Глава 29
Дерил, Дейл и сама Джесси перенесли к машинам несколько листов металла, так же нашли цепи и штыри. Дейл поднес сварочный аппарат, он был старым, но ещё должен был работать. Маска была треснутая, но всё ещё могла защитить.
— Ребята… — крикнул Гленн, — сообщение от ЦКЗ.
Они быстро двинулись обратно в дом.
Рик и остальные уже собрались вокруг. Джесси осталась в стороне. Все молча слушали, как голос из радио завершает своё сообщение.
— И что каждый думает? — спросил Рик, смотря на всех.
— Это наш шанс, — начал Шейн. — Там есть врачи, и Лори может родить ребёнка нормально, без риска.
— Но дорога слишком длинная, — начала Кэрол.
— Это наш шанс на спасение, — сказала Эмми.
— Этот дом тоже защищён. Мы укрепляем его каждый день, — сказал Дерил.
— Давайте голосовать, — предложил Рик.
— Я могу сказать? — попросила Джесси.
Рик кивнул.
— Вы должны понимать, что это может быть ловушка, но это не значит, что я вас отговариваю. Мы решим это вместе. И независимо от того, какое решение будет, я его приму, даже если в конце концов пожалею. Но прошу лишь об одном – дайте мне время закончить с машинами, чтобы их укрепить, – закончила Джесси.
— Я за поездку, — сказал Шейн.
— Я тоже, — ответила Лори.
И тогда началось голосование.
Голосов было ничья, остался голос Рика и Джесси и Дейла.
— Я против, — сказала Джесси.
— Я за, — ответил Дейл.
Рик смотрел на людей, потом остановился на Джесси.
— Я за поездку, но ждём, когда закончим укреплять машины для поездки, — завершил Рик.
***
Жизнь в доме кипела с новой силой. Каждый день начинался с первого луча солнца и заканчивался далеко за полночь — никто не сидел без дела. Рик с Шейном укрепляли дом: забивали досками окна, усиливали двери, собирали инструменты, если вдруг придётся вернуться. Остальные сортировали припасы – свои и чужие — готовили всё к отъезду. Никто не спрашивал "зачем" или "точно ли мы поедем". Все понимали: теперь обратной дороги нет. Дейл возился с трейлером, чертыхался, искал нужные детали в гаражах и подвалах. Дерил и Отис помогали Джесси — она с утра до вечера варила металл к дверям и капотам машин, прикручивала штыри и решётки, превращая обычные автомобили в подобие броневиков.
Андреа с Гленном ушли в город – разведать, что осталось полезного для дороги. Джесси сняла маску, когда закончила приваривать лист со стороны водителя. Пот стекал по вискам, руки дрожали от вибрации сварки, но она молчала, просто вытирала лицо тыльной стороной ладони.
— Решётки на окна бы не помешали, — сказала она, закрывая багажник.
— Думаю, на сегодня хватит, — бросил Дерил, оглядывая машину. — Она уже похожа на танк.
— Да, Дерил прав. Скоро ужин, — добавил Отис, кивая в сторону дома.
Джесси ничего не ответила. Бросила тряпку в багажник, закрыла сварочный ящик. Вечернее солнце резало глаза, казалось, даже ветер устал. На крыльце их уже ждал Хершел, нахмуренный, в своей фирменной позе с руками за спиной.
— На перевязку. Оба.
Дерил и Джесси переглянулись. Взгляд, как тихая перекличка.
— Вроде старпер, а пугает пиздец, — пробормотал Дерил, закатив глаза и направляясь внутрь.
Джесси двинулась следом, но не успела сделать и пары шагов, как Рик встал на её пути.
— Устала? — спросил мягко, внимательно, глядя ей в лицо.
— Нет. В порядке, — коротко ответила она, не встречаясь с ним взглядом.
Рик не стал ничего говорить. Просто смотрел ей в спину, пока она шла прочь, и чувствовал, как в груди разрастается тяжесть. Прошло три дня с голосования. С тех пор они не говорили. Не по-настоящему. Она прижималась к нему по ночам, целовала, улыбалась, когда кто-то рядом. Но тишина между ними росла — тяжелая, вязкая. Джесси больше не смеялась. На просьбы рассказать очередную историю из "той жизни" отвечала сухим "потом" или просто игнорировала.
