Мой демон

  — Венди! Иди завтракать, ты проспала весь день!

Девушка раскрыла глаза и удивлённо воззрилась в потолок, не понимая происходящего. Голос был удивительно знакомым, очень мелодичным, негромким и приятным. Стоило только Полли понять, кому он принадлежал, как глаза её расширились от ужаса. Она соскочила с кровати, запутавшись в одеяле, и неуклюже повалилась на пол с грохотом. Мысли встряхнулись, как перепуганные птицы, и взметнулись по черепной коробке. В голове загудело и, схватившись за неё, девушка подорвалась на ноги и кинулась к зеркалу.

И каково было её удивление, когда вместо хорошенькой хрупкой блондиночки на неё из зеркала уставилась рыжеволосая девушка с короткими всколоченными после сна волосами.

Не сдерживая себя, Полли закричала.

Она не могла поверить в происходящее. Этого не могло было быть, ведь тело этой девушки, тело Венди Уайт, было сейчас далеко-далеко, на Райских островах. Но, прислушавшись к своим ощущениям, Полли не обнаружила ничего подозрительного, словно блондинка, особняк Донованов, демоны, смерти — всё это было просто глупым сном.

Она одела первое попавшееся, что попалось под руку и выскочила из комнаты. Её быстрые шаги застучали по лестнице, и вскоре Полли уже стояла в дверях кухни, внутри которой витал лёгкий запах вафель.

Живот скрутило, и девушка всхлипнула, ведь женщина, стоящая у плиты, развернулась к ней в профиль и тепло улыбнулась.

— Так ведь и всю жизнь проспать можно, — сказала она.

— Мама, — пролепетала Полли и сорвалась с места.

Девушка заключила Энн в крепкие объятия и разревелась. Чувства непонимания, предательства, одиночества вмиг рассеялись, а чаша, сдерживающая их все вместе, опрокинулась. Теперь Полли не могла описать свои ощущения.

Медленными и липкими щупальцами страх окутал ноги Полли и заскользил по нежной коже вверх. Вздрогнув, девушка отодвинулась от женщины, что смотрела на дочь с явным непониманием и волнением.

— Что с тобой? — спросила Энн, поглаживая отдалившуюся Полли по волосам, желая тем самым успокоить.

Девушка прикусила язык, вовремя вспомнив, что произошедшее с ней нельзя назвать сном или ведением — всё это непременно было.

Она начала припоминать, что же произошло, бешено метаясь по кухне. Полли то опускалась на стул, то резко подрывалась с него и бежала к противоположному углу. При этом из глаз у неё бежали слёзы, не переставая, а сердце колотилось так сильно, что, казалось. Энн без труда могла услышать его биение.

Женщина попыталась перехватить дочь и усадить её, но та ловко уворачивалась от рук и продолжала носиться, кусая нижнюю губу в кровь.

Неизвестно, сколько бы это продолжалось, не взорвись комната громким удивлённым девичьим голосом:

— Что тут, чёрт возьми, происходит?!

— Сестра твоя с ума сошла, вот что! — воскликнула Энн, пропустив мимо ушей грубое ругательство.

Кэрри вмиг настигла Полли и схватила её за плечи. Хорошенько встряхнула и всмотрелась в помутневшие глаза, а после, улыбнувшись, обняла её, крепко прижав к груди. Девушка снова разревелась в руках старшей сестры, не понимая, что происходит и почему судьба вдруг, смилостивившись, позволила ей воссоединиться с семьёй. В голове не было ни единого ответа на множество вопросов, а бесполезная беготня лишь пугала Кэрри и миссис Уайт. Исходя из этого, Полли глубоко вдохнула, чувствуя, как лёгкие переполняются приятным запахом вафель, и велела себе успокоиться. Через какое-то время она спокойно сидела на стуле, сцепив руки в замок. Девушка выглядела совершенно спокойной и...нормальной, однако по щекам её продолжали бежать горькие слёзы.

— Что происходит? — спросила Кэрри во второй раз, опустившись перед младшей сестрой на колени.

— Всё хорошо, — ответила Полли, не стесняясь лгать.

