31.
*** Лиане 19 лет ***
Страшно. Очень страшно приоткрыть дверь и увидеть его. Увидеть бледное лицо и потрескавшиеся губы. Очень страшно увидеть больное лицо друга. В этот момент хочется развернуться и убежать. Убежать туда, где все хорошо. Туда, где мы все еще подростки шестнадцати лет. Если бы в то время я знала, как все выйдет, я бы точно поступила по-другому. Я бы готовилась лучше к будущему, рассказала бы своим всю правду еще тогда. Но сейчас уже поздно что-то менять, можно только смириться и пытаться спасти друзей и себя.
Билли слегка сжимает мое плечо и ободряюще улыбается, а я не могу. Я не могу протянуть руку к дверной ручке и дернуть ее. Кажется, что это выше моих сил. Кажется, что мои руки стали железными и их невозможно поднять. Хотя, мои ноги тоже не двигаются, чтобы сбежать отсюда. Я просто приросла к дешевой плитке на полу. Как бы я не гипнотизировала дверь, она не открывается. Как будто я действительно верю, что она откроется силой мысли.
Но, возможно, сами всевышние силы услышали меня. Уже через пару мгновений моего глупого гипнотизирования дверной ручки, она поворачивается, и мы с Билли непроизвольно делаем шаг в сторону. Дверь медленно открывается, и мы видим заплаканное лицо женщины лет сорока пяти. Голубые глаза покраснели и опухли от постоянных слез, ее руки дрожат, когда она прикрывает тоненькими пальчиками свой рот, чтобы не всхлипнуть и не разреветься прямо здесь. Молодая брюнетка приобнимает свою мать за плечи, пытаясь хоть как-то ее приободрить. Но и по лицу Лесли было понятно, как ей тяжело. Ее пухлые губы плотно сжаты, а карие глаза блестят из-за непролитых слез.
Мое сердце разрывается при виде их плачевного состояния и тяжелых вздохов, доносящихся из палаты. Видимо, их встреча прошла не просто. Голубые глаза Мэйхер старшей останавливаются на нас, и она пытается выдавить из себя улыбку, чтобы хоть как-то поприветствовать нас. Но ее губы лишь продолжают дрожать, выдавая ее подавленное состояние. Сестра моего друга кивает нам и уводит женщину, подальше от палаты. Я прослеживаю за их удаляющимися силуэтами и судорожно вздыхаю, готовясь увидеть Стю.
Лумис фыркает и буквально заталкивает меня в комнату. Я чуть ли не спотыкаюсь о свою же ногу, когда залетаю в палату. Мое сердце разрывается от того, насколько бледное у него лицо. Пожалуй, цвет его кожи можно сравнить с халатами медсестер. Я сразу подмечаю напряженные плечи и сжатые кулаки до побелевших костяшек. Парень резко поворачивает свою голову к нам, зло сверкая голубыми глазами. Но когда он видит нас, он слегка расслабляется и даже выдыхает. Я сжимаю губы в тонкую линию, когда замечаю большой пластырь на лбу и порванную нижнюю губу.
Взгляд Стю опускается с наших лиц на ладонь Билли, крепко сжимающую мой локоть, и его губы слегка кривятся, будто ему противно смотреть на это. Я выдергиваю свою руку из хватки друга и делаю несколько шагов к больничной койке. Мэйхер неотрывно следит за моим выражением лица.
— Не смотри на меня так, Ли, — парень хмыкает и слегка покачивает головой в разные стороны, будто бы он порицает меня за мое жалостливое лицо, — я же сижу здесь живой. Тогда почему вы все смотрите на меня, как на говорящего трупа?
— Потому что ты похож на говорящий труп, приятель, — Лумис усмехается и помогает мне сесть на оставленный стул. Я сижу и не могу оторвать взгляд от его припухшей губы со свежей ранкой, — ты бы видел свое лицо, на тебя страшно смотреть.
— Спасибо, всегда знал, что ты умеешь поддерживать, — голубоглазый слегка посмеивается, и на его губах растягивается широкая улыбка, заставляя кровоточить рану в уголке нижней губы. Я прослеживаю взглядом за движением его языка, когда он инстинктивно облизывает губы.
— Как ты себя чувствуешь? — я пытаюсь оторвать взгляд от его губ и посмотреть ему в глаза, но он, похоже, заметил, как я пялилась. Мой голос слегка дрожит из-за переизбытка чувств и эмоций. Мое сердце быстро стучит, когда он осматривает меня так внимательно и... с нежностью? Последний раз он смотрел на меня так год назад.
