Кровавый барьер
Гарри мельком посмотрел на мистера Малфоя, понимая, что прямо сейчас не сможет оказать ему должную помощь, потому что их буквально прижали к стене, а значит придётся делать то, что он ненавидит больше всего. Драться. Другого выхода нет, потому что они слишком много узнали и увидели, теперь на основе их воспоминаний хватит материала, чтобы подать в суд на Орпидрона и его верных псов. Возможно, у некоторых из них не было выбора, им угрожали или заставляли, подвергали опасности семьи, однако, такие твари, как этот черноволосый ублюдок, собиравшийся поглумиться над Драко, должны ответить за всю херню, что позволили сделать.Поттер уверенно направлял палочку на этого типа, закрывая собою отца Драко, который банально не смог бы никак им помочь, да и судя по всему испытывал ужасную головную боль.
— Хейрон, нужно вызвать босса. — Парень в заднем ряду этой процессии неуверенно посмотрел на этого ублюдка, держащего крепко в руке кинжал с длинным острым лезвием, и теперь Гарри хотя бы знал его фамилию.
— Да, Хейрон, — усмехнулся Гарри издевательски, — вызови Орпидрона, и мы тут его повяжем заодно с вами, вам все равно терять нечего. Пойдёшь на корм Дементорам, сука. — С приливом новой злости пообещал Гарри, но Хейрон лишь оскалился, показывая испачканные в крови зубы.
— Я знал, что от тебя будут проблемы, ты испортил все планы, которые могли бы продвинуть волшебников вперёд. Не умеешь ты вовремя останавливаться. — Хейрон чувствовал себя вполне уверенным, несмотря на внезапное подкрепление Гарри, и это заставило подумать Поттера о том, что что-то точно не так, и эта драка не будет такой простой, как они рассчитывают. — Взять их! — Заорал Хейрон, когда сам остался на месте, просто наблюдая за ринувшимися коллегами, и Гарри глубоко вздохнул, кинувшись вперёд.
Он старался не смотреть на Драко, понимая, что если позволит себе это, то просто плюнет на здравый смысл и обнимет его, закрывая собой от всевозможных ударов и проклятий, потому что Драко должен быть счастлив и жить дальше. Гарри ему обещал, блядь! Поттер отразил проклятье одного из работников Отдела Тайн, замечая, как Рон швырнул в него сзади Оглушающее заклинание. Да, нужно держать себя в руках и не позволить, чтобы с этими суками произошло что-то серьёзное, нельзя брать пример с них.
***
— Отец, павлин меня цапнул! — Драко бежит по дорожке ближе к беседке, где Люциус читает «Пророк», и чуть не спотыкается об выпирающий камень, но Люциус успевает его подхватить и недовольно посмотреть на плечо Драко, где появилась не очень глубокая царапина.
— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не пытался играть с павлинами? Они могут начать обороняться из-за того, что горды, и тебе пора бы уже это запомнить. — Холодно замечает Люциус, но когда понимает, что сын уже готов заплакать, вздыхает и усаживает ребёнка к себе на колени, рассматривая рану. — Сейчас вылечим, но больше чтобы такого не было.
Сын… Люциус крепко зажмурился до непонятных белых пятен перед глазами, продолжая давить пальцами на виски. Что это за воспоминание? В его голове точно не было образа маленького мальчика с серыми глазами, они никогда не виделись. Или же… Ему внушили, что они не виделись? Люциус сквозь боль приоткрыл глаза и попытался найти среди людей того самого Драко, и как только нашёл, то уже не мог перевести взгляд на что-то другое. Этот молодой человек копия ребёнка из этого нового воспоминания. Так это… Его сын? Сын, которого он хотел защищать любой ценой. Затылочная часть вдруг отозвалась острой болью, распространяясь к шее, и Люциус снова закричал, наклоняя голову к полу еще сильнее, что не поможет ему отстраниться от этих ощущений, избавиться от боли хотя бы на минуту. Он не может следить за ситуацией, даже подняться не в его силах, и ему остаётся лишь кричать, больно оттягивая свои волосы, которые застревали в трещинах на ногтях.
