Глава 28
Джесси моргнула – и только тогда поняла, что стоит, сжимая в руках шланг, направленный на безжалостно пылающий дом. Горло першило от гари, но она не отпускала хватку.
— Джесси, держи ровнее! — рявкнул кэп.
Она сразу собралась, перехватила шланг и крепче вжалась ногами в землю. Команда начала работать слаженно, под грохот воды и треск обрушивающихся балок.
— Внизу пожар ликвидирован, — послышалось из рации.
— Смит, Бишоп — на вас второй этаж! Двигайтесь! — крикнул кэп.
Джесси рванула внутрь, за ней – Карлос. Внутри пахло гарью, но огня не было видно – только дым, и он валил прямо из стен. Это было плохо. Очень плохо. Значит, горит изнутри, и нужно срочно ломать.
Они срывали панели, обрушивали гипс, ломали перегородки. Горячий воздух вырывался с огнём из каждой трещины.
— Нужен шланг. Южное окно. — сказала Джесси в рацию, резко.
Снизу Майк уже перекинул трос через карниз, и к нему быстро начали привязывать шланг. Огонь с каждой секундой лез наружу. Полыхало.
— Есть! — крикнул Бишоп, поднимая шланг и трос.
— Вода! — прокричал Майк.
Шланг напрягся, и вода с силой ударила в пламя.
Пара вырвалась вверх. Джесси резко подалась назад, закрываясь рукой.
— Почему тут так холодно?.. — неожиданно пробормотала она.
Пауза. Она посмотрела на руки. На струю пара.
— Блядь… как в морозилке, — выдохнула она, морщась. Лёд. Было ощущение, что температура вокруг падает.
Как только пожар был полностью ликвидирован, команда начала собираться, готовясь ехать обратно в часть. Все шло по привычному алгоритму – свернуть шланги, собрать инструменты, проверить снаряжение. Джесси тоже работала, всё делала, как обычно, но внутри было странное ощущение. Очень странное.
Холод.
Нет, не просто холод – её знобило. Она ощущала, как дрожат пальцы, как куртка уже не спасает, хотя стояла жара, такая, что асфальт трескался под ногами. Она не понимала, почему. Всё тело ныло, будто бросили в ледяную воду, и при этом – пекло вокруг.
— В машины! Возвращаемся в часть! — крикнул кэп, оборачиваясь на команду.
Все сразу начали расходиться, загружаться в технику, переговариваться, снимать шлемы.
— Эй, Джесс, ты чего как сосулька? — усмехнулся Карлос, подходя сзади, хлопая её по плечу.
Джесси повернулась к нему, натянуто улыбнулась:
— Ой, не начинай. А то я могу очень легко назначить тебя ответственным за мытьё всех сортиров, ясно?
Карлос фыркнул, поднял руки в притворной сдаче.
— Ладно-ладно, лейтенант. Просто выглядишь… ну, не как обычно.
Джесси ничего не ответила. Просто поднялась в машину, села у окна и обняла себя за плечи, скрывая дрожь, которая не проходила. Что-то было не так. Она это чувствовала.
***
Рик стоял в стороне и смотрел, как Джесси аккуратно укладывают в морозильную камеру. Лёд… Его было немного, но хватило, чтобы засыпать ноги, шею и грудь, не полностью. Джесси продолжала захлёбываться кровью, кашляла, вырывая глотки воздуха, и Рик не мог понять – откуда, чёрт побери, эти проклятые приступы? Ведь всё же было хорошо… и потом — раз, и она снова горит.
— Несите воду. Будем заливать.— скомандовал Хершел.
— Ты уверен? — испуганно спросила Патрисия, уже хватаясь за канистры.
— Да... Быстро — отрезал Хершел.
Через пару минут по телу Джесси уже текли струи холодной воды. Оно тонуло в ледяной жидкости, и от крови вода становилась мутной, тёмной, вязкой. Её лицо было бледным, губы посинели, дыхание почти не ощущалось.
— Отойдите...Нужно закрыть крышку. — сказал Хершел, но Рик не позволил.
Он стоял, держа крышку морозилки одной рукой, глядя на Джесси.
— Хершел… ты уверен? А если она соскользнёт вниз и захлебнётся? — спросил Рик, голос дрожал, но он держался.
— Либо так… либо она умрёт от отказа органов, — строго ответил Хершел.
Рик замер. Потом стиснул зубы… и убрал руку. Он ещё раз посмотрел на Джесси –мокрую, дрожащую. А затем Хершел опустил крышку.
— У кого есть часы? — спросил Хершел.
