Хотя бы не умерла – и это уже один жирный плюс.
Я выравниваю дыхание и размыкаю веки. Мои руки зарылись в чем-то сером, рыхлом и очень сильно пачкающимся. Окончательно восстановив дыхание, но всё ещё пребывая в приличном шоке, я пытаюсь сесть. Отбитый живот жутко крутит от удара. Что это за подвал такой? Я растираю в ладонях странную серую пыльцу. Неужели это пепел? Пепел в подвале... Небо, если конечно можно его так называть, переливается в этом месте серо-красными оттенками, приобретая пурпурный цвет ближе к горизонту. В воздухе мой нос улавливает запах гари, как будто на каждый квадратный метр приходилось по огромному костру. Не знаю, к счастью или к ужасу, но вокруг не было ни души. Боже, где же я?
Внезапно что-то зашевелилось рядом со мной, вылезая из серой золы. Я быстро вскакиваю на ноги, готовясь пробежать марафонскую дистанцию. Сначала мне показывается черная, мерзкая рука, а затем перед мной материализовывается и вовсе темная фигура. Чудовище похоже на крысёнка с человеческим телом, издающим гортанные звуки. Представляете этот ужас?! Когда я попыталась разглядеть его ближе, оно оскалило свои острые, как лезвия бритвы, зубы. Напуганная до кончиков волос, я кидаюсь бежать прочь, спотыкаясь и пытаясь удержаться на ногах.
Нет, ну кто бы мог предположить, что за дубовой, старой дверью может комфортно расположиться целый мир? Чтобы спастись от жуткой твари, появившейся прямо из-под земли, я прячусь в небольшой роще кривых, засохших, голых деревьев. С воздуха, наверное, меня можно было найти даже с закрытыми глазами, но с земли, как я надеюсь, чудовище пройдёт мимо и не заметит какой-то человеческой дочери. Сейчас я сижу на золе, обхватив руками колени, затылком прильнув в обшарпанной, горелой коре. Мои волосы спутались и весят клубками, прикрывая лицо, и располагаясь на щеках. Со стороны они выглядят седыми из-за золы, покрывающей чуть ли не каждую неровную прядь. На лице полосками осела сажа, как будто я часами прочищала дымоход камина. Руки и ноги покрывают ссадины и неглубокие царапины, напоминая о своем присутствии лишь легким жжением. Одежда в некоторых местах висит клочками, оголяя уязвимую кожу. Но всё это меркнет и бледнеет по сравнению с тем, что творится внутри. Наверное, я прибываю в состоянии шока, потому что даже не могу нормально оценить обстановку и местность, в которую попала. Плюсом голову сковывает жуткая боль, локализовавшись в самой макушке, и действуя так, как будто кто-то методично долбит меня по ней маленьким молоточком. Сердце пропускает удары одним за другим, а затем принимается наверстывать упущенное. К глазам то и дело подходят слёзы, желая вырваться наружу нескончаемой рекой. Но мне нельзя плакать. Я должна выбраться отсюда, или, для начала, вообще разобраться где я.
Гадрел, должно быть, обманул меня, сказав, что отправил своего отца сюда, и именно здесь я найду его. Он просто решил отделаться от меня, зная, что я наверняка встречу тут эту мерзкую крысу! Хотя, даже если в его словах и была правда, то как мне найти падшего ангела в этом сожжённом мире? С бОльшим успехом я снова наткнусь на мерзкую мышоподобную тварь, как уже сделала это ранее, но не встречу парня с крыльями, бывшего сына архангела. Все варианты моего дальнейшего существования здесь кажутся нереальными. Лучше бы я рискнула добраться назад по нескончаемым коридорам, а не решила открыть эту чертову дверь. Вот вам и взвешенные решения...