— Нормально, — парень отмахивается и закидывает руки себя за голову, — голова только кружится, а так достаточно нормально, — он задумывается на несколько секунд, уставившись в потолок, — меня оглушили, — я кидаю быстрый взгляд на Билли и ловлю его ответный взгляд. Мы оба недоуменно смотрим друг на друга несколько секунд, видимо думая об одном и том же. Роман либо хотел убить Стю быстро и без шума, раз он сначала вырубил его, либо он не хотел пока что убивать его, а лишь хотел припугнуть нас. Если честно, не один из вариантов мне не нравится, — врач сказал, что раны хоть и глубокие, но они были нанесены не в смертельно опасные зоны. Ни один орган или мышца не пострадали.
Я закусываю нижнюю губу и задумчиво хмурюсь. Если все же второй вариант, то это значит, что нападавший хорошо разбирается в анатомии и очень умен. Сара хоть и умная, но она вряд ли смогла просчитать куда лучше бить, чтобы не убить. Это скорее всего был либо сам Бриджер, либо подросток из медицинского факультета, либо взрослый человек. Конечно, можно и думать, что это просто случайность, но... Но что-то я сомневаюсь в этом. Роман играет с нами в какую-то игру.
— То есть ты не видел силуэт нападавшего? — уточняю я, покусывая кутикулу большого пальца. Стю кивает и прикрывает глаза. Я отвожу взгляд от него, не в силах смотреть, как ему плохо. Как бы Мэйхер не пытался казаться сильным и показать нам, что с ним все нормально, но я вижу моменты, когда на его осунувшимся лице отражается боль.
— Ли, ты знаешь Сару лучше всех, могла ли она это сделать? — Билли заглядывает в мои глаза и поглаживает мою ладонь, чтобы привлечь мое внимание. Краем глаза я вижу, как голубоглазый сжимает губы и переводит взгляд в окно. Лёгкая улыбка расцветает на моем лице, когда понимаю, что он ревнует.
«Стю, ты всегда ревновал меня к Билли, а я ведь люблю только тебя», — очень хочется сказать мне, но я точно это не сделаю, пока мы не останемся одни и не обговорим все случившееся. Мы обязаны с тобой все обсудить.
— Вы подозреваете Сару? — мои размышления прерывает сам виновник моих терзаний. Но он продолжает смотреть куда угодно, но не нас. Я убираю руку из-под ладони Лумиса, и он кивает, сразу же отходя на несколько шагов в сторону.
— Она и Сэм подозреваемые, — отвечаю я, пододвигая стул ближе к кровати, — но я не уверена, что напала на тебя именно она. Хотя, я сейчас ни в чем не уверена.
— Ли, я отойду ненадолго, — кареглазый хлопает меня по плечу и выходит за дверь, но я замечаю боль промелькнувшую в его взгляде. Я знаю, для чего он это сделал, друг хочет, чтобы мы сейчас наконец-то поговорили и все выяснили.
Но даже после ухода парня, Стю не решается на меня посмотреть, а я не решаюсь вымолвить и слова, чтобы начать разговор. Мои мысли путаются, и я не могу сконцентрироваться на чем-то одном. Голубые глаза неотрывно смотрят на деревья за окном, он явно пытается скрыть свои эмоции от меня.
— Стю, — зову его, но он не отвечает, — посмотри на меня, Стю, — уже более уверенно шепчу я, надеясь все же заполучить хоть каплю его внимания. Я скрещиваю руки на груди, начиная раздражаться из-за его детского поведения. Я тянусь к его лицу и хватаю за подбородок, заставляя посмотреть на меня. Удивление мелькает в голубых радужках, но он не сопротивляется, теперь все его внимание принадлежит мне, — нам надо поговорить, — серьёзно говорю я, хмурясь и продолжая удерживать его за подбородок. Мэйхер вздыхает и неохотно кивает, — прости меня, Стю. Мне действительно жаль, что я не смогла попрощаться с вами всеми. Мне так жаль, что мы с тобой не смогли поговорить перед моим уездом. Когда я приехала домой после больницы, меня поставили перед фактом, что через пару часов самолёт... Я скучала по вам. Я очень скучала по тебе, Стю! — я всхлипываю и уже собираюсь убрать руку с его лица, но он хватает за руку и закидывает к себе на плечи, заставляя обнять его.
Я утыкаюсь носом в изгиб его шеи и вдыхаю запах стирального порошка, которым пахла больничная одежда. Длинные руки обвивают меня за талию, и я практически сижу на нем. Мягкие поглаживания по спине слегка успокаивают меня и даруют чувство умиротворения. Я зажмуриваюсь, не позволяя слезам скатиться по щекам.