Вот и Кэрри посмотрела на неё снисходительно, как бы говоря, что в эти слова поверит кто угодно, но только не она. Полли попыталась улыбнуться, но кавардак в голове не позволял ей уследить за простым движением губ.

— Может, мне позвонить врачу? — предложила Энн, но Полли отрицательно замотала головой.

Вздохнув, миссис Уайт выложила чуть подгоревшие вафли на тарелку, полила их сгущёнкой и поставила на стол, а сама вышла из кухни, понимая, что сестре девушка доверяет больше, чем матери.

Осознав это, Кэрри подалась вперёд и заговорчески спросила:

— Ну, а теперь расскажешь? Мне ты можешь доверять! — она подмигнула и тепло улыбнулась.

— Я очень люблю тебя, Кэрри, — ответила Полли спустя некоторое время. — И я счастлива, что могу называть тебя своей сестрой, пока есть время.

— Что это значит? — девушка недовольно нахмурилась.

— Я очень люблю тебя, — Полли обняла сестру и вдохнула пряный запах её волос, от которого голова пошла кругом.

— Не понимаю..., — девушка попыталась оттолкнуть младшую сестру, но та крепко держала её в своей хватке. — С чего ты такая любвеобильная?

— Будущего не изменить, — грустно протянула Полли.

— Ещё как изменить! — глаза Кэрри засверкали. – Я, помнишь, говорила тебе о том, что ты можешь перевестись в нашу школу при институте? Почему бы не сменить обстановку и забыть об этих дураках, которые совершенно тебя не ценят?

— Ох, не знаю, Кэрри, — Полли отпустила сестру, которая тут же поднялась на ноги и отошла на пару шагов, не желая терпеть подобное со стороны сестры ещё раз. Но та вдруг погрустнела, повесив голову, и Кэрри вновь почувствовала волнение.

«Ну и странная она сегодня!» — подумала она.

Полли же задумалась и полностью перестала реагировать на внешний мир. Она думала о тех людях, которых могла спасти, отказавшись от перехода в новую школу. Ведь там учится Алан, там связь с Мартой, Эдвардом, Элен, Беверли, Линдси, Преданными, Лэсси. Она думала об отце, который хотел спасти её и поплатился собственной жизнью. Думала о Хью, чья глупость стоила ему зрения и хорошего слуха, чьё существование прервётся из-за самоубийства менее, чем через полгода. Думала об Артуре, который лишился отца, мать которого запила. Думала, наконец, о собственной матери, которая погрузилась в глубокую депрессию после смерти младшей дочери. Её волновала и судьба Кэрри, которая осталась совершенно одна в семье, узнав страшную правду о своём рождении. Чувствовала ли она вину за происходящее? Непременно.

Но, несмотря на все ужасные события, через которые прошла Венди, она считала, что поступила верно, и ждала смерти с храбростью.

Теперь же Полли, которая уже привыкла к новому телу, имени, друзьям, должна была принять важное решение, от которого изменится как её будущее, так и будущее её семьи и друзей. Логичнее было бы отказаться, закончить ту убогую школу, в которой её все ненавидели и считали Ведьмой, в которой измывались и не имели ни капли уважения, но...

Полли больше не чувствовала себя Венди. Она когда-то была ей, следовала принципам её жизни, думала о какой-то повседневной ерунде, но теперь, став Полли, получив новое тело и знания о демонах и их правилах, девушка не хотела что-либо менять. Она прошла долгий и тернистый путь, чтобы достигнуть всего этого, и глупо было бы отказываться от того, что она имела. Важнее всего из этого была, конечно, любовь. Как её собственная, так и Алана, ответная, о которой Полли догадывалась, когда смотрела в его глаза, когда дрожала от сухих поцелуев его губ.

Отказаться от этого? Безумие.

Принять это и пройти? Ещё большее безумие.

«Если бы я могла увидеть Алана ещё хоть раз, — думала Полли уныло. — Если бы могла посмотреть в его глаза, в ту чёрную бездну, в которой скрываются все его чувства, и вытянуть оттуда всю любовь и обожание, всю привязанность и страсть... Тогда бы я, возможно, смогла решить, к чему мне идти дальше, но сейчас? Я растеряна, напугана, плюс ко всему, нахожусь в параллельной реальности, из которой, может, и не существует выхода. И что же я должна делать?»