Злость окутывает меня, накрывая всё больше и больше с самой головой. Я злюсь на Гадреля, на Анаэля, даже на себя, что всё это время была такой слепой дурой, которая велась на все их слова. Я доверилась ангелу, и что из этого вышло? Итог: сижу не понятно где, совершенно сбитая с толку и в полном одиночестве. Я не нашла ни сестру, ни предателя. Возможно, я уже никогда не увижу свой мир, ведь сдаётся мне, сгинуть здесь - раз плюнуть (учитывая соседство с жуткими чудовищами). А Аври? Кто тогда спасёт её?
«Нужно было об этом думать, когда черт знает кого тащила к себе в подвал», - поднял голову внутренний голос. Что ж, он абсолютно прав, но только его нотаций мне сейчас не хватало.
Разочарование поглощает меня. Во всем, что сейчас происходит, есть моя вина. Это я должна была рассчитать все последствия, а не кидаться в омут с головой. Нервно сдираю кору с сожжённого дерева и растираю в порошок, пытаясь успокоиться и взглянуть на всё под другим углом. Но проще сказать, чем сделать! В голову ничего, кроме обвинений и проклятий пока не идет. Разве могла я, какая-то девочка- школьница, предугадать, что сильный, похожий на древнегреческого бога парень, окажется одним из самых главных злодеев вселенной? А его сынок спутается с шипящей демоницей? И я встану между ними?
«Зато теперь ты знаешь, что крылатые парни - не твой типаж» - веселилось внутреннее «я». Только вот мне не до смеха.
- Давно мы тут сидим? - резко раздалось рядом со мной.
Я вскакиваю на ноги. Из-за очередного ухода в себя я опять не заметила движения вокруг. Прекрасно.
Перед мной стоит высокий мужчина, одетый лишь на половину: черные, рваные джинсы и оголённый торс, на котором играли все шесть кубиков. У него кожа цвета золы, серая, словно на неё наложили черно-белый, старый фильтр и такие же серебристые, припорошенные сажей, матовые волосы, лишённые всяких переливов. Темные, почти чёрные, с красноватой окантовкой по радужке глаза впились в мои.
Я забываю, как дышать. Печаль падает на мои плечи. Она тянет к земле, словно камень на шее в воду. Скорбь проникает в каждый уголок души, вытесняя все самое лучшее и светлое, что в ней было. Воспоминания блекнут под её гнётом, и я пугаюсь, что могу потерять их навсегда.
- Кто ты? – это всё, что мои ссохшиеся губы сейчас могут спросить у него.
- У меня к тебе тот же вопрос, милая, - его слова выжигаются в моём сознании, как будто парень специально старается уничтожить его.
-Ты что-то сказал? – послышалось из-за другого дерева.
К моему ужасу и несчастью, на арену действий выходят ещё три таких же кошмара. Все, как один, полуодеты и имеют ту же серую кожу. Ну как же мне «повезло» то! Моя печаль усиливается в несколько раз, и вот она уже валит меня на колени.
- У нас, кажется, гости, парни, - заявляет Первый демон. – Или я что-то пропустил, и люди уже живут рядом с нами, спокойно разгуливая здесь?
- Не-е-ет, - тянет Второй кошмар. – Иначе я тоже отстал от развития этого места.
Я через силу поднимаю глаза на них, но вижу лишь размытые пятна. Что со мной, чёрт подери?!
- Поумерьте свои способности, иначе эта девчонка скоро умрет прямо на глазах.
Моя новая компания оборачивается назад и слегка расступается, пропуская кого-то вперёд. Навстречу мне, из глубин мертвого леса, идёт ещё один парень (вот неожиданность то! Девушки то здесь есть?), только выглядит он по-другому. Нет, обязательно открытый торс, - это, видимо, их общий диагноз, но вот крылья имелись только у него. Правда, они поломаны в нескольких местах, висят лохмотьями, и имеют очень странный цвет - белые в крапинку черного, да и кожа у него не такого уж и серого цвета, а скорее нездорового белого, и волосы на голове коротко подстрижены.
Печаль вдруг перестаёт атаковать ум и слегка рассеивается, позволяя мне встать на ноги, но я всё ещё ощущаю её присутствие. Она словно нависла над мной, готовая в любую секунду снова броситься и сжать в своих тяжелых челюстях.