Она выстроила стену, невидимую, но прочную. Он всё замечал. Как она отворачивает лицо, когда ловит его взгляд. Как исчезает на несколько часов, и возвращается уставшей, с новыми шрамами на пальцах от работы. Рик не мог на неё давить. Не сейчас. Страх за неё сидел в нём глубоко. Он помнил, каково это видеть, как она захлёбывается собственной кровью. Как она кричит от жара, которого не должно быть. Он не знал, что вызывает приступы. Не знал, когда и как это повторится. А впереди дорога. Долгая. Сложная. И если она сломается в пути, он не простит себе.
Но и остановиться он не мог. Люди поверили в спасение. Они смотрели на него с надеждой, снова. И он не имел права отнять у них этот шанс.
Не сейчас. Даже если внутри всё кричит: "остановись". Даже если Джесси уходит всё дальше. Он просто должен был верить, что у них ещё есть время. На разговор. На объяснение. На выдох.
***
Атмосфера за столом казалась спокойной, на первый взгляд. Люди говорили о предстоящем пути, о ЦКЗ, о надежде. Кэрол улыбалась Бет, Патрисия разливала чай, Шейн что-то обсуждал с Дейлом. Но Джесси молчала. Она ковырялась в еде, но мысли были далеко. Не в этом доме, не в этой комнате.
"Если это тот ЦКЗ, из самого начала... тогда почему он не уничтожен? Почему кислород не закончился? Он же был рассчитан на короткий срок. Либо это что-то другое… но координаты те же…"
Слишком много несостыковок. И все они ломали ей голову.
— Кстати, Джес, — вдруг сказал Гленн с улыбкой, — мы сегодня на перекрёстке 9-й и 23-й улицы видели пожарную машину.
— Вот как, — спокойно отозвалась она, даже не подняв взгляда от тарелки.
Но в следующее мгновение глаза Джесси расширились. Мысль пронеслась, как удар током: "Чёрт… если в ней остались челюсти жизни, бензопила, гидравлика… это может спасти кому-то жизнь. А если ЦКЗ — всё-таки ловушка… если начнётся отсчёт… они смогут выбраться с этим…"
Резкий вдох. Сердце забилось чаще.
— Как выглядела машина? — резко спросила она, поднимая голову.
— Ну, как пожарная, — ответила Андреа, недоумевая.
— Я не про это. Лестница сверху была? — Джесси говорила быстро, почти взахлёб.
Рик нахмурился.
— Малышка… ты чего? — спросил он тихо.
— Не сейчас, — бросила она резко, не глядя на него.
Рик сжал челюсть. Непривычно сдержанно.
— Нет… лестницы вроде не было, — ответил Гленн, вспоминая.
И тут на лице Джесси появилась едва сдерживаемая надежда.
— Чёрт… тогда это именно она. Завтра можете показать, где видели? — спросила она, уже почти вскакивая с места.
— Ты куда собралась? — голос Рика стал холодным, как лёд.
— В город. Или ты не понял? Там могут быть гидравлические челюсти, это охрененно важно, — выпалила она.
— Ты не пойдёшь, — отчеканил Рик, не повышая голоса, но в его тоне звенело напряжение.
— Я тебя не спрашивала, — так же холодно ответила Джесси.
В комнате повисла тишина.
— Ты на кого ставишь? — шепнул Гленн Андреа, склонившись ближе.
— На Джесси, как всегда, — ответила она без колебаний.
И по столу, едва заметно, пошёл шепот. Кто-то наклонился к соседу, кто-то ухмыльнулся, кто-то вытащил из кармана леденцы. Внутри этой группы стало привычкой – ставки. Коп против пожарного. Лидер против своей упрямой женщины. И пока они спорили, Рик и Джесси смотрели друг на друга. Тихо. Остро. Как перед бурей.
Рик медленно поднялся со стула, плечи напряглись, взгляд стал тяжелым. Он встал, чтобы быть выше, не просто физически. Он давил. Лидер. Шериф. Мужчина, что привык, чтобы его слушались. Он смотрел на Джесси сверху вниз, словно уже вынес решение.