Кэрри выжидающе смотрела на Полли, ожидая её ответа. Девушке казалось поведение младшей сестры крайне странным, хотя бы потому, что раньше она никогда не вела себя так. Никогда не была столь возбуждённой, не впадала в трансы, не плакала навзрыд по непонятной причине. Кэрри всегда была для Венди самым близким человеком, считала, что знает о ней всё. Откуда ей было знать, что перед ней сидела вовсе не Венди, что она осталась где-то в глубинах Ада, отчаявшаяся, потерянная? Часть её всё ещё находилась на своём месте, та неотъемлемая часть, что составляет всего человека, часть с прежними мыслями и предпочтениями. Но в голове этого человека, пусть с прежней внешностью рыжеволосой Ведьмы, были совершенно другие мысли, не присущие Венди.

— Прости меня, — вдруг выпалила Полли и поднялась на ноги.

— Да что же ты? — встрепенулась Кэрри. — Куда собралась?

— Мне нужно встретиться с одним человеком, существование которого с недавнего времени стало жизненно необходимым. Если я не увижу его в ближайшее время, то сойду с ума.

— Ты уже сошла, — пробормотала Кэрри, но тут же спохватилась: — Да что же ты, без завтрака пойдёшь? Прямо сейчас? Да и к кому?

— Ты не поверишь мне, если я скажу, — заупрямилась Полли. — Да и не хочется мне завтракать, — она подошла к Кэрри и сжала её ладони в своих. — С нами произойдёт много чего нехорошего в будущем, если я скажу «да».

— О чём ты?

— О переходе в новую школу.

— Ты вроде не пила вчера, — Кэрри высвободила одну ладонь и коснулась пламенного лба Полли. — Да нет же! Ты вся горишь! Постой! Куда собралась!

Она принялась останавливать сестру, которая уже была в прихожей. Спешно натягивая кроссовки, Полли отмахивалась от Кэрри, пытающейся остановить её. Та кричала что-то про болезнь, бред, который несла девушка, но Полли не слушала, так как её мысли были заняты совершенно другим.

— Давай я хоть с тобой пойду! — воскликнула Кэрри, отчаявшись.

— Нет! — остановила её Полли громким уверенным голосом, пригвоздившим старшую дочь семьи Уайт к месту. — Кэрри, — обратилась уже тише, — мы должны быть сильными, понимаешь? Что бы с нами не произошло, мы должны помнить о том, что будем рядом друг с другом в любом случае, что бы не произошло, так?

— Ты меня пугаешь! — взволновалась Кэрри.

— Сейчас – да, но потом..., — Полли замолчала, понимая, что не будет никакого «потом» для Кэрри из этой реальности, ведь её младшая сестра собирается поменять всё к чертям, сходу признавшись Доновану в своих чувствах, который ещё даже не понимает о её существовании.

Она выпуталась из хватки Кэрри и выскочила из дома. Та, в домашних тапочках, ломанулась было вслед за сестрой, но вскоре остановилась и шумно выдохнула весь воздух, находящийся внутри. Девушка не понимала, что происходит, и почему её младшая сестра словно с цепи сорвалась. Она собиралась устроить ей допрос по возвращению.

«Ух, я ей уши надеру!» — думала Кэрри, закрывая входную дверь. Она обернулась и увидела Энн, руки которой были скрещены на груди.

— Куда она пошла? — спросила женщина.

— Знала бы я..., — Кэрри пожала плечами и вымученно улыбнулась, как бы говоря, что с утра младшая сестра уже успела накапать на её мозг.

Миссис Уайт повторила движение её губ и подошла к девушке, заключив в объятия, после чего чмокнула в затылок.

Она очень любила своих детей.