- Кто ты, невинное создание? – на ходу спрашивает Крылатый в крапинку.
Отвечать ему сейчас я явно не готова. Согласитесь, что любая, увидевшая перед собой подобную картину, и оказавшись на моём месте, впала бы в ступор.
- Ты не понимаешь меня? – вновь интересуется он, вставая перед мной, занимая место Первого демона.
- Понимаю, - отвечаю я, надеясь, что никто из присутствующих не услышал дрожь в голосе.
- Ты человек, так ведь? – его вопросы и осторожность в выборе фраз напоминают мне допросы в психбольницах в мире до апокалипсиса. Нет, не подумайте! Я не была там. Просто именно так они мне представлялись когда-то.
Я отвечаю ему кивком, переминаясь с ноги на ногу.
- Боишься нас? – вставляет своё слово Второй кошмар, подмигивая всем остальным. Их явно забавляет моя неуверенность.
- Откуда ты тут взялась? – не обращая внимания, вновь берёт речь Крылатая крапинка.
Ну это уже переходило всякие границы.
- Тебе полную версию или как? – с вызовом в голосе спрашиваю его я, сама удивляясь своей внезапно появившейся смелости.
- А полная - это какая? – парирует демон, переглянувшись с остальными.
- Ну что ж, - понеслась. Сам этого захотел. – Всё началось с того, что меня родила мама в городском роддоме номер пять семнадцать лет назад...
- Ну не такая подробная! – разрываясь от хохота, в голос восклицают все собравшиеся.
Мои глаза выдают недовольство, а руки скрещиваются на груди.
- Перебивать, как бы, не вежливо, - замечаю я, сверля взглядом каждого. – Тем более тогда, когда вы сами меня попросили подробную историю «откуда я тут взялась».
Демоны встают почти на ровне, образуя полукруг вокруг меня. Немного вперёд выступает лишь Крылатая крапинка. Очевидно, что именно он является лидером этой группы.
- У людей нет понятия «мера», - слова сопровождает важный, профессорский тон. – Ничего не поменялось за тысячелетия, - обращаясь ко всем, кроме меня, добавляет он.
- Ошибаешься, - мой же тон, в отличии от его, выдает некоторую нервозность и напряжение. – Просто объясняться надо понятнее.
- Эта дочь человеческая пытается поставить тебя на место, босс,- легонько хлопая по плечу Крылатую крапинку, смеется Второй кошмар.
- Делая вид, что ей это не впервой, и она совсем не напугана,- дополняет его Третий ужас.
Лидер незаметно тушуется, он недоволен, что я подрываю его беспрекословный авторитет, но всё же сохраняет спокойное выражение бледного лица.
- Что мы имеем, парни? – в его глазах заплясали озорные огоньки, которые мне нисколько не понравились. – Наглую, прямолинейную, высокомерную дочь человеческую, стоящую посреди Первого круга Ада и пытающуюся диктовать нам свои права. Я правильно понимаю, мой друг? – кивок на Первого демона.
- Совершенно точно, босс,- поддакивает тот.
Нет, подождите. Что он только что сказал? Какого ещё Первого круга Ада?!
- Так что же мы сделаем с ней? – кивок в сторону Второго кошмара.
- Эм... съедим?
ЧТО?!
Все резко поворачивают головы и недоумённо смотрят на него. Слава Богу, есть меня никто, похоже, не собирался. Для них это такое же неожиданное предложение, как и для меня.
- И когда, позволь узнать, ты в последний раз ел дочерей человеческих? – удивлённо спрашивает его рядом стоящий, незнакомый мне демон, который до этого не участвовал в разговоре.
- Лучше спросить, почему ты не поделился со своим лучшим другом этой трапезой, - грозно поправляет его Третий ужас.
Теперь недоумённые взгляды уже обращены на него.
- А что? Как будто у нас настолько столы ломятся от разнообразной еды, что мы воспротивимся этой редкой возможности наесться до отвала?
На секунду повисает неловкая пауза, а затем, прочистив горло, её решает нарушить Крылатая крапинка.