— Не заставляй меня повторять, — сказал он глухо, почти рыча.
Джесси тоже встала, не отводя взгляда. Спокойно, ровно. Не подчиняясь, не подыгрывая.
— Не заставляй посылать тебя нахуй, — ответила она так же тихо, но в её голосе сталь звенела сильнее.
Комната напряглась. Кто-то замер с ложкой у рта, кто-то отложил хлеб, кто-то просто замер. Хершел хотел вмешаться.
— Скажи, что нужно, — попытался Рик сбавить тон, — я сам принесу.
— И давно ты стал разбираться в пожарном снаряжении, шериф? — бросила Джесси, даже не моргнув.
— Джесси… — начал Хершел, — не думаю, что из-за этого стоит…
— Нет, Хершел, — отрезала она. — Не надо. Не влезай.
Рик нахмурился, проглотил ярость.
— Тогда опиши, как оно выглядит, — сдержанно сказал он, будто давая шанс на компромисс.
— Ещё чего, — усмехнулась Джесси. — А если там ещё что-то полезное, а я не опишу, и вы всё это пропустите?
— Ты ранена, — рявкнул Рик, голос дрогнул от злости и страха.
— Справлюсь, — уверенно ответила она, затем повернулась к Хершелу. — Скажи, моя рана уже переступила грань смертельно опасной?
Старик нахмурился, но после короткой паузы всё же кивнул. Рана заживала. Опасность миновала. Рик это видел. Видел и ненавидел. Потому что теперь у него не было оружия, чтобы её удержать.
Он сжал челюсть до боли, глаза почти метали искры.
— Я, блядь, сказал...нет, — процедил Рик сквозь зубы.
Тишина резанула по ушам.
— Папа… ты чего?.. — раздался неуверенный голос Карла.
Рик не повернулся.
— Не сейчас, сынок, — ответил он глухо. И не отводил взгляда от Джесси.
Та тоже не отвела глаз. Стояла, словно бросая вызов. Не из упрямства. Из необходимости. Потому что знала, за её спиной будут жизни. И кто-то из них не доживёт до утра, если не сделать всё, что можно. Даже если ради этого придётся сражаться с тем, кого любишь?
— Сдавайся, шериф, — голос Джесси стал мягче, — я всё равно пойду. Даже если пешком. И если машина на ходу, я её тоже приведу.
Рик не ответил. Просто взял её за локоть, крепко, и потащил за собой к выходу из дома, из внимания всех, прочь с чужих глаз. И тогда начался разговор, который был слишком личным, чтобы происходить при всех. Рик остановился резко. Резче, чем собирался. Он всё ещё держал Джесси за локоть, но теперь его пальцы дрожали — не от злости, а от той самой грани, где чувства путаются с обидой, а страх звучит как ярость.
"Сдавайся, шериф…"— эхом отозвались в его в голове.
Он отпустил её руку, отступил на шаг. Смотрел на Джесси, как на ураган, что сам впустил в свою жизнь, и теперь не знал: спастись или сгореть.
— Ты какого хера творишь, а? — рявкнул он наконец, но уже тише. Глухо. С нажимом. — Шейн и так всем шепчет, что я слабый лидер, что меня нельзя слушать. И вот ты – ты, Джесси, втаптываешь меня перед людьми. Своим тоном. Своим "пойду, и всё тут"
— Я не втаптываю тебя, Рик, — устало ответила она. — Я взываю к разуму. Потому что то, что я предлагаю, может спасти нам жизни. А ты…
Она замялась на долю секунды, а потом стиснула зубы и закончила:
— А ты ведёшь себя, как мальчишка, который потерял игрушку.
— Ты не игрушка, — прошипел он. — И я не мальчишка.
— Не скажешь, — скривилась Джесси. — "Не иди", "не трогай", "сядь", "молчи"... Что дальше? "Кушай и спи"?
— Я просто… я всё делаю, чтоб тебе было легче. Чтобы ты не умерла, чёрт подери!
— Всё для меня? — Джесси сделала шаг к нему, голос стал тише, но колючее. — Нет, Граймс. Это ты себе помогаешь. Себя успокаиваешь. Потому что тебе страшно. Потому что если я уйду, ты не справишься. Не путай "для меня" и "ради себя".