Полли же на всех порах спешила туда, откуда долгое время стремилась уйти, чувствуя себя птицей в золотой клетке. Она не могла понять, как судьба помогла ей лишиться нового тела и целого отрывка будущего. Фортуна будто бы решила дать девушке второй шанс, чтобы она сделала правильный выбор, смогла спасти чужие жизни. Но Полли была уверена, что тело Венди больше ей не принадлежит. Оно было непривычно и отвратительно, хоть и по-старому уютно. Полли хотелось тряхнуть головой и, повторно глянув в зеркало, увидеть совершенно другую девушку, с вспушёнными волосами светлого оттенка.

Она сама не заметила, как впереди показался величественный особняк Донованов. Ноги сами несли её туда, в то время как девушка думала о своём, пытаясь разобраться в происходящем, что являлось для неё самой большой загадкой.

Особняк был окутан какой-то мрачной завесой. Полли чувствовала, как кожа на её руках становится гусиной. Что-то внутри неё затрепетало, попыталось заставить уйти, но девушка была чрезмерно уверена в себе и своих силах. Она хотела посмотреть в глаза Алана, не знающего Полли, не предугадывающего о её скорой смерти. Ей было интересно, что он скажет ей, как посмотрит, как отреагирует на её появление.

Девушка не удивилась, когда увидела у ворот особняка знакомый силуэт. Она заметила, что её шаг ускорился, что сердце забилось быстрее, стало отвратительно жарко. Полли остановилась на мгновение, но быстро взяла себя в руки и возобновила шаг. Алан обернулся и посмотрел на неё, нахмурившись. Парень был недоволен тем, что видел незнакомого человека рядом со своим особняком. Он знал, что девушка не является обычным прохожим, чувствовал, что она хочет поговорить с ним, что-то сказать ему. Её взгляд отличался от других, с которыми он привык встречаться. 

Холодные, тёплые, волнующие — все они отличались от того, коим смотрела она.

Алан не знал её. Был уверен в том, что никогда не видел. Запах был знаком, но он был столь лёгким, что Алан не мог понять, где раньше слышал его.

Девушка тем временем подошла ближе и остановилась в нескольких метрах. Она сцепила руки за спиной и выжидающе смотрела на Алана, будто ожидала от него какой-то определённой реакции, но он видел её впервые и совершенно ничего не мог сказать на её счёт. Единственное, что напрягло его, так это факт того, что мысли этой девчонки были совершенно закрыты для его телепатического вмешательства. Такое иногда случалось, но в последний раз демон сталкивался с этим очень давно.

— Что тебе нужно? — спросил он, когда молчание слишком затянулось. — И для чего ты припёрлась сюда?

— Ты..., — она запнулась, будто внутри её слова что-то обрубило, после чего смущённо продолжила: — Не узнаёшь меня?

Алан лишь насмешливо выгнул бровь и повторно оглядел девчонку. Обычная рыжеволосая представительница слабого пола, ничего примечательного в ней не было. Нет, он определённо не встречался с ней раньше, если она, конечно, не была его очередной поклонницей, выслеживающей повсюду.

— Меня зовут..., — она снова оборвала себя. Улыбнулась, будто ничего не происходило, и, наконец, назвала своё имя. — Полли.

— М, — отозвался Алан, не считая, что и ему надлежит представиться. — И что с того?

— Мы знакомы, разве ты не помнишь? — отчаяние промелькнуло в её взгляде.

— Я тебя впервые вижу, — парень совершенно не понимал, что происходит.

— Да... пока не должен, — грустно сказала девушка. — Как жаль, а я-то думала, что ты будешь помнить обо мне. Понимаешь, со мной произошла крайне странная ситуация. Я из будущего, — Полли посмотрела на Алана, желая увидеть удивление в его взгляде, однако там было пусто и черно, как и ожидалось.

— Тогда дождись того момента, когда мы познакомимся, и потом поговорим, — после чего Алан развернулся и собирался было спрятаться за воротами, но девушка сорвалась с места и попыталась схватить его за рукав рубашки. Демон вздрогнул и отдёрнул руку, отчего пальцы Полли сжали лишь воздух.

— Я лишь хотела посмотреть, как ты отреагируешь на моё появление, — настроение Полли мгновенно изменилось. Она всхлипнула, готовясь заплакать. Ей стоило больших трудов сдержать внезапно накопившуюся грусть.