- Есть мы никого не станем, не позорьтесь, - смотря на меня, заявляет он. Его глаза настолько темны, что я вижу в них своё перепуганное отражение. – Но в плен возьмём. Глядишь, сможем обменять её на что-то у Тварей Первого круга.
И опять этот круг.
- Извините, - встреваю я, принимаясь энергично махать руками перед собой. Нервы сдали, ничего не поделаешь. – Можете ещё раз сказать мне, где я сейчас нахожусь?
Минута молчания, потом демоны разражаются противным, пресловутым, уже успевшим мне надоесть хохотом.
- Издеваешься? – сквозь смех, предпринимает попытки что-то сказать Крапинка. – Ты пришла даже не понимая, что это за место?
В этой компании остаётся лишь один человек с каменным лицом. Это я.
- Меня привели сюда, - чувствуя себя своим собственным адвокатом, пытаюсь защититься я.
Смех не прекращается, и, кажется, меня никто даже не слышит. Наконец лидер начинает призывать своих подопечных к порядку.
- Хорошо, милая, - демонстрируя свою белую улыбку, говорит он. – В таком случае, я объясню тебе кратко, где ты, и какие же большие у тебя неприятности.
- Вряд ли человеческий мозг способен усвоить эту информацию, - встревает Третий ужас, надеясь подарить компании новый повод для насмешки, но получает в ответ лишь строгий, приказывающий закрыть рот взгляд.
- Ты в Первом кругу Ада. Это, так сказать, «прихожая» настоящей Преисподней. Здесь ты не увидишь Архидемонов, или как их принято называть здесь, Высших демонов, но можешь столкнуться с примитивными тварями, силы которых вполне достаточно, чтобы убить тебя.
- Видела уже, - тихо шепчу я себе под нос, но Крылатая крапинка, похоже, обладает неплохим слухом.
- Ну вот, - продолжает он, потирая руки. - Тогда и объяснять не надо, как они выглядят. Одно слово: мерзость.
Теперь мне понятно, откуда тут взялся пепел, и почему земля выжжена дотла. Но спокойствия это, отнюдь, не прибавляет.
- А вы кто? Тоже эти самые твари? – морщась, интересуясь я.
Недовольный гул зависает в воздухе. Демоны задыхаются от возмущения и отвращения.
- Нет, босс, это уже не смешно! Эта девчонка приравняла нас к грязи!
- Я же говорил, нужно было съесть её! На блюде она бы уже не посмела так оскорблять нас! - вопли Второго кошмара гулким эхом отдаются в моей голове.
- Тихо. Она сказала это от своего незнания, и тем более не в утвердительной форме, а задавая вопрос. Чего раскричались то? - жесткая команда Крылатой крапинки отрезвляет умы всех членов группы.
- Незнание не освобождает от ответственности! – продолжают демоны, выдвигая и сочиняя уже целые лозунги.
- Тишина! – повышает голос лидер, слегка раскрывая свои изуродованные крылья, и все в раз замолкают.
Теперь я понимаю, почему именно он стал на пост руководителя этой шайки. Не прилагая особых усилий парень способен выглядеть устрашающе и вселять благоговейный ужас. И мне его становится уже даже немного жалко, эти парни явно не самые послушные «воспитанники». Он переводит свой недовольный взгляд на меня и продолжает:
- Мы не те-самые-твари, милая. Мы - падшие солдаты Ангельских войск, сражающихся против легионов Люцифера. Но, исходя из того, что ты вряд ли знаешь эту историю, я скажу так: мы - падшие войны, не возжелавшие служить силам, против которых сражались всю жизнь.
Воспоминания одни за другими начали оживать в душе.
- Я знаю эту историю, - в глазах Крылатой крапинки возникает неподдельный интерес и удивление. - Более того, её рассказал мне один из бывших ваших командиров, ныне тоже падший ангел.
Наш разговор вновь заходит в тупик. На серых лицах демонов проскальзывает то изумление, то неверие. Но никто не решается вновь взять слово, поэтому я продолжаю говорить.