— Отец! — Драко по-маггловски ударил мужчину в чёрном халате ногой в живот, и кинулся в сторону отца, который выглядел очень слабым. Он должен хоть как-то ему помочь справиться с болью, но его резко перехватил Рон, грубо пихая в сторону Гермионы, и поставил купол от Дробящего проклятья.
— Ты ничем ему сейчас не поможешь! Нужно выбираться к чертовой матери! — Крикнул Уизли, отвлекаясь на Малфоя, и пропустил Режущее заклинание, угодившее прямо в щеку, разрезая глубоко кожу. Рон потрогал пальцами новую рану, и усмехнулся, перекладывая палочку в другую ладонь. — Сейчас мы повеселимся, дружок! — Рон побежал вправо, а после резко свернул в другую сторону и послал в сучонка Инсендио, которое подпалило его мантию, и пока тот пытался потушить огонь, Рон сбил его с ног, ухватив под руками и перекинул через себя, тут же добивая ударом ноги в правое ухо.
***
— Думаете, вам это просто сойдёт с рук? Ваш лесничий допустил на свой урок опасное существо, которое набросились на ученика. — Люциус опирался на трость, смотря на Дамблдора презрительным взглядом, этот человек никогда не умел набирать персонал, и вот чем это заканчивается.
— Бросьте, Люциус, вам лишь выгодна ситуация, чтобы опять сместить меня с этого поста. — Спокойно улыбнулся Дамблдор, ни капли не боясь своего оппонента, но данное высказывание разозлило Люциуса, и он подошёл ближе к директорскому столу, понизив свой голос до откровенно угрожающего.
— Такого человека, как я, не интересует мнение таких, как вы, Дамблдор. Можете прикрываться своим спокойствием, но в одном вы точно правы — на этой должности вы не задержитесь, в этот раз точно. — Люциус не стал переубеждать Дамблдора, это было выше его достоинства, куда важнее — проверить сына в больничном крыле. Пусть это хоть царапина, но он никому не позволит выставлять своего сына посмешищем или причинять ему боль.
— Поттер, сзади! — Драко испуганно заорал и побежал в сторону Гарри, пытаясь прицелиться в человека сзади него, но Малфоя схватили вдруг за волосы и оттянули куда-то в сторону, не давая времени разобраться. Его лицо впечатали в не разрушенную стену, выбивая палочку из руки, и Драко упал на пол, прикладывая ладонь к рассеченной брови.
Он открыл глаза, но это мало что дало — все расплывалось, и у него не выходило сосредоточиться на чем-то конкретном, хотя он и правда пытался. Блядь, наверняка он не заметил этого Хейрона, а потому так легко и оказался проигравшим. Это его слабость — он часто не может принимать решения обдуманно, но винить себя сейчас стало бы самой абсурдной глупостью. Нужно прийти в себя, срочно!
***
— Драко! Драко, где ты?! — Люциус спотыкается об чье-то тело, но ему решительно плевать, кто лежит перед ним, он просто встаёт и бежит дальше, слыша, что и Нарцисса пытается найти сына в этой неразберихе. Его сбивают с ног и Пожиратели, и ученики, и профессоры, но это не имеет значения, и где Лорд с Поттером тоже пустой вопрос. Главное — найти Драко. Его нигде нет, и Люциус останавливается посреди поля, не волнуясь о том, что может получить проклятье в спину с обоих сторон. Его одолевает ужасающая мысль, что Драко лежит на земле, один из этих трупов, а Люциус так беспечно бегает между ними и усматривается в бегущих мимо людей. Он не перестаёт кричать, и всё-таки начинает осматривать и землю, попеременно обращая внимание на Нарциссу. Вдруг она уже нашла сына, и успокаивает его вдали от этого кровавого Ада? Нет, она бегает с другой стороны, на миг даже кажется, что ее волосы приобрели седой оттенок, однако, это просто солнце. Люциус вбегает в чертов замок, замечая других отступающих Пожирателей, а он не сбежит, не сейчас, не без Драко!