— Увидела? А теперь проваливай! — рыкнул Алан, в глазах его промелькнули предупреждающие искорки.

— Да подожди же ты! — вернувшись в прошлое, Полли поняла, как сложно было общаться с демоном в те далёкие времена, когда они только встретились. Только теперь Алан не пытался удивить её своими телепатическими способностями, не бросался точными фразами, которые били прямо в сердце и удивляли девушку. Теперь он, наоборот, хотел избавиться от её мешающейся компании.

— Чего. Тебе. Надо? — Алан развернулся и вперил недовольный взгляд в бледное лицо девушки.

Полли стало невероятно грустно из-за реакции парня. Она думала, что он сможет узнать её, скажет что-нибудь невероятное, что заставит сердце девушки трепетать. Но он выглядел так, будто хочет поскорее прогнать её, словно её присутствие порождает в нём лютую ненависть.

Всхлипнув, Полли попыталась снова схватить Алана за рукав. Она понимала, почему он уворачивается от неё и не позволяет коснуться. Ведь Марта, в таком случае, возжелает для себя новое тело. Но Алан-то не знал, кем раньше была Полли и почему она назвалась именно этим именем. Он понятия не имел, что именно он изменил её жизнь.

— Я просто хочу поговорить, — ответила Полли жалобно, смотря на Алана с нескрываемой мольбой.

— Мне не о чем разговаривать с незнакомкой, — пробубнил Алан и толкнул калитку.

Полли поняла, что это её последний шанс остановить его. Она уже знала, что именно нужно делать, чтобы заставить демона выслушать её. Всё было понятно с самого начала, но девушка почему-то не хотела к этому прибегать. Она с лёгкостью вспомнила, как именно ей удалось обратить внимание Алана на себя. Ведь до того, как она дотронулась до его руки, он общался с ней просто потому, что она забавно реагировала на его слова, была новенькой и пока совершенно незнакомой. Как удивителен тот факт, что всё изменилось после какого-то прикосновения пальцев.

Девушка быстро среагировала. Она сорвалась с места и рванула к приоткрытой калитке, за которой скрылся Алан.

Одна секунда показалась Полли огромным отрывком вечности. Будто что-то невероятное стало со всем миром, и время внезапно изменилось, стало течь в разы медленнее. Девушка будто прорывалась сквозь вату, неспешными движениями разрывая её, тем самым открывая себе путь дальше.

В тот же самый момент за её спиной что-то засверкало и, кинув взгляд за плечо, Полли увидела, как открываются врата, впуская в серый и унылый свет ласковый, сияющий и чистый свет, уничтожающий тьму на своём пути. По дороге побежали чёрные клубни дыма. Полли могла поклясться, что слышала отвратительный визг, исходящий неизвестно откуда, принадлежащий тому, что находилось в этих сгустках, прячущихся на деревьях от всепоглощающего света.

Но он почему-то замер у обочины, не решаясь идти дальше, и тени заструились к ногам Полли. Та остановилась, забыв на мгновение об уходящем Алане. Она не знала, что и тот обернулся, щурясь от яркого мучительного света. Они оба не понимали, откуда он взялся и что означает, и оба хотели, чтобы он поскорее исчез.

Однако врата не собирались куда-то пропадать, они источали свет, призывая Полли к действиям. Она смотрела, как тени клубятся под её ногами, принимая причудливые очертания, представляла, как все яркие огни города пропадают во мраки, равно как и весь мир, и от этих мыслей почему-то становилось спокойно.

Полли поняла, что это был за свет, и почему он уничтожал мрак, заставляя его бежать прочь, почему тучи рассеивались на небе из-за воздействия волшебного света, почему протяжно выли тени, стелясь в её ногах — это были врата Рая.

Алан сморщился, чувствуя дискомфорт от происходящего. Ему захотелось скрыться в особняке, в темноте, в спокойствие. Забыться. Не думать. Отвлечься.

Полли посмотрела на демона, и на одно мгновение их взгляды встретились. Она увидела всю ту боль, что скрывалась в чёрных омутах его глаз, прочувствовала буквально каждой клеточкой тела его тоску от мучительного света, и вмиг захотела только одного: чтобы эти врата исчезли.