- Я пришла сюда, чтобы найти его, того самого падшего, о котором сейчас говорю. Он предал меня, и я хочу лично услышать от него это признание,- хотя, как я после этого смогу начать жить заново - ума не приложу, но этого им знать не обязательно.
Крылатая крапинка ещё с несколько мгновений прибывает в полном оцепенении. Медленный кивок стал знаком того, что ему удалось обработать только что полученную информацию.
- Как зовут твоего падшего? – спрашивает он, поражая серьёзностью лица.
Я вздрагиваю и ловлю себя на мысли, что прежде никому не раскрывала этого. Впервые я говорю это имя постороннему человеку, и даже он оказывается падшим. Ирония, да и только! Вывод: и в Аду я умудрилась найти себе недоптиц! Видно это мой крест, и никуда от него не деться.
- Анаэль, - выговариваю я, словно имя пропитано ядом. – Его зовут Анаэль.
Это ничего не сказало Крылатой крапинке. Видно, они никогда не встречались прежде. Ни у одного из присутствующих в глазах не отразилось понимание.
- Анаэль? – внезапно раздаётся голос сзади.
Все оборачиваются. Тот самый, незнакомый демон, который за весь наш разговор сказал лишь одну фразу.
- Ты уверена? - мрачно решается удостовериться он.
Я киваю в знак согласия, но всё ещё не могу разглядеть подвоха.
- Я знаю его, - задумывается незнакомец. – Наши мечи сражались в одной армии. Он был моим командиром и лучшим другом.
***
Под вечер падшие войны привели меня в своё «царское логово», как они его сами называли. По мне, так это просто нора. Реальная, наспех вырытая нора, с едва державшимися дверьми. И везде окружает земля. Свет едва проникает в пещеру благодаря кое-где сделанным дырам в стенах. И кондиционеров, видимо, в Первом кругу Ада не предусматривается, и никто вообще тут о них никогда не слышал.
Надо отметить, что парни оказались хорошими хозяевами. Крылатая крапинка чётко руководил своим небольшим отрядом, раздавая каждому обязанности по силам. И что более удивительно, все остальные беспрекословно ему подчинялись. Первый демон, как я поняла, отвечает за приготовление пищи (если можно так назвать то, что они преподнесли мне к столу, но, очевидно, в Аду и с едой была напряжённая ситуация). Второй кошмар выполняет функцию «хозяйки дома» - периодически протирает пыль и пепел с каменной мебели, чистит её от постоянно осыпающейся земли. Мне жаль его. Это неблагодарное занятие. Третий ужас помогает то одному, то другому, делая то, что они скажут.
На протяжении всего пути сюда, падшие оживлённо болтали друг с другом, кроме того парня, который за весь наш разговор сказал пару фраз. Он держался особняком от всех, и шёл молча, сунув руки в карманы тёмных, узких джинсов. Когда мы добрались, то ангел сразу же отделился от группы. Крылатая крапинка объяснил, что он отвечает за охрану жилища и чаще всего сидит снаружи в роли часового.
Мне сложно даже представить, как они здесь выживают. Цивилизация явно не коснулась этих мест, да и этот постоянный жар просто разрывает голову на части. Мне пообещали отвести комнату, и предложили пройти на местную кухню, пока ангелы будут переносить свои вещи и тесниться в другом ответвлении пещеры. Стыдно, что я причиняю им столько хлопот, но лучше с ними здесь, чем один на один с крысоподобными существами снаружи. Ощущение времени явно покинуло меня, но, видимо, дело двигалось к вечеру, так как Крылатая крапинка объявил о начале ужина, и остальные падшие принялись расставлять на массивную глыбу (стол, как мне сказали) каменные тарелки, ложки, вилки и подобные приборы.
- Позволь мне представить всех, - положив кривую ложку на стол, встаёт он со своего каменного стула. – Меня зовут Замбрим.
Демон делает изящный, джентельменский поклон, совершенно не вяжущийся с его ужасающим образом. Пятнистые крылья слегка расправляются и приподнимаются за его мощной спиной.