— Я все понимаю, — мягко шепчет он, и его пальцы запутываются в моих волосах, — но мне страшно... — я чувствую, как он судорожно вздыхает, не решаясь закончить мысль, — мне страшно, что ты снова исчезнешь, когда мы с тобой снова будем вместе. Я боюсь, что как только у нас все наладится, тебя снова заберут не пойми куда, а я снова останусь с разбитым сердцем. Я слишком сильно боюсь тебя потерять, принцесса... — он снова замолкает, после того как выпиливает слова на одном дыхании. Я чувствую, как дрожат его руки, и с какой частотой бьется его сердце. Я слегка отстраняюсь от него, но лишь для того, чтобы заглянуть в его глаза, наполненные печалью и любовью, — поэтому мне проще отталкивать тебя и любить со стороны. Мне больно, но я хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если это будет не со мной.
— Стю, — перебиваю его я, и грустная улыбка появляется на моем лице. Какой же он дурак, — как я могу быть счастлива, когда ты меня отталкиваешь? Как я могу быть счастлива без своих друзей, которые дороже собственной жизни? — выражение лица Мэйхера слегка меняется, становясь более мрачным и недовольным. Я непонимающе смотрю на него, не совсем понимая, что сказала не так.
— Принцесса, неужели ты действительно не понимаешь? — серьезным тоном спрашивает он, хмуря свои брови, — ты не понимаешь, что мы никогда не сможем стать друзьями? Я не могу быть тебе другом, Ли. Я не хочу быть твоим другом! — мои глаза расширяются из-за его резких слов. Нет... Мы никогда не наладим наше общение? Но... Я не могу без него!
Парень нежно берет меня за щеки и тянется ко мне, а я замираю на месте, когда вижу серьёзность в его голубых глазах. Кажется, я даже перестаю дышать, когда его дыхание овевает мои губы, но он дальше не двигается, внимательно следя за моей реакцией. Я судорожно вдыхаю воздух и делаю решающий шаг. Наши губы соприкасаются, и, кажется, проходит несколько мгновений, прежде чем он начинает действовать. Он дразняще проводит кончиком языка между моих губ, но не требуя при этом их приоткрыть. Он играется со мной и моими чувствами, заставляя дрожать от эмоций и ощущений. Его зубы царапают нежную кожицу, но не причиняя боль или дискомфорт.
Я беру инициативу в свои руки и сама углубляю поцелуй. Я чувствую, как он довольно улыбается, когда я больше не могу выдержать эти «мучения». Наши языки сплетаются, и я удивлённо ахаю ему в губы, когда чувствую небольшой металлический шарик у него в языке. И похоже именно этой реакции он ожидал от меня, раз сразу же прервал поцелуй, чтобы посмеяться.
— Что это? — я неуверенно смотрю на него, в ответ расплываясь в улыбке, когда вижу радость на его лице, — ты проколол язык? — парень кивает и высовывает свой язык, показывая прокол. Я не могу сдержать заинтересованности в своем взгляде, пока рассматриваю шарик.
— Ли, нам пора возвращаться, — дверь слегка приоткрывается, и из нее высовывается голова Билли. Я сжимаю губы в тонкую линию, недовольная тем, что нас прервали сейчас. Но и сам Стю выглядит не менее разочарованным.
— Надеюсь, ты придёшь еще ко мне, принцесса, — Мэйхер нежно прикасается своими губами к моим, оставляя лёгкий поцелуй. Я киваю и встаю с его кровати, только сейчас поняв, что почти сижу на своем друге. Я дарю голубоглазому прощальную улыбку и выхожу из палаты, наконец-то почувствовав себя полноценной. Наверное, именно этого мне и не хватало. Мне не хватало общения со Стю, не хватало его поцелуев и поддразниваний.
— Я рад, что вы помирились, — Лумис обнимает меня за плечи, утыкаясь своим носом мне в волосы, а уже через пару секунд отпускает, делает шаг назад. Хоть на его губах и играет легкая улыбка, но глаза не были такими, где-то в их глубине плескалась грусть и что-то еще, что я не могу разобрать. Я не знаю и даже не представляю, что именно сейчас испытывает мой друг, и почему же он не выглядит сейчас счастливым, ну или хотя бы удовлетворенным. Разве он не хотел того, что и я? Разве он не хотел, чтобы мы снова все были друзьями, как в наши школьные годы?