— Драко!
Драко выводит из оцепенения крик отца, и он тут же трясёт головой, смахивая с правого века собственную кровь, быстро поднимаясь. Голова превратилась в один участок чистой боли, и все равно ему удаётся повернуться к Хейрону, понимая, что не равные условия для драки. У этой мрази не только кинжал, но теперь и палочка Драко, которую ему вернул Поттер. А пользоваться ею может лишь он, Драко не позволит Хейрону использовать его палочку против Поттера или его друзей. Ему нужно разобраться в одиночку, другие и так сражаются, даже Грейнджер стоит против двоих, а потому Хейрен его личный враг, и чтобы помочь отцу придётся вступить в схватку. Другого выхода нет.
Малфой быстро посмотрел на Гарри, который сшиб с ног самого высокого из работников, и схватил за шею второго, пытаясь оттащить от Уизли.
— Больше тебе некому помочь, щенок. — С ехидством заметил Хейрон, осознавая, что в подобной ситуации можно и показать свое превосходство. — Надеялся и в этот раз выйти сухим из воды за чей-то счёт?
— А тебе завидно, что ради моей задницы можно и перед судом предстать? — Огрызнулся Драко, специально рассчитывая потянуть время, чтобы придумать свои действия. Он уже понял, что Хейрон ненавидит его за то, что он бывший Пожиратель. Не раз Драко видел это выражение глаз в свою сторону в прошлом, а потому не трудно было догадаться.
— Когда я устраню эту маленькую неполадку, то обязательно проверю твои эти способности, чтобы ты выл от боли. — Хейрон облизал губы, собирая с них кровяные сгустки, и Драко ощутил резкий приступ тошноты где-то под рёбрами, желая свернуть этому ублюдку шею. — Меня интересует, чтобы такие, как ты, молили о смерти.
— Ты поменьше пизди, и побольше делом занимайся! — Насмешливо крикнул ему в лицо Драко и позволил себе натянуто засмеяться, специально его провоцируя. Злость — чувство, которое застилает здравый смысл, а потому на этом можно неплохо сыграть. — Что, такому ничтожеству даже шлюхи с Лютного отказывают? — Выгнул бровь Драко, боковым зрением замечая, как Грейнджер магией подкидывает мужчину со сморщенным лицом до потолка, словно тряпичную куклу, и приклеивает его вверху, плеснув зелье Снейпа, по рецепту найденного в его книге.
Хейрон смотрел на него по-настоящему звериным взглядом — зрачки расширились, а под глазами проступили капилляры от напряжения, образовывая красноту. Драко напрягся, принимаясь ждать, когда Хейрон направит на него палочку, и тогда у него будет один шанс, всего один рискованный, но шанс, чтобы забрать кинжал. С палочкой было бы сложнее в сто раз. Хейрон кинулся вперёд и Драко выдохнул, быстро отбегая от стены прямо в его сторону, напролом. Сердце колотилось в груди, однако, он резко кинулся вперёд, специально смещаясь вправо, и Хейрон воспользовался тем, что было в правой руке, как и предполагал Драко. Он буквально сам напоролся боком на кинжал, чувствуя холодный клинок наполовину в своём теле, его ноги подкосились, но Драко устоял, левой рукой ударяя по кадыку Хейрона, и резко отходя от него с кинжалом в левой стороне живота.