- Он правитель падших в этих местах, - причмокивая, добавляет Второй кошмар. - И, как ты уже поняла, наш лидер.
- Правитель? - моя бровь изгибается под неестественным углом. – Это как?
- Был им когда-то, - уточняет Замбрим, сверля взглядом не вовремя встрявшего в разговор.
- Тебя свергли? – тыча вилкой в него и уплетая свою порцию, уточняю я. Совершенно отвратительная на вид каша сейчас кажется едой богов.
Замбрим усмехается над моими словами.
- Я сам ушёл, - излишне легко отвечает он. Очевидно, это больная тема и впредь её поднимать не стоит. - Давай продолжим знакомство. Это Кассиэль.
Третий ужас так же встаёт со стула и повторяет изящный жест.
- Ангел слёз, - в поклоне говорит он.
- А это Эрелим,- ударяя по плечу Второго кошмара так, что тот морщится, продолжает Замбрим. - Он у нас самый говорливый.
- Вообще-то, самый отважный и смелый, - потирая место удара, встаёт Эрелим.
- И самый скромный, - раздаётся из-за моей спины, а падшие начинают хохотать.
Я поворачиваюсь. В проходе, распахнув двери, и прислонившись головой к косяку, стоит тот самый ангел-часовой и наблюдает за нами. Его волосы цвета спелой пшеницы явно не желают укладываться, и падают на лицо, тонкими прядями перекрывая странные глаза светлого цвета.
- Араим,- салютуя мне, представляется он.
В ответ я лишь киваю и вновь обращаю своё внимание на Замбрима.
- Огненный страж, - смотря на своего часового, говорит он.
Едкий смешок вновь заставляет меня взглянуть на проём.
- Чушь, - закатывает глаза Араим и закрывает входную дверь, оставаясь снаружи.
- Не обращай внимания. Он у нас самый НЕ говорливый, - взгляд Эрелима прямиком устремляется на лидера.
- А это Инафэль, - продолжает Замбрим, игнорируя выпад подопечного. - Единственный ангел жизни среди нас.
Первый демон награждает меня лишь добродушной улыбкой и вновь возвращается к своим обязанностям на кухне. Ангел жизни?! Этот парень с серой кожей и чёрными глазами с красноватой каёмкой по краям, прямо как у монстро-акулы?! Очевидно, я ничего не понимаю в жизни.
- Ну, теперь ты нас знаешь, - пододвигается ко мне вместе со стулом Кассиэль. Тяжёлый, глухой стук каменной мебели об твёрдую землю заставляет всех обернуться на нас. – Тебя-то как звать?
Мой взгляд встречается с его черными глазами. Разве можно раскрываться перед этими парнями? Падшие ангелы, какими бы они не были хорошими, с недавних пор не входили в круг моего доверия. Но они открылись мне, назвав себя по именам и даже сказав свои «предназначения», данные им когда-то свыше. Что ж, день принятия решений продолжается.
- Меня зовут Дея, - наконец выдаю я.
Молчание. Взгляды падших бегают то по мне, то возвращаются к их командиру. Даже Инафэль оторвался от своего важного занятия и не следит больше за приготовлением каши.
- Дея, - щурясь, медленно произносит Замбрим, словно пробуя моё имя на вкус.
Внезапно Кассиэль соскакивает со своего стула и начинает метаться по комнате.
- Она навлечёт на нас беду! - кричит он, подбегая к Замбриму. – Босс, они придут за ней, и у нас не останется даже шанса! Высшие никогда не пропустят здесь присутствие человека, да ещё и женщины.
Я прирастаю к своему месту. Реакция падшего застаёт меня врасплох. Я не ждала такой бурной тирады на своё, как мне казалось, примитивное имя.
- Кассиэль прав, сэр. - кивает Инафэль. – Если они придут за ней, то они и нас с собой прихватят.
Кто придёт за мной?!
- Это не повод бросать её на произвол судьбы! – Эрелим встаёт из-за стола и ударяет по нему кулаком. Вот дикость то, а.