Сердце сжалось от мысли, что всё может быть напрасным, ведь Алан снова возобновил свой путь, не думая о том, чтобы кинуть девушки прощальной фразы, которая бы навсегда пригвоздила её к одному месту и уничтожила желание продолжать преследование.

Как сильно Полли хотела всё вернуть, забыть о том, что когда-то она была кем-то другим, что недавно у неё была совершенно другая жизнь. Ей хотелось рассказать о том, как она довольна своим проживанием, как приятна ей компания Алана, и неважно, кто он на самом деле — демон или человек, он был бы в любом случае приятен ей одинаково.

Полли хотела закричать, остановить Алана, но горло будто бы сжали крепкие пальцы, не позволяя издать ни звука.

Но в какой-то момент поверхность серой реальности надломилось, и девушка почувствовала, как ладони касаются чугунной поверхности калитки, отталкивая её. Алан обернулся на звук, получившийся неожиданно протяжным и скрипучим, и глаза его расширились от удивления.

Боль в сердце увеличилась, тело затрясло от ужаса, ведь в человеке, стоящем перед ней, промелькнуло нечто демоническое, пугающее, отталкивающее. Но Полли, не обращая внимания на эти сигналы, осознавая, что та тягучая, сдерживающая её масса, начала исчезать, рассеиваться, отчего всё вокруг стало ярче и чётче.

Она моргнула, и вот её собственные пальцы хватаются за ладонь Алана, холодную, крепко сжимая её. Парень опустил удивлённый взгляд, открыл рот, чтобы что-то сказать, но вдруг небо, затянутое тучами, распорола молния, озарившая всё белым пронзающим светом, и в эту же секунду Полли почувствовала жуткую боль в сердце.

Она с криком согнулась напополам, не отпуская ладони Алана, чувствуя, как его пальцы сплетаются с её, а он сам наклоняется, чтобы заглянуть в её глаза и понять, что происходит. Полли понимала, что её сознание закрыто от его вмешательства, она чувствовала это так явно, как остальные чувствуют биение собственного сердца. Но ужасная боль не позволяла ей стойко ответить на взгляд чёрных глаз. Свободная рука Полли в беспокойстве сжимала грудь, дыхание, тяжёлое и рваное, звучало громко и шумно. Казалось, что весь мир внезапно уменьшился в размере и сосредоточился только вокруг Полли. Она могла поклясться, что не видит ничего дальше своего носа, что чувства её притупились и ничего, кроме боли и холода от пальцев Алана для неё существует.

Как вдруг его громовой голос взорвался в голове сотней ярких искр, и Полли так и не смогла понять, что это было: природное явление или демоническое вмешательство.

Она с последними силами вцепилась в плечо Алана. Ноги подкосились, закружилась голова, в ушах громко зазвенело, а после этого всё поплыло перед глазами.

Полли подорвалась с места, жадно глотая воздух. Лёгкие зажгло, свет с непривычки рубанул по глазам, и внезапно комната завертелась по кругу. Девушка закрыла лицо ладонями, попыталась восстановить сбившееся дыхание. Ей понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя, после чего Полли снова смогла взглянуть на мир.

Что-то неприятно давило на нижнюю часть тела и девушка, опустив взгляд, увидела мирно сопящего Алана, правая часть лица которого была обезображена глубокими ранами. Охнув, Полли принялась тормошить парня, мысленно воссоздавая в голове потрет прошедших событий.

Она так и не могла до конца понять, что с ней случилось. Приснился ли ей чудный сон или судьба дала ей шанс на изменение собственной жизни? Будто под влиянием алкоголя, Полли не могла связать и двух слов, всё тормоша Алана за плечи, тем самым пытаясь разбудить его. Сердце в груди девушки гулко билось, отчего было трудно дышать.