— Я сам себе помогу. — Зло сказал Драко и ухватился за рукоятку кинжала, вынимая его из своего бока быстрым движением, не давая себе времени передумать, и пнул Хейрона ногой на пол, из последних сил оседая возле него и смотря ему в лицо. — Это тебе за отца. — Драко левой рукой прикрывал собственную рану, а правой сжал рукоять сильнее, разрезая кожу на левой стороне живота Хейрона, распарывая жировые ткани, втыкая лезвие до конца, ближе к бедру, не без удовольствия слушая его крик. Драко прикусил нижнюю губу, без сожаления поворачивая кинжал по часовой стрелке, не вынимая из бока Хейрона, у которого закатились глаза от такой острой боли и он откинул голову назад, теряя сознание, чем и воспользовался Драко, отбирая свою палочку и вынимая кинжал с противным звуком. Собственная кровь сочилась из ранения, но Драко не собирался глупо жертвовать собой, ведь это прерогатива Героев. Он упёрся в пол и направил палочку в сторону Грейнджер. — Акцио, Кроветворное! Акцио, Заживляющее!
Как только пузырьки с зельем оказались у него в руке, то Драко отполз от Хейрона и снял с себя рубашку, очищая ее с помощью заклинания, выливая зелья по очереди на свою рану, сцепливая зубы, чтобы не привлечь к себе внимание криком, в помещении и так было слишком громко, что влияло на него после удара головой об стену. Драко перевязал себе талию рубашкой, закрепляя крепким узлом, и через силу поднялся, наконец-то идя в сторону Поттера. Эти сотрудники слишком хорошо знали тактику мракоборцев, чтобы быстро проиграть им, и это все усложняло.
— Удушье! — Из палочки Драко вырвалась веревка, обвивая шею противника Поттера, и тот нелепо вытащил язык, пытаясь вдохнуть немного воздуха, одновременно с этим цепляясь за путы, чем и воспользовался Поттер, поставив ему подножку, и вырубая ударом затылка об бетон, и тут же переключился на Драко, оттаскивая его в сторону Люциуса, который остался на одном месте, внимательно смотря на Драко все это время.
— Ты поранил себя, блядь! Чем ты думал?! Чем думал?! — Крикнул на него Гарри, который винил себя за то, что не поспел ему на помощь. А если бы план Драко не удался?! Даже думать об этом не хотелось. Так глупо рисковать собой, чтобы… Сука, не Поттеру от этом судить.
— Я жив, а ты бы лучше приберег эти разговоры на то время, когда мы свалим из этого дерьма! — Драко заметил, что Рон и Гермиона справились с остальными, связывая их с помощью Инкарцеро, и это был их маленький шанс передохнуть. Поттер бросился к друзьям, но остановился и посмотрел на Драко, который махнул ему рукой. — Я нужен отцу. — Драко только сейчас понял, что сможет побыть с отцом спустя столько лет, что он и правда перед ним. Главное, что живой. Именно это ликование и их право на отдых сыграло шутку с реакцией, потому что никто не заметил пришедшего в себя Хейрона. Хейрон не пытался подняться, понимая, что его сразу заметят, а потому выждал удобный момент, когда Поттер с его дружками и Малфои окажутся в разных сторонах комнаты, и совсем немного наклонился вправо, поднимая руку к кодовому замку на стене, который играл более важную роль, чем просто закрытие всех выходов.
Он набрал комбинацию из четырёх цифр, когда его приметил Рон, но уже ничего сделать не мог — посреди помещения с потолка быстро опустился стеклянный барьер, разделивший комнату на две части, не давая пробиться им к Малфою и Хейрону.
— Нет! — Поттер кинулся к барьеру и сразу же достал палочку, направляя на стекло, но Гермиона схватила его за плечо и выхватила палочку из руки друга. — Гермиона, верни! Малфой там с ним, отдай!
— Посмотри на толщину стекла, если даже выйдет разрушить его с помощью заклинания, то осколки могут поранить Драко и его отца. Это не выход, Гарри, разрушать такую преграду магическим способом. — Напряженно ответила Гермиона, она еле стояла на ногах, не обращая внимания на кровь, выделявшуюся из пореза на виске. Из-за усталости Грейнджер не могла нормально сосредоточиться на конкретной цели.