Кассиэль с призрением смотрит на друга.
- Ты сам хотел съесть её! Что поменялось то?
- Не ем тех, с кем познакомился и кого пустил в свой дом! – Эрелим делает выпад так, что они оказываются очень близко, едва не касаясь лбами. Оба дышат, как разъярённые быки, и как подсказывает опыт, сейчас будет драка.
- Хватит! – уверенный, властный голос разрывает нависшую напряжённость. - Сели оба. Это приказ.
Войны, как маленькие нашкодившие мальчики, рассаживаются обратно на свои места, обиженно посматривая друг на друга. Кассиэль отодвигается от меня, прожигая взглядом пол под собой, скрещивая руки на груди. Эрелим же напротив, придвигает свой стул ближе ко мне. В какой-то момент, когда наши глаза встречаются, и он понимающе кивает.
- Мы не выдадим её, - заявляет Замбрим начальственным тоном, не терпящим возражений, чем заслуживает неодобрительное фырканье Кассиэля. – Но и покрывать ценой жизни не будем, - обращается он ко мне.
- Я и не прошу, - тихо отвечаю я. Мой голос выступает антитезой его тону. – Я ещё ни о чем не просила вас.
- Мы знаем, - решает смягчиться лидер. – Но ты ищешь одного из нас. Мы поможем тебе на столько, насколько сможем. Но рисковать собой всё же не станем. Пойми правильно, не то это дело, чтобы тратить живые ресурсы.
Моё тело обдаёт жаром.
- Вы не обязаны, - настаиваю я.
- Но мы хотим, - встревает Эрелим, дружелюбно касаясь мой руки, которую я тут же убираю подальше от него.
- Не все хотят, - отзывается хранивший до этого молчание Кассиэль, а затем встаёт со своего стула и уходит в глубь пещеры, игнорируя предложения Замбрима остаться на обсуждении.
Лидер устало качает головой.
- Он отойдёт, - горько улыбается он. – Кассиэль ещё и самый ранимый, эмоциональный из нас. Не бери в голову, – и, добавляя громкости своему голосу обращается ко всем остальным. - Уже поздно, парни. Объявляю отбой.
Инафэль как будто ждал этого момента весь ужин, судя по тому, как быстро начал всё убирать со стола. Эрелим, потирая руки, с удивительной лёгкостью, направляется в ту же сторону, что и Кассиэль с минуту назад. И я одна лишь не знаю, что делать.
- Замбрим. А мне то, ну...куда идти?
- Ах да! - спохватившись, останавливается он. – Араим отведёт тебя в твою комнату.
- Спасибо, - отвечаю ему в след.
Что ж, день выдался тяжёлым. Но теперь я хотя бы понимаю, когда начинается утро, а когда наступит ночь, ведь до этого никто не информировал меня об этом. Ещё несколько часов назад (хотя казалось, что прошла уже с этого момента не одна вечность), я сидела в лаборатории на полу и соглашалась, как дура, на все авантюры Гадреля. Сейчас же я уже в Аду делю трапезу и ночлег с падшими ангелами. Жизнь - непредсказуемая штука.
Снаружи пейзаж ни капли не изменился за то время, пока я была внутри пещеры, ни единого признака наступающей ночи. Пепел всё также укрывает землю, а в раскалённом воздухе витает запах гари. Но почему-то дышится мне здесь значительно легче, чем в норе. Араим сидит дальше от пещеры, на краю обрыва, свесив ноги в темную пустоту.
- Уже закончили? – услышав мои шаги, спрашивает он.
- Ага, - мой голос выдаёт дикую усталость.
Его смех донёсся до меня едва уловимыми нотками.
- Удивительно, как они не порвали тебя на месте, Дея. Просто поразительно!
- Почему? – садясь рядом с ним, спрашиваю я. Его красивые волосы, разбросанные по всему лицу, время от времени покачиваются из стороны в сторону.
- Ты и вправду не знаешь ничего? – его ошеломлённый вид сбивает меня с толку.
Я лишь пожимаю плечами.