— У меня, — отозвался Дейл, доставая карманные.
— Засекай. Три минуты. Ни секундой больше, — сказал Хершел, переплетая пальцы и наблюдая, как по стенкам морозильной камеры скатываются капли.
Прошло две минуты. В подвале повисла почти мёртвая тишина. Лишь где-то снаружи – глухо и ритмично – гудел генератор. Рик сидел на корточках у стены, спрятав лицо в ладонях, сжав зубы. Он считал в уме секунды.
Одна… две… три… Он знал, что три минуты – максимум. И если… если…
— Мама… — тихо прошептала София, крепко прижимаясь к Кэрол. — Джесси умрёт?
Рик вздрогнул. Он не поднял головы, но плечи напряглись.
Карл резко обернулся:
— Она не умрёт! Она… это же Джесси!
— Сынок, — Лори подошла ближе, осторожно погладила Карла по голове, — мы не можем быть уверены…
— Нет! Она не может! — выкрикнул мальчик, и в его голосе звучала обида, злость, отчаяние.
И вдруг…
Сначала слабый… почти неуловимый.
Звук.
Будто кто-то слабо ударил по стенке изнутри.
Потом — сильнее.
Глухой удар. Скрип.
Бум.
Джесси.
Она жива.
— Чёрт… — прошептал Рик, уже вскакивая. Он подскочил к морозилке, сорвал крышку — и замер.
Их взгляды встретились.
Джесси дрожала вся, губы синие, волосы прилипли к лицу, дыхание рваное, но она смотрела прямо на него.
— Сука… холодно… — прохрипела она и зажмурилась.
— Срочно нужно ее согреть — крикнула Бет и уже бежала с полотенцем.
Кэрол бросилась за ней, таща за собой тёплое одеяло, а Мэгги поднесла второе.
Рик опустился вниз, обхватил Джесси за плечи и осторожно поднял из ледяной воды, прижимая к себе:
— Детка блядь…— шептал он, не в силах поверить, что она снова тут.
***
Джесси сидела за столом, закутанная в тёплое одеяло. Губы всё ещё дрожали, в руках – кружка с горячим. Пар поднимался вверх, обволакивая лицо, но Джесси этого не чувствовала. Она смотрела перед собой, не мигая, не замечая ни шорохов, ни взглядов.
В комнате было тихо. Кто-то собирал упавшие тарелки, кто-то тихо переговаривался у стены – но почти все то и дело бросали взгляды на неё. А она не видела никого.
"Твою же срань…" — голос в голове звучал резче и злее, чем когда-либо. — "Меня снова выкинуло. Опять. Из одной реальности в другую. Какого черта, а?!"
В груди гулко отдавался страх, но он смешивался с чем-то другим. Мысль пробивалась сквозь шум:
"Это происходит только когда я меняю что-то. Сюжет. Историю. Судьбу… их… или свою?" Она стиснула кружку крепче.
"Каждый раз, когда я решаю… когда иду не по сценарию. Когда спасаю не того. Когда вмешиваюсь. Тогда всё меняется. Я возвращаюсь. Или пропадаю? Но, чёрт… это всё равно не ответ."
Рядом сидел Хершел, тихо, спокойно. Он проверял давление, не мешал. Его голос прозвучал глухо, будто издалека:
— Как только допьёшь, я поменяю повязку на груди. Хорошо?
Джесси рассеянно кивнула. Она даже не осознала, что он говорил.
С другой стороны был Рик. Он сидел молча. Его взгляд не отрывался от неё. Он хотел заговорить, но видел, как её разум ещё далеко – в том пепле, в тех криках, в ледяной темноте, где она снова едва не исчезла. И потому молчал.
***
Его мысли были далеко – там, где холод, кровь и шок вперемешку. Там, где Джесси едва не умерла у него на руках. И не от зубов ходячих, не от вражеской пули… а от чего-то необъяснимого. Незримого. Бесшумного.
Он сжал челюсть.
"Если приступ повторится в дороге… я не смогу её спасти."
Дорога до ЦКЗ долгая, опасная. А Джесси – уже не в полном здравии. Он видел, как быстро всё происходит. Без предупреждения. Без симптомов. Без шансов.
"Если она умрёт… не там, не в бою, а просто… вот так, от этой чёртовой температуры…"
Он сжал кулаки. У него в груди будто что-то ломалось. И всё же… он не мог просто сказать "нет". Он видел надежду в глазах людей. Бет, Карл, даже Шейн – все по-своему ждали перемен. Устали бояться. Устали сидеть в этом временном доме, ждать у моря погоды.
ЦКЗ – это шанс. Пусть и призрачный.
