34
Вода ощущается как уютный вечер у камина; как крепкие объятия батюшки; как нежный поцелуй Дамира. Вода будто оцеловывает всю её, оглаживает, обнимает. Вода становится огромной частью её — дыханием, движением, кровью, душой.
Речное дно не пугает, на огромной скорости Вельмире удаётся рассмотреть всё: песчаное дно, мелкие ракушки, редкие пучки водорослей. И всё это непривычно, пугающи и... восхитительно. Она набирает скорость, чувствуя необычайный прилив силы.
Здесь целый мир – уходящий намного аршинов вниз, заброшенный, опустевший, её. Вельмира чувствует каждое русло, каждый заворот, каждую речушку. Всё это становится её кровеносной системой, в которой она ориентиру4тся лучше любого сущника и человека.
Она плывёт и плывёт, даже не думая сбавить скооосьь хть на мгновение, будто солдаты Вацлаыа способны догнать её.
Нет, об этом она не будет думать. Равно, как и о Дамире. Но стоит малейшей мысли о нём просочиться в сознание, как она замедляется и оборачивается.
Впервые за всё время побега она видит хвост. Собственный хвост с переливающимися плавниками. Янтарный. И она готова поклясться, что на солнце он будет светиться и переливаться, птямо как и глаза Дамира Великлземского. Дыхание перехватывает. Но Веьмира не позволяет себе увлечься новыми мыслями, срова набирая скорость.
Узкие русла, наконец, сменяются широким пространством. Сила снова прокатывается по венам, и тогда Вельмира понимает: это Чёрная река. Её дом.
Вель касается ладонями дна, жмурясь. Она одна. Одна русалка во всём княжестве. Последняя. И только спйчас осознание пронизывает от кончиков плавников до корней волос.
Гребень в левой руке издаёт слабое свечение. Спрятать. Его нужно спрятать.
Вельмира присаживается на небольшой камень, проводя правой ладошкой по гладкому хвосту и россыпи чешуек, появившихся на руках и теле. Взгляд цепляется за углублегие между камнями. Здесь самое верное место, чтобы что-то спрятать от Вацлава. Вельмира аккуратно просовыввет туда гребень, зная, что мария помоэет ей отыскать его.
Она прикладывает ладони к речному дню, прикрывая глаза. Нужно найти клан Стефана и сущнико, спрятавшихся на берегах маленькой речушки Хлестунь.
Перед глазами простирается знакомая синь. Магическое зрение. Веьмира кривит губы в улыбке. Теперь это не способ ориентироваться в пространстве, теперь это магия. Настоящая. Творимая ею. Помогающая найти то, что спрятано от человеческих глаз.
Под веками вырисовываются извилистые изгибы Чёрной реки и мелких речушек, врадающих в неё. Ярче всех светится та, которая так нужна Вельмире. Хлестунь.
Она мысленно помечает её, отктывая глаза. Пока ещё непривычное обычное зрение возвращается. Она видит подводрый мир, а вместе с ним и тонкое голубоватое мерцание, теряющееся в извилистых повороьах. Дело остаётся за малым — добраться до Айки и Стефана.