— Надо… Надо попробовать разбить сподручными средствами! Я не чувствую магии от барьера, наверняка на нем нет тёмных проклятий, который могли бы отрекошетить в нас. — Рон сказал первое, что ему пришло в голову, наблюдая за тем, как Хейрон медленно, но верно приходит в себя, а после понял, что… Поведение Малфоя странное. — Почему он не запустит в него проклятье? — С раздражением спросил Рон больше себя, чем остальных, но Гермиона уже догадалась.
— Потому что барьер поставил еще и блок на нашу магию.
Драко размахивал палочкой с ненавистью, раздражением и сильной усталостью, но у него не выходило использовать даже банальное Бомбардо, и это поставило его в тупик. Да, у него остался кинжал, и если им правильно воспользоваться, то он сможет защитить и себя, и отца. Да, он не станет жалеть этого выродка и если надо, то понесёт наказание, но не отдаст своего отца опять в лапы этим выблядкам. К тому же, Хейрон не принимал зелья и не восстановился, так что у Драко намного больше шансов, и все равно нужно отвести его дальше от отца, а потому Драко задом прошёл к самому барьеру, когда почувствовал слабый толчок в спину.
— Гарри, перестань! — Рон кинулся на друга, но его сильно отпихнули в сторону, и он чуть не сбил с ног Гермиону, ухватившись за ее плечо. Сил не осталось вовсе, было бы у них хотя бы пять минут, пять минут посидеть и тогда с новыми силами они бы что-то придумали, обязательно придумали бы!
Поттер с остервенением бил по барьеру конкретно в одном месте голыми кулаками, имея лишь одно желание — прорваться к Драко и выпустить Хейрону кишки. Костяшки разбивались об прочное стекло, измазывая его идеальную чистую поверхность в крови и кусочках кожи, но Гарри не останавливался, видя, что появилась маленькая трещина. И все же этого мало! Нужно бить еще, хоть до костей, но рваться, не позволить этому уроду и пальцем тронуть Драко! Руки простреливало жгучей болью, что распространялась прямо до запястий, однако, Поттер не обращал на это внимания, отталкивая друзей и ненавистным взглядом смотря на приближающегося к Драко Хейрона.
— Пора сдаться. Ты проиграл, блядина. Проиграл. — Процедил сквозь зубы Драко, обхватывая кинжал двумя руками, он уже готов зубами выдрать у Хейрона вены, разрезать ахиллесовы сухожилия, медленно дробить все кости в его теле.
— Думаешь, вы выйдете из этого здания? Не будь таким наивным, Малфой. Скоро здесь будет Орпидрон и вы не успеете даже высунуться через эту дыру на волю. Пора уже признать, что мразям Лорда не жить среди нормальных людей. Вы поплатитесь все, абсолютно! А особенно те выродки, которые убили Монику.
— Я никого не убивал! Я не убийца! — Заорал Драко, почему-то вспоминая ночь, когда Дамблдор умер, и его слова ему. «Драко, ты ведь не убийца.» — Я никогда не убивал, особенно твою эту… Ты мучал моего отца на протяжении стольких лет, и думаешь, это справедливо? Ты просто тупой ублюдок! — Драко храбрился, потому что мыслями желал этому человеку мучительной смерти, а вот на деле… сможет ли он убить его взаправду?