"Я не имею права отнять у них его. Даже если мне придётся остаться. Даже если Джесси не сможет поехать."
Он перевёл взгляд на дверь – туда, где Джесси ушла вместе с Хершелом менять повязку. Снова.
"Нужно найти причину. Найти хоть что-то."
Но времени было всё меньше.
Пока Рик стоял, ветер задел открытое окно, и вдалеке снова зашипело радио. Напоминание. Возможно, скоро будет новое сообщение. Он выдохнул. Глубоко.
"Сначала дождёмся сигнала. Потом –разговор. Потом – голосование."
Он не знал, что выберут люди. Но знал одно: если Джесси снова рухнет на его глазах, он не простит себе этого. Ни за что.
***
Джесси вышла после перевязки, не спеша, в холл на первом этаже. Большинство разошлись, кто-то возился с водой, кто-то проверял припасы. Было тихо. Буднично. Но стоило ей сделать пару шагов, как к ней тут же подошёл Рик.
Он ждал. Всё это время. И теперь, когда она появилась, не сдержался, шагнул ближе, почти не отрывая взгляда.
— Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? — тихо спросил он, осторожно прикасаясь ладонью к её щеке.
— Всё хорошо, — отозвалась Джесси. Коротко. Слишком быстро.
Рик нахмурился. Наклонился ближе, в его голосе уже не было привычной твёрдости — только усталое, сдержанное:
— Ты ведь понимаешь, что нет…
Ты чуть не захлебнулась кровью, Джесси. У тебя отказали почки. А теперь ты стоишь передо мной, будто ничего не было. Так не бывает.
— Я не знаю, Рик, — выдохнула она. — Правда. Всё это… странно. Но, чёрт, в мире, где мертвецы встают и идут по улицам — моё состояние уже не кажется самой большой проблемой.
Он хотел возразить, но замолчал.
Пауза затянулась.
— Я провожу тебя в квартиру, — сказал он. — Побудешь там. Я вернусь, как только будет новое сообщение по радио.
— Нет. Я… — она замялась. — Мне нужно чем-то заняться. В одной из квартир на первом этаже Дейл нашёл сварочный аппарат. Помнишь? Тогда он ещё ходил довольный, как ребёнок.
Рик напрягся.
— Что ты задумала? — строго спросил он, вглядываясь в её глаза.
— Хочу начать готовить машины к поездке. На складе есть металл. Я просто… хочу хоть что-то сделать, — почти прошептала Джесси, опуская глаза.
— Ещё ничего не решено, — напомнил он жёстко.
— Знаю. Но если решим ехать — время будет работать против нас. Просто дай мне это, Рик. Пожалуйста.
Рик сжал губы. Внутри всё сжалось: тревога, злость, усталость и бессилие перемешались в плотный клубок. Он смотрел на Джесси, на её лицо осунувшееся, но упрямое, как всегда. Она держалась. Снова. И снова лезла в работу. Чтобы не думать? Или потому что просто не умела иначе?
— Недавно ты была в чёртовой морозилке, Джесси… — его голос дрогнул, но он сразу справился. — Я держал тебя на руках, пока ты хрипела от крови, и клялся себе, что если ты выберешься, я не позволю тебе больше надрываться. Не позволю снова потерять тебя.
Джесси опустила взгляд, но не отступила. Она стояла, сжимая пальцы, словно боролась не с ним — с собой.
— Я не хочу быть просто грузом, Рик. Я… я должна быть полезной. Если мы всё-таки поедем… машины нужны. Защита нужна. А я знаю, как. Мне нужно это делать. Иначе я…
Она запнулась, стиснув зубы, отвела глаза. Рик подошёл ближе, положил ладонь ей на плечо.
— Ты уже была полезной. Каждый раз, когда спасала нас. Каждый раз, когда просто… была рядом. Ты не обязана доказывать мне или кому-либо, что ты сильная. Я и так это знаю, Джесси. До костей.
Пауза.
— Хорошо, — наконец сказал он, неохотно. — Но только если ты не будешь одна. Я пошлю с тобой Дерила. Он будет следить, чтобы ты не надорвалась. Если хоть на секунду станет плохо — ты бросаешь всё. Идёшь отдыхать. Договор?
Джесси медленно кивнула. Не потому что уступила, потому что Рик дал ей шанс сохранить свою силу и при этом не отверг её упрямство. Он смотрел на неё долго, прежде чем добавить:
— Я просто… не переживу, если ты снова начнёшь умирать у меня на глазах.
И Джесси, не сказав больше ни слова, поднялась на носки и поцеловала его.