Он хотел ответить. Хотел крикнуть, спорить, доказать… Но голос застрял в горле. Потому что она снова была права.
— Просто признай, что ты зависим от меня, Рик. Ты нашёл себе быструю замену после предательства Лори и теперь боишься отпустить, — сказала Джесси, голос её дрожал от злости и боли.
— Ты что, блядь, несёшь? — резко бросил Рик. — Ты не замена.
Он шагнул ближе, взгляд его был тяжёлым, дыхание сбивчивым.
— Ты поселилась в моей голове с того самого момента, как я тебя увидел. Я ненавидел себя за это, понимаешь?! — выплюнул он слова с яростью.
Джесси на секунду оцепенела. Сердце заколотилось сильнее. Она сделала шаг назад.
— Твою мать... — выдохнула она, побелев.
— Значит, я была права. Ты... чёрт... Господи. Нет. Нет. — Она нервно засмеялась, но в этом смехе не было ни капли радости. Только паника и страх. — Надо было, чтоб тогда Дэрил меня пристрелил на месте, а не привёл к тебе и этой чёртовой группе…
— Я не это имел в виду… маленькая, подожди, я… — начал Рик, пытаясь дотянуться до неё, но она уже отстранилась.
— Заткнись. Чёрт бы тебя побрал, Рик. Заткнись, — её голос стал холодным. Как лёд.
Она смотрела на него, не как на опору. А как на чужого, который подвёл.
— Теперь ты просто лидер, ясно? Только лидер.
— Джесси…
Она не дала ему закончить. Резко развернулась и пошла обратно к дому. Не оглянулась. Не замедлила шаг.
А внутри – всё разрывалось на части.
Залетев в дом, Джесси не сбавила шаг направилась прямиком к лестнице.
— Ну что, ты всё же завтра идёшь, да? — выплюнул Шейн ей в спину.
— Нет. Я делаю то, что говорит Рик. Он лидер. Не забывай об этом, — отрезала Джесси, не оборачиваясь, и рванула наверх.
Внутри всё клокотало. От Рика. От всей этой ситуации. От собственной дурацкой глупости.
***
Рик стоял у порога, не двигаясь, смотрел на свои ладони, растворённые в темноте. Пустота вокруг не мешала. Она была тише, чем мысли. Чем её слова.
"Теперь ты только лидер…"
Эта фраза резала изнутри.
"Она думает, что просто замена. Думает, что я вцепился в неё, чтобы забыть Лори. А я… я не должен был говорить. Но и молчать не мог. Она не должна была знать, как я себя ненавидел тогда, когда ещё был с Лори."
Он шагнул к дому. Медленно, шаг за шагом, пока не вошёл. В комнате стояла тишина, все смотрели на него, но никто не заговорил первым. Он тоже молчал. Просто подошёл к своему месту, сел. Наконец, поднял взгляд:
— Мегги. Андреа. Завтра вы со мной. Идём в город, к пожарной машине. Забираем всё, что в ней есть. Если она на ходу — пригоним её ближе к дому.
— Хорошо... Рик, а с Джесси всё в порядке? — осторожно спросила Мегги.
— Больше ничего не в порядке, — тихо ответил он, не глядя на неё.
Есть уже не хотелось. Он молча собрал посуду и свою, и Джесси. Отнёс. Вымыл. Поставил. Потом пошёл наверх.
С каждым шагом чувствовал, не просто теряет доверие группы. Он уже потерял её. Джесси. И это было хуже. Намного хуже.
Как только Рик ушел на верх, Гленн выдохнул и развёл руками:
— Ну и как теперь понять, кто выиграл? Рик вроде как победил — Джесси не идёт в город. Но он выглядел так, как будто проиграл сам себе. Я уже не знаю…
— Хватит уже с этими ставками, — раздражённо бросила Мегги.
Андреа нахмурилась:
— Мне не нравится это. Что-то произошло. И мне кажется, ничего хорошего.
— А если они расстались?.. — Кэрол опустила голос, её глаза расширились от тревоги.
— Давно пора. Они вообще не подходят друг другу, — сказала Лори и сделала глоток чая.