- Вот это да, - смеётся он. – Босс ничего не рассказал тебе?
- А Замбрим должен был что-то сказать?
Ангел внимательно смотрит на меня, и я вижу, как взгляд Араима тускнеет, застилая цвет серой пеленой, а затем вновь возвращается к своим краскам. Плюс «один» в команду, способных так делать. На моём счету их уже трое.
- Я говорю не о Замбриме, - печаль врывается в его голос. – А об Анаэле, о том падшем, которого ты ищешь.
Тяжёлый ком ненависти вновь подступает к горлу.
- Не говори мне о нём ничего, - приглушённый рык клокочет где-то в груди.
На лице Араима отражается тысяча вопросов, которые он хочет мне задать по поводу своего бывшего командира.
- Хорошо, не буду. Я сам тебе всё объясню, когда будет время. Хотя, если честно, сомневаюсь, что именно я должен тебе всё это рассказывать, почему человеческие женщины так выгодны Высшим демонам, – неловкая пауза повисает в воздухе.
- Ты хорошо знал его?
Падший усмехается, будто указывая на мою слабость.
- Ты же сказала молчать про него.
- Просто ответь на мои вопросы, - требую я, слишком уставшая, чтобы спорить с ним.
На удивление парень быстро соглашается, чего никогда бы не сделал Анаэль.
- Я знал его, пожалуй, лучше, чем многие. Мы вместе учились боевому искусству ангелов-воинов.
- Правда? - в моих глазах уже горит предвкушение новой истории.
Араим с интересом глядит на меня.
- Тебе говорили, что в такие моменты ты выглядишь как ребёнок, знающий, что родители принесли ему новую игрушку и с нетерпением ждущий её?
В этот момент ни его черные глаза, ни серая кожа нисколько не пугают меня.
- Расскажи мне, - заливаясь румянцем, требую я.
Падший кивает, собравшись мне уже что-то поведать, открывает рот... и тут же резко захлопывает его.
- Не сегодня. Давай в другой раз.
Я разочарованно смотрю наверх. Небо окрашивается в кровавый цвет, смешиваясь где-то с цветом увядшей розы. Закат в Преисподние. Кажется, теперь я смело смогу утверждать, что видела всё. Здесь не летают птицы, не шуршат листья деревьев. На секунду закрываю глаза, чтобы воспроизвести в памяти дом. Белые оттенки облаков, звуки одиночных капель дождя или же сильного ливня, теплый, желтоватый цвет солнышка. Всего этого мне уже не хватает. И, кто знает, может я даже больше и не увижу свой мир.
Здесь всё иначе. Хотя бы начнём с того, что каждый сантиметр этой земли пропитан болью, страданием, злобой. Я не говорю, что на земле этого нет, но здесь всё ощущается гораздо сильнее. Я не могу даже представить, сколько тут погибло существ, и скольким ещё только предстоит умереть. Как бы не попасть в их число... Араим прав. Сейчас я совершенно не готова слушать его мистический рассказ. Что-то подсказывает мне, что я никогда не буду готова к его объяснению по поводу всеобщего взрыва от моего имени.
Внезапно резкий толчок выводит меня из размышлений. Я открываю глаза и вижу, что Араим уже стоит на ногах и смотрит куда-то в сторону.
- Что случилось? – поднимаюсь я, с интересом поглядывая на стража.
- Беги к парням, - командует он, не отрывая взгляда. Его лицо напряжено до предела. – Скажи им, что они уже близко.
Они? Близко? М-м?
- Кто? – нерешительно медлю я, кидая взгляд в ту же сторону, что и он, но не вижу ничего. Внезапно я понимаю. – Высшие?
Араим награждает меня недовольным взглядом.
- Нет, искатель-быстрой-гибели. Всего лишь Твари первого Круга, но и их хватит, чтобы обеспечить тебе скорую, мучительную смерть.
Сокрушительная усталость и новая порция страха не дают мне сосредоточится на дальнейших расспросах, поэтому я просто срываюсь с места и бегу прочь к пещере.