Алан зашевелился и распахнул глаза. Лицо его выглядело недовольным и нахмуренным, но Полли это не волновало. Она, не дожидаясь того момента, когда демон полностью придёт в себя, принялась рассказывать его о своём сне, встревожившим её душу. Алан смотрел на неё непонимающим взглядом, порой забывая моргать. В голове у него какие-то мысли сцеплялись друг с другом, пытаясь явить собой что-то целесообразное. Пока Полли горячо пересказывала ему свои чувства, Алан думал о чём-то своём, лишь изредка вслушиваясь в щебетание девушки.

Но стоило ей заикнуться о вратах, которые распространяли таинственный губительный свет, как Алана будто током передёрнуло. Он вцепился в плечи Полли и закричал ей не своим голосом:

— Ты понимаешь, что на самом деле тебе выпал просто невероятный шанс изменить свою судьбу, а ты даже не воспользовалась им?! Больше ты не сможешь свернуть на правильный путь! Твоя душа обречена на вечные страдания! Ты это понимаешь?!

— Понимаю! — вторила ему Полли громко и уверенно. — Но не думал ли ты, что я не хочу оставлять тебя одного в непроглядной темноте твоего сознания? Я буду тем, кто поведёт тебя к свету, Алан. Я буду твоим маяком в мире теней и миражей!

— Что ты говоришь, глупая? — громогласный голос вмиг сменился отчаянным шёпотом. Руки Алана убрались с плеч Полли и сжали её взмокшие ладони. — Ты и так являешься моим маяком, ты и так ведёшь меня к свету, и для этого тебе совсем не обязательно оставаться рядом со мной. Ведь когда-нибудь я уничтожу тебя. Тебе нужно бежать, пока не поздно.

— Уже поздно, — горячо зашептала девушка, подавшись вперёд. — Уже слишком поздно убегать. Я не хочу делать этого, не хочу подвергать себя новым страданиям, новой порции боли. Мне радостно рядом с тобой, мне тепло от твоей улыбки, мне хочется целовать тебя, хочется быть с тобой...

— По...

— Нет, постой, — оборвала его девушка, положив разгорячённые ладони на бледные щёки Алана, — я не договорила, и не хочу, чтобы ты прерывал меня сейчас, иначе я никогда больше не найду смелости и не признаюсь тебе в своих чувствах. Мы так и продолжим ходить вокруг да около, так и продолжим страдать... Я не хочу этого, Алан, понятно? Я люблю тебя, хочу быть рядом с тобой, хочу слышать тебя, говорить с тобой, чувствовать тебя...

Не в силах сдерживать себя больше, Полли подалась вперёд и впилась в губы Алана требовательным поцелуем. В ней было столько чувств, которыми она хотела поделиться, что не видела другого выхода, кроме как впиться в парня смертельной хваткой, прижимаясь всем телом к его широкой груди.

Что-то щёлкнуло в её голове, что-то знакомое и родное, и Полли вдруг поняла, что всё будет хорошо, что всё наконец-то для неё закончилось, и всем страданиям пришёл конец.

— Что же ты ответишь? — спросила она рвано, когда воздух в лёгких кончился и пришлось оторваться от столь желанных губ.

Всё тело горело, и Полли, ровным счётом, было наплевать на ответ Алана. Она чувствовала себя полностью счастливой и во всём довольной, однако что-то внутри всё-таки побудило её задать этот вопрос. Вечная пустота глаз Алана теперь не трогала, наоборот, она притягивала, манила. Жизнь, расколовшаяся на две части, брела прежние цвета и будущее вновь стало светлым.

— Можешь не отвечать, — сказала Полли спустя несколько минут молчание. Оно не было томительным или давящим, скорее, спокойным, когда каждый мог прочувствовать друг друга, обдумать слова. Это было приятное молчание.

— Можешь не отвечать, — повторила девушка чуть громче, касаясь собственным лбом лба Алана, — потому что я и без того всё знаю. К чему слова, когда я могу чувствовать тебя и без них?

— Я люблю тебя.

Короткая фраза ещё долго отдавалась злосчастным эхо в ушах Полли. Эти слова звучали даже тогда, когда губы Алана вновь накрыли её, распухшие от поцелуев. Они не утратили силы и после того, как Алан и Полли повалились на кровать, держа друг друга в крепких объятиях. Их чувства были сильны и вечны, и погружали комнату в томный сладкий запах любви.