— Кто бы говорил… — тихо бросила Эмми, не глядя.
— Ты чего сейчас сказала?! — резко сорвался Шейн, оборачиваясь к ней.
— Не ори на неё за правду, — спокойно, но с тяжестью в голосе сказал Дэрил, даже не поднимаясь.
— Хватит! — рявкнул Хершел, в его голосе звучала усталость и раздражение. — Мы тут не в баре сплетни разводим. Мы выживаем. Мы семья, или что от неё осталось.
Все замолкли.
— Никто из вас не имеет права лезть в чужие отношения. Особенно в отношения Джесси и Рика. Они взрослые. И если решат сгореть – сгорят вместе. Не вам судить, — добавил он твёрдо.
***
Рик открыл дверь квартиры. С порога всё стало ясно. Джесси собирала вещи. Спокойно, с отрешённой точностью. Каждое движение выверенное. Она ничего не роняла, не швыряла, не плакала. Просто укладывала в рюкзак всё, что ей нужно. Рик прошёл в спальню, сел на край кровати. Не проронил ни слова. Только смотрел. А она продолжала двигаться по комнате, будто его не было. Ни взгляда, ни вздоха в его сторону. Как стена. Как ночь, в которой нет ответа.
Он не знал, с чего начать.
А она не ждала, что он начнёт.
— Я завтра пойду с Мегги и Андреа в город, — начал Рик. — Принесу всё, что найдём в машине. Или пригоню её к тебе.
Джесси замерла у рюкзака. Пальцы сжали лямки. На секунду она стояла спиной к нему, потом коротко кивнула:
— Хорошо.
Закинула рюкзак на плечо, даже не обернувшись.
Рик встал.
— Джесси, мы…
Он замолчал. Слова не шли. Горло сжало. Он не мог произнести это вслух.
— Да, Рик. Мы расстались, — спокойно сказала она, наконец поворачиваясь к нему. Глаза были спокойными, даже слишком. — Но это не значит, что я уйду из группы. Я люблю их. Карла... люблю сильно. Но с тобой — нет.
Он сглотнул.
— Джесси, ты не замена.
— Тогда сначала сам реши для себя, кто я. — Она посмотрела на него в последний раз. — Когда решишь, может быть, будет не поздно.
Она вышла из комнаты, оставив за собой тишину. И Рик остался в ней один.
Джесси зашла в свою бывшую квартиру, выдохнула, скинула рюкзак на пол. Присела рядом, упёрлась спиной в дверь и заплакала. Не всхлипывая, не истеря – просто тихо. Слёзы лились сами, и она не останавливала их. Она не могла поверить в то, что произошло. То, что сжигало изнутри.
"Чёрт… он всего лишь персонаж. Я не отсюда."
"Но почему так больно?"
"Я ведь запретила себе его любить."
"Запрещала снова и снова. Но почему… так больно?"
Джесси обхватила себя руками и не заметила, как уснула прямо у двери. На полу. Там, где чувствовала себя ничтожной.
***
Рик проснулся утром. Потянулся, перевернулся на бок, чтобы обнять Джесси, и рука легла в пустоту. Он замер. Вспомнил. Она ушла.
Рик лёг на спину, уставился в потолок.
"Рядом… но не моя." Эта мысль съедала.
Он быстро оделся, застегнул пояс, проверил кольт. Вышел. На первом этаже услышал голос Ти-Дога:
— Джесс, ты уверена?..
— Конечно. Пошли. Сегодня ты с Дейлом, ну и мне чуть помочь, осталось всего пара пластин, и всё, машины готовы, — сказала Джесси. Уверенно. Громко.
— О, Рик! Доброе утро, — отозвалась Кэрол, когда он начал спускаться.
Джесси обернулась. Взглянула на него. Молча. И сразу отвернулась.
— Пошли уже, — сказала Ти-Догу и пошла на выход.
Рик остался стоять. Лицо дёрнулось, как от боли. Кэрол всё видела. Подошла ближе, мягко, аккуратно:
— Рик… ну помиритесь вы. Не в первый же раз.
— Мы расстались, — сухо сказал он. Голос безжизненный.
И вышел на улицу. Один.