Глава 2: Трещина в безмолвии
С тех пор прошло два дня. Она не выходила из своей комнаты. Не пересекала ему путь. Не смотрела в глаза. И не говорила.
Он знал — испугалась. И что самое странное — это беспокоило его.
Он не должен чувствовать ничего. Ни капли сожаления. Но картина, как она съёжилась под его рукой, как дрожала, прижавшись к стене — снова и снова всплывала перед глазами.
"Я не должен был..."
Эта мысль пронзала голову, но он гнал её прочь. Он — не человек. Не обязан быть мягким. Не может позволить себе слабость.
Он стоял в дверях её комнаты. Не входил — просто смотрел. Она лежала на кровати, спиной к двери. Маленькая, хрупкая. Такая живая.
— Я не собираюсь извиняться, — тихо произнёс он, хотя знал, что она слышит. — Но если ты не уйдёшь сейчас... тебе придётся принять правила этой игры.
Она не повернулась. Не ответила.
Он сжал челюсть. Внутри всё горело — не от злости. От чего-то другого. Слишком похожего на вину.
Он сделал шаг назад.
— Больше не входи в западное крыло, Соль. И не прячься.
Пауза. Его голос стал тише.
— Я не тот, от кого ты должна прятаться. Но, возможно... я тот, кого стоит бояться.
И он ушёл.
А её глаза — хоть она и не показывала — были полны слёз.
Она хотела сбежать. Но часть её... всё равно тянулась к нему. И именно это пугало её больше всего.
Каждое утро становилось всё труднее. Головная боль, тяжесть в груди, слабость в ногах — всё это становилось обычным. Но хуже всего было ощущение, что её что-то пугает, что-то таится в каждом шаге, в каждом взгляде.
Она не могла забыть тот момент. Его руки, сжимающие её так сильно. Его взгляд, холодный и полный силы. Его угрозы. Всё это преследовало её, оставляя на сердце невидимую рану. И хотя она пыталась убежать, он всегда был рядом. И с каждым днём её страх становился всё более реальным.
Время от времени она теряла сознание. Боли в животе стали такими острыми, что она не могла даже встать с кровати. Она пыталась работать, но пальцы не слушались, а мысли путались.
Как ты выживаешь в этом доме?
Соль с трудом приподнялась с постели, зацепившись за край стола, чтобы не упасть. Её взгляд встретился с зеркалом на стене. Лицо было бледным, глаза — тусклыми, а под глазами — чёрные тени.
Она не знала, сколько времени прошло с тех пор, как она впервые ступила сюда. Время здесь теряло смысл. Она чувствовала себя всё более неуверенно. Словно всё вокруг её сжирало, оставляя лишь пустую оболочку.
Скрипнула дверь. Она обернулась.
Хёнджин.
Он стоял на пороге, словно тень, невыразимый, холодный, как всегда. Его взгляд был внимательным, но не тёплым. Он заметил, как её тело дрожит, как она пытается скрыть свою слабость.
— Ты плохо выглядишь, Соль, — сказал он, его голос словно ледяной дождь.
Соль ощутила, как её грудь сжалась от страха, но она заставила себя встать.
— Всё в порядке, — выдавила она, но её голос предательски дрожал.
Хёнджин подошёл ближе, оценивая её с беспристрастным выражением. Он заметил, как её лицо покрыто испариной, а глаза избегают его взгляда.
— В порядке? Ты едва стоишь на ногах, — его глаза сузились. Он вдруг наклонился ближе, его дыхание почти касалось её кожи. — Не думай, что я не заметил. Ты не можешь просто так игнорировать последствия своего поведения.
Она хотела отойти, но её ноги не держали. Всё покачивалось. Её слабость не могла больше быть скрыта.
Её сердце забилось быстрее, когда его рука внезапно коснулась её плеча. Это было похоже на прикосновение льда, но в то же время — на нечто гораздо более опасное.
— Ты не можешь сбежать от этого, Соль, — его голос был низким, почти шепотом. — От меня. От этой тени. И от того, что ты мне причинила.
Соль не могла найти силы для ответа. Все её чувства, всё её тело сопротивлялось ему, но она не могла встать и уйти. Она просто стояла, ощущая тяжесть в груди, страх, который становился всё более невыносимым.
Он увидел её боль. И, несмотря на всё, что он чувствовал, он не стал делать шаг назад.
Он только сказал:
— Ты думаешь, ты страдаешь, Соль? Подумай, сколько ещё я могу терпеть.