— Я с удовольствием изменю тебе память, а потом сдам в маггловский бордель, наблюдая за тем, как тебя используют, как шавку. — Хейрон с издёвкой посмотрел сквозь треснувшее стекло на Поттера, сбивавшего кулаки, правда теперь к нему присоединился и его рыжий дружок, но время у него есть. Он перенес свой вес на правую сторону, чтобы меньше задевать открытую глубокою рану, и дернулся в сторону Малфоя, когда его остановил какой-то рывок. Рывок пригвоздил его к месту и заставил согнуться, поворачивая с истинным страхом голову влево, сначала не понимая, что произошло. Люциус Малфой крепко держал его за шею левой рукой, а пальцами правой руки сжимал часть его двенадцатиперстной кишки, вытащенной из сильного углубления в ране, нанесенной Драко. Его неухоженные, грязные и длинные ногти, под которые теперь забилась кровь, вцепились в ту часть кишки, которую он вырвал из раны.
— Не. Трогай. Моего. Сына. — По слогам произнёс Люциус, смотря в слегка посиневшее лицо Хейрона, но тот его уже не слышал, просто сваливаясь на пол с глазами, смотрящими в потолок. Зрачки не двигались, как и грудная клетка. Теперь точно не встанет, никогда.
— Блядь. — Рон отошёл от барьера, закрывая рот разбитыми в кровь руками, и все же его вырвало, после чего последовал кашель, он пытался выплевать противный вкус изо рта, вытирая лицо краем своей рубашки.
— Отец… — Драко пораженно смотрел на отца, не в силах сделать даже шага в его сторону, нет, он его не боялся, просто… Шок, который он испытал после увиденного не сравнится с тем, что отец помнит его. Помнит! У него еще есть шанс снова жить нормальной жизнью, и он его защитил! Левое веко стало дергаться, и Драко выронил кинжал на пол, наконец подбегая к отцу, который, наверное, потратил последние силы, из-за чего пошатнулся, но Драко успел удержать его и усадить подальше от тела Хейрона, после чего схватил какую-то аппаратуру со стола в углу и с криком швырнул в барьер, в место, где образовалась хорошая трещина от ударов Гарри и Рональда. Тяжёлая металлическая коробка пробила стекло, и Малфой начал бить по краям дыры ногой, пытаясь ее увеличить, пока Поттер не смог пролезть через неё, цепляясь за руку Драко нервно подрагивающей, искалеченной от ударов, ладонью.
— Поттер, мы смогли, слышишь? Мы смогли. — Драко нервно засмеялся, обхватывая ладонями лицо Поттера, который слабо улыбнулся и смотрел на тело Хейрона ничего не выражающим взглядом. Неужели он и правда считал, что такие пытки над человеком смогут облегчить боль над утратой какой-то Моники? Если бы… Люди не отпустят то, что было, именно поэтому отец Драко оказался здесь, просто Поттер считал, что Люциус Малфой был хорошей добычей после войны. Нет, сыграла важную роль его метка на руке. А теперь… что теперь?
— Надо убираться отсюда хоть к херу собачьему. Всяко лучше, чем здесь. — Поморщился Рон, все еще чувствуя противный горький вкус в горле, и посмотрел на Гермиону, которая стойко стояла рядом, а после направила палочку на Хейрона.
— Вингардиом Левиоса. — Хейрон взмыл в воздух, а после пролетел в комнату, которую Гарри спалил дотла, и тело с громким звуком упало на пол. Гермиона подошла ближе к двери в сожженное помещение. — Инсендио Максима. — Хейрон воспламенился мгновенно, распространяя запах жженого тела, что Рона опять чуть не вырвало. — Нет никакого трупа. Когда явятся Авроры по нашему вызову, то не смогут потом доказать, как он умер и кто его убил.
Гарри помог Драко подхватить Люциуса, поддерживая его правым плечом, и медленно пошёл к расплавленной стене, больше всего на свете желая вдохнуть свежий воздух, словно это поможет ему забыть все то, что происходило здесь, будто не будет никаких последствий. Разумеется, проблемы свалятся на их голову с удвоенной силой, но больше не будет никаких опытов, и раз ему суждено предстать ещё раз перед судом, то ему бояться нечего, потому что помимо воспоминаний у него есть нечто более важное, что поможет ему выстоять в любой ситуации.